Только твоя строптивость

После того, как Поттер ушел, Драко прочитал то письмо, что так вовремя принесла ему секретарша.Как оказалось, то по каким-то причинам мистер Гринграсс вернулся домой еще вчера ночью, и стоило Теодору лишь это узнать от Астории, как сразу он с самого утра решил прийти. В письме Астория просила Драко о встрече, как только у него будет свободное время. Хоть и оставалось совсем немного до окончания рабочего дня, Малфой не мог ждать. Он решил сразу уйти, при этом сказав своей секретарше, что уйдет чуть раньше. Он пришел прямо домой к Гринграссам. Домовой эльф провел его в главную гостиную, где сидела девушка и рассматривала какой-то модный журнал. Увидев гостя, она спохватилась и с радостной улыбкой подбежала к Драко, заключив того в дружеские объятия. Аристократ не ожидал такой реакции от нее, потому что привык, что Астория всегда ведет себя сдержанно, не имея значения в какой она ситуации.  — Драко, спасибо тебе! Спасибо! — радостно заговорила девушка и понемногу отстранилась от парня. Тот любопытно смотрел на нее, не зная как задать вопрос. Уж слишком был непредсказуемый сейчас момент. Но то, что Астория сейчас была счастлива, это уже вселяло надежду на что-то явно хорошее.  — Ты можешь объяснить… — начал было он, но девушка его опередила.  — Тео пришел сегодня и поговорил с моим отцом. Хоть и не сразу, но он дал согласие, — затараторила Астория. Ее переполняли счастливые эмоции, которые так и излучала девушка. Ее счастливому лицу и радостной улыбке позавидовал бы любой человек.  — Это же здорово. Я, наверное, могу тебя поздравить? — Драко может и был рад такому известию, просто он не ожидал, что мистер Гринграсс так быстро согласится. Особенно учитывая тот факт, что его отец с отцом Астории лично хотели свести их. Было сложно поверить, что мистер Гринграсс все-таки согласился с Ноттом.  — Я очень переживала, что отец не согласится и выгонит его, но обдумав все и спросив даже у меня, что я думаю на этот счет, он дал согласие.  — Я так понимаю, что теперь нет надобности притворяться? — спросил, еще пока не веря во все это Малфой.  — Да. Я бесконечно тебе благодарна, Драко. Ты уговорил Тео прийти сюда, практически ты нас помирил. — Малфой продолжал и дальше стоять и смотреть на девушку. Он не знал, радоваться ли этой маленькой победе или еще рано. Астория видела это и просто взяла за руку парня и повела на один из диванов. — Пошли. Я все тебе расскажу.  — Мистер Гринграсс, я здесь с серьезными намерениями. — Нотт явно нервничал по этому поводу, но уверенно держался и говорил ровным голосом. — Я люблю вашу дочь. Мужчина смотрел на парня с неким недоверием, а последние слова заставили его сдвинуть брови.  — Теодор, тебе прекрасно известно, что Астория сейчас с Драко Малфоем, — по его тону было понятно, что он больше ничего не хочет слышать на эту тему от Нотта. Но Теодор стоял на своем.  — Меня это не останавливает. Если нужно, я буду бороться за нее. Мистер Гринграсс наморщил лоб и пристально посмотрел на парня. Потом немного смягчился в лице и спокойным голосом проговорил:  — Теодор, меня радуют твои светлые чувства к моей дочери, но меня больше заботит ее благополучие. Я уважаю ее мнение, которое не выходит за рамки наших традиций. Видеть, как она счастлива — для меня это многое значит. Астория сделала свой выбор.  — Это не так! — резко заявил Нотт, отчего мужчина подозрительно посмотрел на него. — Она не любит его.  — Откуда такое заявление?  — А вы спросите у нее, — настоятельно сказал парень. Мистер Гринграсс не сводил недоверчивого взгляда с него. Потом он позвал домовика и попросил привести Асторию. Ожидание девушки прошло в полном молчании. В кабинете было так тихо, что любой, проходя возле него, подумал бы, что там никого нет. Теодор после убедительных слов Малфоя верил, что девушка поддержит его. Она должна поддержать в любом случае. Спустя некоторое время младшая Гринграсс зашла в кабинет отца и напряжение в теле возросло.  — Отец, ты хотел меня видеть.  — Астория, тебе известно по какой причине здесь Теодор Нотт? — спросил мужчина, посмотрев сначала на парня, потом на дочь.  — Я… — нерешительно начала девушка. Конечно, она знала. Но как сказать об этом — не знала. Она переводила взволнованный взгляд с отца на любимого парня. В глазах отца она читала какое-то напряжение и нарастающую раздраженность. Теодор же спокойно ждал, что скажет она. Он просто смотрел прямо на нее, не отводя взгляда.  — Ну же, говори, — спокойно попросил мистер Гринграсс.  — Ну, я… — запнулась она. А потом, набрав в легкие больше воздуха, решилась. — Да, отец, я знаю. — Или ей показалось, или вместе с ней и Тео вздохнул с облегчением, услышав ее слова. Ее отец лишь снова сдвинул брови и посмотрел на них двоих. Не дав отцу сказать что-либо, она подошла к парню и крепко сжала его ладонь. — Я люблю его.  — Астория, я не понимаю, — в замешательстве говорил мужчина. — Если ты его любишь, зачем тогда согласилась быть с Драко?  — Потому что ты так хотел, — уверенно произнесла она, не выпуская руки Тео. Отец непонимающе на нее посмотрел. Он видимо хотел сказать что-то, но девушка его опередила. — Я была с Драко по твоей воле, лишь бы тебе угодить. Я не хотела, что бы ты думал обо мне, как о… Дафне, — имя сестры ей далось сложнее. Говорить о ней было больно. И ее отец это прекрасно знал.  — Я всегда желал вам с сестрой всего самого лучшего. Но… она посчитала для себя, что этого мало. Астория, я бы не дал согласие, если бы знал, что у тебя нет чувств к Драко Малфою. — Слова отца застали девушку врасплох. Она не думала, что все на самом деле не так, как казалось ей.  — Но я думала, что ты все решил за меня, — девушка говорила тихо, потому что не могла поверить в услышанное.  — Теодор, оставь меня с дочерью. Я потом позову тебя. Нотт кивнул и медленно отпустил руку Астории. А потом тихо вышел и легонько прикрыл за собой дверь. Мистер Гринграсс встал из-за рабочего стола и прошел к диванчику. Он сел на него и показал рядом с собой место, приглашая дочь. Она несмело подошла к отцу и села возле него.  — Я всегда желал тебе всего самого лучшего. Но я никогда не решал чего-то вместо тебя. Я не стану отрицать, что обговаривал твою судьбу с отцом Драко. Но пойми, я думал, у тебя и правда есть чувства к нему. — Астория непонимающе посмотрела на него. Она была растерянной, так как не могла понять истины. По глазам своей младшей дочери мужчина все прочитал и решил пояснить. — Люциус Малфой говорил мне, что между тобой и Драко есть чувства. Что вы не безразличны друг другу. А после благотворительного вечера миссис Забини я в этом убедился. — Астория потупила виноватый взгляд в пол. Она теперь поняла, что могла совершить роковую ошибку. — Ты обманывала Драко только потому, что «я так хотел»?  — Нет… — она осеклась. — Нет, все не так. То есть не совсем так…  — А как? Расскажи мне, — мягкий тон отца успокаивал волнение девушки.  — Понимаешь, Драко тоже не в восторге от всего этого. Мы посчитали, что за нас уже все решили, и… мы просто смирились. А это признание Драко… на вечере… мы лишь хотели вас порадовать.  — Астория, — ласково проговорил мистер Гринграсс и обнял дочь. — Нужно было мне сказать. — Они еще помолчали несколько минут, а потом мужчина заговорил. — Если ты и правда любила Теодора, то почему молчала? Ты боялась, что я не дам согласие? — Астория лишь слабо кивнула.  — Я думала, что ты не захочешь, что бы я была с человеком, чей отец сейчас находится в Азкабане.  — Пусть мистер Нотт сейчас и в Азкабане, но Теодор в этом не виноват. Я считаю, что дети не должны расплачиваться за ошибки своих родителей.  — Так, значит, ты не против? — с надеждой спросила девушка.  — Если ты любишь его, то я только буду счастлив, — мягко проговорил мужчина и поцеловал в лоб дочь.  — Вот и все, — наконец выдохнула Астория.  — Боюсь, папа этому не обрадуется, — усмехнулся Драко.

