Не упустить...

      Страх — это жутко мерзкое чувство. Оказывается, он очень похожий на липкую и застывшую кровь. Почему-то именно такое сравнение пришло в голову Люси, когда она встретилась взглядом с Емелем Аргустином, или тем, кем он был. К горлу подступил ком, который девушка не могла беззвучно сглотнуть. Как такое может быть вообще, если она собственными глазами видела, как меч Грея прошёл сквозь его тело? Да он вообще не человек!       — Что ты имеешь ввиду? — встряхнув Хартфилию за плечи, спросил брюнет. Конечно, такая перспектива его не радовала. И то, что этот идиот вновь жив, совсем не на руку им. Но они же обязательно что-то придумают. Люси умная, а он поможет ей.       — Я думаю, что у него нет души… Она в том кубе, — ткнула пальцем Люси, успокаивая дрожь в коленках. Ноги казались ватными, готовыми в любую минуту сдастся и не удержать свою хозяйку на ногах.       — Разве так может быть? — удивился брюнет. Но Хартфилия не успела ответить на его вопрос, так как в их разговор вклинился Емель.       — Вы такие глупые. Неужели думали, что можете меня победить? — его хриплый голос, казалось, пробирал до самых костей, а эта насмешка заставляла дёргаться тело в предвкушении боли. — Да, ты права. Моя настоящая душа в том кубе. И я хотел вернуть её себе. Мой отец проводил эксперименты с человеческими душами. И, конечно же, лучший способ проверить догадки — это использовать собственного сына. — Люси прикрыла рот рукой. На глаза наворачивались слёзы. Ей, как никому другому, было известно, как больно от того, что твой отец тебя использует. — Он вытянул из моего тела мою сущность. Мою душу. И вселил это, — Емель ткнул пальцем себе в грудь. — Это усовершенствованная душа, которая обладает магией, которая имеет усиленную физическую силу и выносливость, которую невозможно убить, убив тело. Ведь эта душа не принадлежит этому телу. Но шли годы. Отец уже изрядно был вымотан. А моё тело начало помирать. Нельзя заставить существовать инородную душу с другим телом. Я начал чувствовать себя всё хуже и хуже. Мне пришлось просить отца, чтобы он вернул мою душу. Но тот только ответил, что найдёт лекарство. И я понял, что это бесполезно, что он помешан на этом деле. И я не нужен ему. — В этот момент с глаз заклинательницы духов скатилась одинокая слеза, которая, конечно же, не спряталась от Грея. Он понимал, что Люси переживает сейчас не меньше этого Емеля. Но даже если Хартфилия простит его, то он никогда не сделает этого. Любые поступки должны иметь цену, которую нужно платить. В любом случае, Аргустин мог просто попросить их о помощи, а не устраивать весь этот цирк. — И тогда я убил своего отца. Тихо, он даже не ожидал. Но мне было страшно, я боялся умереть. В тот момент, когда моё тело начало чернеть, я потерял последний рассудок. Но я никогда ни минуты не жалел о содеянном.       — Разве это помогло тебе? — срывающимся голосом закричала Люси, вытирая кулаком незаметные слезинки с глаз. — Разве ты вернул таким способом себе свою душу?       — Глупо? Может, это и было глупо. Но после того, как мой отец умер, у меня появилась свобода. И я мог сам решать, что мне делать. Я нашёл лучших учёных, талантливых волшебников. Они изобрели это заклинание — «Призыв людской души». Но выучить и применить его могут только заклинатели. Ушло много лет, но ничего другого сделать было невозможно. И я начал искать этих самых волшебников. Их было множество. Некоторые соглашались за деньги, некоторые загадывали какие-то желания. Благо, денег у меня было достаточно. Но все они умирали. Заклинание было слишком сложным для них. И оно овладевало им, а не наоборот.       — Ты просто убийца, — прошептала Люси, падая на колени, но маг льда быстро подхватил её под руки, помогая устоять. — Твоё желание вернуть себе душу не может искупить те грехи, что висят на тебе.       — Ты бы поступила иначе? Ты не захотела бы вернуть свою жизнь, когда она была так близко?       — Не такой ценой… — голос девушки звучал слишком тихо. Она была растерянной. Сейчас от её решения зависели их с Греем жизни. Либо она поможет Емелю и они будут спасены, либо снова придётся драться. И сделать выбор Хартфилии было нелегко.       — Я не хотел, чтобы они умирали. Кто же мог знать, что им будет не под силу это заклинание. Я не заставлял этих волшебников делать то, что они не хотят. Я предлагал сделку, они соглашались.       Люси молчала. Она не знала, что ей ответить. Что же делать, и как быть? Девушка только чувствовала неровное дыхание своего друга, который так же, как и она, еле держался на ногах. Она не могла поддать риску его и свою жизнь. Люси должна помочь Емелю Аргустину. А позже он просто поплатится за всё содеянное, отправившись на суд в совет. Разве так будет неправильно?       — Хорошо. Я тебе помогу.       Фуллбастер вопросительно посмотрел на Хартфилию. Он, конечно, думал о том, что она поможет. Ведь у этого Аргустина такая трогательная история. Но где уверенность, что он не соврал? Откуда им знать, что этот такой «бедный» человек не хочет просто использовать Люси? Как Грею быть уверенным, что у неё хватит сил, что она не умрёт?       — Ты уверенна? — встревоженно спросил он, сжимая её плечи сильнее. — Если объединим силы, то сможем его победить.       — Нет, Грей. Каждый человек имеет право, чтобы его душа принадлежала только ему. А после… — Люси зло взглянула на их врага и её голос покрепчал: -…а после он понесёт своё наказание.       Что оставалось делать ему? Фуллбастер мог только поверить в неё. Она не так слаба, как кажется. К тому же смелая. И она такая же, как и он. Люси тоже из «Хвоста Феи», девушка не сдастся так просто.       — Да, девчонка права. Я изначально знал, что ты будешь только мешать. Но…, но благодаря тебе я понял, что она заклинательница. Когда вы пришли ко мне, то я не видел твоих ключей. — Люси вспомнила, что они были на поясе всё время, поэтому такое заявление её удивило. Заметив это в глазах заклинательницы, он добавил: — Просто я не обратил внимание. Был уставшим от приготовлений к банкету и от очередной попытки что-то сделать. А потом ты и вовсе без них была. Но в тот день, когда тебя этот брюнет притащил домой, сказав, что ты просто устала и уснула прямо на ярмарке, я заметил, как в его руке поблёскивают ключи. Твои ключи. То что парень — маг льда я понял сразу. По его характеру.       Грей только неоднозначно хмыкнул. На что этот ненормальный намекает? Всё с его характером понятно. За друзей горы перевернёт. Разве это плохо?       — Что нужно делать? — вдруг спросила Люси, выпутываясь из крепкой хватки Фуллбастера. Ей хотелось поскорее со всем разобраться. Вернуться наконец-то домой, принять тёплую ванну, увидеть улыбающегося Нацу и строгую Эльзу, своих друзей. — Мне просто нужно прочитать это заклинание?       — Ты должна подойти к кубу и прочесть заклинание. Душа высвободится из него и отправится в моё тело. Но прежде, нужно вытащить эту душу из тела, иначе моей не будет куда возвращаться.       — И как она должна, по твоему, это сделать? — Грей закипал всё больше, сам не понимая отчего. Емель просто бесил его. Мало того, что волшебник позорно проиграл первый раз, ему не удалось защитить Люси и во второй раз. И теперь девушка должна заниматься всем этим.       — Ты уже изучила заклинание «Призыва людской души», а теперь просто примени его на мне. Ведь тут, — его тонкие и огромные пальцы легли на грудь, — тут тоже людская душа, просто не этого тела. Мы просто поменяем их местами.       — Значит, вы убили человека, чтобы забрать его душу? — опять Фуллбастер вмешался. — Как тогда твоё сознание, память, как всё это сохранилось?       — Это всё старания моего отца. Думаю, что на этом нам нужно закрыть эту тему и приступить к делу.       — Но если с ней что-то случится, то я лично прикончу тебя, — прошипел Фуллбастер.       Люси кивнула. Грей лишь отошёл в сторону, пропуская девушку вперёд. У него сжимались от злости кулаки, но парень ничего не мог сделать. И кто тут ещё обуза? Да не она уж точно. Ведь идёт так уверенно, совсем не боится. А кто знает, что может её ждать там, и хватит ли ей волшебства?       