Голоса демона

(POV Марк) Мне впервые за долгое время приснился хороший сон. Красочный и светлый. Я видел в нём Широойю. Он словно свет растопил своим появлением густую тьму и поселил в моем внутреннем мире покой и умиротворение. Проснулся я свежим и отдохнувшим. Доктора на ежедневном обходе дивились моему чудесному пробуждению, желая мне скорейшего полного восстановления. В больнице я задержался ненадолго и был выписан домой. По тем показателям, которые мой организм выдавал при проведении различных анализов и тестов, я мог спокойно продолжать обучение после долгого перерыва. Широойя был безмерно рад моему выздоровлению, как и я сам. Вернувшись домой, я первым делом громко позвал Пейн. Она вскоре прибежала на мой зов. Ласковая, добрая и верная. В холодильнике не было даже намека на наличие свежих продуктов. Только колбаса - чудо генной инженерии, нисколько не испортилась. Удивляюсь, как такие вещи, находясь в комфортных условиях, не растут и не размножаются? Так бы они плодились почкованием мне на радость. Ничего меня не раздражало в данный момент, кроме довольной физиономии Широойи на горизонте. - Не смотри на меня так. - схватил я его за лицо рукой. А он и не думал уворачиваться от моей руки либо же пытаться высвободиться. Он обмяк, упираясь лицом в мою ладонь, и беззаботно улыбался. Если бы я ослабил хватку то он, скорее всего, упал, но мне с этого какая польза? В конце концов, он сам решил отойти. - Слушай, а давай мы с тобой отпразднуем твое выздоровление? Купим что-нибудь поесть вкусненького и... - А смысл? – отодвинув его рукой со своего пути, прошел я мимо, выйдя из кухни. - Марк, не надо искать в этом смысл, нужно получать удовольствие, веселиться. Я вижу, ты даже не знаешь, как это делается. Не беспокойся. Я тебя научу. - Умею я. - Да? Ну, тогда вот тебе простое задание. Улыбнись. - встал он передо мной, гордо сложив руки на груди, словно знаток искусства перед картиной малоизвестного художника. Сначала я пытался игнорировать его просьбу, блуждая по дому, и, занимаясь чем попало, лишь бы сделать вид, что очень занят. Но его хождение по пятам и вид, будто взял меня «на слабо», заставили вскоре сдаться. И почему я вообще должен беспричинно улыбаться? Но чувствуя, что он не отстанет от меня, я остановился, повернулся к нему и натянуто улыбнулся. - Доволен? - отвернувшись от него, направился я в сторону спальни. - Нет. Попробуй ещё раз. Искренне. - Отстань! - Ну, Марк! - повиснув у меня на руке, занудил он протяжным голосом. - Я не почувствовал в твоей улыбке искренности. Ты улыбнулся так, будто тебя кто-то заставил. - А разве это не так, ты же сам только что… - Просто попробуй ещё раз. Подумай о чём-нибудь приятном. И у тебя получится. - Ладно, но это в последний раз. Я закрыл глаза и попытался представить что-нибудь красивое. Через мгновение я расплылся в довольной улыбке и, открыв глаза, увидел не менее довольного Широойю. - У тебя получилось! А о чём ты подумал, если не секрет? - О куче окровавленных трупов и... – мечтательно произнёс я, не раскрыв ему истинной причины своей улыбки. - Достаточно. Я так и думал, что тебя веселят только чужие страдания. Но откуда эта ненависть? Демон ведь покинул тебя. - Не знаю, наверное, это моё личное предпочтение. Ты так не считаешь? Сам-то как думаешь, может ли из меня получиться тот, кого ты хочешь видеть? Конечно, ты опять начнешь свою песню о том, что ты постараешься помочь мне, но прошлое уже не изменишь. Время искалечило и меня, и тебя по-разному и отношение к этому сложилось тоже индивидуальное. - Нет на свете людей, которых бы не покалечило прошлое. Возможно, есть даже такие люди, чья история схожа с твоей или даже хуже. - Да что ты понимаешь? – резко отвернулся я и продолжил идти в прежнем направлении. - Нет. Ты послушай. Что бы ни случилось в прошлом, люди находят выход из любой ситуации. Разве ты не хочешь найти выход? - Я могу показать его тебе. Вперёд по коридору и направо. - Недавно ты сам был не против. Что изменилось? - Ничего. Просто оставь меня в покое.