The patience

- Эджи! Эджи, пожалуйста, - Блубери буквально задыхался, - хватит, прошу-у тебя. Под конец голос зазвучал совсем уж плаксиво. Эджи вновь был близок к разрядке, но в очередной раз был вынужден жестко остановить себя, чувствуя, как Блубери медленно отползает от него. Все это было тяжелым испытанием для выдержки, это требовало от Эджи все больше терпения, и он должен справляться с ним, чтобы не разрушить все то хрупкое, что с таким тяжелым трудом он построил между ним и Блубери. Эджи остановил свои движения и приблизил лицо к лицу Блубери. - Пожалуйста, еще немного, - шептал Эджи, медленно проводя по заплаканной румяной щеке длинным пальцем. – Ты хорошо справляешься, малыш. Потерпи еще немного, - и коротко поцеловал. - Я больше не выдержу, - Блубери дернул связанными над головой руками. – Это… это слишком много. - Разве удовольствия может быть слишком много? – Эджи медленно провел по члену Блубери рукой, отчего скелет прогнулся в позвоночнике, не в силах устоять перед сладкой дрожью, которая ласкала каждый позвонок приятной горячей волной. – Осталось совсем немного, Блу, я уже так близко. Блубери отвел взгляд, мечась между двумя желаниями: все-таки сделать Эджи приятно и немного потерпеть, ведь до этого он просто осыпал его наслаждением, или поддаться слабости и сказать «стоп-слово». Выбрать было действительно очень тяжело. - Блу? – осторожно позвал Эджи, ища взгляд Блубери. - Л-ладно, - выдохнул тот и сам посмотрел на Эджи. – Я-я думаю, я смогу продержаться еще немного. Казалось, еще сильнее залиться краской было невозможно, но Блубери сегодня бил все рекорды в этом плане, покрываясь голубым румянцем едва ли не до макушки черепа. Эджи посмотрел на Блубери с благодарностью, расплываясь в теплой, несвойственно для него, улыбке, а потом медленно вернулся в предыдущее положение, между широко раскиданными ногами Блубери, и снова начал двигаться в быстром темпе. Блубери коротко вскрикнул, а потом продолжил непрерывно стонать, отчего стоны вскоре превратились в один протяжный звук. Это было слишком. Удовольствия было невероятно много. Блубери не мог найти себя от перевозбуждения, а резкие толчки Эджи просто сводили его с ума, заставляя дергаться и выгибаться. Блубери терял разум, в его теле пульсировали только раскаленные добела эмоции. Он даже не сразу осознал, что вновь кончил, забрызгивая ребра и позвоночник очередной порцией теплой магии. Это был уже третий раз за ночь. Блубери казалось, что он вот-вот свихнется. - Эджи-и… Эджи, Эджи, Эджи!.. – тараторил Блубери, словно потерял рассудок. Он звал на помощь, он не знал, чем себя отвлечь. Экстаз заполнил каждую его косточку и пульсировал от любого прикосновения, даря эмоциональный взрыв. Блубери не выдержал и протяжно закричал, со всей силы дергая руки, что казалось шарф Эджи, которым его привязали, сейчас порвется. Все тело Блубери горело и трясло. Он выгнулся дугой и запрокинул голову. Изо рта потекла слюна. Эджи уже хотел остановиться и перестать терзать Блубери, но его сладостная агония только сильнее заводила, заставляя двигаться еще и еще быстрее, переполняя Блубери наслаждением. Когда же он начал непрерывно кричать и стонать, у Эджи вообще снесло крышу, он почувствовал себя зверем, который вгрызается в добычу. Он был близок к пику, как никогда, и вот наконец достиг его, изливаясь в Блубери с утробным рычанием. Багровая магия заполнила лоно, а потом начала медленно стекать по косточкам на простыни. Блубери не мог поверить, что это конец. Все, наконец-то, закончилось. Он чувствовал себя совершенно опустошенным. Он закрыл глаза, пытаясь привести сорванное дыхание в норму. Душа продолжала заполошно биться в груди, освещая своим ослепительным голубым сиянием всю комнату, словно это был ночник. От прикосновений к своим рукам Блубери ощутимо и непроизвольно вздрогнул, но быстро понял, что это Эджи развязывает его. Когда руки стали свободны, Блубери почувствовал, как массивный скелет навис над ним. В молчании Эджи провел некоторое время, а потом опустил ладонь на все еще влажное лицо и спросил: - Как ты? Блубери медленно приоткрыл глаза, которые сейчас для Эджи показались самими прекрасными глазами во всей вселенной, опустил свою маленькую руку поверх и тихо произнес: - Это было великолепно. Если бы Эджи был сентиментальным, он бы расплакался от счастья, но он вместо этого притянул Блубери к себе и закутал в одеяло. Он обвил его руками, не желая отпускать от себя как можно дольше. Он любил его всей своей душой. Любил и дорожил им. Это было его сокровище. - Ты молодец, Блубери, ты справился, - Эджи запечатлел поцелуй на лбу Блубери. - М-м-хм, - промычал тот куда-то в ребра. - Отдыхай. Эджи наблюдал, как Блубери погружается в сон. Вскоре он услышал тихое ровное сопение. Лицо Эджи вновь тронула несвойственная улыбка. Он был счастлив. Пускай ему теперь нужно сдерживать своего внутреннего зверя чаще, он готов это делать ради Блубери, потому что такое сосредоточение доброты, искренности и жизнелюбия в одном монстре он еще никогда не видел. Эджи некоторое время понаблюдал за спящим Блубери, а потом заснул сам.