Рождество — семейный праздник

Был тихий зимний вечер. Рафаэль и Макс сидели на полу у камина, и о чем-то шептались, иногда гладя по мягкому, пушистому пузику Мяо, который развалился на персидском ковре вверх лапками и довольно мурлыкал. Магнус, вместе с Алеком, находился недалеко от них, на диване, просматривая альбом, который Изабель пару дней назад вручила Бейну. — Александр, это уже десятая фотография, где ты голенький! — воскликнул маг, глядя на фото, на котором Алеку пять лет, — я, разумеется, не жалуюсь, но боюсь, что такими темпами дети лягут спать в пять вечера. — Магнус, ради Ангела, будь тише, — взмолился Алек, его скулы чуть порозовели, — черт, вот знал же, что все не так просто, как говорила Иззи. Обманщица! — А мне нравится, ты в детстве тоже был таким сладеньким мальчиком, так бы и съел, — прошептал Магнус на ухо Лайтвуду, — поэтому я обожаю твою сестру. — Перестань, — выдохнул Алек, чуть отодвигаясь от Бейна и бегло посматривая в сторону детей. Макс хохотал своим звонким смехом, глядя на Рафаэля, который размахивал руками и что-то ему рассказывал. Кто бы мог подумать, что Алек и Магнус станут семьей, что у них появятся сыновья, даже не верилось, что все худшее осталось далеко позади. — О господи, святые сандалики вашего Разиэля! — произнес Бейн, заставив охотника вздрогнуть. — Ну что там еще? — нефилим повернулся к магу и покраснел еще сильнее, пытаясь выхватить альбом из рук Магнуса, но тот был проворнее, на фото стоял двенадцатилетний Алек, держа в руке лишь свой лук, больше ничего не было. — Джейс же обещал ее сжечь! — Джейс? — лицо Магнуса тут же стало раздраженным, — то есть, ты хочешь сказать, что вот ЭТО фотографировал блондин? — Бейн ткнул альбомом Алеку в лицо. — Ну, не Изабель же! — ответил Лайтвуд и тут же прикусил себе язык, да, он сказал лишнего, ведь маг все еще ревновал Алека к парабатаю. — Магнус, ничего такого, я просто проиграл ему в карты, правда… — Выслушаю все твои оправдания в постели, между твоими стонами подо мной, — сказал Бейн, целуя охотника в губы, накрывая рукой его ладонь, Алек сильнее сжал ее в ответ. — Эй! — донесся до них недовольный голос Рафаэля, возвращая родителей обратно на землю и заставляя их отстраниться друг от друга, — ну не при нас же, Макс еще маленький. — Я не маленький, — чуть надув губки, произнес Макс. — Маленький! — Нет, папа, скажи ему! — Макс бросился на помощь к Магнусу, в этот момент зазвонил телефон Алека. — Да, мам, — ответил охотник, его лицо постепенно становилось хмурым, — все так серьезно, без меня совсем никак? Хорошо, я все понял, скоро буду. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Магнус, уже стоя между сыновьями, которые чуть ли не дрались, пихая друг друга через отца. — Мне срочно нужно в Идрис, там какие-то проблемы с фэйри. Перепалка детей быстро прекратилась, едва они услышали, что их отец собирается уехать. — Но через два дня Рождество. — Макс подошел к Алеку, за ним последовал Рафаэль. — Тебя опять не будет? — Мальчики, — Алек присел на корточки рядом с ними, обнимая ребят, — я постараюсь все быстро закончить и вернуться к Рождеству. — Обещаешь? — в глазах Макса столько надежды, он так сильно любил Алека, что мог днями от него не отходить. — Обещаю, — спустя пару секунд ответил Алек, затем поцеловал сыновей в макушки, и они ушли в свою комнату. Магнус стоял чуть в стороне и молча наблюдал за сборами своего охотника. — Ты ведь не приедешь, — все-таки нарушает тишину маг, — Алек, ты не успеешь к Рождеству, и ты это знаешь. Зачем давать детям надежду? Они будут ждать тебя и расстроятся, когда поймут, что это Рождество мы проведем без тебя, снова. Алек бросает собранный рюкзак на диван и поворачивается в сторону мага. — Магнус, это моя работа, я не могу пренебрегать своими обязанностями! Неужели ты этого не понимаешь?! — Я понимаю, — глаза Магнуса вспыхивают золотистым, он больше не скрывает свою метку, теперь эти