Рейдер из 81-го

- Дочка, не бегай по коридору! Крик я, конечно, проигнорировала, ну вот ещё, я только, только почти догнала Джину. Ещё немного и… Хватание за шиворот и звонкий подзатыльник привели в чувство. А затем я уставилась в отцовские глаза. - Дочка, что за поведение? Ты и себя, и меня позоришь. Не можешь бегать в детском крыле? Что скажут, если у начальника охраны собственная дочь такая непослушная? Я шмыгнула носом. Много чего скажут. А папу подводить не хотелось. И я, снова шмыгнув носом, пискнула: - Прости, папа, увлеклась. Я исправлюсь, и в наказание сама присмотрю за детьми до двух лет. Взгляд отца сразу стал теплее, и он поставил меня на пол. - Вот и хорошо. Тогда иди отрабатывать. Я тяжко вздохнула и поплелась в детское крыло, где провозилась с малышней до позднего вечера. Правда, за это заслужила благодарность воспитательницы и поощрение в виде конфеты. Тут же запрятав подарок подальше в комбинезон, понеслась домой. Ну как понеслась, только покинув детское крыло, пошла так быстро, как могла. Снова бегать в отсеках для взрослых уже не хотелось. А то папа и правда разозлится. Кстати, я улыбнулась дяде Майклу, похоже, уже заступила ночная смена, значит, папа дома. И я ещё радостней кинулась к родной комнате. Папа и правда был там, стягивая с себя бронежилет. Мама, жилет которой лежал на комоде, уже стояла с мокрыми волосами, и что-то жарила на маленькой плите. До сих пор удивляюсь, как она выклянчила себе право иметь плиту, а не обедать на общей кухне. Впрочем, начальнику охраны и его жене, ответственной за состояние компьютерной сети, в том числе в реакторе, позволяли многое. Кстати, кое-кого удивляло, зачем главный инженер даже в реакторе носит жилет охранника, да ещё поверх защитного костюма, на что мама, усмехаясь, показывала куски железа, выковырянные из жилета, когда пару раз старые машины взрывались. И хотя бронежилеты у нас под учетом, папа нашел, как оформить один изношенный на жену. Он вообще мало в чем мог отказать ей. Мама у меня та ещё «мастер манипуляции» как шипел покойный дед. Ну а моя мамуля, отрезав единственную причину брака, наплечники, и так мешающиеся поверх защитного костюма, осталась очень довольна. Ну да ладно, все дома, и я, первым делом положив на отдельный стол свою гордость, дубинку охранника, что папа подарил на восьмилетие, для борьбы с бывало лезущими тараканами, в прыжке чмокнула папу в щеку, потом наклонившуюся маму. Оба улыбнулись. - Ну как отработка шалостей? – спросил папа. Я достала конфету: - Мне написали благодарность и вот, презент дали. Мама рассмеялась: – Да уж, Мия, ты даже на штрафных работах умудряешься выслуживаться. Всё Линк, ты проспорил. Говорила я, дочка вся в тебя, извернется всегда и везде, даже повинность обернув себе на пользу. Отец нахмурился, а потом улыбнулся: – Да ну вас обеих. Ну а ты, Мия, признаю молодец. Благодарность это хорошо. Наберешь много, в будущем тебе это пригодится. - Знаю, папа. Отец потрепал мои волосы – Ладно, прячь свою конфету и готовься есть. Мама уже что-то приготовила. Я, кивнув, понеслась к комоду, присев у которого, нашла потайную кнопку. Комод отъехал в сторону, открыв вид на стенной сейф и щель в полу под ним. Сейф был папин, а вот тайничок в полу мой. Порывшись, я достала одну из коробочек, дно которой было заполнено жвачками и конфетами. Нынче, несусветная редкость, мечта любого ребенка. И хотя я доставала их всеми возможными путями, за всю жизнь попробовала лишь раз. Они были моим сокровищем и деньгами. За них, любой ребенок даже старшего возраста, был готов на многое. Чем я бессовестно и пользовалась, вызнавая секретики или во время тренировок по безопасности, уговаривая так более взрослых хулиганов вести себя прилично. С малышней своего возраста я не торговалась, чуть что пуская в ход кулаки. А удар у меня