Fatal Error!

Син Сон-Иль был в смешанных чувствах. Он смотрел на изрядно увеличившего свою силу друга и задавался вопросом – сможет ли он дальше быть наследником клана? Ведь это – серьёзная ответственность, которую не вынести слабым. Тем временем Чжихан не став поддерживать его самокопания с порога заявил: – Син, я тебе бы дал по морде, если бы ты был здоров! – Ну спасибо, друг, – едко ответил Сон-Иль. – Пожалуйста, – Хан оскалился в улыбке, – ты хоть понял, в чём твоя ошибка? – Я недооценил противника и переоценил свои силы. – Нет! – Джихана это даже развеселило, – подумай логически. В чём твоя ошибка? Син Сон Иль только отвернулся, не зная, что ответить. Хан только нахмурился и сообщил, – я уже встречался с Сон-Гоном в бою, но как видишь, мы оба целы и невредимы. В отличии от тебя. – Да понял я, что мне надо больше тренироваться! – взыграла гордость в наследнике чхонбомун, – доволен? – Не-а. Мы разошлись не потому, что я был силён… хотя и поэтому тоже, но главная причина – я не забывал о своих целях! Тогда мне просто нужно было прекратить драку и я её прекратил, начав разговор вместо драки, и мы быстро выяснили, что к чему. Ты же изначально был с ним в нейтральных отношениях и полез в драку. Вот спрашивается – нафига? Что ты от него хотел? Испытать свои подросшие силы? Син только вздохнул. – Я думаю, – продолжил Чжихан, – что Сонгон не смог бы так свободно действовать на чужой территории, если бы не договорился с лидерами фракций, которые держат город. Однако, он уже сталкивался с Квон Сиюн. Син задумался: – Сталкивался с Юнхонмун? – Совершенно верно. И готов поспорить, это не просто так, что он столкнулся в бою с двумя наследниками двух кланов Сеула, отпинав их вместе с их подручными. – Постой… ты хочешь сказать, что… – Что всё это подстава. Готов поспорить – Дедушка Син уже договорился с ним, чтобы он преподал тебе урок, как и глава Юнхонмун договорился с ним об уроке для своей наследницы… В обмен на разрешение действовать на своей территории. Син подумал – выходило довольно логично. Преподать урок юнцам, которые порывались всем и вся доказать, что они уже взрослые и самостоятельные, и тут в городе хозяева. Син только вздохнул, признавая правоту своего друга. Чжихан заметил книжку, лежащую около кровати своего друга и взял в руки: – Что ты читаешь? – Восстановление Души Юнхон. Техника… – Слушай, можно её выучить? – Да пожалуйста, – Син отмахнулся и в следующий момент книга исчезла в золотом свечении, которое впиталось в голову Чжихана. Син челюсть уронил: – Как? – Ты что, в игры не играешь? Книга навыков – нажал ок, навык изучен, – как ребёнку ответил Хан. – Но этого быть не может? Ты можешь так легко выучить навык? Этому же нужны годы! – Друг мой, быть Геймером иногда очень круто. Я игровой персонаж, мне можно! – Джихан прочитал описание техники, – оп. А она опасна, если сжигает энергию души… но думаю, у меня с ней проблем не будет, – он достал из инвентаря кристалл души и положил на грудь друга, применив технику – из под рук Хана полилось золотое свечение, которое быстро впиталось в Сина, и через секунду здоровье Сина уже было восстановлено полностью. Он удивлённо осмотрел свою сросшуюся руку и ощупал торс. Джихан только улыбнулся: – У меня есть для тебя хороший способ тренировок. Сегодня как раз выходной, так что бери свой меч и я проведу тебе одну тренировочку… Син встал с кровати, разматывая бинты, и вдохнул полной грудью – сломанные рёбра срослись и больше не доставляли неудобств. Он вышел из здания и заметил, что Хан уже воркует на крыльце с Пун, которая была вся розовая от смущения, а Хан, приобнимая её, что-то шептал на ушко. Ну и картина! Смущённая пун – это просто невероятное