Дирк Джентли никогда не ошибается

Дирк Джентли никогда не ошибался, но и полностью прав был не часто. И прямо сейчас он чувствовал, что мир подталкивал его к Тодду Бротцману не просто так. Он был чертовски уверен в этом, потому что так говорила его интуиция. Иначе как объяснить то, что его губы расползались в огромной улыбке гораздо чаще, когда Тодд был рядом, или что сердце порой начинало отбивать более быстрый ритм, когда он подходил слишком близко, или то, что он сам, незаметно даже для себя, старался быть как можно ближе к своему ассистенту? Дирк был уверен, что это определенно точно те знаки, которые подает ему этот его поток, или как он его называет, ведь точно так же, как он радовался тому, что Тодд был рядом и мог подстраховать его в любой момент, он испытывал некую тоску когда они долго не встречались. В смысле, пока что такого не было, потому что Дирк постоянно оказывался рядом. Это было довольно забавно, потому что он шел туда, куда - он чувствовал - надо идти, и Тодд всегда был там. Ну, Тодд или проблемы, в которые детектив вляпается, чтобы Бротцман помог ему выбраться из них – какая разница, почти что взаимозаменяемые понятия же. В общем, в том, что Тодд был для него важным и особенным человеком Джентли не ошибся. Но это глупое чувство подвело его в том, что его друг считает Дирка таким же важным и особенным. Он искренне не понимал, почему мужчина вечно пытается прогнать его, если сам детектив чувствовал, что он должен быть здесь и сейчас, или почему так настойчиво отказывается помогать, даже если уже помогает; почему не замечает и не чувствует того же, что чувствует он? Это казалось настолько очевидным и правильным, что при виде того, как Тодд мастерски игнорирует все посылы вселенной и даже личные подсказки Дирка, которые тот так же невзначай, сам того не зная, подает, последнего охватывала такая детская обида, что брови сами собой хмурились, а нижняя губа надувалась, и хотелось сказать Тодду о том, какой же он все-таки болван, что не может понять самого главного и простого, ткнуть ему в грудь пальцем, а потом, развернувшись на каблуках, продолжать строить из себя обиженную невинность. К сожалению, Джентли был научен горьким опытом, и быть выброшенным из квартиры ассистента, предварительно получив пинок под зад, он не хотел. Все, чего он хотел - это то, чтобы Тодд наконец-то понял, что он важен: важен для дела, важен для него. Он же уперся в стену из своих проблем, не желая ее отпускать, не смотря на то, что он – единственный, кто ее держит. Дирк так же не понимал, почему он не хотел отступить от нее, пойти с ним и позволить стене развалиться. Джентли был глубоко уверен в том, что как только Тодд сделает это, все наладится само собой, но пока что мужчина держался. Но ничего. Детектив верил в то, что рано или поздно он поймет, причем поймет все и разом, и они раскроют множество дел вместе, будут искать зацепки, идя туда, куда их ведет поток, и даже держаться за руки, потому что порой Дирк чувствует в этом острую потребность. Да, так и будет. Определенно. Но пока что Джентли лишь надеется на это, давя мечтами эту глупую детскую обиду на то, что Тодд не видит и не понимает того, что понимает Дирк, подавляет желание ткнуть Ботцману в грудь пальцем и высказать все прямо. И пока что это все не страшно, потому что он чувствует, что так и будет, и хотя он редко когда оказывается полностью прав, он никогда не ошибается.