хороший, папа вон гордился моим пусть и не серьезным, игровым, но тестовым зачетом по детской обороне. Мне даже написали звание «маленький охранник», что стало моим главным поводом задирать нос перед сверстниками. Особенно я была счастлива, когда папа, с усмешкой, подарил «маленькому охраннику» первую дубинку. Мама меж тем и правда закончила готовить и пригласила к столу. Ух ты, мясо таракана, под соусом с кусочками овощей. В столовой такое не подают. А другие ещё удивлялись, чего мы туда не ходим. Вот в таких событиях и проходили дни, пока всё не перевернулось. Утром папу озадачили охранять снабженцев, встречающихся с караваном. А для этого следовало покинуть Убежище. Да ещё и маме потребовались кое какие запчасти, что у нас давно кончились. Сделка проходила нормально, правда я потом так и не могла себе объяснить, зачем прокралась наружу? Да я несколько раз уже осматривалась вокруг Убежища, пока папа охранял снабженцев, но всегда быстро возвращалась, хотя и получала потом ремня. Правда папа похоже понял, что такие вылазки позволяют мне потом до следующего каравана сидеть спокойно. Вот и сейчас они с мамой только вздохнули заметив конечно мою мордашку, «незаметно» прошмыгнувшую наружу. А я залезла в любимый старый сплющенный фургон, моё укрытие и оттуда стала наблюдать. Как и всегда караванщики удивляли. Везут много чего интересного, но одеты в такое дранье, что слов нет. Да ещё куча сумочек висит по всему телу. А уж запах от них и «чистота» небритых рож… Тьфу. Они вообще моются? А самое ужасные их животные. Брамины, как их называют. Коровы с двумя головами, драно-коричневой коростливой кожей и чуть не волочущимся выменем. Основа любой фермы, как и вообще символ выживания всех жителей поверхности. Из кожи брамина шьются одежды, молоко напиток и детей и взрослых, мясо основная пища. Да ещё и тягловыми животными они работают. Но как же они уродливы. Кстати многие и не знали, что раньше они были коровами. Это мне мама рассказала, подарив даже книжку с картинками о животных довоенной Земли. Я эту и ещё парочку книжек, хранила как величайшую ценность, никому не показывая. Отберут и порвут на сувениры. Ещё тройку книжек, лежащих в папином сейфе, мне позволяли читать, когда я очень хорошо себя вела. Одна учебник по программированию, причем для начинающих, вторая способы взлома роботов, а третья учебник по скрытым операциям. Только вот чтобы прочитать эти книги надо было знать… Но нет, об этом мне даже думать лишний раз родители запрещали и я была с ними согласна. Как бы то ни было, сейчас я осматривала караванщиков, а потеряв к ним интерес, уставилась на двух охранников. Один был в кожаной броне, пару раз уже виденной мной, а вот второй аж в боевой. Не полной правда, но нагрудник, пояс и фляжка были, как и наплечники. Эх, мне бы такую. Мечты, мечты. На плече у охраны боевые винтовки, ух, вот это оружие. Не чета пистолетам и дубинкам. Впрочем, я улыбнулась, у папы как и у всей охраны пистолет калибра 10 мм, и пуля от него пробьет что угодно, если уж попадет. А винтовочки 5.56 мм, кучу дорогих патронов пустить надо, чтобы убить. Тем более только у самого караванщика был шлем, явно самодельный. У охраны драные довоенные шапки. А у папы шлем с бронированным стеклом. Я вскинула нос. Да, не так всё плохо. Но не успела я так подумать, как раздался странный звук, типа свиста, папа еле успел крикнуть «Ложись» и брамина разорвало на куски мощным взрывом. И сразу же раздались очереди выстрелов. На нас бежала толпа грязных оборванцев с оружием из труб, но которое очень даже хорошо стреляло. Да ещё и гранаты кидали. На части были доспехи из тех же труб, а на части противогазы. Я побелела. Именно такими караванщики описывали рейдеров, что были грозой всего послевоенного мира. Тут же пришла мысль бежать, и я кинулась к родителям, выползши