зрелище. Хан оторвался от девушки и развернулся к другу: – Ты готов? – Да… у нас ещё есть время. – Пун, скажи дедушке Сину, что мы зайдём ближе к вечеру. – Хорошо, – кивнула девушка. Хан направился к другу с твёрдым намерением преподать Сину урок. Он взял парня за руку и в следующий момент Син осознал себя стоящим на крыше высотного здания. Он осмотрелся удивлённо – тут был сильный ветер… – Где мы? – удивлённо сказал Син, смотря на соседний небоскрёб. – Нью-Йорк, – Хан достал из инвентаря свой оружейный комплект и протянул другу одежду, – переоденься. Здесь нас никто не увидит – ракурс не тот. Син оделся – это были чёрные брюки из неизвестного материала, кожаная куртка с наложенными на неё чарами, и зачарованная вибраниумная ламеллярная броня под курткой. * * * * Хан Джи Хан * * * * Пора приобщать друга к работе над собой. Я посоветовал ему накинуть капюшон, что Син и сделал, став похожим на какого-то уличного отморозка. Ничего, ему не повредит. Син ничего не понимал. Я, посмотрев вдаль с высоты небоскрёба, спросил: – Твой клан же занимается ликвидацией преступников? – Да… – Син напрягся. Ему было неприятно говорить о своей работе. – У меня есть свои хобби и свои цели, – сказал я, тяжело вздохнув, – и своя мораль, которая диктует методы достижения целей. Ненавижу работорговцев, наркоторговцев и сектантов. А если это ещё и исламисты – тем хуже для них. Это такие же монстры, как и те, что в данжах. И жалости к себе они заслужили не больше. Син сверлил мою спину взглядом. – Здесь, в США, меня знают под прозвищем Геймовер. Я в последнее время при разработке оружия тестирую его на местных бандах, неизменно говоря главарю «Геймовер, бэйби», прежде чем грохнуть его. – Ты убил человека? – Син был удивлён и насторожен. – Человека? Хм… я много кого убил, – я развернулся к нему, посмотрев в глаза, – думаю, ты меня поймёшь, твой клан занимается похожей деятельностью. Хотя и другой, и для другой цели. Не думаю, что ты поймёшь, но всё дело в морали, – я подошёл к нему, – мораль у каждого своя. У меня тоже своя. Я моралист, если можно так выразиться. Работорговцы, наркоторговцы и сектанты для меня – не более чем ходячие макивары для проверки моего оружия и заработка экспы. К слову, за уничтожение небольшой банды в течении двух часов работы дают больше экспы, чем можно заработать за неделю, зачищая монстров… – Вот как… для тебя это игра? – Для меня всё игра, – я улыбнулся, – забыл? И я сам – игровой персонаж. А теперь – тебе пора немного повзрослеть, – я прошёл мимо него, направляясь к свободной площадке. Син пошёл за мной: – Что значит повзрослеть? Разве я по-твоему недостаточно взрослый? – Друг мой, взрослым человек становится не от того, что проходит какой-то жизненный этап. Совершеннолетие, учёба, работа, свадьба, всё это не имеют никакого отношения к взрослости. Как и ответственность, которую ты несёшь, и твоё поведение… Взрослым человек становится только тогда, – я улыбнулся ему, – когда он сам способен задать себе вопрос – «Как я живу?» и принять решение, как ему жить дальше. До сих пор ты был наследником Чхонбомун, поэтому жил и тренировался, и зачищал преступников, потому что так нужно клану. Подумай, хочешь ли ты жить так, как живёшь сегодня… И прими решение самостоятельно. Мы подошли к площадке и я вытащил свой ягуар. Забрались в машину… * * * * Сегодняшней ритуальной жертвой нашей команды стала банда под названием «Бригада Хаоса», обитающая в Сан-Франциско. Банда мало того, что пользовалась довольно опасной магией хаоса, так ещё и промышляла работорговлей, наркоторговлей, торговлей оружием среди простых людей, а магию они использовали для транспортировки и скрытия от полиции. Пока они крепко держали