***

Медсестра сидела за столом, напротив нее была Гермиона. Она ждала результатов анализов. Девушка лет тридцати с серьезным видом разглядывала медицинские бумаги. Она все посматривала на молодую пациентку, а потом заговорила:  — Мисс, мы обнаружили у вас в крови наркотические вещества, — медсестра положила бумаги на стол и скрестила пальцы рук, наблюдая за Гермионой. Сама гриффиндорка не была удивлена этому, она хотела услышать подробности. Будто прочитав мысли Гермионы, девушка в белом халате продолжила: — Бутират. В крови еще обнаружили немного алкоголя, но этого достаточно, чтобы чувствовать себя очень и очень плохо. Я могу предполагать, что бутират был смешан с алкоголем и поэтому он незамедлительно дает знать о себе, — она посмотрела на Гермиону подозрительно и немного с осуждением.  — Это опасно? — с опаской спросила Грейнджер.  — Если не увлекаться, то нет, — машинально ответила медсестра. — Бутират — это те самые наркотические вещества, от которых человек чувствует зависимость, если к нему часто прибегать. — Девушка пристально посмотрела на пациентку, а потом серьезно с медленными нотками проговорила. — Но смешивать с алкоголем, чтобы получить быстрый эффект — категорически запрещено, этого я не советую делать вообще, как и принимать его просто так. Ваш организм чудом выстоял против него. — Гермиона с испугом посмотрела на девушку и та пояснила. — Если смешать с алкоголем, то возможны ужасные последствия. Возможна даже смерть. — Гриффиндорка от такого заявления даже прикрыла ладошкой рот. Она осознала сразу, что Сэм рискнул ее жизнью. Он наверняка знал об этом и все равно рискнул. Гермиона догадалась, что он мог подсыпать ей это вещество в бокал с вином в то время, когда к ней позвонила Ханна. Гермиона шла до палаты отца, где сейчас была и ее мать. Сегодня уже выписывали мистера Грейнджера, чему девушка была несказанно рада. Этот день она решила провести полностью с родителями, а так же остаться с ними на ночь.

***

Гермиона сидела в гостиной в родительском доме и смотрела телевизор вместе с родителями. Было поистине уютно и прекрасно. Она уже и забыла, какого это сидеть просто рядом с ними в одной комнате и беззаботно смотреть маггловскую передачу.  — Гермиона, а когда ты познакомишь нас с тем человеком? — поинтересовался мистер Грейнджер. Девушка ждала этого вопроса и вместе с тем боялась. Как же она теперь может после всего случившегося привести его сюда? Как она сможет теперь с ним общаться?  — Когда-нибудь, — быстро ответила Гермиона и хотела уже было переключиться на другую тему, как вдруг ей на колени запрыгнул Живоглот. — Ой, Глотик, как же я скучала, — девушка начала гладить кота и тот довольно замурлыкал, удобнее устраиваясь на ногах гриффиндорки.  — Он последнее время постоянно в твоей комнате. Видимо скучал, — мягко сказала миссис Грейнджер.  — Я его заберу к себе. Мне будет не так скучно, — Гермиона улыбнулась. Спустя какое-то время у нее зазвенел мобильный телефон, и девушка застыла на месте. Звонил Сэм. Она не знала, что делать. Отклонить или ответить. Набрав в легкие больше кислорода, Гермиона приняла звонок.  — Алло.  — Гермиона, ты сейчас где? — послышался слегка взволнованный голос Сэма.  — А тебе разве не доложили? — саркастично поинтересовалась она. — Тебе разве не все равно где я? — уже более раздраженно спросила девушка.  — Ханны нигде нет. Я везде уже был… подумал, что возможно ты знаешь… может, она с тобой…  — Я не знаю где она, хочешь верь хочешь, нет, — договорив, она сбросила трубку. Почему-то очередное исчезновение Ханны ее настораживало, но в ту же минуту ей не хотелось сюда влезать. Сэм той ночью ясно дал ей понять, чтобы она не вмешивалась. К тому же Гермиона на него теперь сильно злилась и не хотела вообще с ним контактировать. Она твердо решила сюда не вмешиваться, потому что ее это не касается. Пусть ее и посчитают бесчувственной эгоисткой, ей все равно.

***

Драко целый день чувствовал какой-то триумф и ту свободу, к которой он стремился уже долгое время. Сейчас, сидя с Блейзом в одной из гостиных Малфой-мэнора, он наконец смог по-настоящему расслабиться.  — Теперь я узнаю тебя, — сказал Забини, попивая огневиски. — Вот это мой друг, — он расплылся в улыбке.  — Я вернул свое холостяцкое положение, так что теперь помалкивай в своих нравоучениях, Забини, — вальяжно разместившись на диванчике, Малфой не прятал приподнятого настроения. Он был уверен, что теперь будет так, как он того захочет. Такие мысли не могли не радовать молодого аристократа, и он с лукавой ухмылкой задумался на время, вспоминая о строптивой гриффиндорке.  — О, — заинтригованно протянул Блейз ухмыляясь. — Это твое выражение свидетельствует о том, что скоро кому-то придется, ой, как не сладко. Я прав?  — Каждый получит то, что заслуживает. — Драко отпил с бокала, потом его серые глаза загорелись каким-то странным блеском и, ухмыльнувшись, он сказал следующее с нотками триумфа. — Но ты прав, Блейз. — Тот обратил на друга заинтересованный взгляд в ожидании чего-то гениального. Он знал, что угадал. Ведь он так хорошо изучил Малфоя за все школьные годы, что для него это была не проблема. — Уже совсем скоро тот, кто поднялся слишком высоко, упадет так же низко.  — Что-то мне подсказывает, что ты сделал кому-то чертовски ужасную подлость. — Драко медленно перевёл на мулата лукавый взгляд. — Ну, или скоро сделаешь? — тот расплылся в зловещей ухмылке. — Ну, кто же этот несчастный, что посмел перейти дорогу Драко Малфою? — Блейз уже не скрывал любопытство. Его сильно заинтриговали слова друга. — Подожди-ка, а ты случайно не о Поттере? Это же он сейчас почти что на вершине мира. — Малфой ответил ему лишь загадочной усмешкой, что означало, что парень угадал. — Я как твой друг, имею право знать подробности. — Терпение, Блейз. Всему свое время, а хотя… — он задумался.  — Это все, конечно, весело, но здесь чувствуется одна не состыковка. — Малфой попивал спиртное, вглядываясь в картины, что висели на стенах мэнора. — Мне вот, что интересно: а чего заслуживает Драко Малфой? — аристократ перестал глядеть на картины и, посмотрев на друга, расплылся в еще большей зловещей ухмылке. Блейз, как он мог понять, в серых глазах блондина промелькнули искры плохо скрытой хищной похоти.  — А Драко Малфою достанется главный приз, — он оскалился.  — Заинтриговал, ничего не скажешь. — Забини знал, что если Драко не хочет, то раньше времени из него правду не вытянешь. Можно было попытаться угадать, ведь только так возможно было раскусить замысел друга. — Если ты решил подставить Поттера или принести ему кучку неприятностей, то этот «приз» должен быть, как-то связан с ним? — слизеринец лишь ухмыльнулся и опустошил бокал. Блейз был уверен, близок к разгадке, вот только… И тут его осенило. В удивлении приподняв бровь, он медленно спросил: — Неужто это… Грейнджер?  — В точку, Забини!  — Та самая заучка Грейнджер? Шутишь?  — Она самая.  — Что-то я тебя не могу понять. Или это мои слова так на тебя повлияли?  — Возможно. — Малфой не хотел признаваться другу, что именно из-за этой девчонки он напивался по школьным вечерам, чтобы забыться. Он не хотел признавать этой истины даже для самого себя, но было слишком поздно. Хотя от друга можно было хранить в тайне это. Драко считал, что не особо важно ему это так знать.  — О нет, дружище. Боюсь, она тебе не по зубам.  — Ты сомневаешься в моем обаянии? — серые глаза вспыхнули азартом.  — Да зачем она тебе сдалась? Да и к тому же ты ее считаешь грязнокровкой.  — Это в прошлом, Забини, — резко оборвал друга блондин. Его почему-то окутало раздражение, как только Блейз упомянул это оскорбительное слово.  — Ты знаешь, что я всегда относился к этим глупым принципам параллельно. Но если ты уже не боишься испачкаться об нее, то я должен тебя разочаровать. Грейнджер не похожа на твоих предыдущих, она не такая доступная.  — Я уломаю ее еще до того, как она успеет понять, что произошло.  — Ну, все-таки, почему именно Грейнджер? Лишь только потому, что она подружка Поттера?  — И это тоже. Мне хочется чего-то… новенького. Понимаешь, очень скоро она разочаруется в своем дорогом друге, и отдалится от него. А мне это и нужно.  — А Поттер уже, в чем провинился? — беззвучно рассмеялся Блейз.  — Он мне мешает, — посерьезнев, ответил аристократ. После этих слов Забини уже вовсю расхохотался. По правде говоря, для него осталось загадкой: чем Поттер мог мешать Малфою. Через несколько минут двери гостиной распахнулись, и голоса друзей притихли. — Мистер Малфой, — вежливо поздоровался Блейз, чего не скажешь о Драко. — О, здравствуй, пап, — поприветствовал Малфой, по-своему ухмыльнувшись.  — Драко, живо ко мне в кабинет! — сурово проговорил Люциус Малфой, сверля грозным взглядом сына. Тот неохотно поднялся и, кинув знак Блейзу, чтобы тот подождал здесь, удалился за отцом. — И как это понимать? — уже не скрывая злости, прорычал мистер Малфой, глядя неприязненным взглядом на Драко.  — А о чем собственно разговор? — состроив недоумение, спросил парень.  — Не испытывай мое терпение! — сквозь зубы, проговорил Люциус Малфой.  — А, я понял. Ты, наверное, о том, что Астория меня бросила? — он ухмыльнулся. — Пап, я не виноват, это все Нотт, — состроив невинное лицо, сказал Малфой.  — Что, черт возьми, ты несешь? — угрожающе прорычал его отец, подходя к сыну.  — Мне нечего было делать. Нотт попросил у мистера Гринграсса ее руки, и он не отказал. — Драко невинно смотрел на отца в то время, как у того серые глаза превратились словно в щелки.  — Это твоих рук дело? Молодой аристократ явно не ждал этого вопроса. Как странно не было, но его этот вопрос лишь рассмешил. Он в открытую рассмеялся.  — Ты пьян? Иди, проспись, потом я тебе устрою веселую жизнь, — злобно процедил Люциус, сверля яростным взглядом сына.  — Да ты всегда только и делал, что портил мне ее, — в тон отцу ответил аристократ.  — Пошел, чтобы я тебя сегодня не видел!  — Да, пожалуйста! — выплюнул Драко и хлопнул дверью. Там же в коридоре мэнора он встретил обеспокоенную мать. По ледяному взгляду сына она поняла, что произошло. Парень молча пошел прочь, не желая больше это обговаривать. Нарцисса сразу же пошла в кабинет мужа и попыталась хоть чем-то загладить вину сына.  — Нарцисса, я тебе всегда говорил, что Драко послужит провалом для этого семейства, но ты меня не слушала. И вот теперь смотри, что вышло. — Люциус Малфой был непреклонен в своем решении. Он никак не хотел в этот раз закрывать глаза на ошибки своего отпрыска.  — Но, Люциус, возможно, он и не виноват, что так получилось…  — Довольно, Цисси. Я не изменю своего решения, хотя бы до того времени, пока он не признает своей оплошности.  — И, что ты намерен делать? — встревоженно спросила миссис Малфой.  — Заморожу его счета. Пускай пока поживет за свой личный счет. Посмотрим, как ему это понравится. Что-то я сомневаюсь, что его заработка хватит на все его привычные дорогие развлечения.

