Пирамидка

Тик-так, тик-так. Размеренно тикают часы в кухне. Мэйбл попивает из кружки сок и смотрит в широкое окно, сидя за внушительным дубовым столом. Тик-так, тик-так. Короткий взгляд на циферблат наручных часиков. 2 часа ночи, превосходно! И почему эта дурацкая бессонница решила проявить себя именно сейчас? Тик-так, тик-так. Словно кто-то по мозгам маленьким молоточком стучит, не давая сосредоточиться на чем-то конкретном. Мысли расплывались, как облака по небу. Тик-так, тик-так. Третий день в Гравити Фолз. Через столько же приедут дядюшки, и жизнь станет еще более прекрасной. В этом маленьком, но, несомненно, ненормальном городке иначе быть не может. По крайней мере, тут во сто крат лучше, чем в родной, но такой надоевшей Калифорнии. Мэйбл сделала медленный глоток, чуть причмокивая губами. Нет, это не знаменитый Мэйбл-джус. Девчушка бы с удовольствием его приготовила, но для этого нужен миксер, а будить прочих обитателей дома не очень-то хочется. Тик-так, тик-так. Как же все надоело! Это притворство, неверие в собственные силы, страх. Вот уж кому-кому, а треугольнику тут было бы раздолье. Что-то она больно часто вспоминает его, неужто соскучилась? Да, признаём, что без Билла жизнь стала какой-то чересчур размеренной и спокойной. Никто не старается уничтожить их семью, превратить Землю в ад и забабахать шикарную «вечеринку», даже странно. Впрочем, Пайнс вовсе не против. Тик-так, тик-так… *** Заливаясь веселым смехом, Мэйбл, совсем как в далеком теперь уж детстве скармливала Пухле пятое по счету яблоко в карамели. На осторожный вопрос Диппера, не будет ли поросенку плохо, сестренка лишь отмахнулась: — И не такое переваривали, правда? — спросила она, обнимая свинку и подмигивая ей, на что получила довольный хрюк и долгое вылизывание левой щеки шершавым языком. «Что бы я делала без тебя, а, Пухля?» — чуть грустно думает Мэйбл, прижимая к себе поросенка, который во сне наверняка бегал по полям, усаженным яблоками в карамели и кукурузой, счастливо похрюкивая. Действительно, а что? Продолжала бы вязать свитера, обставлять Диппера в мини-гольф, болтать с Венди и просто радоваться всему, чему не попадя. Лишь бы не заскучать. Не уйти обратно в бездну равнодушия. Пухля был ниточкой, которая не позволяла Мэйбл сойти с ума еще дома. Ночью все менялось. Странная, почти осязаемая тьма душила, и девчушка просыпалась посреди ночи, лежала, вперившись в потолок бессмысленным взглядом. «Ты — Мэйбл Пайнс. Чтобы не говорили другие, ты останешься собой. Слышишь? Любой ценой.» — твердила она про себя, как мантру, словно опасаясь на следующий день забыть, а кто она вообще. Надо бы поинтересоваться у дяди Форда, есть ли аналог у знаменитой машины МакГаккета. Старшая на целых пять минут близняшка уже сотню раз пожалела, что разбила Стиратель памяти. Можно было бы стереть все воспоминания о школе (кроме, разумеется, знаний. Что она, зря на уроках горбатилась?), и начать все с чистого листа. Может, обратиться к Дипперу, он сможет что-то придумать. Хотя, наверное, скорее скажет забитое «будь собой». А она же пытается. Цепляется за остатки, и знает, что по-другому сохранить жалкие осколки былого счастья не выйдет. Растопчут за мгновение. А так можно было бы оттянуть этот момент, пронести тепло внутри через этот период жизни и взрастить его заново. Проснулась Мэйбл не сказать, чтобы легко. Ощущалась непривычная слабость во всем теле. И неудивительно, пол-ночи не спать — это как-то слишком. Диппер посапывал в своей кровати. Вот уж кто специалист по ночным посиделкам. Кажись, три года назад был готов складывать вожделенный дневник в мешки под глазами, чтобы уж точно с ними не расставаться. Мэйбл тихонько хихикнула от такого сравнения и опустила ноги в мягкие белые тапочки с кроличьими ушками. Кажется, настроение начинает налаживаться. Блинчики, блинчики, блинчики! Много блинчиков на завтрак — что может быть лучше! Вставшая раньше всех (и спавшая меньше всех) Мэйбл решила приготовить завтрак, не захотев маяться от безделья. Нет уж, благодарю, ей этого и ночью хватило. На запах, как пчелы на мед, слетелись все обитатели Хижины. Бабулита похвалила