в своих руках побережье, никто особо не возмущался – крупные организации были сконцентрированы на восточном побережье – в Нью-Йорке, а на западном почти не было централизованной законности. И вообще, по мере удаления от востока США, от Нью-Йорка и Вашингтона, становилось всё опаснее и опаснее. Я вышел из машины, призвав своего фамильяра с наказом защищать и лечить Сина, но в драку не лезть. Дэши приказ поняла и летала за спиной Сина, а я же – пошёл на рейд. Накинул капюшон, скрывающий моё лицо и вытащил меч, едва зайдя в офис. Банда обосновалась в большом здании, построенном уже давно, судя по его виду. Это было старое кирпичное здание, находящееся в элитном районе Марина. Я не пользовался заклинаниями брони – только купол и усиление Ки, вместе с бронёй громовержца. Охрана атаковала нас, как только мы приблизились – в ответ я ударил ливнем магических стрел, чтобы ликвидировать бандитов. Преимущественно это были черномазые, и вообще, вся банда была ниггерской. Стреляли нигры неплохо – я атаковал в ответ магическими ракетами, которые долбили по зданию – само здание это не повредило, но вот люди, высунувшиеся на улицу, были практически размазаны по стенке. Перехватив поудобнее свой меч, рванул внутрь, выбивая с пинка дверь. Дверка не выдержала богатырского удара и вложенной в него Ки, и вылетела, даром что была из стали пятисантиметровой толщины. Кажется, она зашибла кого-то… а, пофиг! Я оставил этих бандитов в холле на Сина и сам рванул в сторону местного босса, который как раз приехал в офис своей компании и теперь был загнан в угол. Один рывок – и я уже наверху. Надо сказать, что зачистка для меня уже стала чем-то привычным – машинально бью, уклоняюсь, мочу всех вокруг, без жалости и сомнений. Обезглавленных трупов полным полно, некоторых вообще ударами кулака разорвало на клочки. И наконец – в битву вступил Босс. Это был чёрный и толстый мужик, судя по описанию – маг. Он атаковал меня какой-то хренью, которую я сходу узнать не смог. Пришлось уклоняться и усиливать щит. * * * * Минуту спустя. * * * * Хан приставил палец к голове чёрного мужика. Это был негр, увешанный золотом как африканский вождь – цепи, перстни, серьги… – Геймовер, бэйби! – из пальца, и правда вылетел магический снаряд, который пробил в голове негра аккуратную дырочку. Тот кулем свалился под ноги корейца. Хан обернулся. Син расправился с противниками, убил всех. И теперь шёл дальше – и чем дальше он шёл, тем удивлённей становился – его даже мутило чуть-чуть – ведь дальше были просто горы трупов в каждой комнате, во всём здании. Разорванные, разрезанные, расстрелянные, сожжённые, а некоторые и вовсе непонятно от чего померли – осталось от них мало. В конце коридора, в кабинете босса, вёл обыски Хан, вся найденная наличность тут же отправлялась в пространственный карман. А это было больше двадцати миллионов баксов. К слову, такой объём денег – это огромный такой куб из пачек стодолларовых купюр, который Хан свалил на столе босса. Труп босса, лежащий прямо тут, на столе босса. Син только подивился – труп босса ничуть не нервировал Хана, пересчитывающего добычу. – Что ты делаешь? – Как думаешь, если мы просто уйдём, что станет с этим помещением? – Откуда мне знать? – Скажу просто – сначала барьер разрушится, а потом сюда заявятся полицейские, которые вообще про бездну ничего знать не должны, а значит – первым вратам придётся присылать чистильщиков. Во-первых – не стоит подставлять офицеров полции, а во-вторых – эти деньги скорее всего осядут в кармане какого-нибудь чиновника или первого попавшегося члена первых врат, который будет зачищать территорию. – То есть – мы должны замести следы? – Верно. Замести всё. Трупы – похоронит