О пользе откровенных бесед

«Что же, похоже, сегодня у полковника будет повод распушить хвост, — мрачно размышляла Риза, выруливая по узким переулкам к Штабу. — Не каждому мачо достается на ночь добыча в виде красотки Эриси». Желание оправдываться перед начальником пропало еще вчера в ночи. Нет уж, пусть поревнует. Или просто подуется, если для ревности у Мустанга действительно нет повода. Ну, женщина она, в конце концов, или нет? Заранее представив, как войдет в кабинет с абсолютно непроницаемым лицом, Риза задумалась и едва не протаранила остановившуюся перед ней машину. Взвизгнули тормоза, сзади что-то глухо шлепнуло, и Риза, даже не оборачиваясь, поняла, что это упала с сиденья шинель полковника. Потом что-то прошелестело, и старшему лейтенанту пришлось-таки повернуть голову. Видимо, вчерашнее ерзанье Ала на заднем сиденье не лучшим образом сказалось на сохранности конверта – коричневая бумага треснула, а когда прикрывавшая ее шинель упала на пол, фотографии цветной мозаикой рассыпались по сиденью. Риза кинула взгляд на ближайшее фото и резко вырулила к обочине. Ей понадобилось несколько минут, чтобы собраться с силами и снова обернуться. Совсем рядом, между сиденьями, лежало фото сожженного ребенка. Чуть дальше еще фотографии – тела женщин, детей, мужчин. Они возвышались кучками или валялись по отдельности, но на всех отчетливо видны были следы огня. А сверху лежала фотография Роя. Нет, Риза знала, что на войне работали фотографы и появлялись они в самый неподходящий момент, невозмутимо фиксируя окружавший военных кровавый ужас, но она никогда не думала, что снималось происходящее с такими ужасающими подробностями. Рой стоял на стене, пойманный в тот самый момент, когда только успел щелкнуть пальцами, и прямо от него к хлипким постройкам неслась чудовищная стена огня. Риза сгребла фотографии и быстро начала перебирать. Еще одно фото с Роем среди трупов, еще огонь, еще мертвые дети. Перед глазами поплыл Ишвар. Стало жутко и захотелось для верности схватиться за винтовку, потому что только ее всегда теплый под жарким солнцем металл в те месяцы позволял Ризе ощутить спокойствие. Среди фотографий обнаружилась белая бумажка, на которой ровный почерк не без ехидцы вывел: «С очередной годовщиной Ишвара, полковник». Так вот почему он вчера напился… Риза торопливо собрала фотографии в стопку, дотянулась до конверта, осмотрела плотную бумагу. Тем же почерком на конверте было выведено: «Центральный Штаб, Огненному Алхимику Рою Мустангу» — и больше никакого адресата. Старший лейтенант попыталась снова завернуть фотографии в бумагу и подумала, что незнакомый доброжелатель не поленился собрать толстую стопку, едва помещавшуюся в конверт. Где-то она недавно видела такой же… Только где? Время поджимало, Риза включила скорость, и машина помчалась к штабу. Что же творится? Кому понадобилось мучить воспоминаниями полковника Мустанга? Кому-то из ишваритов? Ей бы оказаться рядом, помочь и поддержать, прикрыть спину, как обычно – но она, как назло, влипла в эту дурацкую историю с генералом Эштоном. Ну ладно в первый раз, но во второй она вполне могла попросить Эриси принести ей вещи. Да и генерал, при ее появлении… Запечатывал конверт. Толстый коричневый конверт. Точно такой же. Риза даже охнула и сильнее нажала на газ. Что же получается? Один из старших лейтенантов Эштона науськивает Эда в одиночку отправиться на разборку с дилетантом-алхимиком, но на месте, где скрывается преступник, оказывается целая банда со стратегическим запасом вооружения, и Эд остается в живых, скажем прямо, лишь благодаря удачному стечению обстоятельств. У Ризы вдруг ломается машина, и добрый генерал Эштон спешит на выручку, переглядываясь со своей помощницей и посматривая на часы. Чтобы она не ушла до появления Мустанга? Эриси, сыграв на женском самолюбии, практически ссорит ее с полковником, и тот остается один. Затем Эштон отправляет Мустангу ишварские фотографии, и полковник напивается в кафе, откуда его забирает та же Эриси. Логично было задать вопрос: а так ли приятно провел ночь полковник, как она себе навоображала? Риза остановила машину перед самым входом в Штаб и со всех ног бросилась вверх по ступенькам. Сердце стучало как тогда, в Ишваре. Только в пустынном городе оно заходилось от отчаяния, а теперь колотилось от страха. Пусть дуется, пусть ругается – лишь бы с ним все было хорошо. Старший лейтенант влетела в кабинет, даже не подумав притормозить для порядка, и сразу увидела непривычно серьезные лица коллег. Стол полковника пустовал. — Что-то случилось? – выдохнула она. Хавок перекусил сигарету и полез в стол за новой пачкой, Фьюри отвел глаза, Бреда углубился в изучение половицы под ногой, а Фарман, оглядев соратников, печально пришел к выводу, что удар придется брать на себя, и медленно подошел к Ризе. — Слушай, ты только держи себя в руках… — Что-то с полковником? – голос