из своего укрытия. И замерла от шока. Папа лежал, прикрывая собой маму, и у него были оторваны ноги. А мама хрипела, из её губ текла кровь, а в плече рваная дыра. - Мия, беги в Убежище – прошептала она, увидев меня – Беги, пожалуйста. Я заревела в два ручья, кидаясь к родителям. - Мама, папа!!! - Беги, сейчас двери закроют. Беги Мия. Я утерла глаза и только хотела развернутся к двери, как меня сбила с ног собака, и начала рвать. Я закричала от боли, но собаке отвесили пинка, а меня подняли за шкирку. Меня держал мужчина в рваных обносках, с грудью прикрытой металлоломом и трубами. На лице сварочные очки. И выражение лица мне не понравилось. Его соратники уже копошились у трупов караванщика, охраны и… моих родителей. А внутри провала пещеры уже гудели замки тяжелой двери. Я сникла. Всё кончено. Убежище закрылось. - Тьфу, успели закрыть гады. Ну ничего, сейчас заложив им сюрприз, и как… - заверещал плюгавый мужичок в сорванном на шею противогазе и броне с наколенниками. Он кстати уже напяливал на себя кожаную броню мертвого охранника. - …устроим этим крысам резню. Чур я детишек крошу – подхватила женщина в одежде из кожи с черепом на поясе. При этом она пыталась сорвать с папы бронежилет, а потом увидела меня и закричала: - Иииии, даааа, ребенок. Вулкан, дай мне. Я её быстро покрошу… она нежная, чистенькая… Дай…сука… Женщина кинулась вперед и через миг оказалась без головы, разнесенной дробовиком, вскинутым удерживающим меня мужчиной. - Долбаная каннибалка. Тьфу. Да эту девчонку можно продать дороже, чем ты за двадцать лет наворуешь. Хотя обдолбышь вроде тебя и трех бы не протянула – сплюнул мужчина на её труп, а потом пару раз пнул плюгавого. Тот и не дернулся, только проверещал – Вулкан, за что? - Ты Шнурок, кусок тощего говна, и в черепе у тебя понос. Какое долбанем? - заорал рейдер - Двери Убежищ бомбы выдерживают. А если у них ещё и отработанные газы остались, то они их скоро пустят, нас и противогазы не спасут. Живо забирайте трофеи и валим отсюда. Жаль брамина пришлось убить, но мясо собирайте, трупы тоже. Крысолицым сдадим, родичам этой идиотки. Купят только так. Или кто ещё хочет что-то брякнуть? Остальные рейдеры закачали головами, нервно дергаясь. Похоже этого Вулкана боялись до ужаса. А он всучив меня тому самому плюгавому, проорал, что за меня Шнурок отвечает головой. Плюгавый тут же связал меня, и примотал остаток веревки к своему поясу. Я всё это видела сквозь слезы. Особенно тяжело было смотреть, как рейдеры грузят тела моих родителей с уже снятыми жилетами на повозку с брамином, подъехавшую откуда-то из-за деревьев. Вулкан же скинул свою броню, надел боевую броню охранника, шлем моего папы и довольно улыбнулся, рассматривая родительские пип бои, что снял просто отрезав моим папе и маме кисти. - Хорошие игрушки. Жаль, как всегда заблокировались, но пара умников за них много крышек отвалит. Тут он заметил как я сжимаю кулачки, всё ещё глотая слезы и вдруг заржал. - Стоять, эй, шмокодявка, это что твои предки? Я сжала кулаки ещё сильнее, а рейдер мгновенно дернувшись вперед выхватил у меня спрятанную дубинку и отвесил ею же удар по затылку. - Ещё раз что спрячешь, убью. У меня от боли поплыло всё перед глазами, а рейдер оглядев трофей, пристегнул его к поясу. - Значит точно предки. Вот номер. Хотя это повышает твою цену, ряженой уже не назовут. Головы оставим покупателю тебя. И… заткнись. Мне заехали по губам, выбив часть зубов, заставляя подавиться плачем. - Ещё раз услышу вой, месяц не встанешь, поняла? Потом Вулкан вдруг улыбнулся, рванул на маме комбез, и полоснув ножом кинул мне… мне… - На, на память, чтобы не ревела. Храни, дарю… Я подняла на него глаза и закусила губу, больше не проронив ни звука. А отрезанную грудь моей мамы кинула в повозку. Рейдер расхохотался: - А ты умнеешь на глазах.