- захлопнув за собой дверь в спальню выпалил я, отгородившись от его нападок. Он вывел меня из себя своей наивностью и святой верой в лучшее. По-правде я и сам от своей жизни уже устал, но есть ли смысл что-то менять? Перемены не приживутся, и в конечном итоге я останусь один, как и прежде. Я навалился спиной на гладкую поверхность деревянной двери и сполз по ней на пол. Комок в горле подталкивал подступающие слезы. Вместе со сдавленным стоном вырвалась первая слеза. По комнате эхом разносились звучные всхлипы рвущегося наружу накопившегося за долгие годы отчаянья. Широойя определенно мог их слышать, но мне не было стыдно, наоборот мне было всё равно, что я дал слабину, в присутствии пацана, находящегося за дверью. Он так рьяно называет меня своим другом, так пусть знает, что и я не бездушная тварь, что у меня тоже есть чувства. - Марк, открой дверь, прошу тебя, не отдаляйся от меня. Мне становится так тоскливо, когда ты хладнокровно относишься ко мне. Я ведь не безразличен ни к тебе, ни к твоим проблемам. Поведай их мне и тебе станет легче. Что тебя гложет? - Это тебя не касается. - Опять ты за старое. Я буду ждать столько времени, пока ты не решишься-таки излить душу. Так что подумай над моими словами. Прошло довольно-таки много времени к тому моменту, когда я усмирил бурю эмоций и успокоился. За дверью не было слышно ни каких-либо шорохов, ни дыхания Широ. Я подумал, что он ушел, не смотря на своё обещание, или же просто уснул. Я решил проверить свои догадки и, отодвинувшись от двери, открыл дверь. Дверь открывалась вовнутрь подозрительно быстро, словно на неё кто-то навалился с другой стороны. Придерживая от раннего раскрытия дверь, я увидел спящего Широ. По мере того, как я открывал дверь, он сползал вниз до тех пор, пока его голова не коснулась пола. Он даже не проснулся от перемены положения, продолжая мирно спать. Его чёрные волосы хаотично лежали вокруг головы и на лице, от чего он слегка морщил нос, чувствуя их щекотание. Я осторожно убрал волосы с его лица и провел пальцем по щеке, приблизившись к наружному углу глаза. Я поймал себя на мысли, что могу сейчас выщипать ему ресницы или нарисовать на нём что-нибудь. Короче говоря, он находится в полной моей власти. Но, несмотря на полную свободу действий, я всего лишь погладил его по голове. Какой же он всё-таки дотошный ребёнок. Мы с ним полные противоположности. У него есть семья, которая в любой момент готова его принять обратно и состояние, которым он спокойно пользуется. Люди не смотрят на него как на прокаженного или как на хулигана, чем я нисколько не обделен. Но нельзя сказать, что у него жизнь идеальна, учитывая его рассказы о прошлом. И почему мы с ним постоянно умудряемся поссориться? - Когда я был маленьким, моя мать убила отчима на моих глазах, а потом покончила с собой. Я не знаю, зачем говорю тебе всё это, наверное, это лишь желание облегчить душу. Я остался совсем один. У меня нет ни семьи, ни родных, никого. Люди с презрением относились ко мне всё это время. Не все конечно. В основном мои сверстники. Меня сводила с ума манящая мысль о смерти, но то ли я труслив, чтобы принять её с гордостью, то ли слишком силен, вынося все невзгоды. - тихо говорил я, перебирая волосы Широойи между пальцами. Он пошевелился и, приоткрыв глаза, спросил: «Если ты в детстве жил с отчимом, то где твой настоящий отец?» - Мать развелась с ним и улетела за океан, лишь бы его больше никогда не видеть. Первое время, проживания здесь, она твердила мне, что отец оказался плохим человеком, и мне нужно забыть его как можно скорее. - А знаешь, что это значит? – серьезно спросил он. - И что же? - А