Ноам, деньги и золото – наш законный трофей с убитого врага. Кстати, поздравляю, ты только что заработал десять миллионов долларов, – Хан улыбнулся. Син удивлённо вылупился на друга: – Сколько? Десять миллионов? – Ну а что тебя удивляет? Я удивлён, что эту банду не уничтожили раньше. Хотя босс у них был сильным колдуном, даже призвал какого-то демона, пришлось попотеть… чуть броню мне не поцарапал! – возмутился Хан. Син только вздохнул: – Это немалые деньги… – И ты заработал ещё один уровень, – сказал Хан, – я уже распределил тебе очки в Силу и ловкость. – Спасибо, – ответил Син, – просто это так непривычно… – Ну вот, – Хан закончил пересчёт денег и выбросил из окна тело главаря с помощью телекинеза, – Ладно, пойдём отсюда, давай не мешать Ноам делать её работу. * * * * Мама сидела дома и смотрела телевизор – впрочем, как и всегда. Поэтому заявившийся в дом Син был встречен решительно одобрительно – мама даже улыбнулась ему и взъерошила его зелёные волосы: – Что-то ты стал редко заходить к Чжи Хану, – осуждала она моего друга. – Джихан обычно сам к нам в додзё приходит, – Син улыбнулся, – он даже нуну на свидание сводил! – Ён-Нуна? – у мамы в глазах разгорелся недобрый огонёк, – а я почему не знаю? – она гневно уставилась на меня, – боже, мой сын уже ходит с девочками на свидание – а я всё узнаю в последний момент? Син понял, что где-то проболтался. Я только отмахнулся: – Мы просто вместе поужинали. Но Син решил идти до конца: – Ага. И целовались у ворот додзё минут пять… Вот жеж засранец. Мама удивилась и от неё повеяло недобрым по отношению ко мне. Я сглотнул. – Чжи-Хан… – она улыбнулась, прямо таки звериный оскал, – И почему ты не рассказал всё мамочке? – Э… – я попятился, – ну, просто случая не было… и вообще, с чего я должен отчитываться? Мы просто поужинали, ничего такого! – Да? – мама уже мысленно поженила нас, – и когда я увижу твою подругу? Мамочка хочет с ней поговорить? – Ну… – я засмущался, – вообще-то я уже пригласил другую девушку на свидание… Теперь удивились оба собеседника – маман и Син. Син нахмурился: – Ты не говорил, что у тебя ещё кто-то есть! – Ну почему сразу есть? – я выгнул бровь, – и вообще, ты то чем недоволен? Я твоей сестре в любви не клялся, а девушек красивых много… – НЕМЕДЛЕННО расскажи мне, кто она! – от маман повеяло жаждой убийства. Хм… маленький прокол с её стороны. Я только вздохнул: – Ну… Это Квон Си-Юн… Мама изобразила фейспалм. Видимо, она знала, кто такая Квон… Син прижался к стенке. Я же, пока мама не видит, тупо телепортировался в свою комнату, схватив за руку Сина. Фух, пронесло! Син вывалился посреди комнаты, как и я, и едва не потерял равновесие. Он нахмурился: – Хан, ты идиот! Почему ты телепортируешься при матери? Что она об этом скажет? – Примерно то же, что и о моей машине, моих ночных отлучках, постере с Лоликано над кроватью и моей новой внешности. То есть – ничего. – Как? – у Сина задёргался глаз, – ты что-то сделал с её разумом? – Не-а, – покачал я головой, – она просто плевать хотела на мои похождения в Бездне. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы апокалипсис не начало, и не опоздало к ужину. Здоровый уровень пофигизма, – я отмахнулся, – и я этому рад! Гораздо лучше, чем неуёмное проявление любви и заботы, как бывает с некоторыми мамочками-овуляшками. Син вздохнул: – Ничего не понимаю. – Значит, ты начал что-то понимать, – я пожал плечами, – айда посмотрим, что нового на нашей любимой интернет-барахолке. Я открыл сайт. К слову, у меня в комнате было два офисных кресла, одно у компа, другое у рабочего стола, Син просто взял второе и мы вдвоём сели посмотреть на аукцион. Я открыл вкладку «Лоты». Хм. В артефакторике я пока