В толпе

Люси уже не помнила, сколько она прорыдала, выгнав обоих магов прочь. Сначала она хотела броситься из дома, но не им вслед, нет, а просто покинуть этот дом, этот город, эту гильдию, что бы больше никогда не вспоминать о той боли, которую оказывается способны принести самые искренние и светлые чувства, но Люси не могла заставить себя даже подняться. Она просто рухнув на пол рыдала, рыдала и рыдала. Возможно, это были пол часа, два, вся ночь? Просто в какой-то момент слез совсем не осталось, и с ней осталась лишь немая истерика. Люси усмехнулась, что неужели она настолько жалкая, что даже не может нормально пореветь сколько хочет? На этой ноте она достигла фазу «выплакать все слезы», и от отчаянья опять оставалась не следа, медленно перерастая в злость на себя и раздражение. Всю свою сознательную (и местами даже не очень) жизнь, Люси всегда знала, что хочет, всегда шла к этому и немаловажно, всегда получала это. Хоть при всем своем здравом смысле девушка знала, что может местами она бывала глупа и слишком вспыльчива, но ей никогда в ее прежней жизни не мешало сочетания детской наивности и дерзкой резкости. Заполучить понравившуюся игрушку? Запросто. Принимать свои решения, вместо приказов отца? Дайте два. Захотела попасть в «Хвост феи»? Так вот она, метка любимой гильдии красуется на ее теле. Стать частью одной из самых крутых команд в гильдии? Как раз плюнуть. Стать лучшим писателем в стране? Вот это конечно еще, на полпути, но не без этого же. Стать девушкой своего лучшего друга, в которого она без памяти влюблена уже год? Вот тут-то все и пошло не так. Девушка опять грустно хмыкнула. Разве в ее любимых книгах любовь не помогала преодолевать все преграды, тогда почему в реальной жизни она все разрушала? Люси поморщилась от ванильности своих же слов и откинув голову ее взгляд наткнулся на манускрипт. Просекая пространство комнаты, девушка кинулась к лежащей на полу книге. Может во всем виновата книга? Если бы этот Стинг не притащился с ее книгой, они бы могли помириться с Нацу? Может быть Люси забыла бы о своей глупой и мимолетный привязанности к наглому блондину? Пальцы девушки сжали книгу крепче. Неужели такие моменты как эти и считаются в жизни человека переломными? Люси тяжело вздохнула. Хоть в голове и была явная каша, и она вообще не могла разобрать что она хочет, девушка поняла лишь одно. Она сделала все что могла, чтобы стать ближе к розоволосому убийце драконов, не смотря на то что в ее жизнь в этот нелегкий момент свела с одним хамоватым, но все же красивым придурком. Который к слову отдал ей манускрипт. Если по любви, как в ее мечтах самой настоящей и на веки, ничего не сложилось не с первым, не даже с вторым идиотом (хотя хотелось ли ей чтобы что-то сложилось с ним? Возможно это было отпускное помутнение, которое можно еще и списать на болезнь), то вот манускрипт был всегда с ней в последние недели и даже невероятным, но благополучным образом вернулся к ней успешно с что-б его курорта. По своей детской наивности и неразбиваемай решимости девушка в знаки судьбы верила, и крах в ее целях насчет личной жизни был весьма уловимым, то насчет манускрипта, верней превращения манускрипта в полноценную книгу и сдачу на конкурс девушка вполне могла еще осуществить. Люси наконец-то встала с пола, чуть не рухнув обратно, если бы не ручка дивана, от истерики на полу безумно затекли ноги, даже вторая, которая была полностью здоровая. Так как через каких то пару минут она смогла весьма спокойно передвигаться по комнате, Люси первым делом отправилась к телефону. Набрав за два года наизусть выученный номер, Люси надеялась, что бы трубку не подняла Лисанна, которая была слишком проницательной, или Хэппи, или еще лучше Нацу. Удача медленным шажками явно возвращалась обратно к девушке, так как трубку подняла бухая в хлам Кана Альберона собственной персоной. Быстренько изложив ей, что собирается взять отпуск на неопределенный срок по состоянию здоровья т.