Living in the A.M.

Murray Gold-Bad wolf

Я смотрела на него, пытаясь понять его напряженный взгляд, совершенно не интересуясь вопросом о том, почему он вообще находится по ту сторону улицы. Всё, что меня интересовало, было причиной его очень тревожного и серьезного взгляда, направленного прямо на меня. Я хотела крикнуть ему, чтобы хоть как-то начать взаимодействие, но от этой мысли меня отвлекла Даша, которая вдруг начала громко кричать: «Джей, Джеей, ну хватит стоять! Пойдем!». Я оторвала взгляд от той стороны улицы, взглянула на перепуганную Дашу, которая все еще трясла мою руку, потом посмотрела на улицу и у меня перехватило дыхание. Она снова стала прежней. Я оглянулась по сторонам, осмотрела стоящих рядом людей и осознала, что стояли мы здесь уже не одну минуту. — Не бойся, Дашунь, все хорошо, я просто немного зазевалась. Пошли скорей. — старалась я говорить как можно спокойнее, хотя мои резкие движения выдавали возрастающее волнение во мне. Но Даша не унималась и всю дорогу допрашивала меня. Я же спокойно объясняла ей, а заодно и себе, что такое бывает, когда люди не высыпаются или слишком много смотрят мультиков. Пока Даша с серьезным видом обдумывала мои слова, я продолжала прокручивать эту мысль в своей голове до тех пор, пока не смогла себя убедить в том, что это все от моих частых мыслей о 1D. Я знала, что если долго внушать себе то, что возможно не соответствует правде, то, вероятно, это самоубеждение может помочь решить какую-ту проблему или вовсе ее устранить. Так я и сделала.

***

— Выключаем свет, Кейт, ты готова? — Готова, а кто-нибудь снимает на видео? — Я! Надеюсь, я нажала на ту кнопку. — Отлично, и… — из дверного проема медленно и торжественно выходит мама с самым прекрасным и вкусным на свете морковным тортом, украшенным красивыми узорами из крема маскарпоне и с большим числом «17» посередине. По бокам торта горело 17 разноцветных свечек. Я почувствовала запах воска и показалось, что улыбка растянулась чуть дальше моих ушей. А дальше началось волшебство, ради которого все здесь собрались сегодня. Все присутствующие здесь, среди которых были мама, папа, Даша, кузина Паула, бабушки и дедушки, дядя и тетя с нашей самой маленькой кузиной Аней, запели самую знакомую, добрую, рождающую волшебство песню: С Днем Рожденья тебя, С Днем Рожденья тебя! С Днем рожденья, наша Дженни! С Днем Рожденья тебя! Мне казалось, что я таю, то ли от этой песни и улыбающихся лиц самых близких мне людей, то ли от горячих огоньков свечей на торте. Как и год назад, перед задутием свеч, я задерживаю взгляд на маминых и папиных глазах, полных любви и гордости. После идут 10 секунд на обдумывания моего желания в этом году. «Пожалуйста, пусть я поступлю». И я задуваю свечи с замиранием сердца, делая этот момент особенным.

One Direction — Foolʼs Gold

Мороз обжигает кожу, а приближающееся к горизонту солнце слепит глаза, как только я выхожу из метро. До занятия остается 20 минут, чему я несказанно рада. Не каждый день мне удается приходить с запасом времени, по жизни я больше бегу, чем нахожусь в спокойном состоянии. «Ну, а что, — оправдывалась я перед собой, — так же веселее. Всегда все просчитывать и знать наперед, во сколько и где ты будешь через неделю- ужасно скучно.» Пока я бежала, размахивая папкой из стороны в сторону, по пути я поймала на себе несколько изумленных взглядов. Мне нравилось удивлять людей, делать то, чего они от меня не ожидают. Одним из моих развлечений является как раз эта игра непредсказуемых действий с реакцией на это людей. Это действительно очень забавно, а местами и полезно, можно извлекать уроки из ситуаций, где одни люди смотрят на тебя косо, а другие начинают заражаться тем же позитивом и составляют тебе компанию непосредственных и простых людей, к которым я была более склонна. По традиции я зашла в магазин за водой и шоколадкой, выходя с ними на улицу и раскрывая по дороге, я уже предвкушала мои любимые часы недели — рисунок. «Ничто не сможет мне испортить сегодняшнее настроение» — сказала я себе и шагнула в лифт, отъезжающий на десятый этаж.