только юное дарование, а не матёрый волчара, однако, уже кое-что могу. Большая часть проданного мной была качественно сделанным оружием, с наложенными на него асгардскими чарами – то есть, довольно необычным. Больше ста проданных лотов с тех пор, пока я был занят и не сидел в интернете. Однако, сейчас у меня уже было двенадцать миллиардов долларов – большая часть из них – оплата проданного лута и моих личных поделок, которые я изгатавливал широким спектром. Например, большой популярностью пользовались гранаты и зачарованные пули. Навредить они мне не могли, но вот против монстров или слабых не владеющих защитными барьерами людей – самое то. Да и помощнее обычного огнестрела будет! * * * * Однако, гроза миновала лишь на время. Как оказалось. Утром мама поджидала меня. Ночью, по корейскому времени, у нас был рейд. На этот раз – африка, война в Африке за территорию. Я обозначил цель – ликвидацию одной крупной группировке, которая промышляла работорговлей. Син уже без прошлого пиетета резал черномордых работорговцев. Без жалости. Рейнбоу тоже показала себя во всей красе – в результате у нас всех существенно подросли статы. Я достиг сорок третьего уровня и бросил все двенадцать очков в удачу. Не думаю, что параметр этот настолько… влияет на мир, но всё же, быть удачливым – очень приятно. Тем более, это может пригодиться в жизни. Мама ждала меня внизу, скрестив руки под грудью и гневно смотря в мою сторону. Прямо таки метала молнии взглядом. – Не сбегай от разговора! – сурово сказала она, – Ты уже пригласил эту девушку на свидание? Как её там… – Квон Си Юн, – зевнул я, – ага, пригласил. Как раз сегодня собирался после школы съездить куда-нибудь. Может вместо нотаций лучше скажешь пару советов начинающему собирателю гарема? От мамы повеяло кровожадностью и она улыбнулась, кажется, даже зубы заострились а глаза потемнели: – Гарема? – Ты что, не хочешь, чтобы у тебя было много-много внучат? – Мне ещё рано становиться бабушкой! – жажда убийства заставила бы простого человека, окажись он на моём месте, наложить в штаны. Однако, я полностью это проигнорировал и спросил: – Ладно. Я как бы тоже не планирую обзаводиться маленькими. И всё же, что делать? – я загрузился, – Пун-Нуна мне симпатична, но и Си-Юн – просто чудо как хороша… Люблю девушек с характером! Маман снова изобразила фейспалм и по-моему даже порозовела от смущения… – Познакомь их друг с другом. Иначе будет скандал. И не забудь цветы. И нужно тебе одеться во что-нибудь приличное! – наставительным тоном сказал она, – точно! – маман хищно улыбнулась, – ты едешь с мамочкой на шоппинг! Отказ не принимается! Я ужаснулся тяжести наказания и вынужден был послушно склонить голову, признавая её право победительницы. Машины у мамы не было, видимо, членам бездны действительно впадлу водить машину. Поэтому маман приоделась – буквально за полчаса, и забралась в мой ягуар, развалившись на заднем сидении. Пришлось ехать… * * * * Что можно сказать о шоппинге с мамой? Это ужас, Ад, оживший кошмар! Мама заходила во все женские магазинчики и трындела с продавщицами, а я – носил её покупки и смиренно ходил за ней по пятам. Мама раскритиковала заметность моего стиля, хотя он ей понравился, судя по её умилённым взглядам – радужного цвета волосы – это круто. Выглядело норм. Маман долго втыкала на мои фиолетовые глаза и в итоге задала вопрос: – Джи-Хан, а что говорят учителя по поводу глаз? – А что они могут сказать? – я развёл руками, увешанными пакетами, – им пофиг. – Ну да… думаешь, девочкам понравиится такое… цветастое… милое… нечто? – Почему бы и нет? – я ухмыльнулся, – пусть принимают меня, какой есть. К тому же у моего друга такой же причесон. – Интересно