кошачьи глаза смотрят с легким осуждением и неимоверной грустью, а с кончиков пальцев соскакивают голубые искорки. — Я привык не видеть тебя днями или неделями, но это дети. — Пожалуйста, Магнус, давай не будем ссориться именно сейчас. — Я и не хочу, но Макс с Рафаэлем скучают по тебе, и я тоже, — Бейн скрещивает руки на груди, успокаивая себя, — они ждут тебя вечерами с охоты, но засыпают, так и не дождавшись. — Я Сумеречный охотник, ты знал, что так будет, — раздраженно ответил Алек, он тоже злился, не понимал, почему вдруг Магнус перестал его понимать, почему все время обвиняет. — Знал, но не думал, что будет так тяжело, — вздохнул Магнус, в последнее время они стали слишком часто ругаться, даже по мелочам, все сводилось к скандалам, и маг не знал, что происходит, почему все так обернулось. — Я смирился с твоим развратным прошлым, поэтому смирись и ты, что я, в первую очередь, нефилим, моя обязанность — быть защитником. — Лайтвуд смотрел прямо на Бейна и видел, как его кошачьи глаза наполнились болью. Он не хотел причинять ему боль, но в данный момент он был зол, и язык работал быстрее мозга. — А ты помнишь, как хотел лишить меня бессмертия, сговорившись с Камиллой? Ты так ничего и не понял, не понял, что я испытываю к тебе, что чувствую, когда мы ссоримся, — произнес Магнус, поворачиваясь спиной к Алеку, — я никогда не требовал от тебя, чтобы ты ставил меня на первое место, я был готов ради тебя на что угодно. А ты даже не можешь выкроить немного времени, чтобы побыть с детьми, хоть их чувства тебя должны волновать. Наступила тишина. Алек смотрел на Бейна, сжимая руки в кулаки, почему все так, ну почему. Они перестали понимать друг друга, быть вместе, было ощущение, что теперь каждый сам по себе, и единственным, что их связывает, были Макс и Рафаэль. — Ты до последнего будешь мне это припоминать? — подал голос Алек, прожигая взглядом спину Магнуса. Но тот ничего не ответил, понимая, что возможно наговорил лишнего. А ругаться окончательно не хотелось, тем более, перед самым отъездом Алека, — может, мы и правда совершили ошибку, поженившись. Эти слова стали для Магнуса последним ударом, он медленно повернулся к Лайтвуду, в глазах плескалась боль, тоска, неверие. Алек и сам выглядел слегка ошарашенно, он не хотел этого говорить, но сказал, тем самым дав понять Бейну, что жалеет обо всем случившемся раннее. Магнус смотрел на Алека и больше не видел в его глазах любви, неужели их счастье так быстро закончилось? — Значит, все, это конец? — тихо спросил маг, он хотел знать, к чему готовить детей и готовиться самому. Алек открыл рот, но не нашел что сказать, поэтому закрыл его, он молча взял в руки рюкзак и направился к выходу. — Давай я открою тебе портал, — Магнус двинулся вслед за охотником. — Не стоит, — ответил Алек, скрываясь за дверью, Магнус выглянул в окно, но никого там не увидел, затем взял в руки бутылку коньяка и сел на диван, кидая альбом куда-то под стол. Нефилимов слишком трудно любить, у них всегда работа на первом месте. Алек все еще стоял у двери, думая вернуться, но этого ему сделать не дала смс-ка от Джейса, в которой говорилось, что один маг из Идриса откроет портал прямо рядом с домом Магнуса. В нескольких метрах от Алека появилось расплывчатое фиолетовое пятно, Лайтвуд поправил рюкзак на плече и поднял голову вверх, глядя на пустые окна дома, и шагнул в портал. — Ты чего так долго? — сразу же набросился на него Джейс, в Идрисе были все: Изабель, Клэри и Саймон. — Ничего! — раздраженно ответил Алек и, больше не сказав ни слова, направился наверх. — Что это с ним? — спросила Клэри. — Черт возьми, какая муха его укусила? — Джейс все еще офигевал от своего парабатая. — Я думаю, у них с Магнусом не все гладко, — ответила Изабель, она знала многое, иногда ей рассказывал что-то сам брат, но чаще всего это был Магнус. Он делился с Иззи сокровенным, она знала о его страхе потерять Алека, она знала все.