***

Вернувшись тем вечером к себе в квартиру, Гермиона начала собирать одежду. Она планировала остаться на все выходные у родителей. Пришлось трансгрессировать прямо к подъезду. Не то чтобы она боялась кого-то, в том числе Сэма или его людей, но все же после той встречи с ним у нее было двоякое мнение теперь об этом мужчине. Девушка решила на какое-то время снять антиаппарационные чары со своей квартиры. Хоть это и было не совсем разумно с ее стороны, но пока что ей будет так лучше. Придя в свою комнату, гриффиндорка начала доставать одежду из шкафа и складывать в сумку. Уже когда она собиралась трансгрессировать, то услышала, какую-ту возню снаружи комнаты. Открыв дверь, Гермиона натолкнулась на Гарри, что выглядел взволнованным.  — Гермиона, где ты была? Подожди, зачем ты собрала вещи?  — Гарри, что ты здесь делаешь в такое время?  — Я… я волновался. На работе я тебя не успел застать.  — Ну, у меня были дела, и мне пришлось раньше уйти, так что… — глаза девушки невольно опустились вниз, и она заметила, что у друга слегка сбитые костяшки руки. — Гарри, это что… неужели ты…  — Да забудь, — он попытался отмахнуться от расспросов.  — С кем? — спросила Гермиона, но потом ей в голову пришла ошеломляющая мысль. — Ты… ты видел, как он вышел от меня? Это же ведь с ним ты…?  — Ты не должна его подпускать к себе. Он что-то себе надумал… на счет тебя. Это у него превратилось, словно в идею фикс.  — Ты снова говоришь загадками, — девушка подозрительно сощурила глаза. — Если у тебя есть, что конкретно сказать, то говори.  — Просто доверься мне.  — Ты пришел сюда, чтобы сказать это?  — Да. Я просто волнуюсь. Гермиона благодарно улыбнулась другу.  — Мне приятно, но не стоило так беспокоиться. — Гарри слегка смутился, ведь понимал, что она сможет в случае чего постоять за себя. Но все-таки беспокойство присутствовало и хотелось предупредить девушку заранее. — Ладно, мне нужно уходить. Я эти выходные проведу у родителей. Вот собрала вещи, — она указала на сумку с вещами.  — А я уже подумал, что ты куда-то переезжаешь, — он слегка усмехнулся и облегченно выдохнул.  — Чуть не забыла. Я сняла защитные чары, теперь можно трансгрессировать прямо сюда.  — Гермиона, — Гарри снова обеспокоенно посмотрел на девушку, — это же рискованно.  — Я знаю. Но это ненадолго, — она постаралась успокоить волнение друга.  — Ну, ладно. Тогда я трансгриссирую прямо отсюда.  — Да, конечно. До встречи, — друзья дружески обнялись и Гарри трансгрессировал. Только Гермиона осталась так стоять еще некоторое время в оцепенении. Она была поражено одной внезапной мыслью. Когда они обнялись, девушка заметила под мантией друга на белом воротнике рубашки красный след. Красный след помады. Помады. Нет, возможно, ей показалось. Возможно, это было вовсе и не помада. Тогда что? И как она могла ошибиться на расстоянии нескольких миллиметров? Хоть она сама и пользовалась помадой не так часто, как Джинни, к примеру, но все же могла отличить помаду от краски или чего-то другого. Джинни сейчас в Хогвартсе, она приедет не раньше зимних каникул, но тогда откуда… Гермиона была просто поражена тем фактом, что так ярко рисовался у нее в голове. Сколько она так простояла — неизвестно. Просто в один момент она решила не заморачиваться по этому поводу и просто выкинуть глупые мысли с головы. Девушка поспешила отвлечься в доме у родителей. Она трансгрессировала и пообещала забыть об этом.

***

Девушка сидела за завтраком и просто ковыляла вилкой в яичнице с беконом. Она совсем не чувствовала аппетита из-за мыслей, которые так и не забылись. Отложив вилку, Гермиона взяла чашку с кофе и отпила с нее.  — Гермиона, ты ничего не съела, — встревоженно проговорила миссис Грейнджер. — Тебе нездоровится?  — Да нет, мам. Все в порядке.  — Я уже давно заметила, что ты какая-то бледная. Ты так исхудала, — беспокоилась женщина. — Не нагружай себя так сильно работой. — На слова матери, девушка лишь промолчала, молча попивая кофе. За обедом Гермиона сидела в кругу родителей и внезапно прилетела сова с письмом. Почему-то гриффиндорка была уверена, что это из Министерства, вот только по какому вопросу? Когда она открыла письмо, то поняла, что ошиблась. Почерк был незнаком, аккуратный. На листке всего несколько слов, но они заставили Гермиону задуматься. «Сегодня в 18:20 в Косом переулке возле кафе „Чайный пакетик Розы Ли“. Придешь — узнаешь ответы на свои вопросы» Гермиону эти строки заинтриговали и одновременно с тем временем обеспокоили. Неизвестно от кого письмо и кого она встретит там. Этот человек был уверен в том, какие вопросы есть у нее. Откуда ему известно это — девушка не знала. Все же ей было и интересно, но и в тоже время страшно. Она не знала, на какие вопросы получит ответы и от кого. Сначала Гермиона решила не идти туда, но позже все же решилась пойти на встречу с неизвестным.

