Райское пламя.

За окном дул ветер и сияла луна. В комнате потрескивал камин. Она лежала на нем, обхватив его шею руками и положив голову ему на грудь. Он, в свою очередь, обхватил ее за талию и изредка поправлял плед, словно боясь, что она, одетая в легкие футболку и шорты, простудится. Ее забавили эти милые движения. И в какой-то момент ей захотелось чего-то большего. — Эй, — позвала она, приподнимаясь и нависая над ним, — Ты не спишь еще? Он усмехнулся. — Поспишь тут, когда на тебе такая кошка лежит! — на ее лице появилась улыбка. Сначала просто милая, а потом она изменилась, стала более шаловливой, усмехающейся. Он знал, что значит эта улыбка и улыбнулся в ответ. Она, все еще обвивая его шею своими руками, потянулась вперед, прижимаясь своей грудью к его. Он все еще улыбался, позволяя ей выбраться из-под большей части пледа и подползти ближе. Их губы соприкоснулись, вызвав в разуме и телах обоих огненный фейерверк, всегда зажигающийся при этих касаниях. Она мягко кусала его нижнюю губу, он аккуратно облизывал ее верхнюю. Распустив замок из пальцев, она положила свою руку ему на затылок, словно притягивая к себе. Он был совсем не против и она знала это, чувствуя, как его губы расплываются в улыбке. Его руки скользили по ее спине и ниже. Она была совсем не против и он знал это, чувствуя, как ее губы расплываются в улыбке. На секунду они отстранились друг от друга. Ее серо-синие глаза, в которых плясали искорки, перекинутые на одну сторону каштановые волосы, глубокое декольте футболки и ее рука на его затылке. Его голубые глаза, в которых горел огонь, взлохмаченные темные волосы, почти скинутый с ног плед и его руки на ее бедрах. Видимо, он решил взять бразды правления в свои руки. Вновь поцеловав ее, он проник языком в ее ротик и начал исследовать его. Она касалась нижней части его языка, словно хотела, чтобы тот обратил на нее внимание. И ей это удалось — спустя секунду их языки уже сплелись. Он в это время чуть приподнял ее, сел и осторожно, придерживая ее за талию и бедро, уложил на другую сторону дивана, так, чтобы теперь он оказался сверху. Разорвав поцелуй он, нависнув над ней, наслаждался видом. Овальное лицо, обрамленное раскинутыми по подушке каштановые волосами. Голая шея и большая зона декольте, почти голые руки, тонкие, хрупкие. Среднего размера грудь, хотя он едва мог полностью взять одну в ладонь. Чуть полные бедра, но тонкие голени, черные шорты до колена и босые ноги. Она не была супермоделью, но для него она была идеальна. Она тоже смотрела на него, снизу вверх, изучая и предвкушая. Он навис над ней, и она видела его напряженные мускулы на руках, прессе и ногах. Ей это нравилось, хоть он и не был супер-накаченным парнем. Она облизнула губы, глядя на то, как он ухмыляется. Он начал наклоняться, приподнял футболку одной рукой и проник под нее, сначала гладя девушку по животу, а затем поднимаясь выше. Его губы гуляли по ее шее и ключицам, сбивая дыхание и вызывая целый фонтан ощущений при каждом прикосновении. Она тихо стонала и, держась руками за диван, попыталась перекрестить ноги, чтобы немного поунять желание внутри. Он не дал ей этого сделать — остановил их телом. Снова застонав от поцелуев, покрывавших ее шею и ключицы, она положила одну руку ему на затылок. Он поднял голову и, облизнувшись, впился губами в ее губы. Их языки снова сплелись, а губы будто бы держали друг друга, не желая разрывать поцелуй. Она вновь застонала, но почти неслышно. Он чуть прикусил ее нижнюю губу и оттянул ее. Следуя за еще не конца прерванным поцелуем, она приподнялась и села перед ним все еще держа руку на его затылке. Он улыбнулся, отпустил ее губу и рывком снял с нее футболку. Стоило предмету одежды улететь с дивана, как он тут же прильнул к ее шее, за талию прижимая ее к себе, и с остервенением начал оставлять на ее теле поцелуи. Тихие стоны не прекращали вырываться из ее горла. Он спустился ниже, взял в одну руку ее грудь, второй прижимал к себе, не давая лечь на диван, и, подняв голову, впился в ее губы. Поцелуй становился все более страстным. Ему было жарко и ей, похоже, тоже. Тепло камина им уже почти не требовалось — жар разгоряченных тел нагревал воздух вокруг. Что-то прошептав, она ловко стянула с него водолазку и прижалась своей грудью к его. Он блуждал руками по ее спине, а она, не прекращая поцелуй, провела ладонью по его груди, животу и вновь крепко прижалась своим голым горячим телом к его, не менее нагому и нагретому. Улыбнувшись сквозь поцелуй, он сжал ее грудь в ладони и удовлетворенно почувствовал очередной стон. Ей похоже, не очень нравилось, что такие звуки издает только она. Ее рука скользнула вниз по его прессу и остановилась в районе паха. Они сидели очень близко, прижавшись друг к другу, и поэтому она давно чувствовала возбуждение любимого. Он все еще целовал ее и сминал в руке ее грудь, а она решила заставить и его стонать тоже. Ее рука мягко сжала возбудившийся мужской орган. С ухмылкой она почувствовала, как его дыхание сбилось еще больше. Разорвав поцелуй, она посмотрела ему в глаза и заставила облокотиться на спинку дивана, а сама же спустилась вниз и стянула с него штаны и трусы. Он, глубоко дыша, откинулся на диван. Она же, спустившись с дивана и сев прямо перед ним, взяла в руку его член. Быстро подняв и опустив глаза, она коснулась языком головки. Из его горла