Shelter. Blood will out.

Маленький и не особо примечательный для туристов город Рэдхилл располагался между двумя большими городами и представлял собой просто местность между ними, не больше. Просто очередное пятно на карте, приносящее пользу только самому себе. Но было в этом городке что-то, что все-таки цепляло тех, кто приезжал в Рэдхилл в первый раз. Город был полон абсолютно похожих друг на друга домов, которые не пестрили на улице, а наоборот обрамляли ее темно-красным кирпичом. Пара высоких зданий: главная больница и офис центра, производящего чай; 8 школ, таких же красных и скучных, как и дома в округе, и три парка, один из которых и был центром города, в нем всегда висели гирлянды, оставшиеся с праздников и обреченно качающиеся на ветру, горящие очень редко, в самые особые дни. Практически сразу за городом, за крайней улицей возвышались Тисовы холмы, окруженные редкими деревьями- самая, должно быть, одинокая часть города, потому что дома здесь обрывались, так и не дойдя до холмов. Что заставляло приехавших сюда людей оставаться здесь жить, было непонятно. По крайней мере, сами жители предпочли бы жить в соседних больших городах, но это была, в основном, молодежь, которая пусть и жаловалась, никогда не печалилась по этому поводу, потому что до ближайшего большого центра всего меньше часа езды. Рэдхилл был не так стар, но время оставило на нем свой отпечаток. Каким бы сам город ни был однообразным и привлекательным этой однообразностью, люди, проезжающие мимо Рэдхилла на своих машинах по главной дороге, соединяющей два больших города, всегда с какой-то опаской или даже азартным интересом смотрели именно на Тисовы холмы, а именно на один единственный дом, который возвышался на самом ближнем к городу холме. И если проезжающих он просто привлекал и нередко пугал своей мрачностью и стариной, то жителей Рэдхилла, а особенно самых суеверных из них, это поместье держало просто в страхе. Поместье Довентри, некогда принадлежащее семье основателя города Фридриха Довентри, было единственным темным зданием в городе, сделанным не из красного, а черного камня, но частично, практически все здание было сделано из дерева, от того оно и казалось таким старым и ветхим. Фридрих Довентри, видимо, очень хотел показать разницу между ним и жителями его города, поэтому и велел строить дома жителей из серого и красного материала, а свой дом приказал выполнить в готическом стиле из черного. Приказ был выполнен, и с тех пор в Рэдхилле поместье Довентри было единственным темным зданием, немного возвышающимся над городом, одиноко построенном на холме. Трехэтажное, необычное, ветхое и мрачное поместье всегда привлекало внимание жителей, особенно подростков, просто млеющих по таким местам. Нередко наведывались и взрослые, но только самые смелые решались отворить ворота и дверь в поместье и зайти внутрь, в темноту пыльного и старого здания, опустевшего полвека назад. Деревья вокруг дома были мистически постоянно голыми, и многие считали, что они были мертвыми, как и сам дом, от которого несло могильным запахом и атмосферой. Кого-то жутковатое поместье вдохновляло, кого-то заставляло покрываться мурашками, вокруг него ходили самые разные легенды, которые жители города пересказывали друг другу и всем приезжающим чужакам. Люди всегда говорили о наличии призраков в поместье, ведь, как правило, в таких местах просто обязательно присутствие всяких паранормальных явлений. Но самый жуткий рассказ о призраках Довентри, который и носил такое название, появился только недавно и уже успел обойти несколько раз весь город, посеяв в самых суеверных страх. Походы к поместью и тем более во внутрь дома практически прекратились. Школьные экскурсии, рассказывающие об основателях города, тоже. Жуткое поместье не решались снести, да и жители сами были против, все-таки историческая диковинка, привлекающая внимание к Рэдхиллу. Да и как можно было вот так просто стереть с лица города этот легендарный особняк, хранивший в себе столько тайн и ценностей для города? А призраки… Призраки Довентри стали неотъемлемой частью Рэдхилла и никому особо не мешали жить. Особенно если не вторгаться в их владения. Особенно, если в них просто не верить. *** -Все знают историю про последних холостых наследников рода Довентри. Эта некогда большая и