***

Гермиона прибыла на указанное место ровно в 18:00. Почему-то ей казалось, что это какая-та глупая шутка. Подождать двадцать минут — для нее не составит труда. Девушка стояла не далеко от чайной и наблюдала за волшебниками. На дворе уже темнело, поэтому разглядеть знакомые лица было сложно. Ее интересовал человек, что так был уверен в том, что она придет. Простояв десять минут, которые тянулись как невозможная вечность, Гермиона стала замерзать. Она уже начинала проклинать того неизвестного и обижаться на себя, что все-таки решилась повестись на его уловки. Но как бы там ни было, сама виновата. Не нужно было так рано идти. Гриффиндорка просто чувствовала какую-то подставу или же подлость. Человек, который хочет помочь, всегда подпишется, оставив хотя бы свои инициалы. А может, письмо было и вовсе не ей, просто сова не тому принесла. Хотя нет, исключено. Совы всегда приносят по адресу письма безо всяких ошибок. Посмотрев на наручные часы, Гермиона поняла, что сейчас всего 18:12. Оставалось подождать всего немного, но если ничего не произойдет или этот неизвестный не появиться, то она уйдет с чистой совестью. Девушка уже хотела было подойти ближе к чайной, как вдруг ее кто-то сзади притянул к себе за талию одной рукой.  — Так и знал, что ты раньше придешь, — послышался тихий нежный шепот над ухом гриффиндорки. Этот голос Гермиона узнает всегда и везде.  — Малфой… — выдохнула она.  — Зачем же ты так рано пришла? Замерзла вся ведь… — девушка затылком почувствовала, как он ухмыльнулся.  — Малфой, это ты. Что ты… что за глупые игры?! — начала повышать голос Гермиона и хотела вырваться с рук слизеринца, но он лишь сильнее прижал ее к себе. — Если это какая-то одна из твоих хитрых уловок, то я выскажусь предельно ясно. Я никогда, ни за что не стану спать с тобой. Все? Уяснил? — ой, как же она сейчас сомневалась в своих словах. Наверное, не стоило этого говорить.  — Строишь из себя недотрогу. Мне это нравится, — нагло ухмыльнулся Малфой.  — Кретин! Отпусти меня сейчас же!  — Спокойно, Грейнджер. Ты же не хочешь спугнуть наших дорогих друзей? — девушка уже хотела выразить очередную порцию неприязни, но слова Малфоя ее заставили задуматься.  — О чем ты? — еле слышно произнесла она, что кроме Драко никто больше не мог услышать ее слов. Парень же снова усмехнулся, а потом, наклонившись к уху девушки промолвил:  — Гермиона Грейнджер чего-то не знает? Это не типично для нее.  — Если тебе есть, что сказать, то говори, — как же для нее было непривычно слышать с его уст ее имя. Но и эта ситуация уже начала выводить ее из себя.  — Твой всеми любимой друг на самом деле и не такой уж и друг, если скрыл от своей драгоценной подружки правду. Хотя, конечно, это его дело, но все же, — он хмыкнул.  — Точнее! — Гермиона уже начинала злиться.  — Ну, ты скоро сама все увидишь, — Драко отпустил девушку, и случайно увидев на ее руке наручные часы, довольно ухмыльнулся. — Вот и пришло время.  — Время к чему? — не успела она что-либо понять, как Малфой потянул ее за руку в тень, хоть и была на дворе уже небольшая темнота, он все равно решил подстраховаться, чтобы их не увидели. Но, чтобы Грейнджер видела все. — Что ты…?  — Смотри, — он взглядом указал на выход из чайной. Гермиона пришла в немой шок, когда увидела своего лучшего друга в компании смутно знакомой девушки. Приглядевшись лучше, она узнала в ней Лайзу Турпин. Гриффиндорка непонимающе смотрела, приоткрыв рот на парочку. А их так бы она и назвала. Гарри и Лайза притаились за углом заведения, но Гермионе и Драко их было видно замечательно. Парень что-то говорил девушке, приобняв ту за талию одной рукой. Лайза оборачивалась по сторонам, наблюдая за тем, не видит ли их кто-нибудь. Потом в следующую минуту они быстро поцеловались и разошлись в разных направлениях. Гермиона продолжала стоять в молчании. Она не знала, как назвать то, что она только что видела. Нет, гриффиндорка прекрасно понимала, что это значит. Но, не в этой ситуации. Теперь картинка сложилась в пазл. Тот красный след помады ей не померещился, и она не перепутала его с чем-то другим. Уж лучше бы перепутала и ошиблась. Гермиона может быть так бы и стояла, если бы не светловолосый парень, что был сейчас рядом с ней. Он заговорил, и девушка вздрогнула, забыв уже про его присутствие.  — Как видишь, Поттер любит преподносить сюрпризы, — девушка тяжело вдохнула воздух, но не заговорила. Она еще просто не успела принять ошеломляющую правду. Ей вдруг стало так жаль Джинни, которая ничего не знает. Она вдруг так сразу разочаровалась в своем друге, слишком правильном друге. — Теперь ты убедилась, что не такой он уж и святой, — на последнем слове Малфой скривился, презрительно ухмыльнувшись. Гермиона мрачно медленно повернулась к нему лицом и застала ту нахальную ухмылочку, что ее заставила прийти в какую-ту ярость и злость. Это он, Малфой, показал ей эту правду, после которой ее маленький мирок дружбы и доверия рассыпался в щепки. — Пусть и так, но ты не лучше, — жестко произнесла гриффиндорка, сверля свирепым взглядом аристократа. — Ты не имеешь права судить других, когда сам изменяешь своей невесте за каждым углом. — Гермиона хотела выдать какое-то оскорбление, но не смогла и вымолвить и слова, кроме этих.  — Поправка, Грейнджер. Бывшей невесте, да она мне невестой и не была, — Малфою внезапно только понял, что оправдывается перед Грейнджер. Перед, мать его, гриффиндоркой, гребанной заучкой. Гермиону же оправдания слизеринца совсем не интересовали, она ушла в свои невеселые мысли. Девушка вдруг зло устремила взгляд карих глаз прямо на Драко, и тот в немом вопросе изящно выгнул бровь.  — Ты хотел, чтобы я знала это, чтобы увидела своими глазами. А тебе, что с этого?  — Грейнджер, ты меня, как и прежде, недооцениваешь.  — Если об этом никто не знает, то откуда ты узнал? — на ее слова Малфой лишь хищно оскалился.  — Тебе уже пора смириться с тем фактом, что я всегда в курсе всех новостей, Грейнджер, — он самодовольно ухмыльнулся. Гермиона лишь фыркнула и в злости направилась прочь от высокомерного слизеринца. Тот не стал ждать, он успел ухватить ее за локоть, притянув к себе. Гермиона начала брыкаться и вырываться, но парень был сильней. Малфой прижал девушку к ближайшей стене, нависая над ней.  — Оставь меня, Малфой! Ненавижу тебя! Ты все испортил!  — Я это уже слышал, — в ту же секунду он накрыл губы девушки, держа за затылок каштановых волос. Поцелуй был требовальным и таким жадным, что Гермиона еле успевала хватать ртом воздух. Она пыталась как-то выкрутиться и оттолкнуть Малфоя от себя, но тот не дал ни единого шанса это сделать. Он целовал ее до того времени, пока гриффиндорка не сдалась ему, несмело отвечая на поцелуй. Потом он переместился лицом к уху девушки и жарко прикусил мочку уха Грейнджер. Ее в тоже мгновенье всю обдало будто жаром. Такое жаркое дыханье было у Малфоя, что она уже и забыла, что стоит на холодной улице вечером. Разумом Гермиона понимала, что он подлый мерзавец и заслуживает смачной пощёчины. Но сердцем чувствовала, как ей необходимо его тепло и нежность. Она так хотела согреться от этого холода, одиночества и бесконечной лжи. Когда Драко слегка отстранился от девушки, ее окутал внезапный холод с ветром поздней осени. На душе стало сразу тоскливо и… обидно. Обидно оттого, что лучший друг хоть и не предал именно ее, но все же скрывает и продолжает встречаться с этой девушкой. Теперь-то картинка начала проявляться. Почему ушла Лайза с работы, было уже более понятно, но только не до конца. Появилось еще больше вопросов, чем было. Что было между Гарри и Малфоем, — тоже стало ясно. Вот только в этой ситуации впервые именно Малфой был прав, а Гарри оказался «не в том положении», — как когда-то выразился Драко. «Расслабься, Поттер, ты не в том положении, чтобы ставить условия» — кажется, он тогда так выразился. Неужели она это так хорошо помнит? Малфой пристально посмотрел на Гермиону. Вглядываясь в ее лицо, он улыбнулся ей уголками губ.  — Вот видишь, ничего плохого я тебе не сделал, — парень нежно провел тыльной стороной ладони по щеке Грейнджер. Она смотрела на него, не вымолвив ни слова. Зато взгляд будто говорил все за нее. Карие глаза смотрели с каким-то неверием и мольбой одновременно. Драко же, как будто этого, не заметив или не обратив внимания, медленно отошел от девушки и уже собирался уходить, но девичий голос заставил его остановиться.  — Не уходи, — промолвила она хрипловатым голосом. Когда он намеревался уже уйти от нее, ужасный холод окутал ее со всех сторон и в каждой клеточке ее хрупкой души. Она считала себя покинутой всеми в этой жизни, никому не было дела до ее мнения и чувств. Даже этот надменный и самовлюблённый отпрыск чистокровного рода, как бы это не звучало странно, хотел утешить ее. И у него это получилось. Но теперь решил уйти просто так, бросив ее здесь одну на растерзание собственных мыслей. Это было во сто раз подлей, чем можно представить. Драко не спеша повернулся к ней и, обежав ее взглядом недоверия, шагнул чуть ближе. Приподняв за подбородок лицо девушки, он вгляделся в ее глаза.  — Ты хочешь, чтобы я остался? — Драко растягивал слова, дабы уловить эмоции на лице Грейнджер. Он не хотел ее заставлять или принуждать к чему-то. Ведь так совсем не интересно. Он хотел, чтобы Грейнджер сама этого захотела, чтобы умоляла сделать это, просила остаться. И он не мог отказать ей в этом, потому что сам жаждал того же.  — Я не хочу, чтобы ты уходил. Сегодня. — Гермиона знала, что пожалеет об этом на следующий же день. Но сегодня она не могла с собой ничего поделать. Все было чертовски неправильно, если бы он ушел, оставив ее здесь замерзать. Она нуждалась в нем, в его тепле и в этих… до мурашек жарких поцелуев. Гермиона знала, что прежняя Гермиона Грейнджер этого не одобрила бы, но теперь она не была прежней. Сейчас она была той маленькой девочкой, которой сказали, что чудес не бывает. А это же значит, что нет магии, того же Санта Клауса, Пасхального Кролика и Зубной Феи. Но сейчас она была в другой ситуации от которой боль разочарования и в некотором смысле предательства чувствовалась не меньше. Сейчас был тот миг, когда она могла оттолкнуть Малфоя и убежать, чтобы потом всю ночь напролет ее мучили мысли этого невесёлого вечера. Или же другой вариант: попросить бывшего школьного врага остаться с ней. Гермиона Грейнджер выбрала второе. Она решительно обняла светловолосого парня и в туже секунду трансгрессировала с ним в свою пустую холодную квартиру. Волшебники продолжали проходить по этой улице, совсем не подозревая, что несколько минут назад здесь одна девушка только что познала горькое разочарование, но успела подарить надежду на счастье молодому аристократу. Они трансгрессировали не оставив после себя ничего, и лишь осенний ветер продолжал разносить по улице запах дорогого парфюма.

