She wants to touch me, I want to touch her

      Виктория улыбалась, когда они ехали, по радио передавали песню The Beatles — «Black bird», и Виктория стала подпевать композиции, не замечая Тома, будто она одна ехала в машине, её раскованность не переставала удивлять Тома, и он заметил про себя, что девушка умеет петь. У неё было всё, она была хороша собой, наверное, даже сама не представляла себе, насколько. Она заражала его энтузиазмом и любовью к жизни, Том чувствовал себя так, словно он стал маленькой атомной электростанцией, энергия пёрла из него, он нёс какую-то фигню, и эти странные слова, больше похожие на бред сумасшедшего, цепляли его, Том подхватывал их как болезнь, передавал эмоции. Это было чувственно, член в штанах ныл только сильнее. Том решил немного успокоиться, чтобы проверить Викторию на эмоции, и сказал, остановившись на светофоре: — Ты действительно хочешь поехать ко мне? — он вопросительно смотрел на Викторию. Та повернула голову в его сторону, глаза мягко и счастливо блестели, она подпевала уже беззвучно, её губы, слегка обветренные, шевелились, проговаривая слова песни. Она ответила без раздумий: — Я не напрашивалась к тебе домой, а только предложила тебе свою услугу — приготовить ужин, но это не значит, что я напрашиваюсь к тебе в гости, — её спокойствию можно было позавидовать.       Том улыбнулся, стараясь не выдать лёгкого и мгновенного отчаяния, ему почему-то казалось, что сейчас он может всё, слова выходили из него, складываясь в такую беседу, от которой ехала крыша, он забывал о Джейд с каждой секундой, даже не замечая этого. Их года совместной жизни испарялись, как роса в жаркое утро. Том чувствовал себя лёгким и свободным, он не узнавал себя. — Это уже твои додумки, потому что ты хочешь, чтобы я поехала к тебе, — добавила Виктория также ровно. — С чего ты это взяла? — голос Тома стал неожиданно высокомерным и наглым. Перевоплощаться, менять стили поведения — это давалось Тому отлично. — Ладно-ладно, ты права. Хватит размазывать сопли психологии по лобовухе, едем ко мне, — неожиданно его голос стал мягким, на лице Виктории он видел лишь довольную улыбку, её будоражило это общение не меньше Тома. — А как ты относишься к тому, что я приму у тебя душ дома? — спросила она, ощущая слабый запах пива в воздухе от своего тела, она слегка поморщилась. Но вспомнила взгляд Тома, обращённый к ней, когда Виктория пальцами снимала с груди пену пива и обсасывала пальцы. — Я угадал, ты напрашиваешься ко мне домой! Ишь чего захотела, а вдруг ты клафелинщица? — спросил также нагло Том, усмешливо глядя, он хотел негативных эмоций. — ЛСДшница, — важно поправила его Виктория, на лице её была улыбка. — Ещё лучше! — воскликнул Том. — Накачаешь меня ЛСД, обворуешь и свалишь?.. Ну уж нет! А я буду лежать и мультики смотреть… — Я буду в душе… — Виктория сделала голос низким и монотонным, еле сдерживая смешки. — А вдруг у меня душ инкрустирован драгоценными камнями? — возмутился Том, подражая интонацией Элтону Джону. — Ты даже сам этого не знаешь точно… Ты точно имеешь официальное жилище или в гостиницу меня сейчас повезёшь, выдав её за свою квартиру? — Виктория рассмеялась, Том улыбнулся шире, у его собеседницы есть мозг, и это радует. — Обворовать тебя вряд ли получится, — они оба смеялись, ощущая приятное тепло между собой. Искры разряжали воздух всё чаще, дыхание у обоих сбилось от смеха, возбуждение нарастало. — Ты весёлая, я знаю, что таким девушкам я нравлюсь! — сказал Том. Глаза Виктории смеялись, она поправила волосы. — Ты всем нравишься, — произнесла она уверенно, Том даже возгордился собой и было начал: — Это же я… — Но не мне, — простодушно произнесла она, глядя на него.       