* * *

Магнус и младшие Лайтвуды-Бейны украшали лофт к Рождеству. Маг старался вести себя как обычно, не думая про слова Алека, он не хотел портить детям праздник. Хотя, они и так будут расстроены, когда их второй отец не придет. Макс везде, где только можно, развесил разноцветные гирлянды, Рафаэль повесил колпачки над камином, еще никогда лофт Магнуса не был таким, все-таки стоило оставаться одному столько столетий, чтобы потом обрести такую семью. Бейн щелкнул пальцами, и с потолка стал падать снег, он был как настоящий, но не холодный, и едва касался какой-нибудь поверхности, сразу же превращался в магические огоньки разных цветов и кружились в воздухе еще долгое время.  — Папа, а папочка ведь успеет, правда? — Макс подошел к Магнусу и забрался к нему на колени, пока тот сидел в кресле. — Черничка, понимаешь… — Он не успеет! — перебил отца Рафаэль, швыряя горстку конфетти в сторону ничего не подозревавшего Черча. Он недовольно мяукнул, стряхивая с себя украшения и поворачиваясь мягким местом к юному охотнику. — Но папочка обещал, — возразил Макс, переводя взгляд то на Магнуса, то на брата. — На прошлое Рождество, он то же самое говорил, но так и не пришел. — Рафаэль, перестань, — сказал Магнус, — ваш отец всегда старается держать свое слово. Быть Сумеречным охотником не так-то просто, есть закон, Конклав… — Да все равно мне на этот дурацкий закон! — воскликнул Рафаэль, — я просто хочу провести хоть один праздник со всей семьей. — Нефилимчик мой, не расстраивайся, ты все поймешь, когда подрастешь, ты тоже охотник, и… — Не хочу я это понимать и охотником тоже быть не хочу! Рождество — это семейный праздник, — топнув ногой, произнес Рафаэль, едва сдерживая слезы и убегая в свою комнату. — Папочка нас больше не любит? — сквозь слезы спросил Макс, прижимаясь к груди отца. — Ну, что ты такое говоришь, конечно же, он любит вас, — Магнус крепче обнял сына, целуя его в макушку, — просто в жизни не все так просто. — Тогда почему вы ругаетесь? — С чего ты взял, карамелька? — Я все слышал, и Рафаэль тоже, — ответил Макс, — он говорит, что все ведет к разводу. Я не понял это слово, что оно значит? Магнус впервые не знал, что ответить, Рафаэль старше, конечно же, он все понимает, и сразу думает о самом плохом. А вот Макс, он еще так юн и невинен, столько всего не понимает, магу не хотелось разбивать его маленькое, хрупкое сердечко. — Все будет хорошо, не переживай, мы все будем вместе, — ответил наконец Магнус, убеждая в этом больше себя, чем сына. Он не знал, что будет потом, когда Алек вернется, но одно он знал точно, уже ничего не будет так, как прежде.

* * *

Алек сидел в зале совета и слушал, о чем говорит его отец, а если быть точнее, то делал вид, что слушает, о чем говорит его отец. Нефилим не мог забыть ту ссору с Магнусом, он столько наговорил ему, а ведь тот был прав. Ведь Лайтвуд стал очень редко бывать дома, видеть детей, а так быть не должно, быть семьей, значит быть всем вместе. Изабель внимательно наблюдала за братом, еще с детства, она научилась понимать его по одному только взгляду. Ее брат смотрел куда-то сквозь отца, иногда согласно кивая, хотя вряд ли вообще понимал, что тут обсуждают. Уже завтра Рождество, никто так не страдает, как Алек, все их половинки здесь, в Идрисе, а Магнус и мальчишки в лофте. — Обсудим все остальное завтра, — сказал Роберт Лайтвуд, — Алек, ты зачтешь свой отчет, ты же уже вел переговоры с фэйри, не так ли? — А, что? — Алек поднял голову на отца, не понимая, о чем он вообще говорит, какой доклад, какие переговоры, что вообще происходит. — Не волнуйся, папа, все пройдет в лучшем виде, — улыбнулась Изабель, хватая брата за рукав куртки и таща его в коридор. — Иззи, что ты делаешь, перестань меня тащить! — Слушай сюда, — охотница резко развернулась к нему и угрожающе ткнула в него пальцем. — Я хочу узнать лишь одно, мой брат действительно такой идиот? — О чем ты? — Алек вопросительно поднял одну бровь, сложив руки на груди. — Что у вас случилось с Магнусом? — Ничего. — Ничего? — переспросила Изабель, — да ты чуть Саймона не прибил за то, что он слишком громко смеялся и рассказывал про свои планы на Рождество. — Иззи… — Я внимательно тебя слушаю. — Ты знаешь, что мы с Магнусом не ладим в последнее время, ну и мы поругались перед тем, как я ушел, — начал Алек и все рассказал сестре про их разговор, про слова, которые бросил магу Лайтвуд. Изабель слушала все это, ее глаза пылали гневом, а губы изумленно открылись. — Ты что? — воскликнула охотница, — Алек, ну, как можно быть таким идиотом! Магнус любит тебя, столько раз выручал нас, спасал твою задницу, а ты сказал ему, что все было ошибкой. — Я этого не хотел, не знаю, что на меня нашло. — Алек, Магнус хочет хоть иногда быть с тобой, хочет, чтобы дети видели тебя, они так скучают, я знаю, столько раз слышала их разговоры, — сказала Изабель и подошла ближе к брату, прожигая его своими темными глазами, Алек будто смотрел в бездну. — Иди к своей семье, они ждут тебя и безумно любят. — Но, как же отчет и завтрашнее собрание? — Тебя действительно волнует собрание, когда твой брак рассыпается на куски? — спросила сестра. — Нет, но отец… — Это я беру на себя, и отчет расскажу я, не переживай. — Иззи, спасибо тебе, ты так помогла мне, я и в правду такой идиот, — Алек крепко обнял Изабель, целуя ее в щеку. — Ну, иди уже. — Алек, вот ты где, идем со мной, ты мне очень нужен, — сказал Роберт. — Но отец… — начал было Алек. — Это срочно!

