Книга Тьмы и Света. Записи неизвестного

      Если меня не обманывают мои глаза, впереди показались верхушки башен Рамос-Каона. Наверное, это действительно так, ведь мы идём уже который день. Двое: легенда и человек в капюшоне...       Я до сих пор помню это чувство. Я боюсь его. Когда я вспоминаю, кем я был... Мне кажется, что я мог убить даже самого себя, собственную душу. В каком-то смысле так оно и было. Я убивал других и убивал себя самого, всё больше превращаясь в того, с кем я сражался.       Позднее я стал хиантом. Хиант – в переводе с того же древнего алмадийского – означает «вернувшийся». Почему с алмадийского? Потому что хиант – это бывший паладин, который пал во Тьму и смог вернуться. Таких почти не бывало. Куда больше было просто падших паладинов, не вернувшихся... И на тот момент я тоже ещё не вернулся.       Да, я последний остался в живых в той злополучной битве, и я не погиб. Вслед за демонами, сокрушившими мою армию, появился один из Лордов... Ужасающее создание. Как я понял, он приказал не атаковать меня, а затем... Затем он применил на меня... Даже не магию, нет. Он просто накрыл меня Тьмой. Тьма поглотила меня, забралась в самую душу.       Мой разум был повержен нахлынувшей Тьмой. Я помню это чувство. Я хотел лишь одного: убивать. Убивать всех, всех так называемых «светлых», «добрых», всех, кто считает, что ненависть – не самая большая сила из существующих.       И даже если отголосок разума пытался внушить мне, что это всё неправда, что это не я, что нужно отринуть Тьму, в памяти сразу же всплывали все обиды, вся ненависть, которую я когда-либо испытывал, вся злость... И я не мог сопротивляться этому.       Я стал тёмным паладином или просто тёмным, как нас называет Второй Легион. Все его последователи принципиально не называют таких, как я, паладинами. Лишь тёмными. Я сражался на стороне Сан’Даара во имя Тьмы, я уничтожал всех, кого ненавидел, а ненавидел я всех, кто не разделял со мной Тьму, такую всепоглощающую, такую упоительную, которая забралась так глубоко в меня...       Я сеял Тьму, я стал демоном, самым страшным демоном из всех, что только могли существовать. Я стал демоном, который до этого был человеком.       Как оказалось, я был далеко не слабым паладином в плане магии Света. Мой потенциал был велик, но я не мог раскрыть его. А Тьма смогла.       Я убивал паладинов одного за другим. Никто не мог противостоять моим навыкам ближнего боя и моей магии, той ужасающей тёмной магической силе, что я обрёл.       Рано или поздно меня бы смогли остановить. Те же «Испепеляющие», например, превосходили меня по силе. Я, конечно, не стал и не мог стать погибелью для Нерадора. Но моя душа... Я думал, она потеряна для меня безвозвратно...