***

Оказавшись в комнате Гермионы, они быстрыми движениями скинули с себя верхнюю одежду. Не прерывая поцелуя, они подошли к кровати и Драко толкнул девушку на постель. Навалившись на нее, он продолжил покрывать страстными поцелуями слегка припухшие губы гриффиндорки. Стянув с Гермионы бордовый свитер, Малфой начал прокладывать мокрые дорожки по нежному телу девушки. Она же лихорадочно расстёгивала пуговицы на его черной, как ночь, рубашке. В этот момент Гермиона особо нервничала, но остановиться уже не могла. Она чувствовала этот скорый момент близости, которого у нее никогда еще не было. Гермиона чувствовала, что ей это нужно. Она нуждается в этом. Пусть завтра же утром будет жалеть об этом, но сейчас она просто хотела забыться в нежных ласках слизеринца. Когда помятая рубашка оказалась на полу, девушка сама прижала к себе Малфоя, обняв того за шею и увлекая в жадный поцелуй. Не отрываясь друг от друга, они помогали себе избавляться от оставшейся не нужной одежды. Когда Гермиона осталась в нижнем белье, она вдруг залилась краской и смущенно посмотрела на Малфоя. Он уже хотел было стянуть с девушки остатки одежды, но она остановила его, схватив за руку.  — Подожди, — хрипло проговорила она.  — Что не так? — таким же хриплым голосом спросил он.  — Я… понимаешь… просто… — Гермиона нервно закусила губу, бегая глазами по потолку.  — Что?  — Я просто еще никогда… этого не делала, — несмело произнесла тихим голосом шатенка. Хоть в комнате и было темно, но она готова была поклясться, что прекрасно увидела радостную улыбку на лице Малфоя.  — Значит, я буду первым, — он усмехнулся, а Гермиона еще больше залилась румянцем. — Не бойся, тебе понравится. — Малфой нежно прошелся ладонями по гладкой спине девушки и расстегнул бюстгальтер.  — Я и не боюсь, — слегка дрогнувший голос выдал ее с потрохами. Она готова была уже схватить что-то угодно и прикрыться, но сильные руки слизеринца не дали ей сделать этого.  — Не стоит этого делать, Грейнджер. Ты очаровательна. — Гермиона впервые услышала такой комплимент, да и еще от Малфоя. Мир будто перевернулся с ног на голову. Она была поражена его словам, что звучали таким искренним голосом. В ту же минуту ее накрыла волна наслаждения, когда парень слегка прикусил ей сосок на левой груди в то время же играя с другим, будто дразня. Эти ласки заставили девушку испустить протяжный стон, выгнувшись в спине. Поцеловав губы гриффиндорки, парень медленно стянул с нее кружевные трусики. Гермиона инстинктивно сдвинула бедра в то время, когда Драко хотел притронуться к ее промежности.  — Почему же ты такая не послушная? — прошептав на ухо Грейнджер, он усмехнулся. Малфой хотел, чтобы она почувствовала то наслаждения, какого ей еще не пришлось познать. Нежно целуя в шею девушку, она смогла расслабиться, и Драко использовал этот момент, раздвинув ей бедра. Он приятно удивился, когда осознал, что она уже мокрая. Лаская пальцами клитор, Гермиона начала постанывать, слегка извиваясь под парнем. Высунув влажные пальцы с промежности девушки, Малфой быстрыми движениями освободился от остатков своей одежды. Гермиона словно завороженная следила за его движениями, задержав свой взгляд на возбужденном члене парня. Она вдруг осознанно напряглась, когда он уже собирался в нее войти. Ей было известно, что в первый раз всегда больно. Ее тревожила мысль: насколько больно? Малфой увидел ее встревоженный взгляд и, приблизившись к ее лицу, нежно поцеловал.  — Лучше расслабься, не так больно будет, — прошептал он ей в полураскрытые губы. Она попыталась сделать так, как он сказал, но волнение все равно присутствовало. Гермиона закусила нижнюю губу, когда почувствовалась легкая боль в низу живота. Малфой решил пока не делать резких движений, дать ей время привыкнуть к новым ощущениям. Медленно входя на полную длину, он прильнул к губам Гермионы, она же зарылась пальцами в его светлые волосы. Их языки переплетались в страстном поцелуе, тела ритмично двигались от наступившего наслаждения. Когда Малфой начал быстрее толкаться в ней, — это заставило Гермиону выгнуться под ним и издать сладкий протяжный стон. Она была такая узкая, что возбуждало парня еще больше. Девушка уже успела подстроиться под его ритм и начала толкаться ему навстречу. Они оба одновременно почувствовали подступивший оргазм, что заставило Гермиону невольно сжать простынь. Кончив в нее, Малфой без сил упал на кровать возле Грейнджер. Оба рвано дышали, пытаясь восстановить дыхание. Гермиона немного отдышавшись, прижалась к Драко, положив голову ему на плечо и укутала их двоих одеялом. Малфой не ожидал этого от нее, но довольно усмехнулся. От нее шло такое успокаивающее тепло, чувствовался комфорт. Они пролежали так минут пятнадцать, просто в молчании. Вскоре Малфой услышал тихое умиротворенное сопение девушки, что так и лежала, прижавшись к нему. «Она уже, наверное, уснула», — подумал он. Убрав вьющиеся волосы со лба Грейнджер, он легонько поцеловал ее. Видимо, прошло ещё какое-то определенное время, когда внезапно приглушенно зазвенел телефон девушки. Драко сначала ничего не понял, когда услышал не знакомые звуки где-то в комнате, но Гермиона услышав это, мигом проснулась.  — О нет, — простонала она, доставая к лежащей сумочке на прикроватной тумбочке, в которой лежал телефон. Непослушные волосы все время падали ей на лицо, отчего она их все время откидала назад. Достав телефон, Гермиона увидела, что звонила мама. Время было далеко за полночь, а она обещала вернуться к десяти точно. Она набрала номер матери и дождалась, когда ей ответят. Трубку взяли почти что сразу, даже и двух гудков не прошло.  — Гермиона, милая, ты где? — взволновалась миссис Грейнджер.  — Мам, я… все в порядке, — девушка услышала малфоевский смешок позади. — Не волнуйся, просто я… я сейчас у себя в квартире и…  — Значит, все хорошо? — поспешила успокоиться мать гриффиндорки, перебив ее. — Нужно было позвонить и предупредить нас.  — Да, мам, прости. Я просто спала и не сразу смогла ответить на звонок, — сонно проговорила Гермиона.  — Ну, хорошо-хорошо, милая. Спи, — ласково сказала Джин Грейнджер. Девушка положила на тумбочку телефон и откинулась на подушки, укутавшись в одеяло. Она сообразила, что все это время на нее смотрел Малфой, и сразу же смутилась, вспомнив сегодняшнюю ночь.  — Это, что за штуковина? — облокотившись об подушку, спросил он. Гермиона удивилась, что его это заинтересовало, и тяжело вздохнув, все же решила пояснить.  — Эта «штуковина», как ты выразился, называется мобильный телефон. Изобретение для поддержки связи. Ты можешь разговаривать с его помощью с другим человеком, просто набрав его номер.  — Недурно придумано. Значит, магглы не такие уж и безнадежные, — ухмыльнулся он.  — Поверь, Малфой, ты еще много чего не знаешь об их изобретениях.  — Мне, честно говоря, как-то все равно, — лениво протянул парень. Девушка лишь устало закатила глаза. Если все равно, зачем тогда было спрашивать? Интересный же он.  — Я думала, что ты уйдешь, — спустя продолжительное время молчания, нерешительно проговорила Гермиона.  — Помнится мне, ты сама просила не уходить, — Малфой нагло ухмыльнулся, вперив в нее пристально хищный взгляд. Это заставило девушку залиться еще большей краской. Ведь она и правда просила его остаться. На дворе еще была ночь, а впереди целый выходной день. Она подавила в себе сладкий зевок, ибо почувствовала снова ту самую усталость. Гермиона сильнее закуталась в одеяло и отвернулась от парня, закрыв глаза.  — Эй, Грейнджер, ты чего? — ухмыляясь, он приблизился к ней, положив на ее талию руку. Но девушка тут же зашевелилась, скидывая его ладонь.  — Вообще-то сейчас ночь. Я устала и хочу поспать, — недовольно пробурчала гриффиндорка. — Если тебя что-то не устраивает — не мои проблемы.  — Какая же ты зануда, Грейнджер, — съязвил парень.  — Ты сама любезность, Малфой, — так же съязвила девушка. Драко еще предпринял попытку приблизиться к ней и хотя бы слегка обнять, но она снова не дала ему этого сделать.  — Да что с тобой? Несколько часов ранее ты была нежнее. — Гермиона прям, представила, как он сейчас в наглую ухмыляется ей в затылок. — Ну же, малышка, иди ко мне, — проворковал он Грейнджер над ухом. Она и была бы рада снова к нему прижаться, отдаться в объятия, но почему-то возникшая гордость не дала этого сделать. — Ты всегда после секса будешь такой упрямой занудой, а, Грейнджер? Или только после первого раза?  — Да ну тебя, Малфой! — она сильнее укутавшись, уже решила не обращать на него внимания, а просто попытаться заснуть. Но ей это еще долго не удавалось. Присутствие парня не давало ей спокойно отдаться сновидениям. Только когда она услышала тихое сопение рядом, то смогла убедиться, что он спит и сама отдалась в объятия Морфея.

