Принцессы достаются драконам

      За окном щебетали птицы, яркое солнце поднялось высоко-высоко над горизонтом, заглядывая лучами в каждый тёмный уголок. Оно пробивалось сквозь густую листву, освещало серые каменные стены, зеленую траву… Весь мир давно проснулся. Пели соловьи, шелестела листва, жужжали последние этой осенью насекомые…       Сложив на подоконнике руки, задремавшая принцесса только-только открыла глаза, тут же прищурилась от яркого солнца и шумно вздохнула.       Уснуть в такой час. А что ещё делать принцессе с её королевскими делами?       — Скучно, — вздохнула она, произнесла это словно в пустоту, продолжая смотреть в окно на синее небо, зеленые, желтые, красные листья.       Однако, не получив ответа, принцесса, всё же, повторила:       — Эй, слышишь? Скуч-но.       — Слышу. Конечно, слышу. — раздалось невнятное рычание. — Я вас, принцесса, всегда слышу.       — Врешь ты всё. Витаешь в облаках. А еще дракон, — фыркнула принцесса, выпрямив спинку и поправив длинные волосы. Они огнем блеснули в свете солнца, словно драгоценность, переливаясь золотистыми отблесками. Принцесса горделиво вскинула носик.       — Даже драконам свойственно витать в облаках, — снова отозвались ей в ответ. Дракон сверкнул своей пугающе черной шкурой, клацнул двумя острыми клыками, а принцесса, устало вздохнув, потянулась за гребнем.       — Чем ты занят, дракон?       — У меня всего два занятия. Вас стеречь, принцесса, да золото своё. Уж столько лет прошло, а вы никак не запомнили?       — Запомнила—не запомнила, больно важно, — хмыкнула принцесса, расчесывая длинные локоны. — У нас, у принцесс, более важных дел полно!       — И каких же?       Дракон, кажется, усмехнулся, оглядел принцессу своими яркими-яркими зелёными глазами. Ответ последовал незамедлительно. А то какая же принцесса заставит ждать?       — Занята я. Принца жду.       Дракон шумно выдохнул. Клубы едкого, серого дыма взвились в воздух. Ещё чуть-чуть, и его горячее, огненное дыхание спалило бы белые занавески, а принцесса, ничуть не испугавшись, продолжала:       — У нас, у красавиц, дел, знаешь ли, много. Волосы расчесывай, глазки строй, платье не мни, улыбайся, за манерами следи. А ещё и в окно смотри, принца выжидай! А если злой? А если, того хуже, некрасивый? Вот вам, драконам, хорошо. Кожа чистая, блестит — уже красавец!       Дракон усмехнулся, опустил голову на могучую лапу.       — А как же принцессу защищать?       — Так ты же и не делаешь ничего! Тоже мне, защищает он! — фыркнула принцесса и сложила на груди тонкие, нежные ручки.       — А какого же вы, принцесса, принца хотите? Меня не всякий победит. А если злой победит? А если, и того хуже, некрасивый?       Принцесса с высоты своего королевского сознания косится на дракона недовольными глазками. Приказывает:       — А ты красивого не побеждай.       — Запомню.       — А ещё доброго не побеждай. Тоже подойдет. Даже, если некрасивый будет.       — И это запомню, — соглашается дракон и снова клацает острыми клыками, чинит свою черную-черную, кое-где потертую, шкуру. Он-то помнит, те, кто покушались на его золото, ушли без всего. И без золота, и без чести, а может даже и без головы.       — А если он будет добрый, красивый, да ещё и любить меня будет… — принцесса мечтательно потянулась, на её розовых губах расцвела довольная улыбка. — И ещё чтобы обязательно без вредных привычек. А если и с вредными, то они должны непременно ему подходить. А то, если подходят, то свыкнутся, а если не подходят, то и отучать не захочется.       Принцесса возвращается к своим блестящим волосам, плетет толстую королевскую косу, как полагается, изящно отставив мизинчик.       — Конечно, принцесса, как вы пожелаете.       Но принцесса не слушала, она лишь плела косу и рассуждала на своем принцессином языке:       — А если чай будет заваривать! Так это совсем прекрасно! А ещё, дракон, слышишь? Ещё умный чтобы. Других не подпускай. Умный — это важно.       — Зачем же вам умный, принцесса? — усмехается дракон, прищурив зелёные-зелёные глаза.       — Вот ты смешной! Смешной и глупый, поэтому, не поймёшь. — надменно фыркнула принцесса. — Но ты только представь, дракон, представь!       Она мечтательно щурится, улыбается:       — Красивый, добрый, умный, без вредных привычек!       — А если с вредными, то чтобы шли, — добавил дракон, и снова выпустил в воздух серый-серый дым.       — Правильно, чтобы шли, — кивают ему. — Да-да. Ты только это запомни, хорошо? Запомни. И ещё сильный должен быть. А то как меня слабый будет защищать? Так что, если сильный, ты вообще прячься! Хорошо?       Дракон не отвечает. Думает. Конечно же, он не спрячется. И сильного не пропустит, и слабого, и доброго, и злого, и глупого, и умного, и без вредных привычек, и с вредными, даже если они ему и идут. Дело дракона — защищать принцессу и своё золото.       — Дракон, ты меня слушаешь? — возмущается принцесса. — Ну, отвлекись ты от своей кожи, послушай! Хорошо?       — Да-да, конечно, — дракон выдохнул серый дым и потушил, наконец, сигарету о пепельницу на подоконнике, сделал тихую музыку чуть громче, чтобы разобрать хотя бы вой гитар.       Клацнули два острых клыка ножниц, отрезая черную нитку, и дракон встряхнул в руках свою черную-черную косуху. Отложив её в сторону, он присел на развороченную кровать принцессы, провёл рукой по её, а вернее, принадлежащим только ему, золотым волосам, огнем блестящим на солнце.       — Сильный, добрый, красивый, — вздыхает он. — Умный… Это всё не важно. Ведь все принцессы всё равно всегда достаются своим драконам.