Перерождённая

Маша изучала поверхность своего школьного стола, за которым она сидела на уроке биологии. Она взглядом прожигала одну точку вот уже около восьми минут, практически не моргая. Маргарет, которая в это время черкала что-то на полях тетради, обратила внимание на подругу.       -Эй, ты в порядке? – Мэгг дотронулась до плеча подруги, немного наклоняясь к ней.       -М? – Маша с трудом оторвала взгляд. – Да. Я в норме. Спасибо – Мария посмотрела на учительницу, которая что-то записывала на доске. – Что это? – Маша качнула головой в сторону доски.       -Практическая. Сейчас селекцию будем изучать. Ты не слышала? - Мэгг продолжала черкать ручкой в тетради.       -Нет. –Мария вновь потупила взгляд.       -Ты из-за родителей? Сильно взбушевались? – Марго отложила ручку.       -Да, нет. Просто мама меня видеть не хочет, а папа посадил под домашний арест. Теперь я не смогу провожать тебя, меня будут отвозить домой на машине. Из-за этого отец жутко злиться, ведь я отрываю его от дел. – Маша потёрла лоб рукой. Учительница развернулась к классу, заслышав голоса, девушек она тут же обнаружила жертв, переводя навигационный взгляд на третью парту третьего ряда.       -Маргарет и Мария. Смотрю вам очень весело вместе, рассаживайтесь немедленно. И дайте мне знать, если вы не сможете жить друг без друга. – учительница указала пальцем на Мэгг, потом указала на её новое место пребывание. Первая парта. Просто самоубийственно место, да ещё и с таким учителем. Весь класс начала хихикать и шептаться, на что Мэгг фыркнула. Снобка Лена Окстон послала Мэгг воздушный поцелуй, на что там ответила весьма эпичным жестом, выставляя вперед средний палец. Лена закатила глаза, и демонстративно закашляла, привлекая внимание Маши. Брюнетка не обращала внимания, игнорируя задаваку всем своим видом, на что та покрутила пальцем у виска, показывая стадным подружкам свой «блестящий и доминантный интеллект». Мария вновь задумалась, вспомнив те красные глаза, и то хладное прикосновение руки вампира. Мария резко опомнилась, когда учительница поднесла к её парте комплект химического оборудования. Девушка подвинула к себе поближе пробирки, внимательно осматривая план, который был напечатан на листе. Спустя полчаса девушка уже дописывала последнее предложение. Раздался звонок, и все сорвались со своих мест, не слыша вопли учительницы, которая просила записать домашнее задание. Все просто игнорировали ее, и проходили мимо, делая вид, что они и без того с лёгкостью его запомнят.       -Маш, может ты сходишь к врачу или отдохнешь, забив на эти вонючие уроки? – Марго приобняла подругу.       -Нет. Я в порядке.- Маша убедительно посмотрела на подругу.       -Ну, окай. Как знаешь, но если ты прожжешь взглядом парту, как человек-лазерный взгляд, то я не буду скидываться вместе с тобой, чтобы платить за испорченное имущество, нам повезло что это последний урок, надеюсь, что завтра ты не будешь подвисать.       -Марго! – Маша рассмеялась и слегка толкнула подругу. Девочки спустились в холл и начали поспешно одеваться. Мария и Марго вышли на улицу. На школьной парковке стояла серебристая машина, марки «Шевролет», которая была в форме пикапа с удлиненным кузовом без крыши. Маша узнала машину, и сморщила нос.       -Без бомбежки. Я дойду сама, а ты не натвори ещё больше проблем. Пойдешь в кино? – Мэгг показала пальцем на афишу, которая висела на стенде объявлений возле школы.       -Не думаю, меня мама даже кормить перестала, а ты про кино. – Маша улыбнулась. Раздался нервный сигнал клаксона машины, который предвещал Марии новые проблемы, если она не поторопиться.       -Мне пора. – Маша обняла подругу на прощание.       -Позвони мне вечером!- Мэгг махала рукой.       -Ладно! – Маша на бегу выкрикнула согласие, и подбежала к машине, открывая ручку двери. На водительском месте сидел отце Маши, который выглядел нервно. Он завел мотор машины, и начал давать задний ход, выезжая с парковочного места.       -Надеюсь, ты рада, что теперь я тебя отвожу домой? – мужчина посмотрел на девушку.       -Нет. Не рада. Я сама дойти могу. – Маша отвернулась к окну, бросая взгляд на мелькавшие мимо дома.       -Я так не думаю. После инцидента, который произошёл два дня назад ,всё указывает на то ,что ты безответственная и ветреная девочка. - голос мужчины звучал не столь грубо, сколько поучительно.       -А вы с мамой могли бы не принимать решения за меня? Так, смотри, и ветреной быть перестану! – Маша скрестила руки на груди, и сползла по спинке пассажирского кресла вниз ,подгибая коленки. На эти слова отец Марии просто промолчал. Машина проезжала мимо злополучного собора. Маша окинула взглядом верхнее окно, и снова заметила мужчину, который опершись локтем на край окна, смотрел на девушку, она резко отшатнулась от окна машины. Отец Марии не обратил внимания. Тень полностью скрывала мужчину, стоящего в коне, но Мария могла разглядеть его алый плащ, и затемненное лицо. Не детально, но все же. Машина промчалась мимо собора, и девушка заметила того самого парня в капюшоне. Всё произошло так быстро и спонтанно. Парень посмотрел на нее, показывая своё лицо. Он был словно фарфоровая кукла. Весь в трещинах, и с золотыми глазами. Белые пряди волос, спадающие ему на лоб, сливались со снегом. Девушка резко отпрянула от окна, а образ мужчины въелся в её память. Как только машина подъехала к дому девушки, она выскочила из пикапа, захлопывая за собой дверь, и чуть не пришибив ею сзади идущего отца Вбежав в дом, и быстро стряхивая с ног ботинки, она побежала к себе наверх. Достав ручки и листок бумаги, она начала зарисовывать незнакомца, чей образ так детально стоял перед её глазами. Пусть пересечение их взглядов было миллисекундным делом, девушка всё равно непонятным образом смогла это запомнить. Может быть, память подействовала так из-за адреналина? Ведь мы помним свои кошмары на протяжении нескольких дней, а обычные сны лишь несколько часов, или вовсе – минуты. В комнату постучали. Мама за дверью позвала к обеду, и начала спускаться вниз на кухню. Маша увлеченно рисовала незнакомца, и ,закончив работу, спрятала листок в нижний ящик письменного стола, накрывая его учебником истории за одиннадцатый класс. Маша подошла к окошку, и вспомнила мужчину, который стоял в разбитом окне собора, и чье лицо всегда скрыто за тенью. Столько вопросов мучили разум девушки, и только одно мешало ей всё разузнать – чувство страха, которое разрывало сердце молниеносными ударами.