Самая большая тайна

— Ну и зачем устраивать весь этот цирк? Юноша плотно закрыл за собой дверь и, фыркнув, стянул с лица темные очки. Под непрозрачными стеклами обнаружились светлые голубые глаза, а на коже остались синеватые вмятины от плотно прилегающей оправы. Достав из кармана брюк белую салфетку, парень протер тотчас брызнувшую из глаз кровь. Теперь на щеках остались лишь несколько бурых струек, которые, впрочем, он никогда не пытался убрать: бесполезно. — Пойми, Фок, я ситуацию спасаю! Как, кстати, и ваши задницы тоже, — юноша покосился на товарища. — Если кто-нибудь не возьмет на себя ответственность, мы вылетим из пиццерии вон. Будем деньги по дворам выпрашивать, или у тебя есть более выгодный план? Собеседник выпрямился во весь свой немалый рост и вышел из темного угла. Огненно-рыжая копна спутанных волос, порванная и тысячу раз зашитая рубаха, мешковатые штаны — его вид мог напугать кого угодно, но только не привычного человека. Мальчишка-пират злорадно ухмыльнулся, обнажив острые клыки. — Не нужно напоминать мне, как мы и двое других недоумков попали сюда. Хотя, если честно, поначалу я даже был тебе признателен, Фазбеар. Если б наши пути не пересеклись, я мог бы до сих пор прислуживать жалким уборщиком и драить палубу в том супермаркете. Просто пойми: не всем дано быть фаворитами публики! Ты любим всеми, я — нет. Голубоглазый юноша тяжело вздохнул. Фокси заводил подобный разговор уж далеко не в первый раз. Вообще, Фредерику очень тяжело держать на себе всю ответственность. Не будь здесь его, это захудалое местечко еще не дай Бог развалится по кирпичикам. Те трое, которых совсем недавно он буквально подобрал с улицы, не особо старались помочь. Иногда, примостившись где-то на краю знакомой сцены, юноша мысленно проклинал тот день, когда решил собрать отчаянную команду бродяг и попытать счастья вместе с ними. Самого Фазбеара выгнали из дому еще в малолетстве. Расчет делался на то, что крохотный мальчик не сможет прожить в жестоком мире, где не имеет ни родных, ни близких. Но острый на язычок и скорый на руку парнишка довольно быстро научился мести улицы, выгружать машины — то есть, мог в буквальном смысле прислуживать. Когда же выяснилось, что неизвестный уличный мальчик обладает прекрасным голосом, Гарольд Фазбеар, директор пиццерии «Freddy Fazbear's Pizza» взял юношу к себе. Сократив настоящее имя приемного сына до Фредди и дав свою фамилию, мужчина определил того на работу в своем ресторане. Правда, Фредерику-Фредди было скучно, особенно по ночам: ведь жил-то он тоже в пиццерии. Гарольд посчитал, что неразумно будет тратить место и вещи на содержание мальчика. И, хоть выступления юного таланта приносили все больше прибыли, директор не изменил своего решения. В отместку, а может быть просто по желанию своего вспыльчивого характера, юноша привел в ресторан еще троих ребят, таких же брошенных, как и он сам. После непродолжительных препирательств подростки под выдуманными именами Чика, Бонни и Фокси стали неотъемлемой частью группы «Fazbears». Правда, с недавнего времени из глаз у всей компании стала вытекать непонятная алая жидкость, а виски побаливали. «Любящий отец» определил, что это кровь, однако к врачу никого не отправил, объяснив, что из-за этого может пострадать его репутация. — Фред? Фред! Ты меня вообще слушаешь?! — недовольный тон Фокси вырвал парня из размышлений. — Угу... — промямлил Фазбеар, безуспешно пытаясь восстановить в памяти упущенные слова товарища. — Ну так вот, я не собираюсь... Внезапно пират умолк и, прежде чем Фредди успел задать вопрос, метнулся на свое темное место в уголке. На склад вошла Чика. Кокетливо одернув воротничок с яркой надписью «Let's eat!», блондинка притворилась, будто только заметила Фреда, стоящего посреди комнаты подобно столбу. — Фредди... — начала она мечтательным голосом, положив тонкие бледные руки на плечи певца. — Послушай...