***

Почти три месяца назад Гарри уже собирался уходить с кабинета к себе домой, как вдруг к нему пришла Лайза, оборвав все планы.  — Мы уже все обговорили. Не могла бы ты больше сюда не приходить? — он пытался не смотреть на нее, складывая документы в шкафчик. Но девушка, будто не слушала его. Она подошла к нему и положила руку парню на плечо.  — Нет. Я знаю, что тот раз — не был ошибкой. И я знаю, что ты хочешь этого. — Лайза прикоснулась пальцами к губам Гарри, тот же завороженно на нее смотрел.  — Нет. Ты ошибаешься, — нервным голосом проговорил он, но не отстранился от девушки.  — Хочешь, я знаю, — она улыбнулась. А потом смело поцеловала его, обнимая парня за шею. Гарри,через какое-то время, отстранившись от нее, растерянно посмотрел на Лайзу, тяжело дыша.  — Я не могу так, Лайза.  — Можешь, — настаивала девушка.  — Но я ведь обманываю ее. Так нельзя. — Лайза лукаво улыбнулась, закусила губу и, взяв за галстук Гарри, медленно притянула к себе.  — Но ее здесь нет, — она ловко запрыгнула на стол и притянула ближе к себе парня. — Здесь только ты и я, — а в следующую секунду впилась в его губы страстным поцелуем. Гарри поддался девушке, отвечая ей поцелуем и расстёгивая белую блузку. Но внезапно влетел в кабинет Главы Аврората разгневанный Малфой с какими-то бумагами в руке.  — Поттер, я больше не намерен этого…! — застав любовников на пикантном месте, он выразил удивление, но сразу же нагло ухмыльнулся, злорадно рассматривая девушку. Лайза в спешке застегивала блузку, отвернувшись от Малфоя. — О-о-о, — довольно протянул Драко. — Так, так, так. Что тут у нас…  — Стучаться нужно, Малфой! — гневно прорычал Гарри.  — В таких случаях, Поттер, нужно закрываться, — злорадно ухмыльнулся Малфой. — Мисс, с распахнутой блузкой вы гораздо сексуальней, — он наглым хищным взглядом одарил Лайзу, отчего та сильно смутилась, но потом же перевела растерянный взгляд на Гарри. Тот же гневно посмотрел на нее.  — Уйди! — сквозь зубы прошипел ей Гарри. Девушка незамедлительно пулей вылетела с кабинета Главы Аврората. — Что тебе здесь нужно?  — Поттер, а как же твоя Уизлетта? — насмехался молодой аристократ. В его серых глазах заплясали озорные чертики.  — Не твое дело, Малфой! — зло прошипел Гарри.  — Твоя, правда. Но, видишь ли, я застал вас как раз на самом начале откровенного момента, поэтому я как бы тоже теперь посвящен в эту вашу… историю, — он хитро сощурился. — Ты не боишься, если кто-нибудь еще узнает об этом?  — Только попробуй кому-нибудь сказать! — Гарри яростно сжал кулаки.  — Ты можешь не сомневаться. Я с удовольствием рискну поведать эту историю всем желающим. — Малфой самодовольно ухмыльнулся, смотря на бледного Гарри. — Подумай: тебе ведь скандал не нужен из-за какой-то статьи, я прав?  — Чего тебе нужно? — спросил парень, решив пойти все-таки на поводу у этого мерзавца.  — А вот это уже другое дело, — довольно улыбнулся Драко.

***

Гермионе не удалось уснуть надолго. Почему-то тревожные сны не давали спокойно поспать. Проснувшись рано, она тихонько пробралась в ванную. Приняв душ, девушка решила пройти на кухню. Проходя мимо спящего парня, она невольно залюбовалась им. Таким он нравился ей больше. Заварив кофе, Гермиона просидела на кухне еще полчаса, когда к ней присоединился Драко с привычной наглой ухмылкой на лице и влажными светлыми волосами. Он в черной рубашке и таких же черных брюках свободно прошёлся по кухне. Гермиона как раз дочитывала книгу, но увидев его наглое поведение, нахмурилась.  — Ты что воспользовался моей ванной? — девушка чуть не задохнулась от возмущений, когда он нагло ей ухмыльнулся и начал беззастенчиво хозяйничать у нее на кухне.  — Значит, спать с тобой в твоей постели мне можно, но принимать душ запрещаешь?  — Ты невозможен, — она фыркнула, снова углубившись в чтение.  — Черт, Грейнджер! Чем ты вообще питаешься? — Малфой омерзительно осмотрел полную коробку овсяных хлопьев и затем выбросил ее в мусорный ящик. — Что больше ничего другого нет?  — Эй! — возмущенно крикнула Гермиона. — Ты, что творишь? — она мигом подскочила к Драко, толкнув его, и хотела достать обратно коробку, но Драко остановил ее. — Малфой, здесь тебе не твой замок! Так, что попрошу тебя не трогать мои вещи! — она и в самом деле питалась не лучшим образом. В основном ела в обеденные перерывы на работе, а домой приходила уже уставшей и готовить что-либо не хотелось. Поэтому в таких случаях она прибегала к еде на скорую руку.  — Я так понимаю, что кроме чашки кофе на завтрак ты больше ничего не сможешь предложить?  — Вот еще! С чего ты взял, что я буду тебе что-то предлагать?  — Ну, раз так, я и сам справлюсь. — Драко уже отвернулся от девушки, но стоило это сделать, она мигом вскочила со стула и подбежала к нему, оттолкнув от кухонной тумбы.  — Ну, уж нет! Моя квартира, значит, моя кухня. Сама все сделаю, если уж тебе так хочется, — на последних словах она скривилась, посмотрев на самодовольно ухмыляющегося Малфоя. — Ну, а ты пока… посиди. Здесь, — она хотела, чтобы он был у нее на виду, пока находится у нее в квартире. Гермиона не желала, чтобы он снова что-то сделал, сломал, ну или же выбросил без ее ведома. Здесь было множество маггловских вещей, к которым не хотелось его подпускать.  — Давай, я подожду, — парень по-хозяйски расположился на стуле, закинув ногу на ногу. Девушка на его комментарий лишь раздраженно фыркнула и что-то невнятно пробормотала. Он наблюдал за Грейнджер и вдруг увидел брошенную ею книгу на столе. — Грейнджер, неужели ты читаешь этот сопливый жанр? — с отвращением спросил Драко, разглядывая книгу, потом же небрежно положил обратно. По обложке он сразу понял, что это очередная любовная история.  — Не твое дело. — Гермиона подошла к нему и поставила перед парнем чашку кофе, а потом взяла книгу и продолжила чтение, сев рядом с Малфоем.  — Ты что опять будешь читать?  — Да, — просто ответила она.  — С ума сойти, — беззвучно рассмеялся Драко.  — Что-то не так? — равнодушно спросила девушка, не отрываясь от книги. Но Малфой промолчал, ничего не сказав. На самом деле она знала, что он хочет поговорить с ней. Да она и сама хотела, вот только она боялась услышать от него то, о чем догадывалась. После проведенной с ним ночи в ней будто что-то поменялось по отношению к нему. На самом деле она увидела Драко совсем с другой стороны. Он был ласков и нежен с ней, совсем противоположностью тому разбалованному мальчишке со школы. И Гермиона соврала бы себе, если бы сказала, что ей не понравилось с ним. Эта ночь была великолепна, одна из тех спокойных ночей, которые были у нее до войны. С ним гриффиндорка почувствовала себя уютно, а главное безопасно. С бывшим школьным врагом она почувствовала себя в безопасности. Это могло звучать еще более абсурдно, если бы она призналась кому-то об этом в голос. Ей чертовски было интересно узнать, о чем думает сейчас Малфой, но спросить она решилась лишь, когда он поставил, пустую чашку на стол.  — Малфой, это была…  — …ошибка, я знаю, Грейнджер, — закончил он за нее. Гермиона же посмотрела на него ошарашенным взглядом, не веря его словам. Она хотела сказать совсем другое. Но после его фразы не отважилась его поправить.  — Да… — слабо вымолвила она.  — Что ж… — он поднялся со стула, и Гермиона поняла, что сейчас он уйдет. Возможно, уйдет надолго. Либо навсегда. Как же это слово больно резануло рассудок.  — Я сняла антиаппарационные чары, можешь прямо отсюда… — гордость не посмела раньше высказать всю правду, а теперь она теряет этого человека, который смог подарить ей лучшие минуты и то долгожданное тепло в каком она нуждалась последние полгода.  — Да, конечно, — поспешно добавил он и устремил взгляд надежды на гриффиндорку. Малфой ждал, что она остановит его, но она продолжала так же стоять и смотреть куда-то в сторону. Грейнджер словно ждала его ухода, и ей было некомфортно сейчас рядом с ним. Он же хотел с ней поговорить обо все этом. Но она молчала. Драко начал подозревать, что сейчас Гермиона просто выскажет все. Скажет, что прошлая ночь была ошибкой, недоразумением, что этого не должно было случиться. Уж если она так думает, то пусть он первый заявит об этом. Так будет спокойней ему. Да, он и завершил реплику за нее, не дождавшись, что она хотела сказать на самом деле. Теперь Малфой сожалел, что перебил Грейнджер. Но дороги назад не было, и стоять здесь в полном молчании было глупо. Больше не сказав ничего, он трансгрессировал. Девушка же после его ухода не смогла сдержать горьких слез. В отчаянии она швырнула книгу на пол, чего до этого никогда не делала. У всех этих романах был счастливый конец, и она специально выбирала именно такие. Гермиона надеялась, что и у самой когда-то случиться подобное. Пусть и не, как в сказке, но счастливо. Она просто без сил медленно осела на пол и закрыла ладонями лицо. Ей только что довелось понять, что хоть и за кратковременные минуты счастья все равно придется дорого заплатить. Это было несправедливо для нее, учитывая через, что ей пришлось пройти. Но, видимо, в этой жизни звезды для нее были неблагосклонны.