уважаемая семья вскоре сократилась до двух человек, которые были последними в своем роду. Два брата, унаследовавшие особняк от умершего отца, не очень-то и ладили друг с другом, поэтому частые ссоры не были такой уж редкостью в этом доме с тех пор, как они стали делить его друг с другом. Ситуация усложнялась тем, что один из братьев, младший, был болен шизофренией или чем-то в этом роде, короче он периодически сходил с ума, и в один из его очередных приступов между братьями произошла еще одна уже последняя ссора. Неизвестно, кто кого убил первым, но наш местный историк прибегает к версии, что сначала старший сын перерезал младшему горло в порыве гнева, а затем, осознав весь ужас ситуации, повесился, положив своей выходкой конец роду Довентри. С тех пор поместье пустовало всего два года, потому что его поспешили продать по высокой цене, ведь, сами понимаете, друзья, что поместье представляло особую ценность, особенно для людей, которые могли себе это позволить. Семья, поселившаяся в нем, прожила там всего месяц, на второй их нашли убитыми в собственных же спальнях. Поместье сразу же продали новым владельцам, но и те ненадолго задержались в нем, убив уже друг друга в драке. Тогда поместье досталось их сыну, который из всех новых владельцев прожил в нем дольше всего, целых два года, после чего повесился, пустив веревку с лестницы с третьего этажа на первый. Его обнаружили сразу же, как открыли входную дверь, тело раскачивалось взад-вперед, будто кто-то толкал его каждый раз, когда оно замирало. Еще одна попытка продать поместье Довентри и… вот незадача, его купили с трудом через год три сестры, а через неделю их нашли мертвыми на кухне, тела просто были сложены друг на друге и у каждой было по три ножевых ранения в сердце. Последним владельцем дома был Питер Савски, который, как мы все знаем, был архитектором и построил целый квартал у школы «Рэдмонд». Так вот, мистер Савски сильно болел идеей переделать поместье, сделав его менее мрачным и более изящным, самым красивым домом в городе. И как только он начертил чертежи и назначил дату сноса дома, в эту же ночь его забрали в психбольницу с шизофренией, где он покончил с жизнью на пятую ночь. Прошу уделить особое внимание, что ни в первом, ни в четвертом случае убийцы владельцев домов так и не были найдены, не обнаружились даже улики или особые следы преступников. И знаете, почему? — Хантер выдержал приличную паузу, скривив губы в приятной, но жуткой ухмылке и оглядывая лица всех присутствующих, — да потому что нет никаких убийц, их просто не существует. Потому что сам дом убивает каждого, кто пытается присвоить его себе, он сводит с ума, заставляет кончать с собой, убивает безжалостными способами, не оставляя никаких зацепок полиции и следствию. Он. Убивает. Каждого. Кто. Решит. Жить. В нем. Без. Разрешения! — Хантер громко ударил рукой по столу, отчего гости заметно поежились. Некоторые даже подпрыгнули на месте, а Ноэль заметно вздрогнул, открыв глаза и на секунду перестав подпирать голову рукой. Он запаниковал сначала, вытаращив глаза на гостей, а затем быстро посмотрев на руку Хантера, лежащую на столе, пальцы которой быстро постучали по нему. Ноэль унял свое сердце, закатив глаза и устало покосившись на лицо друга, который даже осклабился от полученной реакции.- По крайне мере, так думали все это время, вплоть до прошлого года, а поместье пустовало после Савски еще пятьдесят лет, никто так и не решался продать дом или даже снести его. Все боялись гнева тех, кто там обитает, — практически шепотом, жутковато произнес Хантер, выпрямившись и сощурив глаза. -Откуда взялось мнение, что в доме кто-то обитает? — произнес быстро скептичный голос парня, который уставился на Хантера, приподняв свои брови. Ноэль скользнул взглядом по гостям и наконец нашел его, подумав, что единственный адекватный здесь все-таки присутствует. -Минуточку, мой друг, будьте терпеливее, — со сладким упоением проговорил Хантер, запустив руку в свою черную шевелюру и немного пригладив ее, — с тех пор, как особняк оставили в покое, его выкупил у города довольно знаменитый в своих кругах коллекционер, который живет в Лондоне и имеет около 20 таких домов, как поместье Довентри, по всей Англии. Он был в нем всего два раза много лет назад, этот дом имеет все удобства для