Рассвет может наступить

      Тэхен старался удержать равновесие, чтобы стоять ровно и не упасть. Он не должен попасться в таком состоянии, иначе ребята взбесятся. Жизнь айдола обязывает придерживаться определенного образа, но Тэхен изначально ни во что не вписывается. Мир алкоголя с каждым глотком открывает больше неизведанных локаций, так много вещей, которые, оказывается, он еще не пробовал. Сплошной дурман. Кагор — сладкий, виски — крепкий. Но мембры не оценят. Никто не оценит.       Если пить, то не обойдется без сигаретки. Двойной удар по организму. Желудок, легкие — всему придёт конец. Тэхен достиг конечной стадии своей эволюции, пошёл обратный эффект. Детские игры доводят до страдания.       Чимин смотрит с жалостью, вздыхает. Теперь он не смеётся. Просто протягивает бритву и тоналку, прося побриться и замазать синяки, потому что смотреть невозможно (Тэхен бы перерезал себе горло). «И дыши на меня поменьше»       Юнги презирает, уходит от контакта ещё охотнее, чем раньше (Тэхен понимает, что заслужил). А Джин волнуется, раздражается, бьёт. Весь спектр эмоций в этом человеке поражает. За это стоит выпить, — думает Тэхен (Но лучше бы захлебнулся).       Чонгук как лучший друг, лишь отмахивается. Игнорирует эту тему, будто пьяного Тэхена не существует, будто пьяный Тэхен не лезет с объятиями, не целует по-глупому дружеский. Чонгук пытался понять, принять, но это противоречит его миру. Чонгук лишь продолжает играть слепого, наивно веря во что-то лучшее.       Тэхен понял, что полностью опустился, когда Хосок не посмотрел в его сторону. Хосок дарил улыбку Юнги, Чимину и даже Чонгуку, только Тэхен достоин пустого рассеянного взгляда — ранит в самое сердце. Нужно залить горе, — думал Тэхен (А хотел закончить все быстро).       Последний — Намджун. Любимый лидер стал воплощением чего-то страшного, грозного, гневного. Бедный Тэхен испугался, вжимался в спинку стула, сдерживал слезы. (Он хотел, чтобы его спасли). Помогите кто-нибудь… Намджун…