***

Дни все проходили, сменяясь на другие, становились короче, а ночи длиннее. Со дня той ночи прошла всего неделя, но Малфой так и не смог смириться с тем, что ушел тогда, не сказав многого. С Грейнджер он больше не говорил, а видеться приходилось редко. Работая в разных отделах это было нормально. Но даже если они и могли вдруг пересечься в коридоре Министерства, то сразу отводили взгляд и не смели больше посмотреть друг на друга. Но Драко не был бы Малфоем, если бы просто так проигнорировал бы этот пустой взгляд. При виде Грейнджер он обязательно по привычке криво ухмылялся ей и высокомерно проходил мимо нее. Аристократ считал, что если переспит с ней, то это наваждение уйдет, испарится. И он снова заживет по-старому ни о чем, не беспокоясь. Но стало еще хуже, чем было. Теперь она преследовала его везде. В постоянных мыслях и снах. «Я не хочу ее вспоминать, видеть, но… эти глаза, губы, волосы пахнущие белым сандалом. Да, похоже, что я сошел с ума! Это конец! Почему я вспоминаю нашу ночь? За что мне это?»  — Можешь на меня злиться, но я вижу, что эта девчонка что-то сделала с тобой, — внезапно прервал Блейз мысли Малфоя, которому Драко все рассказал. Он рассказал другу о той ночи. Но посвящать в личные дела и то, что творилось в душе, не собирался. Но вот только Забини и так видел состояние Малфоя, как бы хорошо он не играл безразличие к Грейнджер.  — Не говори глупостей, Блейз, — попытался отмахнуться Малфой, но провести лучшего друга было и не так уж и легко.  — Да брось, я все вижу, — по тому, как Малфой нервно опустошил свой бокал, Забини уже был в полной уверенности в своих словах. — Честно, я удивлен, что ты чувствуешь к ней симпатию.  — Да нет никакой симпатии!  — Можешь не стараться, не выйдет. Ты меня не проведешь, — самодовольно улыбнулся Блейз. — Знаешь, как-то странно она на тебя повлияла сразу же после первой ночи. Ты уже неделю не в духе ходишь.  — Да все со мной в порядке. Не начинай, Забини.  — Э, нет, дружище. Пэнси мне рассказала, как ты грубо ее послал вчера.  — Не нужно было лезть. Я попросил ее оставить меня в покое, так нет же, она еще больше начала меня расспрашивать. Вот точь-точь, как ты сейчас, — он устремил в друга предупреждающий взгляд.  — Хочешь, можешь и меня послать. Вот только ты знаешь, что на меня это не подействует. Только вот Пэнси жалко. Обиделась на тебя, знаешь ли. — Малфой тяжело вздохнул, и устало откинул голову назад.  — Перебьётся, — равнодушно ответил он.  — Вижу, тебе бесполезно это говорить. Но все же скажи мне, что ты думаешь сейчас насчет Грейнджер. — Драко устало закатил глаза, но деваться было не куда. Нужно ему признаться, что бы отвязался, наконец. Но тогда, возможно, не отделаться от него до конца жизни. Но будь, что будет. Ему просто уже на осточертело отмалчиваться и посылать, куда подальше своих друзей. А перед Пэнси все же, он виноват.  — Так и быть, твоя взяла. — Блейз победоносно ухмыльнулся и приготовился слушать друга. — Значит так: я ее просто так не отпущу. Ей теперь от меня никуда не деться. Грейнджер принадлежит только мне.  — Эм… скажи мне, Драко. Ты вообще просвещал Грейнджер в тот факт, что она теперь твоя? — вдруг удивился Блейз такому словесному потоку откровений друга.  — Нет. Но я это сделаю. Ей предстоит просто смириться с этим. — Знаешь, если считать то, что ты у нее первый, то она видимо всегда тебе и принадлежала, — он хитро подмигнул Малфою, отчего тот лишь хмыкнул. — Ну ладно, а что там, на счет твоих отношений с отцом? — поинтересовался Забини, тоже опустошив бокал и наполняя его снова огневиски. Драко немного расслабился, что друг сам решил сменить тему разговора, но эта была не лучшей для него.  — Паршиво. Он заморозил мне счета, не оставив ничего. Теперь я живу за свой личный счет, — он криво ухмыльнулся, опустошая бокал.  — Ну, это еще ничего. Тебе повезло, что ты на высокой должности. — Забини пытался подбодрить друга.  — Я скажу тебе, что это весьма неприятно, когда собственный отец старается подпортить жизнь. Он не понимает меня и не хочет понимать и лишь потому, что зациклился на своих гребаных принципах!  — А ты не подумал, что произойдет, когда он узнает о связи с Грейнджер?  — Ты, что шутишь? Думал, конечно. Все время думаю, и, похоже, скоро сойду с ума от этого.  — Тогда будь готов ко всему.  — Блейз, хватит уже говорить о Грейнджер! И без твоих реплик тошно. — Драко устало откинулся на диван с подушкой и прикрыл глаза.  — Да ладно, я же всегда тебя поддержу. Пусть, конечно, Грейнджер я всерьез и не представлял объектом твоих мечтаний, — съязвил Забини, но увидев разгневанный взгляд друга, — тот явно не оценил шутку, быстро добавил, — но все же с этим смириться я могу.

***

 — Гермиона, подожди! Можно с тобой поговорить? — Рон спешил нагнать девушку, она же уже подходила к каминам Министерства.  — Конечно, Рон, — гриффиндорка улыбнулась другу, но сразу же ее веселая улыбка сменилась грустью на лице. Позади Уизли шел Малфой с какой-то молоденькой сотрудницей Министерства. Он же тоже увидел ее с Роном и одарил ее презрительной ухмылкой. Гермиона попыталась тем же ему ответить, но в душе почувствовала ужасную горечь и обиду.  — Что с тобой? — спросил в недоумении Уизли.  — Все чудесно, Рон. Давай, что ты там хотел, обговорим у меня?  — Хорошо, — согласился парень.

***

 — Так о чем пойдет речь? — девушка устало плюхнулась на диван у себя в гостиной.  — Гермиона, понимаешь, Адель вскоре исполняется восемнадцать и я подумал, что ты можешь мне помочь в этом вопросе… — неуверенно проговорил парень.  — Ты хочешь, чтобы я подсказала, что можно подарить? — догадалась гриффиндорка.  — Да. Просто я в этих вещах не очень-то разбираюсь…  — Знаешь, иногда лучший подарок — это хорошо проведенное время, — ей было немного обидно, что Рон никогда так не переживал на счет этого дня, когда они еще встречались во время школьных лет.  — Да, но ты можешь подсказать? Ты ведь девчонка, тебе должно быть виднее, — слегка смутился Рон.  — Я считаю, что Адель будет приятно, если ты просто устроишь романтическую атмосферу.  — Но я…  — Да, знаю, что с романтикой у тебя не очень, — они вместе усмехнулись. — Если хочешь сделать что-то приятное, то главное захотеть. Просто устрой романтический ужин, пару свечей, угощений, комплиментов и считай, что подарок удался.  — Ты, правда, думаешь, что это будет…  — Уверена, — твердо сказала девушка. — А когда ей исполняется восемнадцать?  — Через пару дней.  — Отлично, нужно и мне что-то ей подарить. — Гермиона решила, что уже стоит закончить с этой глупой неприязнью к этой девушке. Сегодня она впервые за долгое время не была раздражена, обговаривая невесту Рона.