проживания благодаря ему, но там никто не живет. Он выкупил его из личной тяги к владению такими местами, как это, поэтому, как только его желание было выполнено, а Довентри оказалось еще одной галочкой в списке его трофеев, он забыл про него. Городу дом не приносил никакой выгоды, отчего его решили подстроить под свои нужды историки и учителя. Получили разрешение у официального владельца дома и стали организовывать экскурсии для людей разных возрастов, в основном для школьников, на которых рассказывалось про семью Довентри и про их поместье, уделяя особое место архитектуре. К тому времени особый страх вокруг поместья покинул жителей, и все просто продолжили не обращать внимания на жуткий дом, возвышающийся над жителями Рэдхилла. Но случай, произошедший в прошлом году, заставил весь город задрожать от страха, вспомнив тех самых пятерых его владельцев, которые так скоро ушли из жизни. И тогда ни у кого не осталось сомнений, что дом вовсе не мертвый, он живой, и он дышит могильным воздухом, и что это не дом убивал своих владельцев, а семья Довентри, призраки которой до сих пор владеют поместьем, не желая отдавать его в чужие руки… Ноэль зевнул еле заметно, прикрыв рот рукой, и медленно моргнул, нехотя открывая глаза. Сколько раз он слышал эту ужасно-страшную, просто до обморока страшную историю про призраков Довентри в исполнении Хантера? Пальцев на руках и ногах не хватит, чтобы посчитать. Кажется, он запомнил каждое слово, выучил последовательность и мог выступать за него, только в его пересказе это бы звучало не так круто, как это делал Хантер. Ноэль не пугал бы людей, он бы заставлял их сомневаться в правдивости легенды своим безразличным голосом и наоборот, вызвал бы смех, попытавшись скопировать интонацию голоса Хантера. Хотя, какой адекватный человек вообще поверит в эту ересь? У Хантера либо был талант обманывать людей, либо это Ноэль как-то совсем не так думал о своем друге. Дьюртон попытался заправить прядь светлых волос себе за ухо, но в итоге запутался руками в собственном каре и просто тряхнул головой, отчего волосы легли назад, подальше от лица, но позже снова упали на его небольшой лоб и ярко выраженные скулы, прикрывая заодно и голубые раскосые глаза, которые вообще предпочитали закрыться и спать. -Когда же в дом наведалась экскурсия, сейчас неизвестно, какой именно школы, все ее участники на собственном опыте убедились в правдивости легенд, почувствовав на своей коже дыхание дома и его законных владельцев. Нет единого рассказа о том, что произошло в тот день, но крик учеников слышали все Тисовы холмы и приближенные к ним кварталы, настолько сильно и истошно орали дети, — Ноэль почему-то покосился на девушку, которая не сидела, как остальные, а стояла почти у самого выхода из гаража, держа в руке свое пальто. Она была такой бледной и так мрачно смотрела на Хантера, что Ноэль испугался за ее здоровье. А если она впечатлительная и не сможет дальше жить, услышав легенду о призраках Довентри? Вдруг решит повеситься, как третий владелец дома? Господи, что за бред, неужели она реально верит? И если нет, чего пялиться тогда так, будто Хантер был пророком от Бога? — Многие говорят, что в тот день дом будто с ума сошел, всячески выгоняя из своих владений непрошеных гостей. Дверь каждой его комнаты хлопала не переставая, в разнобой с остальными, в поместье поднялся ветер, который, по словам очевидцев, вырывался прямо из подвала, поднимая пыль и завывая. Многие слышали стоны, некоторые говорили, что это был плач, а мы помним, что у Фридериха Довентри новорожденная дочь умерла еще в младенчестве. Так вот, утверждают, что слышали именно ее плач наверху, в детской, единственной закрытой комнате. Кто-то слышал смех, кто-то дыхание рядом с собой, где-то скрипели доски, а на чердаке что-то постоянно звенело, будто цепи, прямо как в легенде о кентервильском привидении. Шторы под воздействием ветра раздувались, мешая детям бежать, а те, пытаясь укрыться в одной из комнат, обнаружили кресло-качалку, которая качалась, не переставая, словно тело повешенного сына вторых владельцев. В кресле сидели три куклы, у которых не было глаз и которые были облиты чем-то красным, давно впитавшимся в их костюмы и платья. А когда входная дверь сама открылась и принялась биться ручкой и прилежащую