сорвался. Комок в горле не давал ни дышать, ни говорить. — Он жив? Нет? Да скажи что-нибудь! Фарман вздохнул, широким движением вытащил стул из-за ближайшего стола и поставил его рядом с девушкой. — Села бы ты лучше… — тихо попросил он. — Нужно было у Ризы машину попросить, — прогудел Ал из доспеха, высовывая кисточку на макушке из-за куста в попытке осмотреться, и тут же снова скрываясь в пышной зелени. — Ты водить умеешь? – мрачно поинтересовался Цельнометаллический, обдирая листики на ветке в надежде обеспечить себе обзор. – Или мы машину на себе потащим? За компанию? — А мы бы ее вместе с Ризой попросили, — не успокоился рассудительный младший. – Она бы не отказалась помочь. — Знаешь, Ал, по большому счету, нам бы вообще рассказать все это полковнику. А там либо он сознался бы, что давным-давно все знает об этой дурацкой алхимической школе для детей, либо организовал бы грамотную слежку за машиной Эштона. И не пришлось бы нам с тобой париться в кустах, как двум дурным детишкам. — Так, может, рассказать? – тут же предложил сильно удивившийся свежести мыслей брата Ал. – А то мы и правда… как двое дурных детишек… — и младший торопливо сгорбил плечи в ожидании как минимум подзатыльника. Но к его удивлению Эд только вздохнул: — Может, Риза и права. Будь мы взрослыми, так бы себя не вели. Младший выжидательно замер. — Ладно, давай так… — дозрел до решения Цельнометаллический. — Ой, братик… — охнул Ал. – Смотри, Тедди идет. С каким-то малышом… — Все, Ал. Действуем как обычно. Я ныряю в багажник. А ты за машиной… — Братик, ты что? — Давай, Ал! — Братик, не надо! Ризу начало колотить от одного вида стула, а уж когда Фарман попытался надавить ей на плечи, убеждая присесть, у нее откровенно застучали зубы. — Ребята… — прошептала она, — пожалуйста, это шутка, да? Он жив? Ребята, ну я вам все прощу, только скажите, что это прикол после вчерашнего… — Да хватит ее мучить! – взвился Фьюри. – Жив полковник, жив! Только у него серьезные проблемы. — Он в больнице? – начала перебирать варианты Риза, отчаявшись дождаться нормальных объяснений. — Он практически в тюрьме, — сообщил Хавок, не сводя глаз со старшего лейтенанта и глубоко затягиваясь, но Риза среагировала непредсказуемо радостно: — То есть он жив? Здоров? — Ну, да, — протянул Хавок и тоном пониже добавил: – Только непонятно, надолго ли. Риза перевела дыхание, вытерла холодный пот со лба и попыталась взять себя в руки. — Так, где он? Его в чем-то обвиняют? — А-а, видишь ли, Риза… — протянул тактичный Фарман и снова замолчал, обводя вопросительным взглядом товарищей. Те снова старательно прятали глаза. – Сегодня утром… Эриси вызвала военную полицию… в квартиру полковника, — Фарман кинул на Ризу взгляд исподтишка и быстро закончил: — И заявила, что полковник ее изнасиловал… Риза замерла, не уверенная, что правильно поняла сказанное. — Он что сделал? – переспросила она. Тишина стала ей ответом. — Еще раз, — потребовала Риза. – Я спрашиваю, что сделал полковник? — Надругался над честной невинной девушкой, невзирая на ее несогласие доставить ему удовольствие своим присутствием, — переформулировал для понятности Бреда. Риза закрыла глаза и наконец-то села на предложенный стул. — Он над ней надругался или она над ним? – мрачно уточнила старший лейтенант. – Потому что полковник вчера ночью был пьян в стельку. В таком состоянии ни один мужчина ничего не сможет. — Ну отчего же! – вступился за весь мужской род оскорбленный в лучших чувствах Хавок, но быстро замолчал под недобрым взглядом представительницы прекрасного пола. — Так, ребята… — Риза без особой цели разглядывала кабинет, пытаясь выстроить хоть какую-то систему из хаоса в голове. – Похоже, полковника подставили… — Здорово, что ты это понимаешь! – тут же обрадовался Бреда, а коллеги заметно оживились. – А то мы уж боялись, что ты ему не поверишь после вчерашнего… — Где он? — На допросе военной полиции двумя этажами выше. — А Эриси? — Говорят, написала служебную записку с подробным изложением случившегося и уехала из Штаба. — Можно почитать? — О-о! Многие бы не отказались. Полштаба хочет видеть этот бестселлер, — честно ляпнул Хавок и закашлялся под мрачным взглядом старшего лейтенанта, чуть не проглотив сигарету. – В общем, нет. Записка где-то у следователей. — Есть два варианта закрыть дело, — вмешался Фарман. – Найти доказательства, что Эриси врет, либо заставить ее отказаться от своих слов. — Так, ребята, похоже, придется рассказать вам одну историю… вернее, несколько историй, из которых получается интересная цепочка событий. Давайте-ка устроим мозговой штурм и подумаем, что мы можем накопать и изобрести… — Риза окинула взглядом собравшихся вокруг нее кружком коллег и решила начать с амбиций Цельнометаллического алхимика и склада с оружием, максимально оттягивая момент, когда в красках придется описывать боевым товарищам свое явление полковнику в мини-юбке Эриси.