***

Lily Allen — Fuck You

— Как же он меня бесит, Господи! Какой нахал, ты вообще видела? Мне казалось, ты слышала, что он мне бякнул там. Ну как так можно-то, ненавижу таких, фу, меня аж всю трясет от него. Я боюсь сейчас исчерпать мой запас приличных ругательств. Ты видела его рожу? Фу, я до сих пор никак не успокоюсь! — почти выплевывая эти слова и задыхаясь от возмущения, я шла быстрым шагом. При воспоминании о происходящем 10 минут назад в спускающимся вниз лифте меня всю бросало в дрожь. — Я заметила, — в свою очередь задыхаясь от бега, поддерживала меня моя подруга — он выпендривается просто, не обращай на него внимание, таких везде полным полно. — Я знаю, что он выпендрежник! Ох, Ань, ты бы знала, как я таких не переношу! — Хей, ты опять забыла про мою просьбу? — раздраженно заглянула она мне в лицо. — Видимо, да, поскольку я даже не понимаю, о чем ты. — Я же просила тебя называть меня не Аней, а Энн! Ну разве так сложно запомнить? — всплеснула она руками, пока я театрально закатила глаза и цокнула языком, демонстрируя этим мое непонимание ее недовольства по поводу ее милого и красивого, на мой взгляд, настоящего имени. Моя русская подруга считала свое родное имя «недостаточно благородным и красивым», поэтому и просила меня величать ее Энн. Хотя, если рядом с ней находилась такая подруга, как я, а вернее сказать, подруга с таким именем, какое было у меня, то этим можно было объяснить ее желание иметь красивое звучащее имя, а не «простое крестьянское Аня», как она выражалась. На улице был уже поздний вечер с темно-синим и местами черным небом, в котором ежеминутно появлялись и исчезали огоньки на крыльях пролетающих прямо над нами самолетов. В нескольких километрах от района находился аэропорт, поэтому местные жители уже давно привыкли к частому вою турбин над их головами. Я всегда задирала голову наверх, когда слышала подобные звуки, для меня это было отличным поводом отвлечься от своих мыслей. Пока я звонила маме, Аня искала свою карточку, затерявшуюся в глубине карманов ее сумки. Я лишь облегченно вздохнула, нащупав свою карточку, неизменно лежащую у меня в кармане пальто, и впервые за этот неприятный вечер почувствовала себя радостной. Найдя карточку, подруга с извиняющимся видом прошмыгнула через турникеты, присоединилась ко мне на лестнице и заполнила тишину, царящую на просторной станции своими эмоциональными рассказами о моей предыдущей школе, моих бывших одноклассниках, наших друзьях, о вредной тетушке из школьной столовой, о кошмарной физике и более ненавистной математике. «Как же мне не хватает общения» — всплыла в моей голове слишком часто появляющаяся там мысль. Я была рада послушать новости из своей прошлогодней школы о всём том, что теперь осталось для меня в моих воспоминаниях. Конечно, дистанционное обучение открывало море новых возможностей, но общения мне явно не доставало очень сильно, первую неделю я вообще плакала. При воспоминании о той грусти, я поспешила отогнать от себя те эмоции и направить свое внимание только на рассказ Ани. Но мои мысли были очень далеки от всего, касающегося школы: я просто стояла с понимающим лицом, ничего не впитывая, но создавая такой эффект. Из туннеля показался свет и через полминуты мы уже выбирали места в пустом вагоне. Въехав в темный туннель, поезд дал мне отчетливо видеть наши отражения в окне на противоположной стороне вагона. Мне стало ужасно стыдно, но я осознала, что не нахожу в себе силы слушать и принимать всю информацию, которую выдавала мне Аня, и я, сказав ей об этом, предложила ей немного поспать. Она с большим удовольствием, чем у меня, отклонилась назад и положила свою голову на мое плечо. Я немного улыбнулась и перед отходом в мир грез решила взглянуть на эту милую картину в отражении в окне. Но картина в отражении была немного полнее, чем по нашу сторону…реальности? У того места, где сидела я, стояла какая-то мужская фигура, держась за перекладину. Я, ничего не понимая, внимательно разглядывала ту фигуру и переводила взгляд на пустое место рядом со мной и на окно. Сердце забилось от мысли, что это может быть приведение или что-то в этом духе. Я моргнула еще раз, и картинка в зазеркалье снова наполнилась новыми персонажами, только теперь их было пятеро, и все находились возле моего сидения, но Ани там не было. Двое из них отражались прямо около того зазеркального окна, будто сидели напротив нас, и вдруг я узнала их затылки. Это были Луи и Найл! От своего открытия я широко раскрыла глаза, а силуэты в отражении задвигались и…засмеялись, я слышала отчетливый смех ирландского блондина. Что-то мне подсказало, что причиной их веселья была та я, которая была по ту сторону окна. В этот момент Луи обернулся и посмотрел прямо на меня по эту сторону вагона. Я заметила на его лице мою любимую ухмылку, от которой у меня начало согреваться все внутри. Но потом он начал непринужденно зачесывать свои волосы в высокий хохолок, и до меня дошло, что он все-таки меня не видит. «Обидно» Я взглянула на Аню-она мирно посапывала у меня на плече. Мне ужасно хотелось вскочить с места и пересесть на ту сторону вагона, чтобы хотя бы понаблюдать за происходящим с первых рядов, но я не знала, как это сделать, чтобы Аня не сочла это за грубость. «Ладно, есть только один способ-притвориться идиотом» — говорил мне мой внутренний голос, и я, разумеется, понимала, что так оно и есть. Я осторожно толкнула Аню, и сказала ей, что мне очень дует и мне надо пересесть на ту сторону. — Но там же окно открыто. — недовольно потирая глаза, заметила она. — Ну конечно, воздух-то идет на противоположную сторону, — почти перепрыгнув проход между сидениями, крикнула я и залезла с ногами на сидения. Аня, видимо, пребывала в шоке, и я решила воспользоваться моментом и увидеть ее реакцию на то, что я сама только что наблюдала. — Ты понимаешь, что это такое? — не контролируя свои эмоции, крикнула я ей. — Эмм, грязь на окне? — она выглядела очень озадаченной. — Да нет же! Посмотри на отражение, — не унималась я, — внимательнее, лучше даже встань и подойди к окну. Аня нехотя поднялась и подошла ко мне. Я взглянула на нее и тут же перевела взгляд на спину Найла, который держал свою гитару и собирался что-то играть. Я так вдохновенно наблюдала за его движениями пальцев по струнам, что не заметила, как Аня, отойдя подальше от окна, недоуменно, но с испугом смотрела на меня. Я ожидала услышать от нее что угодно, но только не следующую фразу: «Там ничего нет».