Том остановил машину чуть более резко, чем следует, и начал дилемму: — Я не езжу к себе домой с девушками, которым не нравлюсь. Смысл мне терять на них время? Вылезай, я позвоню другой или проведу вечер один, — он говорил серьёзно, будто обиделся. Сейчас она начнёт извиняться, если у неё есть к нему чувства. — Какой обидчивый, — Виктория смеялась над его словами, смена эмоций не прокатила. — Классно разводишь, продолжай. — Я не шучу, вылезай, — Том посмотрел на неё настолько серьёзно, что Виктория почувствовала лёгкий холодок на коже, а потом сказала тихим и ровным голосом: — Я в твоей футболке. — Ничего, вернёшь через Ali Express, — лицо Тома оставалось таким же серьёзным, Виктория не удержалась и прыснула, эмоции прокатили и вышли в позитив, Том улыбался уже тоже, находясь на позитивной волне с ней: — Ты точно неадекватный, это круто. Со мной всегда знакомятся неадекватные парни, говорят, что они хотят меня. А ты же не будешь ко мне приставать? По глазам вижу, что ты любительский-профессионало-дилетант грязного и пошлого секса, как у двух камбал. — Виктория смотрела внимательно на Тома, в его глазах были тёплые искорки, он еле сдерживался от смеха, а услышав про секс камбал, едва е сошёл с ума от смеха. Его распирало. — В первую очередь займусь этим, как только мы окажемся у меня, — усмехнулся Том. — Я люблю хорошо потрахаться, а секс без чувств мне не нужен. — А что ты сделал, чтобы эти чувства были к тебе? — спросила Виктория спокойно и ровно. — Ничего, в том-то и дело. Ты меня поцеловала, — спокойно ответил Том. — Я захотела заткнуть тебе рот, иначе бы описалась от смеха, — Виктория улыбнулась. — Тогда мы точно едем ко мне домой. У меня клёвый туалет, — Том нажал на газ, они тронулись. — У меня тоже удобства дома клёвые, знаешь, туалет для Хоббитов, — Виктория сдабривала свою речь жестами, это делало её забавнее, Том совсем сходил с ума. Она подключилась к этой беседе не как жертва, а как хороший соперник. — Детский горшок? — Том глумливо посмотрел на неё. — Нет, лоток, — Виктория улыбалась широко, Том прыснул снова и засмеялся, неожиданно для самого себя положив ей руку на бедро. Он посмотрел Виктории в глаза, ему казалось, будто они знакомы уже давно. — Необычно ты живёшь, надо заехать в зоомагазин, — сказал Том, похлопав её по ноге. — Зачем? — Как зачем?.. Ходишь ты в лоток, кормить я тебя из миски буду. Заодно корм прикупим кошачий, ты с чем больше любишь? — спросил Том. — Пошёл к чёрту! — Виктория пихнула его в плечо, оба уже раскраснелись от смеха. — Я же говорил, что нравлюсь тебе. Ты смутилась, ради меня ты готова стать лучше. Например, отучиться от кошачьей еды и ходить в лоток. Я оказываю на тебя положительное влияние в отличие от всех остальных твоих неадекватных ухажёров, — говорил Том. Да, теперь она безотказно его, а за деньги ещё можно побороться. — Твои друзья пытались меня соблазнить, ты видел это?.. Глазами стреляли, просили номер телефона, — Виктория перевела ловко тему. Нет, Том влюблён в неё по уши уже, ловко подрезала она его. — Нет, не видел. Зато я видел, как твоя подруга хотела меня закадрить, глаз с меня не спускала, — выкрутился Том тоже не менее ловко. — Твои друзья пытались склеить меня до твоего прихода. Эрик вызвонил меня в кэбе, — сказала серьёзно Виктория. — Как ты догадалась? — Тому не верилось, но всё было куда проще. — Он попросил мой номер телефона. — Эрик сделал это для