***

Драко был в ярости, увидев Грейнджер вместе с Уизли. Он не мог допустить этого. Ему хотелось вывести из себя гриффиндорку за то, что собиралась вместе с ним войти в камин. Малфою повернулась удача, когда в атриуме он увидел свою секретаршу — Клэр. Он всего лишь предложил провести ее, но это, кажется, сработало. Грейнджер тогда с такой злостью смотрела на него, что он мысленно возликовал. Она ревновала его, это он точно знал. Да и этого Малфой и добивался. Ревность — первый признак, что он Грейнджер не безразличен. Но только то, что она ушла вместе и Уизелом, все равно раздосадовало Драко.  — Черт! — выругался молодой аристократ, запустив вазу в стену. Он сел на кровать и устало потер переносицу. Какое-то время он сидел просто так, что даже и не заметил, как стучали в дверь.  — Драко, к тебе можно? — несмело зашла в комнату аристократа Пэнси Паркинсон.  — Пэнси… ты все-таки пришла, — облегченно выдохнул Малфой.  — Я не могла не прийти, особенно после того, как Драко Малфой написал мне, что забирает свои слова обратно, — девушка подошла к нему и села рядом. Потом устремила взгляд на разбитую вазу. — В чем уже ваза провинилась? — невесело улыбнулась она.  — Я действительно перегнул палку. Ты это… не обижайся.  — Да ладно, я понимаю, что у тебя сейчас сложный период. — Пэнси загадочно улыбнулась, отчего Драко будто вышел из транса, устремив на нее пронзительный взгляд.  — Ты это сейчас о чем? — подозрительно спросил он.  — Ну, я не знаю точно, что там стряслось между тобой и… твоим отцом и мне жаль. Но я вижу, что мучает тебя что-то другое.  — Например? — он выгнул бровь.  — Ну, я считаю, что эта проблема — девушка. — Малфой промолчал, но Пэнси поняла, что оказалась права. — Итак, значит, я угадала. — Драко резко встал с кровати и подошел к горящему камину, смотря на языки пламени. — Расскажи мне, возможно, я смогу чем-то помочь?  — Давай не начинать, либо я снова сорвусь на тебе, чего бы мне ни хотелось, — раздраженно проговорил он.  — Хорошо, хорошо, — поспешно согласила Пэнси. — Я ведь не прошу рассказывать мне все.  — Пэнси, почему вы такие сложные? — задумчиво спросил аристократ, глядя на пламя в камине.  — Прости, что? — не поняла Паркинсон.  — Почему с вами так сложно? — он оторвался от камина и направил свой задумчивый взгляд серых глаз на подругу. — Почему вы никогда не говорите прямо, что чувствуете?  — Тоже могу спросить и у тебя, — она хитро ухмыльнулась. Драко фыркнул и отвернулся. — Вот и весь ответ, видишь.  — То есть ты хочешь сказать, что я должен унижаться перед ней? Падать на колени и тому подобное? — он поморщился, будто ему пришлось съесть дольку кислого лимона без сахара.  — Это не унижение — признаться в своих чувствах, Драко. Но ты, в каком-то роде прав. Для тебя это унижение, — она усмехнулась. — Я знаю тебя не хуже Блейза, но ты все равно меня меньше посвящаешь в свои дела, но я ведь твоя подруга, так что я не обижаюсь, я понимаю.  — Спасибо, Пэнс.  — Я рада, что смогла хоть чем-то помочь. А теперь предлагаю пойти и поразвлечься. Блейз уже должен быть там.  — Желаю весело провести время.  — Эй, ты чего? — девушка подошла ближе к другу, заглядывая в его серые глаза. — Мы собирались погулять, как раньше. Все вместе, — она обиженно надулась.  — Не обижайся, Пэнс, но у меня дела.  — А ну тогда понятно. — Пэнси хитро улыбнулась, уже понимая, какие такие дела созрели у Малфоя. — Ну, удачи, — она подмигнула ему на прощанье и скрылась за дверью.

***

Гермиона сидела на диване, укутавшись в теплый плед и читала книгу. Рядом мирно спал Живоглот. Все-таки ей удалось дочитать этот роман, и она отложила на столик книжку. В какой-то степени ей надоело лишь читать счастливые истории, а не переживать их в реальности. Увидев Малфоя с той девушкой, у нее разгорелась какая-то непонятная ревность к нему. Сейчас Гермиона сожалела больше всего на свете, что не поговорила с ним еще тогда утром. Но если бы у нее был хоть единый шанс повернуть время вспять, она обязательно не упустила бы такой возможности. Девушка просто устала от мыслей о Малфое, устала от этого холодного одиночества. Она начала гладить своего кота и тот приятно замурлыкал. Вдруг Гермиона услышала громкий хлопок где-то позади себя. Она обернулась и сразу же вскочила с дивана, отчего Глотик свалился на пол и зло зашипел на незваного гостя. Хозяйка подняла кота на руки и разгневанно уставилась на Драко.  — Что ты здесь делаешь, Малфой? — воскликнула Грейнджер. Потом сразу же пришла в себя, подумав о том, что это и есть тот единый шанс, о котором она думала. Она несмело приблизилась к нему, а тот лишь смотрел пустым взглядом в ожидании того, что его сейчас выгонят, не дав и сказать ни слова. — Впрочем, я даже рада, что ты пришел. — Драко в удивление лишь изящно выгнул бровь.  — Грейнджер… — начал парень, но девушка резко перебила его.  — Малфой, мне нужно поговорить с тобой, — твердо заявила Гермиона.  — Хорошо, потому мне тоже нужно поговорить с тобой. Кто будет первым?  — Так, как меня вообще не волнует, что ты хочешь сказать, думаю, что это должна быть я, — конечно, ее волновало то, о чем он хочет поговорить с ней. Но Грейнджер боялась услышать что-то такое, что может расстроить ее. Поэтому она хотела выговорить ему первой все, что о нем думает на самом деле. А потом если он желает, то пусть говорит свое мнение. Ее хоть совесть больше не будет мучить из-за того что она, возможно, упустила свой шанс. — Мне кажется, что у нас с тобой есть что-то общее.  — Знакомая фраза, — задумчиво произнес парень, вспоминая слова Забини. — Это страсть к разрушению? Презрение к законодателям моды? — и тут его уже понесло, а Гермиона даже не могла его остановить, оставаясь застывшей стоять на месте. — Подожди, не говори мне… Обнаженное сексуальное очарование! — Гермиона словно оторопела от его слов. — Знаешь, а ты красивая… — как-то невнятно проговорил он, и тут Грейнджер поняла, что он был пьян, от него несло огневиски и она, поморщившись, немного отошла назад.  — Ты пьян! «Ну, подумаешь, немного выпил для решительности, ну что тут такого?» — подумал про себя Малфой и, ухмыльнувшись, начал подходить ближе к ней. Она же отступала все назад.  — Ты отлично игнорировала меня, Грейнджер.  — Я… я была занята, — неуверенно проговорила девушка. С Малфоем в таком состоянии она еще никогда не говорила и ей ни было известно, какой он, когда пьян. Честно говоря, ей было страшновато. А палочка лежала в ее комнате, как же не вовремя Гермиона ее там оставила.  — Ага, я видел, с кем ты была занята. — Драко придал особой интонации этому предложению, указывая на сегодняшний день.  — Рон? Перестань, он ведь просто друг.  — Неужели? — он подозрительно посмотрел на нее, и девушка лишь кивнула, врезавшись в стену спиной. Отступать было больше никуда. — Ладно, но прежде чем вы станете еще более дружественными, позволь мне тебе напомнить, я могу делать с тобой то, что он даже не может произнести. — Гермиона будто потеряла дар речи и устремила на заявившегося пьяного гостя злой испепеляющий взгляд.— Знаешь, почему ты не с Уизли?  — Ну и почему же? — гневно произнесла гриффиндорка.  — Потому что ты создана для меня, — он нахально ухмыльнулся, а девушка пронзила его убийственным взглядом. В какой-то мере ей было приятно слышать такие слова от него, но с другой стороны ее раздражало его самодовольство и напыщенность.  — Не вынуждай меня опускать Живоглота вниз, чтобы врезать тебе. Но Драко, будто не слышал ее слов, просто наклонился близко к ее лицу и заглянул в карие глаза. Гермиона чувствовала на себе его жаркое дыхание с горечью огневиски, что туманило ее разум с каждой секундой.  — Ну же, Грейнджер. Отключи свой разум. Я читаю тебя, как ты читаешь одну из своих проклятых книг, — и тут они уже не смогли сдержаться. То малое расстояние между их лицами сменилось страстным жадным поцелуем. Гермиона отпустила кота, и тот обиженно посмотрев на хозяйку, улегся на диване, свернувшись клубочком. Девушка зарылась своими пальцами в белоснежных волосах парня и тот, подхватив ее на руки, унес в спальню. Они спешили поскорее избавиться от лишней одежды, покрывая жаркими поцелуями друг друга. Все происходило настолько быстро, что Гермиона невольно вскрикнула, когда Драко резко вошел в девушку на всю длину. Она ногами обвила его вокруг бедер, прижимаясь всем телом к нему. Малфой двигался в ней быстро, ускоряя темп, отчего девушка, сжав с силой простынь, громко стонала под ним от наслаждения. Он жаждал ее сейчас как никогда еще до этого. Драко видел удовольствие на лице девушки и от этого еще яростней начал вдалбливаться в хрупкое тело гриффиндорки. Гермиона сама притянула его ближе к себе и горячо поцеловала в губы аристократа. Все это было словно какой-то прекрасный нереальный для нее сон. И чего она сейчас боялась так это проснуться и осознать, что всего этого нет, и не было. Малфой чувствовал, как стенки влагалища сжимаются и вскоре они оба кончили, откинувшись на подушки. Тяжело дыша, Драко притянул к себе утомленную девушку, она же уткнулась носом в его плечо.Эта ночь была для них гораздо лучше предыдущей, и они не собирались заканчивать на этом. Малфой теперь определенно знал, что хочет быть с этой девушкой и не отпускать ее. Конечно, присутствовали некоторые преграды, но он не собирался так просто отступать. Все было у них еще впереди.