Зима, отпуск, веселье и радость

      Когда четверых музыкантов их общий знакомый позвал провести несколько дней в его загородном доме, никто из них и не думал отказываться. Зима в этом году выдалась снежная и холодная, и, честно говоря, это привносило приятное разнообразие в привычную дождливую серость. Хотя друзья уже успели позабыть, когда в полной мере могли насладиться погодой в каком-то одном городе. Концертные туры сменялись один за другим и чередовались лишь с записями в студии, съёмками клипов и разнообразными интервью — на телевидении, радио, для газет и журналов…       В общем, небольшой отпуск был как раз кстати. И предложение развеяться на природе — ещё более кстати!       Они ехали на двух машинах. Роджер - в гордом одиночестве. Он успел утратить доверие своих товарищей как благонадёжный водитель, и вовсе не потому, что плохо сидел за рулём. Просто в его присутствии все транспортные средства словно сходили с ума и, хотя сам барабанщик был без ума влюблён в автомобили и даже пел об этом песни, они явно не отвечали ему взаимностью. Брайана и Фредди вёз Джон. О своей страсти к моторным средствам передвижения он не кричал, но, честно говоря, любил погоняться ничуть не меньше, чем их прославившийся на весь мир своим «романом» с Альфа-Ромео барабанщик.       Тэйлор в очередной раз не обошёлся без приключений: посреди дороги у него без видимых причин сел аккумулятор, и он, подмерзая и проклиная автопром, метель и стужу, пару часов прождал, когда кто-нибудь остановится ему помочь.       Остальная троица даже не удивилась, что Роджер, выехав следом за ними, затерялся где-то по пути и к месту назначения прибыл лишь к вечеру…       Они успели отнести вещи по предназначенным им комнатам, выпить горячего чая и теперь лепили огромного снеговика на заднем дворе. И именно за этим занятием их застал барабанщик, когда, злой и готовый сорваться по любому, самому мелкому поводу, наконец припарковался в близлежащем сугробе.       — Родж, ты где застрял, дорогуша? — Фредди отвлёкся от скатывания большого снежного шара и помахал другу рукой в смешной разноцветной варежке. Брайан и Джон тоже временно приостановили свою активную деятельность (они как раз слепили огромный белый ком и ждали, когда вокалист будет готов водрузить своё творение на их основу).       — Да блин, эти чёртовы машины! И чёртов холод! И чёртовы водители! И… И чёртовы вы! Чего, нельзя было меня подождать? — Роджер достал из багажника свою сумку и показательно громко хлопнул дверцей.       Друзья молча переглянулись. Раздражённого Роджера они предпочитали не трогать. Лучше всего было наблюдать за ним с безопасного расстояния. Желательно даже, чтобы его в принципе не было видно.       — Развлекаются они тут! — Тэйлор прошёл мимо троицы, хорошенько пнув при этом зачатки снеговика и оставляя от снежного кома, над которым так корпел Фредди, лишь россыпь слипшегося снега.       — Какого хрена, дорогуша! — обиженно завопил ему вслед Фредди, но тот, не оборачиваясь, лишь показал неприличный жест и зашёл в дом.       — А правда… Чего мы… Ну… Надо же было вернуться, посмотреть, что случилось… Когда он отстал, — Брайан посмотрел на Фредди и Джона, и те виновато потупили взгляд.       — Пойду с ним поговорю, — вызвался Дикон. В конце концов, за рулём был он. А значит, в первую очередь именно он был ответственным за принятое решение продолжить дорогу. Хотя мысль, что случилось что-то серьёзное и Роджеру могла понадобиться их помощь, не пришла в голову никому из них…       Джон, с довольно понурым видом, направился к крыльцу. Фредди и Брайан переглянулись и пошли за ним. Тоже были виноваты. Не меньше. И отправлять басиста в одиночку на разговор с разъярённым барабанщиком было совсем уж не дело.       — Роджер? — Джон осторожно заглянул в гостиную.       Тэйлор сидел перед камином, подставив к огню замёрзшие конечности, все четыре сразу, и, кажется, всё ещё чуть подрагивал от холода.       — Роджер, ну… извини нас, — Дикон присел рядом с ним на корточки и положил ладонь ему на плечо, хотя и знал, что в таком состоянии Тэйлор был вполне способен оттолкнуть его, да так, что он перелетит через полкомнаты.       — Извини нас, да, — Фредди встал позади барабанщика и обвил его обеими руками за шею, так, что его ладони, всё ещё одетые в весёлые разноцветные варежки, мокрые от тающего в тепле снега, свешивались Тэйлору на грудь.       — Извини. Мы были не правы. Мы больше так не будем и в следующий раз непременно задумаемся, не нужна ли тебе наша помощь, — Брайан, словно йог поджав к себе длинные ноги, уселся напротив Роджера, но так, чтобы не загораживать собой камин.       — Идиоты, — буркнул Тэйлор. И все трое с облегчением выдохнули. В голосе барабанщика они уже слышали прощение.       — Замёрз? — сочувственно спросил Фредди. — Я сейчас тебе чай заварю, — он взлохматил мокрой варежкой волосы барабанщика и удалился выполнять своё обещание.       — Не мёрзни, пожалуйста, — Брайан размотал с шеи свой полосатый вязаный и очень, очень, очень длинный шарф и теперь наматывал его на Роджера.       — С машиной что-то случилось? Хочешь, посмотрим вместе, что можно сделать? — предложил Джон.       Роджер встряхнул головой и рассмеялся.       — Вы идиоты! Но я вас люблю!..       Спустя пару часов Роджер, окружённый заботой своих верных друзей, окончательно отогрелся и развеселел. Как, впрочем, и сами верные друзья. Джон подлил всем в чай изрядную порцию рома, заявив, что теперь они — как настоящие пираты, пьют грог! Что пираты делали в заснеженном доме и почему они были не на своём пиратском корабле, история умалчивала. Но просиживать в каюте, когда за иллюминатором так красиво падали и искрились в свете уличного фонаря крупные пушистые снежинки, никто из них не хотел.       Четверо "пиратов", в зимних куртках, варежках и шарфах, гурьбой вывалились на улицу. Сейчас они как никогда походили на больших и лохматых детей и уж точно не производили впечатления взрослых и солидных людей. Впрочем, такого впечатления они не производили в принципе. Никогда. Разве что Брайан. Да и это можно было подвергнуть серьёзным сомнениям — ну какой взрослый солидный человек будет ходить с такой причёской?..       — Пааааааберегиииииись! — завопил вдруг Роджер и метнул снежок, не очень прицеливаясь. С его зрением, да ещё и в темноте, это бы всё равно не помогло.       Впрочем, бросок по чистой случайности оказался весьма метким и снежок, ударив Фредди в затылок, противно осыпался ему за шиворот.       — Аааах таааак! — Фредди взвизгнул и тоже принялся лепить снежок. Но Роджер поскользнулся в тот самый момент, когда снаряд, посланный вокалистом в его сторону, должен был попасть ему чётко в лоб, поэтому случайной жертвой оказался Джон.       Джон, разумеется, тоже не стал оставлять это происшествие без внимания и запустил сразу два снежка — один в Фредди, другой в Роджера. Роджеру снова повезло, зато Брайану снежная шаровая молния угодила в плечо…       И тут понеслось. Они уже сами не знали, кто в кого кидал и кто в кого попадал. Снежки летали через весь двор, один из них с глухим стуком ударился в боковое стекло машины Роджера и остался на нём белым шмяком, ещё от одного угрожающее зазвенело окно кухни… Ребята задыхались, смеялись, уворачивались и падали, забрасывали друг друга снегом, снова поднимались на ноги, чтобы возобновить перестрелку, а потом вдруг снова начинали борьбу…       Эта битва продолжалась до тех пор, пока все четверо, окончательно выбившись из сил, не остались лежать там, куда последний раз упали. И только Роджер ещё лениво пытался создать в сугробе снежного ангела…       — Э… Ребят, а… Что тут происходит? — в пылу сражения они и не заметили, как к дому подъехала хозяйская машина и сам владелец стоял сейчас над ними с весьма озадаченным выражением лица. В таком состоянии свой двор он не видел, кажется, ни разу в жизни.       — Зима, — отозвался Джон, не поднимая головы из сугроба.       — Отпуск, — вторил ему Брайан, вытряхивая из волос снег.       — Веселье и радость! — хором, не сговариваясь, воскликнули Роджер и Фредди, и все четверо громко и беспечно рассмеялись.