It's Сonsuming Мe

Это было уже за гранью нормального, думал Тэхён. Он отчетливо ощущал, что внутри него рушится целый мир, сгорают в синем пламени города, торнадо сносит все на своем пути, цунами накрывает руины его итак разрушенных небоскрёбов, но на деле он просто краснел. Он упускает момент, когда Юнги, в который раз, к нему присасывается липучкой, не желая отпускать, когда лезет целоваться прямо в подъезде, когда шепчет пошлятину на ухо и когда, в конце концов, прямым текстом просит Тэхёна ему вставить. Сам Тэхён офигивает, и ему выбивает землю из-под ног окончательно, а по виду Юнги язык не повернется сказать, что он шутит, потому что в глазах его черти бесятся, дыхание тяжелое и щеки красные, явно не от смущения. Юнги ждать не хочет, он жадно впивается поцелуем в чужие губы, тут же проникая языком в рот. Тэхён стонет и чувствует, что ноги подкашиваются, а по телу будто прошёл электрический разряд, Юнги забирается под мокрую одежду ловкими руками и уверенно трогает Тэхёна везде, где только могут дотянуться руки. Тэ вздрагивает слабо и шепчет, что лучше будет продолжить в квартире, ведь в подъезде холодно, уже не говоря о том, что они насквозь промокли под дождём. Юнги вздыхает тяжело и рыщет по карманам, безнадёжно пытаясь найти ключи, и Тэхён ему помогает, невзначай поглаживая через тонкую ткань, прилипшей к телу футболки. Он спускается лёгкими прикосновениями, ниже запуская руки в задние карманы джинс. Юнги замирает и смотрит перепуганно, а Тэ усмехается хитро и сминает упругую задницу. — Ты что творишь? — Юнги пытается возмутиться, но весь его вид так и говорил «продолжай». — Помогаю, — Тэ достаёт из заднего кармана связку ключей и усмехается гаденько. Замочная скважина поддаётся почти сразу, не считая того, что у Тэхёна слишком сильно дрожат руки. Они буквально вваливаются в узкий коридор, и Тэхён, быстро среагировав, вжимает старшего в ближайшую вертикальную поверхность. Тэхён не желает медлить, ведь Юнги сам попросил. Он жадно целует, кусая бледные губы до крови и сильнее вжимая в стену. Юнги не сопротивляется, поддаваясь ласке, когда Тэхён находит в себе силы стянуть со старшего надоедливую футболку, чтобы припасть губами к татуировке, что под ключицами, совсем свежая, ещё на коррекцию походить надо, но Тэхёну уже безумно нравится. Он спускается мокрой дорожкой поцелуев ниже, цепляя чувствительную кожу зубами. Юнги шипит недовольно, а Тэ уже заботливо зализывает следы от зубов. Руки беспорядочно бродят по телу, пальцы считают рёбра, а широкие ладони едва ощутимо оглаживают грудь. Юнги запускает пальцы в Тэхёновы волосы и дышит отрывно. Вся эта ситуация ему нравится, и уже совсем неважно, что будет завтра. Тэхён целует едва ли не каждый сантиметр кожи, оставляя алые засосы и следы от зубов на самых видных местах, и Юнги даже против ничего не говорит, лишь скулит жалобно, когда младший слишком сильно кусается. Тэхён проводит языком где-то за ухом и сжимает чужой пах через плотную ткань джинс. У Юнги будто весь воздух из лёгких вышибает, и он стонет Тэхёну на ухо, низко так. Мокрые пряди неприятно лезут в лицо, а одежда липнет к телу. Член в штанах дёргается, уже только от одних вздохов-полустонов на ухо, и Тэхён, кажется, теряет голову окончательно. Он сильнее вжимает в стену податливое тело, подхватывая под бёдра. Он целует поалевшие губы, наслаждаясь их сладостью, после яблочных конфет, которые он сегодня купил хёну, чтобы у последнего изо рта не перло перегаром за версту. Тэхён оттягивает нижнюю губу, посасывая, чувствуя во рту металлический привкус чужой крови, и все это ему нравится до безумия. Юнги позволяет Тэхёну все, он обвивает его ногами за талию, прижимая к себе плотнее, лишь бы чувствовать тепло чужого тела и, чтобы окончательно не потерять нить реальности. — Пожалуйста, — едва ли не мольбой просит Юнги, чувствуя, что на пределе, хотя по сути они только начали. Тэ не совсем понимает, о чем просит старший, поэтому отрывает его от стены, унося в спальню. Тэхён укладывает старшего на кровать, попутно стягивая с себя мокрую рубашку, не удосужившись толком расстегнуть пуговицы. Юнги сверлит глазами Тэхёна так, что последний невольно теряет всю свою уверенность. Но ненадолго, потому что желание давало о себе знать, в виде пульсирующей боли в области паха. Тэхён раздвигает Юнгины ноги и нависает сверху. Он невесомо целует чужие губы, а потом спускается ниже. Губами он обхватывает затвердевший сосок, слегка прикусывая, а после обводит языком, смачно облизывая алую бусину. Юнги дёргается, слегка выгибается и трется