Красная портьера

       — Отряд! Привал! Петро — за дровами! — скомандовал командир.       Пятеро мальчишек — вчерашние школяры — разом расселись по земле. Каждый в изношенной шинели и обносках. Командир ничем не отличный от прочих, кроме пистолета и бинокля на шее. Осмотрев окрестности, командир сел на бревно, взглянул на бойцов.       Вот Пашка, прозванный, за глаза Косым. Сидит молчит, лишь ножиком чик-чик по деревяшке. Повертит, покрутит, дунет, смахнёт стружку и снова чик-чик. Хотел выучиться на художника до революции. В университет поступил. Где-то оставил половину пальцев правой руки. Но приноровился делать всё левой, только вот больше не рисовал. Огрызался, когда просили нарисовать плакат.       Он поступил в отряд уже со страстью к ножам и резным фигуркам. Каждый боец имел такую в форме животного. Белка, медведь, или филин — на удачу. Бойцы в шутку говорили, что фигурки это заговорённые и от пуль берегут. Шутка, а в бою, каждый у груди держал своего резного зверя. С ними идут в атаку смелее, пусть верят.       Война сломала их. У сломанных людей должно хватить злости и упрямства. Должно хватить терпения, иначе обломки останутся обломками, не обратившись в острия, срезающие с будущего лоскуты неизвестности.