* * *

За окном шел снег, в лофте Магнуса было весело настолько, насколько это вообще было возможно. Бейн испек торт, сам, не прибегая к магии, приготовил рождественский ужин, и теперь он вместе с детьми сидел в гостиной, показывая им фокусы. — Я же говорил, что отец не придет, — быстро бросая взгляд на дверь, произнес Рафаэль, он хотел казаться сильным, не признаваясь, что скучает по Алеку, но у него это плохо получалось. — Зайчик мой, давай лучше резать торт, — вставая, сказал Магнус и ушел на кухню, Алек ведь даже не позвонил ему, не прислал даже весточки о том, что все хорошо, что он жив, здоров. Изобразив на лице улыбку, Бейн вышел из кухни, держа на большом блюде шоколадный торт, покрытый глазурью. — Можно мне кусочек тот, что больше? — улыбнулся Макс, поглядывая на дверь, Рафаэль обнял его за плечи и подтолкнул ближе к столу. — А для меня найдется кусочек? — послышался голос из прихожей, и в гостиную зашел Алек. — Папа! — радостно воскликнул Макс и едва не сбил того с ног, крепко обнимая, — я знал, что ты придешь, знал, что не обманешь! Рафаэль еще пару секунд не обращал внимания на Алека, но потом обида прошла очень быстро, и вот, он уже тоже обнимает Лайтвуда. Магнус поставил торт на стол и наблюдал за этой сценой со стороны. — Зайки, сходите на кухню и принесите вашему отцу тарелку и приборы. — Им нужно побыть наедине, — Рафаэль взял Макса за руку и повел на кухню. — Ох, уж эти взрослые, — ответил Макс, закрывая дверь на кухню. — Александр, у тебя ведь важные дела с фэйри, — произнес Магнус, он так смотрел на него, будто боялся больше не увидеть. — Прости меня, Магнус, — Алек подошел к магу и взял его за руку, — я такой идиот, стал забывать, что у меня есть семья, что я нужен вам, привык, что ты всегда с нашими сыновьями и стал принимать это как должное, забывая… — Это ты прости, Александр, — ответил Магнус, — я хотел заставить тебя бросить все эти задания и быть дома. Но у Сумеречных охотников это в крови, и… — Магнус, вы всегда у меня на первом месте, — Алек прижал его к себе, утыкаясь носом ему в шею, — прости меня, на самом деле я ни о чем не жалею, я люблю тебя. — Вдыхая запах сандала, Алек почувствовал долгожданные объятия, и, конечно же, Магнус его простит, ведь очень любит. Все совершают ошибки, и они тоже не исключение, главное, вовремя одуматься и не разрушить то, что так долго и трудно строилось. — И я тебя люблю, родной, — сказал Магнус. — Больше подобного не повторится, клянусь, Иззи вправила мне мозги, в другой раз она меня убьет, — произнес Алек, губы Магнуса растянулись в улыбке, и он потянулся к нефилиму, чтобы поцеловать его, Лайтвуд ощутил клубничный вкус на губах. Это Рождество будет не таким, как предыдущее, Алек понял, что в жизни главное — семья, родной и любимый человек рядом, а все остальное уже не так важно. — Ну вот, опять, — послышался голос Рафаэля, — мы же все видим, фу. — Макс рассмеялся и подбежал к родителям, глядя на них снизу вверх. Позже к ним присоединился и Раф. — Похоже, не нужно Рафаэля больше оставлять с блондином, он на него плохо влияет, — шепнул Магнус Алеку, тот лишь усмехнулся, одной рукой обнимая сыновей, а другой Бейна. — Знаете, я взял отпуск на неделю, Иззи и Клэри обещали прикрыть. — Здорово! — воскликнули ребята. — Отправимся в лес. — Лучше в горы. — А еще лучше и в лес, и в горы! — Люблю тебя, — повторил Алек, легко целуя Магнуса в губы. — И я тебя.