было бы познакомиться с твоим… другом, – у неё дёрнулся глаз. Поэтому поход к парикмахеру был зарублен на корню. Зато мы зашли во все, все, КАРЛ, бутики с мужской одеждой и мама не стесняясь в средствах купила мне целый гардероб. Большую часть из купленного ей можно было бы сразу отправить в дальний угол и забыть как страшный сон, так как я не хотел быть похожим на поп-идола корейской мальчуковой группы. Тем более что вырез на груди и цепочки с бижутерийными амулетиками вышли из моды во второй половине двухтысячных. Поужинав в местном ресторане, мы продолжили этот ад и уже ближе к концу встретились с задумчиво ходящей по магазинам Квон. Девушка смотрела на манекен, и была вся в своих думах. К слову, на ней была школьная форма, а на манекене – довольно милый наряд. Я вздохнул и сгрузив поклажу, подошёл к девушке. – Ты бы была великолепна в этом платье. Она обернулась и встретившись со мной взглядом, удивилась: – Ты! – судя по растерянности, она забыла моё имя. – Хан. Хан Джи-Хан. – Точно! Почему тебя сегодня не было в школе? – Сегодня монстр утащил меня в свои подземелья и подверг ужасным моральным пыткам, – сказал я севшим голосом. – Правда что ли? – удивилась девушка, – Хм. Сонгон кажется тебя называл чудовищем… что же это за монстр такой, что мог тебя задержать… В этот момент я почувствовал приближение мамы. И от неё так веяло предвкушающей злобностью, что половина этажа торгового центра опустела – люди просто почувствовали себя неуютно и резко захотели сбежать. Она приблизилась ко мне и положила руку на плечо, улыбнувшись своим фирменным оскалом, казалось, зубы заострились как у акулы, а волосы двигались, словно на ветру: – Хан, с каких это пор ты так плохо отзываешься о матери? Я сглотнул. Мама могла производить впечатление – вон, Сиюн уже еле стоит на дрожащих от страха ногах. – О, мам, познакомься, это Квон. Квон, это моя мама, – представил я их друг другу. Помогло – мама взяла себя в руки и придирчиво осмотрела Квон: – Ничего так… Значит вот какие девушки нравятся моему сыну… Си-Юн резко раскраснелась, а мама начала веселиться, грубо говоря – троллить её. Сиюн сглотнула: – Нравятся? – О, да, Хан мне все уши прожужжал, какую прекрасную девушку встретил… наверное, это любовь! Ну вот. Теперь она надо мной издевается… – Мы ничего такого не делали, – полным серьёзности голосом ответила Квон. – Ну конечно же, – мама мило улыбнулась, – ведь так, Хан? Я только кивнул: – Ага. Мы вообще – эталон приличий. Кстати, Квон, айда с нами по магазину. Сегодня мы решили обновить гардероб… Квон присоединилась к нашему шоппингу. Мне пришлось расплачиваться за девушку – всё-таки, я настоял, хотя Квон хотела платить сама. Пусть будет, я не обеднею, учитывая, сколько миллиардов, и отнюдь не вон, на моих счетах. Мама тут же потянула девушку в магазин нижнего белья, видимо, решив, что это самое нужное перед свиданием. Мне пришлось сопровождать их. Квон, судя по всему, не знала, что моя маман игнорирует мою деятельность в бездне, поэтому без проблем спросила её, как только пытка эротичными видами закончилась: – Кстати, говорят, что Хан постоянно пропадает в чхонбомун... Мама оказалась в растерянности – сыграть в дурочку, или сказать начистоту? – Ну… – она задумалась, – они друзья детства с Син Сон-Илем. И в последнее время сынишка пристрастился к боевым искусствам… – вывернулась она, не солгав и не сказав правду. – Вот как… – Квон задумалась, – хм… их клан не заявит права на Джи-Хана? Вот тут мама уже была припёрта к стенке. Ответил вместо неё я: – Не заявят, не заявят. Я сам на кого хочешь заявлю права, – хмыкнул я. – Это бравада? – Квон была озадачена. – Почему же? Дедушка Син даже согласился отдать за меня свою