о колено просяще. Тэхён подключает к этому безобразию свои ловкие руки, подушечки пальцев почти невесомо изучают каждый сантиметр кожи под собой, ощущая легкую дрожь. — Нравится? — шепчет Тэхён, прикусывая мочку уха. — Тэ… прошу, прекрати, — Юнги цепляется за чужие плечи, когда Тэхён уже во второй раз сжимает его член через одежду. Джинсы неприятно давят, и Юнги уже на грани того, чтобы молить о большем. Тэ нравится эта реакция, но он отрывается на пару секунд, чтобы стащить с шикарных ног штаны в облипочку. Юнги делает попытку свести ноги и как-то прикрыться, но Тэхён не позволяет, он подхватывает старшего под коленкой и ведёт губами по внутренней стороне бедра. Юнги давит в себе возмущение, когда Тэ оставляет алый след едва ли не в самом чувствительном месте. Нежная кожа легко всасывается, и Юнги выдыхает рвано, потому что больно, черт возьми. Тэхён выводит пальцами бессвязные узоры на любимом теле, целует плоский живот, едва ли не до боли сжимает узкие бёдра и оставляет алые полосы от коротких ногтей. Когда Тэхён накрывает широкой ладонью возбужденный член, Юнги гортанно вздыхает и поддаётся бёдрами навстречу, он смотрит из-под полуопущенных век, облизывает пересохшие губы и тихо так хрипит «Тэ, пожалуйста» Тэхён тяжело дышит, пытаясь держать себя в руках, выходило так себе. Обидно становится, когда Тэ отрывается от весьма занимательного занятия и увлечённо ищет что-то в своём ящике. Юнги едва не воет от возмущения, но потом замирает, наблюдая за тем, как Тэхён жадно облизывается в предвкушении. Полуобнажённый, до предела возбужденный Тэхён, с таким взглядом, что кажется, будто он тебя уже поимел. В вечернем освещении его фигура выглядела ещё соблазнительней. Старший сразу догадывается, что конкретно Тэхёну так внезапно приспичило достать, и несколько смущённо улыбнуться. Он не особо церемонится, раздвигает чужие ноги шире и нагло пялится (любуется) открывающимся видом, снова облизываясь. А потом Юнги выгибается струной и протяжно стонет, когда чувствует горячие губы на собственном члене. Тэхён вбирает лишь на половину, обводит ствол языком, расслабляя горло и вбирая глубже. Юнги хватает Тэхёна за волосы и непроизвольно раздвигает ноги шире. Младший втягивает щеки и смотрит на Юнги из-под чёлки, своими выразительными глазами, всматриваясь в саму душу. В голове у Юнги глухо гудят шестеренки, и мозг уже давно не может воспринимать все происходящее здраво. Он толкается бёдрами в Тэхёнову глотку, теряя реальность окончательно. Тэхён двигает головой, подстраиваясь под ритм, пока старший под ним стонет и извивается. Юнги откидывает голову назад, сминает простыни под собой, непроизвольно сжимая пальцы на ногах. Он кусает губы, выстанывая что-то бессвязное, он был уже на пределе, но кончить ему не дают, Тэхён выпускает член изо рта, пошло причмокивая губами, показушно в сотый раз облизываясь. Юнги не успевает прийти в себя, не то что возмутится, как его переворачивают на живот и ставят раком. Тэхён давит на поясницу, вынуждая Юнги сильнее прогнутся в спине и выпятить задницу. Ноги разъезжались в разные стороны, и хотелось отчаянно материться. Тэхён же откровенно пялится на, на самом деле, шикарную задницу, пожирая взглядом каждую деталь, каждый изгиб и перелив света на бледной коже. Юнги утыкается лицом в подушки, уже предвкушая для себя не самую достойную участь. Сначала слышится звяканье пряжки ремня, потом Тэхёнова возня со штанами, которые потом все равно улетели куда-то на пол. Юнги от этого невольно замирает. Очень хочется посмотреть на Тэхёна, и соблазн вправду велик. Старший заметно напрягается, когда слышит щелканье крышки тюбика предположительно со смазкой (и только всевышнему известно, где Тэхён его достал). Если уже совсем честно, ему быть в этой роли не впервые, но все равно, у него никого не было целую вечность, даже девушки. Тэхён немного сомневается и пытается действовать максимально аккуратно, но, когда Юнги сжимается сильнее, Тэ нависает над ним и томно шепчет «Хён, если ты не расслабишься, я сделаю тебе больно». И будто в доказательство правдивости своих слов он кусает старшего за плечо. Юнги шипит, но все же пытается расслабиться, тяжело дыша. Он сильнее сжимает зубы, когда Тэхён вставляет в анальное отверстие сразу два пальца, медленно растягивая. Смазка с приторным запахом холодила чувствительную кожу, но униженным Юнги себя не чувствовал. Тэхён был с ним аккуратен, и это льстило. У самого Тэ внутри происходило что-то, что совершенно не поддавалось описанию. Он, на самом, деле не имеет нормального опыта в подобных