Подойдя к Емелю, Хартфилия осторожно коснулась своей маленькой ладонью его широкой груди. Удивительно, но она сразу же почувствовала его сердцебиение. Такое быстрое и взволнованное. Неужели, он правда так переживает?       Закрыв глаза, Люси попыталась сосредоточиться. Девушка чувствовала прилив волшебства. Она была уверена, что сможет справиться с этим заклинанием. Почему-то ей хотелось верить в это. Ведь сзади стоит Грей, который переживает за неё, и боится, чтобы с ней ничего плохого не случилось. Волшебница не может себе позволить волновать своих друзей… дорогих людей.       Призывать кого-то, не имея при себе ключа было как минимум странно. Возможно, поэтому заклинательница долго не могла сосредоточиться и решиться что-то делать. Она просто стояла с закрытыми глаза и пыталась услышать обе души.       — Я та, что открывает врата в мир духов. — вокруг девушки появился яркий свет, который Грей видел и до этого, ведь он был частым свидетелем того, как Хартфилия призывает своих духов. — Душа людская приди и откликнись на мой зов! Врата душ человеческих откройтесь!       Сияние стало куда сильнее. Комнату заполнил яркий свет, мешавший нормально наблюдать за тем, что происходит. Но Фуллбастеру удалось увидеть, что тело Люси выгнулось, волосы развеялись, а сама девушка сияла, шевеля губами, наверное, проговаривая что-то, скорее всего заклинание. Емель же стоял ровно. Только привычные карие глаза сменились на чисто белые, в которых не было зрачков, и не было ни единой эмоции, какую Грей мог бы различить.       Спустя несколько секунд свет поглотил и тело Аргустина. Куб тоже начал светиться. Маг льда принял это за хороший знак. Возможно, что Люси удалось найти между ними связь. Что Грей мог? Только ждать и верить. Но почему-то всё тело билось дрожью, а в мозгах не хватало кислорода, чтобы нормально мыслить и воспринимать всю ситуацию.       Сколько это происходило сказать трудно. Просто в один момент свет исчез. И тело заклинательницы рухнуло на пол тяжёлым камнем. Фуллбастер сорвался с места, пытаясь успеть подхватить девушку. Но не успел, её голова встретилась с полом гораздо быстрее, чем он ожидал.       Присев рядом, Грей приподнял девушку, укладывая к себе на колени её затылок. Он осторожными движениями рук убрал непослушные пряди волос, что закрывали всё лицо заклинательницы. Она дышала, и это не могло не радовать. Стук её сердца, словно порция воздуха для Грея. Холодная рука коснулась разгорячённой щеки, а затем быстро обхватив за тонкую шею, Грей крепко прижал девушку к себе, вдыхая запах её волос. Аромат шампуня остался до сих пор, хотя теперь был едва различим.       — Теперь всё будет хорошо, — одними губами прошептал он. Не важно услышит она или нет. Важно только то, что он сделает всё возможное, чтобы было именно так.       — Неужели? — Грей услышал знакомый голос полон удивления. И его внимание сразу же переключилось к Емелю Аргустину. С виду он не изменился совсем. Но теперь казался каким-то беззащитным и… маленьким, словно ребёнок, который заблудился и теперь не знает, что делать. — Я чувствую, как тело обретает силу… оно живёт. Эта девчушка справилась!       Аргустин начал бежать к ребятам. Грей не понял его намерений: то ли он хотел их отблагодарить, то ли ему нужно было срочно убить свидетелей. Фуллбастер не мог разобрать это, несмотря на улыбку, что светилась на губах хозяина дома. Слишком тяжело думать и совсем нет нужды. Мозг просто отключён.       Выставив свободную руку вперёд, он просто заморозил Аргустина на полпути. Всё равно, как он изменился. Судьба у него одна. Неизбежна.       — Люси, — Грей позвал девушку сначала слишком тихо, а потом чуть громче. — Люси, проснись!       Но разве это разбудит, когда у тебе не осталось ни единой крошки сил. Когда ты полностью иссяк, и даже не чувствуешь волшебства внутри себя. Глупо. Глупо так будить её. Ну, а что же делать?       — Господин Грей? — из ниоткуда послышался чей-то голос. Фуллбастер обернулся на его источник. Перед ним стояла Дева. Интересно, как она прошла сквозь врата, если Хартфилия без сознания? Хотя, чему удивляться, духи Люси всегда были такими… заботливыми. Для них нет ничего важнее, чем безопасность их хозяйки.       — Дева? Ты как тут? — измученным голосом спросил маг льда, крепче сжимая хрупкое тело Хартфилии, будто ей всё ещё может что-то угрожать.       — Я была в гильдии. Нацу с Эльзой уже в пути.       — Спасибо, — выдохнул Фуллбастер, позволяя себе чуточку расслабиться. Если приедут эти двое, тогда опасность точно миновала. Он не понимал, как звёздный дух сделала всё это, возможно, что Люси предупредила её, попросила, или, это вообще была только её инициатива, но Грей по-настоящему был благодарен ей. Впервые ему пришлось так тяжко. И не физически, а морально, ведь оказалось, что Хартфилию потерять и упустить так сложно, больно и невыносимо нестерпимо.

***

      Когда Люси открыла глаза, то первое, что она заметила — это множество солдат. Откуда они здесь и что вообще происходит? Где она? Где Грей? Как их задание? В чувство помогли прийти холодный пол, на котором лежало её тело, укрытое тёплым пледом, что принесла Дева с мира духов и имя Емель, прозвучавшие с уст одного стражника, что прибыл, по всей видимости, с Фиора.       Девушка поднялась на локти. Голова немного вскружилась, но вскоре она смогла сконцентрироваться на предметах вокруг неё. Где-то около десяти стражников. Емель Аргустин, который пытался что-то доказать главному из стражи. Рядом с ними Эльза и Грей. Значит, ребята тоже тут.       — Люси! — услышала она знакомый, до боли родной и сейчас такой нужный голос. — Наконец-то ты проснулась.       На глаза Хартфилии набежали слёзы. Она обернулась на голос и так широко улыбнулась, как только могла, и, собрав всю силу и волю в кулак, поднялась на ноги одним рывком. Как же она была рада.       На голос повернулись так же и Грей с Эльзой. И больно что-то защемило в груди брюнета, когда Люси из последних сил побежала к Нацу, но не удержавшись на ногах, споткнувшись обо что-то, чуть не встретилась носом с холодным полом. Вместо этого его крепкое плечо, и успокаивающие руки, что гладят по волосам и по спине. А слёзы так и льются: то ли от счастья, то ли от грусти. Но улыбка на лице всё объясняет без слов.       Всё как нужно. Всё хорошо. Нацу успокаивает Люси. А Грей как всегда чужой, холодный, отдалённый. Но только вот почему же их разговор так врезается в уши, несмотря на то, что он старается вникать в то, о чём разговаривает Эльза со стражей? Почему так грустно и больно? Они же справились.       — Вот же, глупая, — смеётся Нацу, вытирая слёзы с её щёк. — Чего плачешь? Я тебя никому в обиду не дам.       И снова крепко прижимает к себе. Грей это даже спиной чувствует. Чувствует, как она тепло ему улыбается и чувствует себя защищённой. Он-то не смог. Не смог быть опорой. Так на что теперь надеется? И больно въедается в мозг: «Нацу», которое она говорит с такой нежностью и трепетностью. Кажется, что он сейчас просто не выдержит и пойдёт махаться с ним прямо в этот момент. Но…       — Грей, — из мыслей выдёргивает строгий голос Эльзы, заставляя Фуллбастера даже передёрнуться, — пора отправляться в Магнолию. Вы с Люси молодцы.       Рука Титании тяжело падает на его плечо. Знак поддержки. Знак дружбы. Эльза — друг детства, такая сильная всегда и независимая. А он сейчас, кажется, сломается. И от чего? Оттого, что не оправдал своих собственных ожиданий? Из-за того, что подвёл друга? Или потому что она никогда не обнимет так же просто и легко его, как делает это с Нацу? Грустно.       Эльза пошла к обнимающимся Нацу и Люси, чтобы сообщить им обо всём. Она так же легко успокоит заклинательницу. Как они вообще все это делают? Почему он не может вести себя так же? Всегда окутывается коркой льда, потому что так безопаснее.