любимую внучку Пун Сэ-Ён, отпустив её из клана. У Квон глаза были как чайные блюдца: – Что? Это невозможно! Чхонбомун – древний клан, он никогда за всю свою историю не выводил людей из главной ветви! Это бред! – Ну почему же, – я пожал плечами, – всё меняется… тем более, что оговоренные отступные от меня тянут на десятки миллиардов долларов… Квон задумчиво спросила: – А сколько у тебя вообще денег? Э… то есть извини, я не хотела лезть в твои дела. – Достаточно, – уклончиво ответил я, – кстати, что в школе происходило в моё отсутствие? Квон нахмурилась: – Хван Сон-Гон устроился к нам учителем химии! Я закашлялся. Нет, серьёзно, кушал тут эмемдемсик, и чуть не подавился – Сонгон – учитель химии? – Да… интересно, чему он может научить учеников? – Ну… – Квон замялась, – он точно повторяет программу из учебника. Не похоже, чтобы он хорошо владел химией. Не знаю, зачем ему вообще понадобилось в нашу школу идти работать… – Блин, как напряжно то, – мне эта ситуация показалась комичной, – впрочем, ваше с Сином отношение к нему немного неправильное. Он хороший мужик. – Защищаешь его? – тут же вспыхнула раздражением Квон, видимо, задел за живое. – А у меня должна быть причина считать его плохим парнем? Вроде бы он занимается своим делом, в мои дела не лезет, к моим друзьям тоже. – Он… – Квон осеклась, но продолжила, – после того, как он пришёл, мы повздорили. Я взяла несколько бойцов клана и мы решили выяснить в чём дело… – Не продолжай. Дай угадаю сам – вы нагрубили ему, показали гонор, потом снова нагрубили и полезли в драку, решив, что вы тут хозяева жизни. Сонгон отделал вас всех как маленьких детишек – тебя меньше, твоих подручных больше, и просто свалил подальше с загадочной улыбкой? От Квон можно было прикуривать. Она была красная как рак от возмущения и стыда. – Откуда ты знаешь? – Да так, видел этот же спектакль, но с другими актёрами, в исполнении Син Сон-Иля. – И ты злорадствуешь? – она спрятала смущение за резким поведением. – Ничуть. Это же очевидно, как белый день – если бы он не получил разрешение хотя бы у ваших кланов, то вряд ли смог бы делать все свои дела на вашей территории. А это значит – он получил такое разрешение. Тебя и Сина не предупредили о делах с Сонгоном – дали, так сказать, детишкам сунуть пальцы в огонь и получить ценный урок. Если бы он хотел, от тебя и твоих подручных, как и от Сина с его друзьями, мокрого места бы не осталось. Квон оказалась обескуражена в высшей степени. Она сглотнула и покраснела ещё сильнее, лицо слилось цветом с волосами и Квон стала похожа на красную эмемдемсину. Квон была на эмоциях, я постарался её успокоить – погладил по голове: – Не парься ты, это нормально, если тебе преподали урок и научили проигрывать. – А сам то ты хоть раз проигрывал кому-нибудь? – спросила она, не надеясь услышать правдивый ответ. – Хм… да. Приходилось. Все когда-нибудь проигрывают. Сила – это умение двигаться к поставленной цели, преодолевая препятствия. Будь то враги, обстоятельства, или даже собственные слабости. Без цели, сила, что ветер для корабля, который потерялся в море – корабль окажется скорее на ближайших скалах или необитаемом острове, или во льдах, чем там, где он хотел бы быть. На этом погорели многие и многие… – Это так просто! – Квон воодушевилась, судя по всему, мои слова ей запали в душу. – Сильные люди – всегда просты. – Ты считаешь себя сильным? – Я только учусь. А вообще, это цитата. Лев Толстой. – Запомню это, – она потёрла виски. Мы подошли к перилам. Я сгрузил свой пакетик с покупками и потягивал сок, который предварительно купил и сейчас «вытащил из пакета». Квон сменила тему: – Один мой знакомый… говорил, что видел тебя недавно. – И? – не понял