Другая история: В новом свете

Лила проспала неожиданно долго, около трех часов. Тони ушёл, допив предложенный кофе, после чего Стив не мог найти себе места. Рядом со Старком было легко, к нему тянуло, хотелось прикоснуться, что Стив себе и позволил, передавая чашку, но в голове была такая каша из произошедшего, что вычленить рациональное зерно не получалось от слова совсем. В самых дверях, где Тони набрасывал поверх костюма куртку и, кажется, почти потянулся к нему сам, прежде чем невинно протянуть руку, у Стива снова под рёбрами заворочался тёмный тугой комок, плавно и медленно перетекавший ниже. Но он обещал себе начать новую жизнь. А начинать её с тем, кто видел его тёмную сторону, казалось дико провальным, тем более одной лишь страсти явно было мало для него здесь и сейчас. Стив хотел не близости без обязательств, пусть даже близость та, о которой он при всём желании не мог бы забыть, да и не хотел, по сути, была невыносимо прекрасна. У Стива всё сжималось при воспоминаниях о сексе с Тони, но это стало и тригерром — его поступок по отношению к Баки. Хотя он ясно представлял, что их с Барнсом прошлое вне всяких сомнений никогда не сможет перестать быть именно прошлым. Не находя себе места после ухода Старка, который был совсем не ехиден и многословен, как обычно, а тих и как-то даже мил, после разговоров об материнской коллекции импрессионистов полушёпотом, чтобы не разбудить спящую рядом Лилу, Стиву казалось, пусть он и готов был разубеждать себя до греческих календ, что Старк себя ведет так непривычно не ради того, чтобы снова трахнуть его. Стив невольно сравнивал прежние плотоядные взгляды Тони, которые заводили, но довели и до греха. Жаль, он почти не помнил их разговора после собственного неслучившегося самоубийства, тем более той близости, при попытках восстановить в памяти которую, он не чувствовал ничего, кроме всепоглощающего стыда. Но Стив действительно был благодарен Тони, оказавшемуся рядом в тот жуткий момент, позволившему опереться на себя, оставившему даже записку с телефоном. Стив не думал, что, найдя её, смог бы набрать номер Старка ночью, когда не мог уснуть. И сегодня после нескольких часов бок о бок, явно заинтересованных взглядов и пресловутом влечении со стороны Стива уж точно, он бы также не стал звонить. Это казалось неправильным, пусть и желанным. Именно потакая своим желаниям, он и разбил свои прежние отношения. Стив старался себя убедить, что Тони совсем не тот, кто ему нужен. Он откинулся в кресле и явно задремал, потому как на часах уже было около шести вечера, когда он открыл глаза почти одновременно с Лилой, сразу пожелавшей подкрепиться. — Почему ты улыбаешься так странно? — чуть позже спросил спустившийся к ужину Купер, отмечая за Стивом внутреннее равновесие и спокойствие, которого с утра за игривостью точно не было заметно. Стив лишь ярче улыбнулся, предложив вместе посмотреть их любимые диснеевские мультфильмы, пока не вернутся родители. Тони же был в отчаянии. Как не пытался он увести разговор в интересующее его русло, как ни включал обаяние, Стив оставался милым, ровным и вежливым. Старку казалось, что у него скулы сведёт от того, как хотелось вжать Стива в стену прихожей перед самым приходом и зацеловать, пока дети не видят. У него руки тряслись. Он хотел бы не замечать, но снова чувствовал себя жалким, нет-нет, да и слыша голос Бартона в своей голове, вещающий про «Тони, нет!». Стоило прислушаться, но благоразумие никогда не было его вторым именем. Старк не знал, как подступиться снова к этой соблазнительной горе мышц, воодушевленным шепотом рассуждавшей перед ним о полотнах Моне, что вообще сделать, чтобы не нарушить неожиданного нового порядка вещей, но не утонуть во френдзоне, потому что не нужно было быть гением, чтобы понять, что милый Стив делал всё, что мог, лишь бы не коснуться словом или делом их совсем не невинных моментов прошлого. Тони не сдался. Тони просто ушёл, чтобы не выставлять себя влюблённым идиотом, предаваясь необоснованной рефлексии, прежде чем просто распустить руки.

***

После очаровательной и скромной церемонии и не менее камерного и милого обеда с ограниченным числом гостей, Бартоны оказались вдвоём без свидетелей. — Наташа беременна от Брюса, только тсссссс. Не могу хранить от тебя секреты, всё равно проболтаюсь, — подмигнула мужу Лора, замечая, как на словах про секреты у того перекосило лицо. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? Может, Брюс догадывался и вы это уже обсудили? — Нет, он, конечно, будет счастлив, — попытался уйти в сторону Клинт. — Ему нравятся дети, и то, что у них получилось… — Клинтон, — глаза Лоры горели фанатичным огнём, когда она называла его полным именем. — Я не могу. Я обещал. Это не моя тайна. — Брось, я никому не скажу, ну, что там. Никому-никому. — Ладно. Старк влюбился, — решив не вываливать всю правду целиком, решился Бартон. Лора замерла, потом рассмеялась, шлёпнув мужа по груди, цедя сквозь зубы: «Скажешь тоже», продолжая давиться смехом. Бартон даже не знал рад ли он, что она не поверила, но тут к ним подошли счастливые новобрачные, собиравшиеся всех покинуть ради своего свадебного путешествия, начало которого было запланировано уже на сегодня. — Всё в порядке? — тактично предположил Брюс, видя, как смеющаяся почти до слёз Лора пытается прийти в себя. — Ничего, это просто… гормональное, — кивнул Бартон. И нахмурившийся было Брюс почему-то выдал на это: — Таша, где мой телефон? Мне нужно кое-что сказать Стивену. — О, — вспомнила отсмеявшаяся Лора, — наш сосед Стив просил передать вам свои поздравления. — Это мило, — Наташа никак не могла найти телефон Брюса в своей сумке, предположив, что теперь уже её законный супруг мог забыть его на столе. — Набери мне его. — Клинта удивила просьба Брюса, обращенная к Лоре. — Вашего Стива, мне как раз ему кое-что надо передать. Мы встречаемся только после возвращения из отпуска, боюсь забуду. — Так ты всё-таки решил консультировать Роджерса? — удивилась Нат. — Я думал, что знакомых нельзя. Этика запрещает, — не менее удивлённо предположил Бартон. — Ну, у нас с этого и началось, — Романова взяла мужа под руку. — Он меня как раз проконсультировал, но эти его кудряшки… Лора, кивнув, протянула свой телефон с набором номера Стива, Беннер мило улыбнулся на слова Натали, прикладывая трубку к уху в ожидании ответа под шутливый комментарий жены о том, чтобы Брюс ей сказал, только честно, стоит ли волноваться или ревновать его к соседу Бартонов уже сейчас. Это заставило Клинта поперхнуться, а переглянувшимся подругам просто понимающе посмеяться перед скорым расставанием.