того, чтобы ты познакомилась со мной, ведь ты хотела этого, а он раскрыл твои планы. Сказал, что ты хочешь секса со мной, — снова выдал Том, не ожидая сам от себя такого. — Что ещё выдумал твой воспалённый ум, которого тоже коснулся спермотоксикоз? — Детка, самое главное, что я тебе нравлюсь, — ответил Том с лёгкостью. — Как мне может нравиться парень, который уже забыл моё имя?! — возмутилась Виктория не на шутку, у неё даже волосы на руках встали дыбом. — Ты так говоришь, словно ты для меня какая-то особенная. Мы едва знакомы, — спокойно ответил Том. Это было обоюдное завоёвывание. — Я вообще не знаю твоего имени, — фыркнула Виктория снова, скрестив руки на груди. — Как ты могла забыть имя своего будущего мужа? Теперь в планах ещё есть заезд в секс-шоп. За ошейником и плёткой, — весело сообщил ей Том, и вот они уже снова оба смеются, почти давятся воздухом. — Не описай мне салон! — напомнил Том строго. — Уже, — послышался голос Виктории весьма серьёзный. — Ну ты даёшь. Теперь я точно выдеру тебя, — Том посмотрел на неё, у обоих в глазах уже плясали чёртики. — Как? — спросила Виктория с интересом. — Спереди и сзади, может, и так, и так, писающая в чужих автомобилях девочка! Ты должна мне массаж, ужин и клёвый секс, — заметил Том строгим тоном, Виктория смеялась, не сдерживаясь. Ей нравилось это непосредственное общение, такое активное и чарующее, от него невозможно было оторваться. Том играл с ней, она с ним… И это были эмоции. Эмоции, от которых потом воспламенятся простыни. — Прекрати смеяться, — потребовал Том. — Я не могу, ты смешишь меня, — Виктория улыбалась, стирая слёзы с лица. Спутница Тома оказалась чувствительной. — Ты хочешь вывести меня из себя? — он не выходил из образа подонка. — Да, это было бы весьма интересно, — Виктория успокоилась, произнося это спокойно. — Пошли на улицу, — сказал Том после лёгкого возмущения про себя. — Зачем? — они ехали достаточно на большой скорости, Том явно не собирался тормозить. — Я хочу оттрахать тебя на капоте своей машины. Вот зачем! — Отведи меня в туалет для начала. — Я отведу тебя к себе домой. И это не обсуждается. — Я устала ждать, когда мы приедем, долго едем уже. — Мы уже приехали, и ты как раз возбудилась, — он въехал на подземную парковку. — Нет, просто я хочу в туалет и душ, — сказала Виктория, пока Том искал своё место. — Слишком много хочешь. Сиденье сейчас потрогаю, если ты описалась, тебе не жить. Одна девушка сделала так, я убил её и съел, — Том игриво и коротко посмотрел на Викторию, сделав страшные глаза, а потом начал парковаться. — Смотрю, тебе везёт на писающихся девушек. Ты и мухи не обидишь, — заметила Виктория, и Том рассмеялся, едва не вписавшись в стенку. — Да, все так говорят, всё благодаря моей внешности, — Том поставил машину на ручник и достал ключи зажигания. — Согласна, ты похож на фоторобот одного из преступников, я видела на стенде около Скотленд-Ярда, — с улыбкой ответила Виктория и вылезла из машины. — Я симпатично так вышел? — Том сделал вид, будто его это заботило. — Не рассматривала твою физиономию, — Том поравнялся с Викторией, они шли и смеялись тихо. — Ты так классно сопротивляешься. Возбуждаешься сильнее, — сказал Том, остановившись и зажимая её у стенки. — У самого стояк, — Виктория провела рукой по его паху, Том едва не застонал. — Так вот куда ты смотришь, грязная и развратная девочка! Не переживай, скоро я познакомлю твой ротик со своим самым близким другом, — он отошёл от Виктории и повёл её к себе в квартиру. — Я сама познакомлюсь, хорошо? — они подошли к лифту, Том нажал на кнопку, округлив глаза. Виктория добавила: — Не ты один любишь классный секс, — двери лифта раскрылись на нужном этаже.       