ее блинчики, а это, заметьте, большой прогресс, если учитывать, сколько лет плите и что Пайнсы никогда особым кулинарным талантом не отличались. Вспомнить хотя бы тот же Мэйбл-джус. Однако девчушка до сих пор не хочет признавать, что ее любимый напиток ужасен на вкус, а еще блестки на зубах хрустят, брр… — Хэй, чувачки, чем займетесь? — воспросил Зус, ожесточенно пожирая не первый десяток оладушков. Вот уж кому, а ему все равно, что кушать. Один раз всеядство толстячка спасло им жизнь, если не ошибаюсь, на Леттоуин. Хорошие были времена. Так почему же были? Они и сейчас хорошие! Надо бы сделать костюм… Но вот уж эта привычка откладывать то, что можно сделать сегодня, до последнего момента. — Не знаю. — пожал плечом Диппер, интеллигентно обмакивая блин в кленовый сироп и качая головой, видя, как сестренка не стесняясь поглощает их, вся перемазаваясь в жире и сиропе. А кого стесняться, тут все свои! — говорили веселые искорки на глубине голубых глазищ. — Мне нужна помощь в Хижине. — скромно, будто рассказывая о каком-то давнем проступке, сообщил Зус. - Венди одна не справляется с потоком. Видно, небеса решили провести всех туристов мимо дяди Стэна, оставив жадного до чужого добра беднягу отдыхать в кресле у телевизора, как и полагается уважающему себя старику. Впрочем, у Мэй назвать старших близнецов Пайнс стариками язык не поворачивается. Еще вопрос, у кого больше шило… — Конечно, мы поможем! — радостно объявила девчушка, суя в рот очередной блин. Вот и дело нарисовалось, отлично. А Зусу не хватает подчас приказного тона Стэнли. Если бы не обещание Мистеру Тайне помогать Рамирезу по мере сил, Венди бы давным-давно свалила с Хижины из чистой природной лени. Но постепенно ее затягивало выдумывание новых экспонатов и развлечений. Ну, и зарплата у нее стала больше. Выяснилось, что близнецы еще не забыли, какого это — подкрашивать буквы на табличке на крыше дома, и как вытаскивать занозы, кстати, тоже. Мэйбл скакала на зависть козочке, успела перемазаться в краске до кончиков ушей и казалась словно вышедшей из хоррор фильмов, пугая брата. В итоге Диппер неловким движением уронил баночку с краской прямо на выходящую из Хижины Венди. Когда смолк смех сестры, паренек понял, что пора делать ноги — рыжеволосая с прытью обезьяны забиралась на крышу, явно не для того, чтобы мило поинтересоваться, какого, собственно, черта на ее прекрасную голову вылилось с пол-литра краски цвета марсала, как значилось на упаковке. Счастье, что топор не захватила. А эта краска вообще отстирывается? *** Мэйбл сидела на диванчике с таким выражением лица, словно либо с упоением подсчитывала птиц на всех окрестных ветках, либо собиралась в длительную командировку в Свитербург. — Все в порядке? — Диппер озадаченно хмурится и приглаживает челку, которая торчит во все стороны после «схватки» с рыжей. Уж та устроила ему «темную», памятуя о боязни щекотки! К счастью, краска оказалась вполне смываемая, ибо была откопана из запасов Стэна, а уж тот точно бы не стал покупать что-то качественное, а посему дорогое. Именно поэтому и приходилось перекрашивать табличку после каждого сезона дождей. — Ась? — Мэйбл подняла на брата слегка затуманенный взгляд, словно уснула с открытыми глазами. - Да, все хорошо. Просто не выспалась. Мэйбл не хочет посвящать Диппера в свои проблемы. Ему что, своих мало? Она знала, что ничего путного из этого не выйдет, одни расстройства и волнение. А и того, и другого, в ее жизни и так предостаточно. Близнец, конечно, о чем-то догадывается, а что-то знает точно. Просто они не так часто пересекаются в школе, а дома он видит веселую и жизнерадостную, привычную Мэйбл. — Тебе бы отдохнуть. — касается ладонью до лба, проверяя температуру. — Мне просто не хватает свежего воздуха. Надышалась краски. — говорит первое, что пришло в голову. Не хочется сейчас перед братом оправдываться. Пришло гениальное решение, как на тот момент казалась, словно лампочку в голове зажгли. — Я прогуляюсь. — и, не дожидаясь ответа, Мэйбл подняла свой хвост с дивана и устремилась в сторону леса. Диппер, по счастью, за ней не пошел. Да и что может с нею случится?