Мир первый или похождение юного артефактора

Странный, странный волшебный мир. Нетрудно придумать зеленое солнце. Трудно придумать мир, в котором оно будет естественно. ©Джон Толкин 1991 год 30 июля. Дом семьи Гилмор. Комната Гарольда. После обеда я, поднимаясь по лестнице, думал. Вот мне исполнилось одиннадцать лет и со дня на день ко мне должен прийти какой-либо из профессоров Хогвартса. Как мог я уже подготовился. Собраны несколько комплектов повседневной одежды, модифицированной рунами, подготовлены несколько шаблонов поведения в случае различных ситуаций. В общем, работа мной проделана колоссальная. Осталось только одно незаконченное дело. Я зашел в свою комнату и лег на кровать. Осталось дождаться, пока уснут родители и в барьер. Да, насчет барьера. Это не совсем барьер, а скорее зеркальное пространство. Штуки вроде похожие, а смысл разный. Иллюзорный барьер изначально предназначался для быстрой прокачки и уборки ментополя планеты, чисто теоретически. Уже вторично он стал полигоном для испытаний и отдыха. Зеркальное пространство же изначально было некой ареной для проведения сражений без затрагивания мира обычных людей. Вышло оно у меня чисто случайно. Я искал место, где можно безопасно и незаметно проводить ритуалы. Чисто от злости, из-за того, что ничего не выходит, у меня произошел стихийный выброс, и пространство передо мной пошло рябью и трещинами. Примерно так я открыл данный навык. Открытие врат в зеркальное пространство. Вы открываете врата в иллюзорное пространство, в котором не можете навредить реальному миру. Стоимость: вариативно в зависимости от размера. Управление зеркальным пространством уровень 1 Вы можете изменять зеркальное пространство в зависимости от вашего желания, теоретически. Стоимость: вариативно. В этом пространстве очень удобно создавать ритуалы и артефакты. Причиной этому является отсутствие магического фона. Хотя это скорее минус, чем плюс. Ведь его в принципе можно использовать как батарейку для ритуала. Во-вторых, при больших усилиях можно создать нужные чертежи без долгого и трудоемкого черчения. Просто подстроив пространство под себя. Тут я смог создать себе первую броню. Ничего особенного. Всего лишь пара рун на прочность и долговечность, но это было очень трудно. Представьте детскими руками выводить достаточно сложный символ. Главная проблема в том, что начертить нужно очень точно. От этого зависит её мощность и долговечность. Руны со временем теряют вложенную в них энергию. Так, например младшие руны при хорошем исполнении перестают работать, примерно через три года, если её не восстанавливать. Есть несколько способов улучшить результат. Классический вариант это ритуалы концентрации. Простейший из которых состоит из трех фигур и четырёх рун. Конечно КПД низкий, но работает. Так я получил комплект укрепленной спортивной формы с кожаными вставками. Сегодня мне предстоит сложнейшая из всех проделанных мной работ. Нужно зачаровать меч. Скьявона, обоюдоострый меч с защитной «корзиной» на эфесе. Её мне подарил дед после окончания обучения Итальянскому стилю. Этот образчик холодного оружия был, конечно, мне не совсем по размеру, но работать с ним можно. Сегодня мне предстоит очень трудная работа. Посмотрев на часы и убедившись, что в доме все уснули, я открываю портал. Выглядел он как арка, состоявшая из множества осколков стекол. Пройдя в отражение мира, я приступаю к подготовке. Для начала следует сделать чертеж состоящий из пяти фигур. Это большой ритуал концентрации и стабилизации. На чертеж нужно будет нанести тридцать две руны. Затем происходит пробная активация чертежа. Она предназначена для проверки ошибок. Затем мне предстоит нанести руны на меч. Это очень кропотливая работа. Что же, план есть — приступим к исполнению. Два часа спустя. Магические потоки вливались в руны, начерченные на ритуальном чертеже. Постепенно они светились все ярче и ярче. Руны начали пульсировать, заливая светом все помещение. В центре чертежа лежал меч, исчерченный рунами. Свет постепенно начал вливаться в него, передавая силу. Над этим действом стоял я, направляя магические потоки. До филигранного контроля мне, конечно, как до луны пешком, но даже так, это было лучше, чем простая активация ритуала. При простой активации магия, пускай и структурированная, грубо вливается в руны. А так я могу производить балансировку. Глупо говорить, что она идеальна, но хоть что-то. Прошел час Последний импульс прошёл по чертежу и все затихло. Я обессилено повалился на пол. Это было гораздо сложнее, чем я думал. На протяжении всего действия ритуала я вкладывал ману в чертеж, но мне её не хватило. И тог­да ритуал стал тянуть жизнь из ме­ня. Стоит немного объяснить правила ритуала. Не секрет, что ритуал представляет собой пентаграмму заключенную в круг с хаотично раскиданными потрохами. На самом деле всё немного не так. В обычной магии для получения результата вы затрачиваете ману. В ритуалах все не так. Вы можете не тратить что-то своё. Платой за результат может послужить все, начиная с обычного куска дерева заканчивая жизнью. Вопрос в том, что вы хотите получить. Со мной произошло тоже самое. Мне не хватило маны и вместо неё пошла жизнь. Я чудом выжил, но на этом