я. – В Америке. – Хм… – я задумался, – и что? – Около Джектауна. Могу я спросить, что ты там делал? – Вообще – я налаживаю знакомства со многими людьми. Тогда просто заехал к Ковбою Джеку, по делам. Квон сглотнула и опять выпучила глаза. Я задумался. – Я сказал что-то не то? – Хан… – она сделала фейспалм, – ты же новичок… иногда я забываю об этом. Джектаун – одно из самых известных и закрытых мест во всём мире Бездны, а самого Ковбоя Джека вообще мало кто видел! Он редко показывается вне своего городка, а войти туда могут только его бойцы или члены их семей. И ты так просто говоришь о том, что болтал с Таким человеком? Да у него денег и влияния больше, чем у некоторых Врат! Это может быть опасно! Я пожал плечами. Тем временем от маман повеяло удивлением, злорадством, потом желанием убить, но явно не меня, а потом беспокойством… – Я не хочу рассказывать о деловых контактах. Это только между мной и им. Но не думай, что мы друзья, просто деловые отношения… Квон вздохнула и отвернулась в сторону, изучая проходящих мимо людей. – Ты прав. А что ты там говорил про ту девушку из Чхонбомун? Вспомнила таки. Я думал, забудет. Вот я попал… Мама тем временем ловила кайф, смотря на нас издалека и злорадствуя про себя. – Мы сходили на свидание. Она сильный боец и характер у неё – в моём вкусе, к тому же она уже несколько лет нарывалась, подкалывая меня по поводу свидания… – Значит, она тебе нравится? – нахмурилась Квон. Я пожал плечами: – Да. Как и ты. Не то чтобы мы стали близки с ней, просто поужинали… – И пососались, – Квон была сама язва. – Немного. Хорошее свидание должно хорошо закончиться, верно? – Тогда почему ты пригласил на свидание меня? – она ловко изобразила незамутнённый ревностью интерес. – Хм? Во-первых – я не однолюб, а во-вторых – она не предъявляла на меня права! И не предъявит. Поэтому свидание с ней не значит, что я нашёл свою единственную и буду с ней до конца жизни. Если уж быть совершенно честным – не уверен, что вообще хочу жениться на одной единственной девушке. Квон от такого заявления, что называется, зависла. И думала. Я ей не мешал. Потом она спросила: – И как по-твоему я должна к ней относиться? – Думаю, вы подружитесь, а после этого споётесь и будете терроризировать меня вдвоём… Впрочем, я не против жить в большой семье… – я улыбнулся искренне, Квон же даже губу закусила от удивления. После чего улыбнулась: – Ты засранец, знаешь? – Мама мне это часто говорит. Впрочем, если я положил глаз на Пун, это не значит, что тебе достанется меньше моего внимания. Любовь – не деньги, она де делится на части. – Хм… я хочу с ней познакомиться! – выдала Квон, – потом, как-нибудь. – Сходим на свидание втроём? Потом. Квон задумалась и кивнула: – Если она не против. Я бы хотела узнать, что в ней есть такого… – Чего нет у тебя? Ошибаешься, девушки не конкурируют друг с другом, а дополняют друг друга своими добродетелями. Квон вздохнула и взяв свой пакет, сказала: – Увидимся завтра в школе. Надеюсь, ты не опоздаешь на наше первое свидание! Ко мне подошла маман, как только Квон скрылась. – Подслушивала? – Конечно. – Что скажешь? – Ты тот ещё засранец… Я тебе говорила? – Много раз, мам. – Ты… поверить не могу, что она согласилась войти в гарем! Да ещё вместе с Пун Сэ-Ён! – Девушки – удивительные существа, – я пожал плечами, – гораздо проще уговорить их войти в гарем, чем оправдать наличие любовницы! И продуктивнее, к тому же. – Засранец, – беззлобно сказала мама, не в силах назвать меня кобелём, – и ты правда всех будешь любить? – Что ты. Настоящий мужик спит с тремя девушками, а любит – только маму! Маман рассмеялась, отвесив мне подзатыльник и мы пошли на выход… Интересно, как отреагирует Пун?