It's Сonsuming Мe

Тэхёну порой казалось, что их с Юнги отношения слишком уж запутаны. Всё вполне понятно, но в то же время непонятно до безобразия. Юнги не отталкивает Тэхёна, позволяет себя обнять, иногда проявляя какую-то заботу. Но у Юнги не было тех чувств, которые были у Тэхёна. Юнги мог запросто вытеснить из своей жизни и даже не вспомнить о нем. Тэ так не может. Он не может без Юнги, ну никак, хоть убей. Старший мрачнеет с каждым днём все больше, и причина неясна, Юнги молчит и не жалуется, копит в себе, зараза. Они сидят на крыше, смотрят на звёзды и молча распивают какую-то слабоалкогольную дрянь. Тэ уже начинает казаться, что скоро несносный хён сделает из него первосортного алкоголика, но он против ничего не имеет, морщась, хлебает обжигающую жижу мелкими глотками. Юнги уже слегла подвыпивший, но ещё трезвый, падает в объятия Тэ, шмыгая носом и ёрзая, устраивается удобнее. Ким старается не дёргаться и почти не дышит, когда Юнги пробивает на откровения. — Знаешь, я никогда не нуждался в отношениях с кем-то, — выдыхает он, довольствуясь лёгким головокружениям, румянцем на щеках и тёплыми объятиями Тэхёна. — А потом я встретил её, такую обычную и такую непохожую на других, — от этих слов, внутри у Тэхёна все сжалось, а сердце болезненно забилось быстрее, боясь того, что последует дальше. Ревность противно разливалась внутри, ударяя преимущественно по мозгам. — Влюбился по уши, как последний идиот, и ты представляешь, она заметила меня, — тепло улыбаясь, продолжает Мин, не замечая, что режет Тэхёна без ножа. — Я нелепо краснел, а она мне так улыбалась и смеялась искренне. Я дурак, совсем потерял голову, влюблялся в неё с каждым днем все больше, делал все, что она пожелает, едва ли не боготворил её, — Юнги теснее жмётся к Тэхёну, слушая его сбившееся дыхание и бьющееся сердце — ревнует, безумно, безнадёжно и сильно. — Она использовала меня, я все видел и понимал, но уходить не спешил, слишком сильно влюбился, глупо не находишь? — Мин прерывается на мгновение, чтобы хлебнуть с горла ещё, во рту сушняк, голос хрипит сильнее обычного, будто старая, дедушкина колонка. — Помимо меня, у неё было ещё два парня, смазливые сопляки из богатеньких семей, — болезненно, с горечью смеётся Юнги, а Тэхёну гадко и обидно до слез, но он покорно слушает, вдыхая запах Юнгиного шампуня, который он выливает на голову литрами. Мин ещё никогда не рассказывал что-то такое, поэтому Ким не знает, что сказать, как правильно поступить. — Эта шлюха содрала с меня последние деньги, а я боялся потерять, поэтому не жалел для неё ни копейки, представляешь? Я такой кретин. А потом он замолкает, кусая губы. Тэхён запускает пятерню в выжженные краской волосы, слегка массируя кожу головы, и, как всегда, успокаивает «хён, она тебя не стоит, ты достоин большего, гораздо большего…» меня, например Старший усмехается, а потом просто укладывает голову на Тэхёново плечо, прикрывает глаза, вслушиваясь в городской шум и горячее дыхание донсэна. Весь оставшийся вечер они тупо молчат, просто не находя слов, чтобы правильно выразить свои мысли и чувства.