ты же сегодня не очень занят?.. Юноша отстранился. Ему не нравилось в поведении подруги решительно все. К тому же он достаточно долго общался с ребятами и успел узнать их даже лучше, чем они его. И этот неожиданный визит официантки явно не сулил ничего хорошего. «Я не имею к ним никакого отношения,» — говорил себе Фред. — «Пусть эта белобрысая девчонка крутит свои романы с каждым встречным, а парни изображают из себя фантастических героев. Не стоит забывать о собственной цели.» — Вообще-то сегодня я буду выступать на сцене. И завтра, и послезавтра, ибо вы все любезно оставляете меня стараться в одиночестве. — Тсс! — девушка ласково прикрыла голубоглазому рот, отчего тот все же слегка покраснел. Мы не можем все одновременно появляться на публике в очках, это привлечет ненужное внимание. Но я думаю, что мы можем выкроить время и сходить в кино вдвоем... Только я и ты... — Ну вот и иди со своим Бонни, — Фазбеар был явно недоволен. — А я пока буду пахать тут за вас обоих. Не благодари. — Ты, кажется, немного не понял! Я и этот фиолетовый ушастик? Пфе, смешно! О чем ты вообще думаешь, Федорчик? На самом-то деле я давно... В этот самый момент из угла комнаты совсем некстати раздался ехидный смешок. Сиреневоглазая девушка резко повернула голову и густо покраснела. Казалось, даже ее волосы приобрели аловатый оттенок. — Ты ведь никому об этом не расскажешь? — сейчас она была похожа на встревоженную курицу. Рыжеволосый еще раз гоготнул и убежал прочь. Чика кинулась следом, сжимая худенькие ручки в кулаки. Оставшись в тишине и одиночестве, Фазбеар присел прямо на холодный пол и, достав из какой-то картонной коробки баночку смазки, бережно отогнул часть кожи на левом запястье. Под кожей был металлический шарнир. Да, механики в пиццерии без разрешения на то администрации провели на подростках несколько странных и опасных опытов, вследствие чего они остались полулюдьми, полукиборгами. Отсюда вся эта кутерьма со смазкой и текущей кровью. Однако же, темные делишки персонала на самом деле являлись ничем по сравнению с самой большой тайной этого места. Завершив дело, Фред поднялся на ноги, снова прижал к лицу очки и вышел из комнаты. На сцене его уже поджидал Бонни, и его разгневанное лицо еще раз подтверждало не так уж хорошо и скрытые замыслы Фокси. — Вы только посмотрите, кто явился! — язвительный тон вперемешку с природным голосом мальчика-гитариста сильно резал уши. — Эй, Ромео, объясниться не хочешь? — Даже не подумаю, — сердито отрезал Фредди, поднимая со стула и настраивая микрофон. Затем солист резко развернулся на каблуках и вдруг носом к носу встретился с Бонни. Розовые глаза сверкали яростью, щеки раскраснелись. — Не хочешь?! — прикрикнул он. — НЕТ?! НУ ТОГДА ПОЛУЧАЙ ЗА ЧИ! Музыкант размахнулся и изо всех сил ударил Фазбеара в грудь. Певец упал на пол и, прежде чем Бонни успел нагнуться, стал толкать нападающего ногой. Дождавшись, пока соперник также потеряет равновесие, пару раз приложил того затылком о пол. Сиреневые волосы парнишки растрепались и теперь напоминали пару кроличьих ушек. Фред сжал кулаки. Бонни держался за правый глаз, поврежденный осколком разбитых очков. Не встречая преград на пути, брызнула темная кровь, испачкав воротничок и верх жилетки гитариста. Фредди брезгливо поморщился и отодвинулся, чтобы не испортить и свою одежду. Голубоглазый парень держался за живот — все-таки, противник не был слабаком. — Неужели это все из-за меня?!. — прикрывая руками рот, Чика кинулась было помогать Бонни, однако тут же застыла на месте словно вкопанная. Ее пронзила страшная догадка и понимание того, во что она вляпалась. «Если я подарю ему свое внимание... Фредди...» — пронеслось в светлой голове. — «Он ведь поймет смысл моей «забавной» игры...которая уже не игра». Чикина рука нерешительно протянулась уже по направлению к удаляющемуся солисту, но вновь замерла. Ее любимый фиолетовый кролик сочтет такой поступок за предательство, особенно учитывая причину только что произошедшей ссоры. Что делать... На глаза девушки незаметно навернулись блестящие слезы. Она спешно прикрыла лицо, пытаясь не показаться слабой перед мальчишками, хоть конкретно на нее в этот момент никто не смотрел. Светлый зал был пуст, и звенящее эхо отражало от стен тихие всхлипы официантки. — Чарлот...та...