новости не заканчивались. Особенностью данного ритуала является постоянное потребление энергии. Причём в условных единицах. Поясню. Для начала, чтобы не возникало вопросов, мана жизни энергией жизни не является. Возьмём простой пример: для ускорения роста вы напитали растение маной жизни. Растение выросло, но выглядело это изнутри гораздо сложнее. Попав в растение мана постепенно (у каждого растения своя скорость переработки) перерабатывается в энергию и уже она используется для роста. Если упростить, то мана жизни — это мана с окраской жизни. Легко усвояемый питательный бульон для живых организмов. Так вот, возвращаясь к началу, одна единица манны не равна одной единице жизненной энергии, причем перевес в сторону последней. То есть по факту, в меч вложено энергии больше, чем я рассчитывал. Хорошо, что конвертация в манну идет автоматически. Иначе бы бомбануло знатно, из-за конфликта энергий. Я встал с пола и пошел к центру чертежа. На главной руне лежал меч, на котором ровным темно-голубым светом светились руны. Я взял его в руку и сделал пару пробных взмахов. Меч ощущался по весу гораздо легче и еще я ощущал энергию, что заключена внутри него. Силу, готовую обрушиться на противника. Я убрал меч в инвентарь и волевым усилием открыл проход в реальный мир. Выйдя в своей комнате, я обессилено рухнул на кровать. Мне предстоит еще много дел сегодня, а пока спать… Утро. 1991 год 31 июля. Дом семьи Гилмор. Позавтракав, я уже собирался идти на утреннюю пробежку, въевшуюся мне в подкорку после тренировок деда, но тут в дверь постучали. Я подошел и открыл дверь. На пороге стояла высокая сухая дама в остроконечной шляпе и черной мантии с зелеными элементами. Из-за ее спины выглядывал лохматый, тощий мальчишка в поношенной одежде. Это был никто иной, как Гарри Поттер. Я видел его пару раз, благо живем в одном районе. — Здравствуйте молодой человек, — проговорила профессор, — меня зовут профессор Минерва МакГонагалл. Я пришла сюда передать тебе письмо-приглашение в нашу школу. Она протянула мне запечатанный конверт. Взяв его в руки, я сказал — Проходите в дом. Там все обсудим вместе с родителями. Пройдя в зал, в который подошла мать, я уселся на диван. За мной зашли гости и расселись по креслам. — Здравствуйте, меня зовут профессор Минерва МакГонагалл. Я уполномочена пригласить вашего сына в школу чародейства и волшебства, — произнесла профессор. А дальше пошли стандартные торги: сколько стоит, где, какие условия и прочее. В итоге обо всем договорившись, профессор перенесла меня и Гарри через камин в доме миссис Фиг на Косую Аллею. Что я могу сказать об этом месте? На первый взгляд выглядит довольно впечатляюще. Множество магазинчиков и кафешек, стоящих вдоль улицы и волшебники спешащие кто куда. Рассказывать уже знакомую всем историю о посещении банка и магазинчиков не буду, но остановлюсь на лавке Оливандера и магазине волшебных животных. Честно говоря, к волшебным палочкам я относился скептически. Ну посудите сами — волшебная палочка это костыль, который, безусловно, облегчает работу с магией, но потом приходиться переучиваться для достижения новых высот в искусстве магии. Вообще отношение мое к ним, если не отрицательное, то близко к этому. В лавке над Гарри Оливандер действительно изгалялся, подсовывая разные палочки, пока не отдал всем известную палочку из остролиста и пера феникса. Потом настала моя очередь, и процедура повторилась еще раз, только мне досталась палочка из бузины и сердечной жилы дракона. И вот что произнес Оливандер после этого: — Знаете молодой человек, я давно не продавал такие палочки. Они странны сами по себе. Обладая великой силой, они принадлежат зачастую сильным волевым людям, от которых в нашем мире часто происходят потрясения. Мне будет интересно наблюдать за вашей судьбой, ведь простой она не будет. Получив плату и напоследок сверкнув глазами, он ушел вглубь рядов. В магазине волшебных животных тоже произошла довольно необычная история. Магазин этот находился в большом помещении. С одной стороны стояли полки с разными вещами для животных. В другой же части зала стояли сами клетки. Кого там только не было: совы, филины, вороны, орлы и другие виды птиц. Также там стояли клетки с другими животными: кошки и их разновидности, змеи разных видов и другие животные. Что удивительно, большинство животных замерли без движения. Разбираться мне в этом было лень, так что я продолжил осматривать магазин. Гарри, что удивительно взял полярную сову. Передо мной же стоял сложный выбор, какую птицу взять? Остановил я свой выбор на молодом филине. Неожиданно продавец произнес: — Интересный у вас выбор молодой человек. Этот филин одной из крайне редких магических пород. Немногие смогли раскрыть хотя бы часть их потенциала. Уверены ли вы в своем выборе? — Да. — Ну… тогда подождите здесь пару минут. Он прошел через неприметную дверь в служебные помещения. Не прошло и пары минут как он вернулся. — Вот, держите, — он протянул потертую книгу в кожаном переплете, — мне она уже без надобности, а вам вполне может пригодиться. Продавец вернулся за кассу и продолжил оформление наших покупок. Закончив на этом все покупки, профессор вернула нас в Литтл Уингинг, где разошлись по домам.