вырвался тихий, почти неслышный хрип. Улыбнувшись своему успеху, она провела языком по всей длине органа и обратно — на ее счастье длина была около 20 см, что для нее было весьма неплохо. Одной рукой она мастурбировала его член, другой опиралась на диван. Он издавал тихие полухрипы-полустоны, чем ее неимоверно радовал. В конце концов, она прильнула губами к его члену и взяла его в рот. Сначала только головку, затем — почти весь орган. Ему это нравилось. Он положил свою руку ей на затылок и наслаждался ласками. Это продлилось не больше двух минут. В какой-то момент он почувствовал, что скоро будет на пределе и отодвинул ее от себя. Она сидела серед ним на пушистом ковре: в черных облегающих шортах до колена, с румянцем на щеках и слюной, тонкой линией лежащей от нее губ до подбородка. Улыбнувшись, он сполз с дивана и движением руки уложил ее на ковер. Она не сопротивлялась и легла, откинув руки. Ноги она все еще перекрещивала, чтобы немного унять острое желание почувствовать его в себе. Он навис над ней и вновь поцеловал. Они сплелись языками, мягко кусали губы друг друга. Он снова мял ее грудь своей рукой, она мастурбировала его член своей. Они целовались до слюны на подбородке. Когда он разорвал поцелуй, то от его губ к ее тянулась тонкая прозрачная ниточка, никак не хотевшая рваться. Слизнув ее, он опустился ниже, поцеловав ее шею, затем ключицы, прильнул к груди, обвел языком ореол соска, оставил мокрую дорожку от ложбинки до пупка и снова начал остервенело целовать нижнюю часть ее живота. Она все сильнее сжимала в руках ворс ковра и прижимала ноги друг к другу. Правда, она не взяла в расчет то, что ему нужны были расставленные ноги. И он развел их самостоятельно, чем только возбудил ее еще сильнее. Продолжая целовать ее тело, он стянул с нее шорты и услышал ее приглушенный стон. Улыбаясь, он откинул черную одежду в сторону и, обхватив ее бедра, коснулся языком ее промежности через трусы. Ее стоны становились все громче. Мышцы были напряжены, а разум затуманился от удовольствия у обоих. Яро используя свой язык, он массировал клитор и даже попытался войти в ее дырочку, но через трусы это не представилось возможным. Облизнувшись, он снял с нее трусы и сразу же вновь прильнул к ее промежности. Стон был уже похож на вскрик и она резко поднялась, но тут же опустилась обратно. Он быстро вертел языком, раздражая клитор, полностью облизывал половые губы. Проникнув языком в уже давно мокрую от собственных соков и его слюны дырочку, он двигался в ней, наслаждаясь звуками, издаваемыми любимой. Он отодвинулся от нее, но тут же ввел внутрь два своих пальца, начав ими мастурбировать. Ее стоны вновь превратились в крики на несколько секунд и он смотрел на то, как вздымается и опадает ее грудь. Не вынимая пальцы, он поднялся и, вновь нависнув над ней, поцеловал ее, провел мокрую дорожку от рта до уха и вновь поцеловал. Совершенно отказываясь его отпускать, она с такой страстью и жаром орудовала в его рту своим языком, что он понял, что больше терпеть не может. Вынув свои пальцы, он пристроился поудобнее и, лежа сверху на ней, резко проник в нее. Стон-вскрик был тут же подавлен новым поцелуем. Дыхание более-менее стабилизировалось и он начал двигаться внутри нее. Жар их тел, казалось, сожжет и ковер, и диван, да и камин ко всем чертям. Черт подери, как же она его хотела. Приятное чувство заполненности в низу живота радовало ее, но темп казался слишком медленным. — Быстрее, — попросила она, облизывая пересохшие губы. Он хищно улыбнулся и, почти вынув свой член из ее промежности, резко вошел во всю длину. Она громко застонала и с силой сжала ворс ковра, потому что это было все, на что способно ее тело, полностью посвященное их единению, принесенное в жертву этому огню, этому райскому пламени. И черт побери, как же он хотел ее. Их секс становился все жестче, грязнее, приносил все больше удовольствия. Он двигался внутри нее, нависая сверху и понял, что прямо сейчас главный здесь он. Запустив руку под ее талию, он вынул свой орган из нее и усадил на диван, тут же развел ее ноги и припал губами к ним. Он оставил на внутренней стороне бедер две мокрые дорожки, вошел в нее языком, удовлетворенно услышал ее стоны и, к удивлению, свое собственное тихое рычание. Поднявшись, он поцеловал ее, не беспокоясь о том, что они оба уже на взводе: мокрые, липкие, горячие и неимоверно жаждущие друг друга. Он вновь вошел в нее и сразу же взял очень быстрый темп. Они застонали в унисон, но поцелуй гасил эти звуки. Она резко подняла голову, вдыхая, но он не остановился и начал целовать и облизывать ее шею. Еще несколько минут, еще совсем немного… — Ааах!.. Я… Я кон… — она так и не закончила свою реплику, потому что он запечатал ей рот поцелуем и сам почувствовал, что сейчас кончит. Казалось, если бы сейчас за окном взорвалась бомба, они бы проигнорировали ее. Взрыв был бы поглощен их собственным, райским, пламенем. Она, дрожа, прижалась к нему. По ее спине, лицу, ногам, лился пот. Он выглядел не лучше и ему никогда еще она не казалась такой привлекательной и сексуальной. Они замерли, пытаясь отдышаться. Вниз, на ковер, капала его сперма, смешанная с ее смазкой. — Я люблю тебя, — тихо сказал он, припадая к ее губам. Она промолчала. Когда они отстранились друг от друга, она слизнула с его подбородка слюну и спросила: — Пойдем в душ вместе?