***

      Они заняли своё купе в поезде. Люси села рядом с Нацу. На её руках уже уютно посапывал Хеппи. Напротив них громко бухнулся Грей, занимая место возле окна, а рядом с ним легко села Эльза. Они снова были вместе. На душе Хартфилии разлилось приятное тепло.       Кажется, что напряжение чувствовал только Фуллбастер. Хотя по внешнему виду этого сказать нельзя было. Как всегда равнодушный и холодный. Взгляд устремлён в окно, и такие бездонные задумчивые глаза, не выражающие совсем ничего. Люси несколько секунд смотрела в его сторону, пытаясь понять, что же чувствует маг льда. Она ведь знала, что сейчас ему не очень хорошо.       Поезд затрясся. Это стало сигналом того, что они наконец-то двинулись. И уже через несколько часов будут в родном городе. Нацу сразу же схватился рукой за рот, закрывая его. Лицо парня позеленело, и, казалось, что ему сейчас очень плохо. Его голова бухнулась на колени заклинательницы. И та, улыбнувшись, принялась гладить его волосы, успокаивая. Так ему гораздо лучше. Лишь в этот момент Грей бросил в её сторону слегка печальный взгляд, оставшийся никем не замеченным.       — Я пойду узнаю, сколько нам ещё ехать, — нарушила тишину, которая уже более часа наполняла это купе, Эльза.       Ребята только кивнули в знак согласия. Титания всегда выходила, чтобы проверить обстановку и безопасность, узнать, где они точно находятся, чтобы просто побыть одной. Они знали это и уже привыкли. Но Люси удивилась, когда вместе с ней вызвался полететь и Хеппи. Странно.       — Может, там есть рыбка. Я так есть хочу… — и его живот подтвердил слова иксида. Девушка хихикнула в кулак, а Фуллбастер всего лишь бросил на них равнодушный взгляд.       — Ты как? — спросила Люси, когда они остались одни в купе. Нацу можно не считать, он ведь даже не сможет вспомнить, что тут было. Поэтому можно смело отвечать, не боясь, что тебя кто-то услышит.       Грею сперва даже показалось, что говорит она совсем не к нему. Может быть, Саламандр проснулся? Но нет, её теплые глаза, напоминающие молочный шоколад, были устремлены именно на него. Такие… родные. Брюнет сглотнул ком, что так внезапно появился. В висках начало пульсировать, и это мешало думать. Он понимал, что ведёт себя сейчас странно. А девушка по-прежнему чего-то ждёт, не торопя его, будто он какой-то инвалид. Пытаясь сделать голос как можно равнодушнее, ответил:       — Нормально. А ты? — скорее из вежливости задал он ответный вопрос, нежели правда хотел знать ответ. Разве по Люси не видно, как она? Счастливая, что снова может обнимать его. И сожалеет, что попросила помочь именно Грея.       — Хорошо.       И опять это молчание, напрягающие их обоих. И зачем только Эльза ушла? Хоть бы Хеппи остался. Но в этот раз и ему вздумалось сбежать. Девушка перебирала в голове множество вопросов, которые она могла бы задать ему. А он просто продолжал винить себя и вспоминать тот момент, когда заплаканная Люси утыкается носом в чужое плечо. С каких пор его это начало волновать. Она даже спит вместе с Нацу.       — Грей, — опять этот голос и его имя, слетевшее с её губ, заставило вздрогнуть всё тело. Зачем убивает так медленно? — Если бы тебя там не было, то я… наверное, уже точно не ехала домой вместе с вами… никогда.       — Дурочка, — как-то странно это прозвучало. Не так холодно, как ему хотелось. Как-то заботливо, несвойственно для него. — Если бы меня там не было, то ничего этого и не случилось.       Он резко встал, заставив Люси заволноваться. И это не могло скрыться от него. Что он делает? Зачем всё это? Похоже на игру, в которой он не знает правил. Хотя бы сейчас должен постараться не волновать её. Подойдя, взъерошил её волосы, такие приятные на ощупь, и натянуто улыбнулся уголками губ:       — Не бери в голову. — тихо, но со скрипом отрывает дверь купе. — Пройдусь, а то душно.       Люси только грустно смотрит в его сторону. Да что же с ним? Они ведь поладили тогда. И ей даже показалось, что он… смотрел на неё, как на девушку. А теперь вновь поставил эту стену со льда, через которую не пускает никого. Ух, заклинательнице это не нравилось. И она, задумавшись о чём-то своём, больно стукнула Нацу по голове. Тот только что-то промычал во сне, даже не открыв глаза.       — Грей… — протянула она, перебирая пряди цвета земляники. Он оставил след в её сердце, но пока что Люси не знала, какой именно.       Дышать, главное дышать. Так спокойнее. Он стоял, вдыхая прохладный воздух. Такой приятный. Лёгким сразу же стало легче. А тело не болит уже почти совсем. Но даже тут не дают побыть одному.       — Я вижу, что что-то не так, — она всегда всё знает. От её глаз не скрыть ничего, от её сердца не утаить никакую тайну. Раскрыться ей и попросить помощи? Да. Только она плохо понимает, какая помощь ей нужна. Просто выговориться в дружеское плечо.       — Эльза… — и так легко ей рассказывать. Потому что она не осудит ни за что.

***

      Поезд начало странно трясти, когда вся четвёрка сидела в своём купе. До Магнолии осталось всего-то несколько часов. Вскоре он вообще остановился. Друзья переглянулись, ища в глазах друг друга ответ. Эльза, как самая главная, взяла всё под свой контроль. Быстро поднявшись, и приказав остальным оставаться на месте, она пошла искать проводника, чтобы узнать причину их остановки.       — Ребята, — залетевшая Титания выглядела взволнованной. — Кто-то повредил крайнее купе. Кажется, пока не разберутся, мы не сможем поехать дальше.       — Вот же, — равнодушно ответил Грей, сверля взглядом окно.       — Что будем делать? — тревожный голос Люси заставил Фуллбастера повернуть свой взгляд на девчат и прислушаться к их разговору.       — Грей, — Эльза обратилась к брюнету. — Я видела в соседнем купе Лиона. Он как раз тоже возвращался с задания. До Магнолии осталось всего ничего, поэтому он собирается пойти пешком. Если двигаться через лес, то доберёмся где-то за час. Пойдём?       — Мне всё равно, — ответил маг льда, бросая взгляд на полумёртвого Нацу и Люси, которой придётся тащить эту тушку на себе некоторое время.       — Так будет быстрее, — улыбается Люси, поднимая Саламандра с колен и запрокидывая его себе на плечи.       — Ага, — подтверждает Хеппи.       На улице они встретились с Лионом и договорились идти вместе. А может, лучше было всё-таки подождать, пока починят поезд?