то, что у тебя есть родной человек, оказавшийся в отдалении по какой-то причине. Жить со своей роднёй уж куда лучше, чем с воспоминаниями о мертвых, которых уже не вернешь. Может быть, вас сведет судьба? Такое обычно случается с родственными душами. - Но я ничего не помню о нём. Как я узнаю его, даже если случайно встречу? - Ну, ты же его сын. Ты в том возрасте, когда сыновья становятся похожи на своих отцов. Тебе достаточно найти своё отражение только чуть постарше. - Ничего проще придумать не мог? - Намного проще пробить по базе твою фамилию. Подобные запросы в наше время - обычное дело. Можно найти человека и узнать о нём всё, вплоть до его адреса. - Знаешь, ты впервые меня чем-то действительно заинтересовал, но вот только как видишь, у меня нет никакой возможности зайти в твою базу данных - у меня нет никакой подходящей техники. - Ты ведь уже выходишь на учебу. Мы можем зайти в библиотеку и с ноутбука попробовать отыскать твоего отца. - Не думаю, что это получится, но я, впрочем, ничего не теряю. - Вот и договорились. После уроков поиграем в хакеров. В школе меня встретили с былым пренебрежением и опаской. Молодежь шарахалась от меня как от прокаженного, что даже заставило меня улыбнуться пару раз. Чувствую себя самым опасным преступником в тюрьме, которого ведет конвой в лице Широойи. Разбитое кем-то окно уже залатали, теперь и не определишь, какое из них послужило причиной нескольких свежих шрамов на моем теле. В класс мы вошли одновременно со звонком на урок. Сенсей проводил перекличку. Когда за Широойей вошел я и закрыл за собой дверь, все взгляды оказались прикованы к нам двоим. Или же только ко мне? Не важно. Но во взгляде всех, кроме сенсея читалось негодование. Видимо, они уже решили, что я добровольно перевелся куда-нибудь, но вопреки их массовым ожиданиям я образовался в классе живой и по общим меркам здоровый. Учитель поздравил меня с выздоровлением и радостно поставил в журнале отметку о моем присутствии. На протяжении первого урока на нас оглядывался весь класс. Как только чей-то взгляд был уловлен моим, человек мгновенно отворачивался, а вместе с ним все, кто сидел поблизости с ним. Несколько раз мы обмолвились с Широойей парой фраз, что тоже не осталось без внимания окружающих. Широ делал вид, что не замечает этого, но потом шепнул мне, чтобы я не относился к этому с негативом, нужно им приветливо улыбнуться и это станет моим первым шагом к тому, чтобы меня перестали бояться и презирать. Вопреки своему внутреннему недовольству к данному плану, я всё же натянуто улыбнулся робко глянувшей в мою сторону девушке. Она резко отвернулась. С моего места было хорошо видно, как покраснели её щеки. Злится, наверное. - Широойя, твой план ни черта не помогает. Ты видел, она тоже отвернулась. - Да видел я, видел. А вот ты дурак чёрствый. - по-детски обозвал он меня сквозь кашель. - Это не ненависть, это твой прямой билет в светлое будущее. - Что ты имеешь в виду? - Она не злится, а смущается. Понял о чём речь? - Кажется да. Но мне-то, какой с этого прок? - Какой же ты всё-таки тугой наголову! - повысил он голос на пару децибелов, демонстративно стукнув себя пальцем по виску. После его слов те, что перешептывались, тут же замолчали, а кто спал – проснулся, и все разом посмотрели в нашу сторону. Учитель, выдержав короткую паузу, громко пригрозил нам: «Я конечно рад, что господин Марк в полном здравии посетил занятия, но я не думаю, что вы оба теперь можете срывать мне урок своей болтовней». Широ извинился за нас обоих и густо покраснел, похоже, он понял, что сморозил что-то явно двусмысленное, привлекшее так много внимания. Я лишь закрыл рукой глаза в безнадежном жесте. До конца уроков нас больше никто не беспокоил своим вниманием, кроме той девушки, взгляды которой я с легкостью проигнорировал, не желая вновь вводить её в краску.