Том открыл двери, запустил внутрь Викторию и зашёл следом, преднамеренно не включив свет. В коридоре была полнейшая темнота после того, как дверь захлопнулась: — Не хочешь включить свет? — Электричество отключили, — сказал Том. — Сейчас найду свечи. Раздевайся.       Виктория достала телефон, включила подсветку и села на пуфик, чтобы снять туфли. Она застонала, Том спросил: — Ты описалась? — Нет, я лишь сняла туфли. Где тут туалет? — Прямо, потом налево и снова прямо. — Лабиринт какой-то, — Виктория пошла в туалет.       Том прошёл на кухню, услышав, как за ней закрылась дверь, он включил в кухне свет. Щёки его горели, глаза округлились. Он никогда такого не делал, он совсем перестал думать о Джейд. Тому было не до неё, совсем не до неё. Его лицо перекашивала улыбка довольного человека, полностью удовлетворённого жизнью, получающему от неё кайф. Виктория — девушка-огонь, она зажгла и Тома, он заискрил.       Неожиданно для самого себя Том увидел на холодильнике записку от Джейд, её недопитый кофе стоял на столешнице. Она пила его утром, читая женский журнал. На жёлтой бумажечке, прикреплённой к холодильнику, было написано: «Не скучай», — рядом нарисовано сердечко. Том не почувствовал скуки, но застыл перед холодильником как изваяние. Дом… Тут оказалось всё не так просто, как хотелось бы Тому. Дом нёс воспоминания о Джейд. На этой столешнице они как-то раз почти занялись сексом, но у Джейд были месячные. А на диване в гостиной точно был секс и не один раз. Джейд любила трахаться под порно. Только так она возбуждалась. Том содрал записку с холодильника, скомкал её и выбросил в мусорное ведро, стоявшее внутри столешницы под раковиной. Он не хотел думать о ней, Джейд неожиданно показалась ему совершенно чужой женщиной, которая снимала квартиру здесь. Том вылил остатки кофе в раковину, а чашку с ложкой положил в посудомоечную машину.       Послышался шум воды, Виктория всё-таки в душе. Том поставил кипятиться чайник, достал кружки, блюдца и полез в холодильник. Тут остались пирожные, любимые пирожные Джейд — макаруны разных цветов. Том подумал о том, что и пирожные тоже было бы неплохо выкинуть в мусорное ведро. Он дошёл до зеркальной панели, увидел, что на его теле по-прежнему надет топ Виктории, он аккуратно снял его и положил на спинку кресла, прошёлся по квартире, ожидая, пока чайник вскипит. Ему в голову пришла идея, Том улыбнулся своему отражению и направился в спальню, достал презервативы и решил устроить «романтику». Через десять минут от двери ванной до кухни через десять тянулась дорожка из презервативов. Такую пошлятину Джейд не одобрила бы, а Тома внезапно несло не в ту сторону, каким он привык быть. Лицо уже болело от смеха и улыбок, в глазах играли черти.       Минут через тридцать из душа вышла Виктория в одной футболке Тома на теле, Том не видел этого, он макал чайные пакетики в кипяток, представляя себе, каким будет их секс, эти мысли поглотили его настолько, что он не услышал и без того бесшумно подошедшую к нему со спины Викторию, обнявшую его. Том ощутил её потвердевшие соски сквозь ткань футболки, в её руках шелестели упаковки презервативов, один из них она уже распаковала, расправила пальцами. Том видел это, она делала это, обнимая его. Том возбудился сильнее, щёки слегка покраснели. Виктория натянула презерватив на свои пальцы и поднесла к его рту: — Со вкусом банана, — сказала она тепло ему на ухо.