к. Мастер до сих пор из-за ноги не пускал ее на задания, следую рекомендации Полюшки, и так как ей нужен покой, так же по рекомендации Полюшки на период восстоновки, Люси решает уехать на не определённое время, и что-то ляпнув не в значай про манускрипт, так как Кана по любому не в состоянии ее воспринимать дольше, Люси попрощалась и повесила трубку. Она решила не вдаваться в подробности, что уедет в город, который и славится у писательской элиты всей страны, что бы закончить и вручить его лично, так как по почте в этой праздничной суете он дойти все равно не успеет. А Люси еще успеет сделать все что в ее силах чтобы стать новым писателем года. К тому же это отличная возможность обдумать свой переломный момент, как Люси окрестила его, надеясь что то понять, как быть дальше. Решение покинуть свой дом и гильдию, которые раньше казались до беспредела абсурдными сейчас явно такими не казались, и быстро собрав вещи девушка очень надеялась, что эта поездка расставит все по местам, дав надежду на новую жизнь и забыть о своем разбитым сердце, выкинув из головы обоих магов и любые мысли о них, концентрироваться только о работе над ее драгоценным манускриптом. * Город встретил ее непривычно теплым для конца декабря ветром, полным отсутствием снега и холода, и миллионами огней и праздничных украшений, которыми был украшен почти каждый столб, дерево и дом. Добираясь до наспех снятого номера в отеле, на этот раз не пожалев дополнительных денег за одноместный номер, но девушка на регистрации уверяла ее, что ничего дополнительно платить не надо, и к ней больше никого сто процентов не подселят. После долгих убеждений, ее все таки проводили в номер, и Люси осталось лишь тревожно смириться. Но как только она осмотрелась, в какой номер попала, то вся тревога тут же исчезла. Номер был действительно очень красивых, а окна выходили на праздничную площадь. И хоть она была всего лишь на третьем этаже, вид все равно захватил ее дух. Несмотря на небольшую усталость от проведенных в дороге трех с чем-то часов, девушка в порыве вдохновения и моментный веры в праздничное чудо сразу же принялась за манускрипт, даже не разобрав то самое не большое количество вещей, который в спешке бросила в сумку. Весь следующий день, Люси провела за своей будущей книгой, пытаясь внести правки в некоторые моменты. Решив что надо что-то перекусить и оторваться от работы, Люси все таки отложила в сторону свой манускрипт, заказав в номер ужин. Допивая свой чай, мысли девушки опять вернулись к манускрипту. В целом у нее есть еще чуть больше двух недель, и даже если она будет усердно работать над ним каждый день, оставляя время на прогулки по городу, она все равно уложиться в сроки. Можно было бы выделить день и пройтись по городу, в конце концов потеряться среди улочек наслаждаясь красотой. А ведь из за всех этих стрессов в последнее время, она даже не успела украсить свой дом! Даже гильдию украсили уже за месяца полтора, но девушка сомневалась что украшении все еще на месте, так как после возвращения с гор, она в гильдии так и не появилась, но могла поспорить что Нацу и Греем явно были причастны к побоям на декорациях, если не в их уничтожении. Одна мысль за другой и Люси не сразу подметила, что уже приличное время ее мысли опять вращались вокруг дома и гильдии, по которым девушка успела безумно соскучиться за сутки. Ха, а еще она хотела переехать и все бросить. Мало того, мысли Люси постоянно предательски возвращались к ситуации Нацу-Стинг. Люси понимала что она пыталась убежать не от гильдии, дома или парней, а от себя и своих эмоций. Только от этого легче не стало, она была еще не готова вся обдумать. Обещав, что решит все на днях, Люси решила с головой погрузиться обратно в манускрипт, пока ее глаза не слиплись и она не погрузилась в самый сладкий сон за некоторое время.