делах, поэтому опирается лишь на реакцию старшего, который под ним подрагивает мелко и шипит что-то недовольно сквозь зубы, в подушку. Трахать давно желанное тело пальцами — не совсем то, что входило в его планы, но Тэхён правда пытается по минимуму причинить дискомфорт. Он разводит пальцы ножницами, поглаживает узкие стенки ануса, вставляя пальцы полностью. Юнги сильнее прогибается в спине и поддаётся бёдрами навстречу. Тэхён уже уверенней двигает, проталкивая глубже, Юнги цепляется за простыни, кусает губы, но более уже по-видимому не желает издавать и звука. Каждое движение сопровождалось характерным хлюпанием, и Тэхёну, у которого давно стояло колом, очень хотелось сорваться. Он целует старшего меж лопаток, проводя губами по позвонкам. Юнги одних пальцев было мало, и поэтому сдерживать себя сил вообще не осталось. — Т-тэхён…хватит тянуть кота за яйца… п-пожалуйста, Тэ… — Юнги всхлипывает, и хочет к себе прикоснуться, но младший не позволяет. — Юнги-я, ты что-то хочешь? — в Тэхёне просыпается извращенец, поэтому ему очень хочется, чтобы Юнги сам просил, так, чтобы кровь в жилах закипала. — Трахни меня уже наконец, — Юнги стонет протяжно, когда Тэхён ненароком задевает простату. Старший стонет в голос, громче обычного, а у Тэ внизу живота тяжелеет все сильнее, но он предпочитал в этом плане не спешить. — Так я что по-твоему делаю? — он снова задевает чувствительное место, и Юнги давится воздухом и возмущениями. Он шумно дышит, краснея и медленно сгорая. Нет, ему давно не было так стыдно. — Тэхён, черт тебя дери, я хочу почувствовать твой член в себе, давай уже, — Юнги выпаливает это на одном дыхании, не теряя надежды вырваться. Сам Тэхён немного выпадает от такой прямолинейности, но происходящее ему нравилось. Он придерживает Юнги за бёдра и медленно так входит, давая время привыкнуть. Несмотря на то, что Тэхён постарался его максимально разработать, Юнги был слишком узким и горячим, и уже только от этого хотелось кончить. Первый толчок старший воспринимает почти никак, второй, третий и четвертый болезненно, мыча сквозь плотно сжатые зубы. Тэхёну же сносит чердак, он низко рычит Юнги на ухо. Когда Юнги первый раз стонет — Тэхён набирает темп немного быстрее. Когда Юнги просит глубже, Тэхён сильнее сминает любимые бедра, оставляя следы от коротких ногтей, буквально натягивая на себя податливое тело. Юнги скулит и стонет, он хочет хотя бы раз прикоснуться к себе, но Тэхён не разрешает. Неожиданно в юную головушку младшего приходит образ -выражение лица Юнги, когда тот кончает. Тэхён меняет положение, поворачивая хёна уже к себе лицом и усаживая себе на колени. Юнги выл недовольно, но Тэхён лишь усмехался с издевкой. — Дальше сам, — на это заявление Юнги будто возвращается с небес на землю и смотрит на Тэ немного шокировано. — Ну же, хён… Юнги морщится недовольно, но делает, что велено, он размашисто насаживается на Тэхёнов член, постанывая тому на ухо и будто нарочно не шибко торопясь. Сам Тэ выдыхает очень громко, и Юнги старается не думать о том, что у его чуть больше, чем друга, слишком сексуальный голос. Юнги набирает темп, стонет громче, царапает плечи. Тэхён надрачивает ему, помогая, но этого по-прежнему мало. Старшего опрокидывают на постель и бесстыдно втрахивают в кровать. Воздух в комнате давно накалился, а тишину нарушали лишь не сдерживаемые стоны и громкое хлюпание. Тэхён по привычке утыкается в шею, оттягивая ещё сырые от дождя волосы назад, скользя свободной рукой по Юнгиному члену, выдыхая в искусанную шею. Все движения рваные, поцелуи смазанные, прикосновения слишком остро ощутимы. Юнги задыхается от переизбытка чувств и того, как Тэхён выбивает из него стоны на выдохе. Он не видет ничего, все плывёт перед глазами, ощущения слишком острые, шлепки бёдер все быстрее и отрывней. Тэхён притягивает к себе, придерживая за талию, чувствуя, что уже на пределе. Он входит в Юнги до основания и с глухим стоном кончает. Он падает рядом со старшим и, притянув его к себе ближе и все так же часто дыша, сильнее сжимает Юнгин член, рвано надрачивая. Юнги толкается в чужую руку, все так же цепляясь за плечи, обдавая Тэхёново ухо горячим дыханием и тихими всхлипами. Когда Юнги доходит до предела, то он снова царапает ногтями чужую спину, в с уст срывается протяжное «Тэхён-а-ах.» Тем вечером Тэхён так и не отпускает Юнги, прижимая к себе, ударяясь время от времени острыми коленями, поглаживая по спине широкими ладонями, предварительно скрыв наготу тел под одеялом. Тогда Тэхёну искренне не хотелось, чтобы наступало то самое завтра.