стену, все — дети и учитель пулей выбежали из дома, который поначалу не хотел их выпускать. Должно быть, в планах призраков было похоронить их всех в своих стенах, но они сжалились, ведь вся вина лежала на историках и экскурсоводах, верно? В общем, к чему это я… никто не знает точно, что произошло в тот день, но именно с того дня весь Рэдхилл живет под страхом мести, которая настигнет каждого приблизившегося к поместью призраков Довентри. А они будут вечно владеть этим домом, значит в Рэдхилле вечно будет обитать немой страх перед семьей основателя. И в напоминании о том, что владельцы все еще обитают в доме, каждую ночь… в поместье Довентри… на чердаке, самом последнем этаже здания, в треугольном окошке загорается тусклый и красный свет, который потухает только с первыми лучами солнца, — Хантер указал рукой на часы, что висели за ним, и прислонил палец к губам, жутковато улыбнувшись, — верить в призраков Довентри или нет, это дело каждого из вас, но помните, они всегда почувствуют ваше недолгое присутствие. Хантер замолк, разведя театрально руками, и по гаражу тут же раздались аплодисменты, которые вывели Ноэль из транса, и который тоже быстро, но не слишком громко захлопал, откидываясь на спинку стула и глядя на своего друга. -Спасибо всем, нет, это вам спасибо, — отвешивал он благодарности так, будто был великим артистом всех времен и народов, общающегося сейчас со своими фанатами. Фанатами эти люди не были. Но бабки отвешивали приличные за рассказы в его исполнении. И Ноэль в который раз уже наблюдал эту процедуру, когда, по окончании легенды все поднимались со своих мест и подходили к Хантеру, отдавая ему деньги либо в немом ступоре, либо переговариваясь шепотом с друзьями. После его выступлений всегда царил какой-то шок и ужас и этом гараже. -И тебе не совестно брать у них деньги за это? — спросил Ноэль, когда все поплелись на выход, обсуждая ужасных призраком поместья. -Дьюртон, если люди хотят услышать самую великую легенду своего времени в прекрасном исполнении, я дам им это, но за определенную плату. Любой труд должен оплачиваться, — поучительно произнес Хантер, считая деньги, привалившись бедром к столу, — мне они не помешают, а им не жалко и ладно. Тем более цена условная, так что же? Ты лучше скажи, как я, м? — светло-карие глаза Хантера уставились на сидящего рядом Ноэль. -Как всегда, круто, в тебе умер актер, — лестно ответил Ноэль, скривив губы в усмешке, — только все равно, я бы деньги за это брать не стал… -Да, Дьюртон, именно поэтому ты станешь врачом, как и планировал, и будешь бескорыстно спасать людям жизни, а я, увы, не знаю химию, но мне тоже нужно на что-то жить, и именно такие, как я, Дьюртон, преуспевают в жизни, понимаешь? Выгода, Дьюртон, выгода, — Хантер почти всегда произносил фамилию Ноэль с каким-то вообще непонятным акцентом, кося под французский, отчего она звучала совсем смешно, и он вечно улыбался, в каком контексте бы ее ни произносил. -Да-да, я понял, ты у нас недобизнесмэн, недопилот, недопредприниматель, недоспортсмен. Ты хотя бы что-то доведи до реальности, а то последний класс, сам понимаешь… -Я и собираюсь, собираюсь, но вот это все мне не мешает, — Хантер развел руками, демонстрируя деньги и помещение, в котором он уже два месяца рассказывал людям свои легенды, — люди любят меня. Они любят то, что я рассказываю. Они любят призраков Довентри, а у меня с ними своеобразный контракт, понимаешь? Я запугиваю, они не подходят к дому: все так, как они и хотят. Взаимовыгода во всем, — Хантер красиво усмехнулся и засунул деньги в карман, опираясь руками о стол. -Блин, да ты сам веришь во всю ту фигню, что несешь тут каждый день? — убийственным тоном спросил Ноэль. Хантер так же убийственно покосился на друга, который всегда поражал его скептицизмом. Ноэль был из тех, кто готов идти против всех, только вот Хантер не видел в этой хрупкой и тонкой фигуре никакой готовности бороться за свое «против». -Дьюртон, верю ли я в призраков Довентри? Конечно же, да, что за глупый вопрос? Как в них можно вообще не верить? — возмутился Хантер, выпрямившись и поднимая руки, — они- это весь город, они выше всех нас, понимаешь? Это они держат нас, а не мы их. И управляют всем тоже они. Ты посмотри, сколько хаоса было, когда все эти пять владельцев умерли так внезапно поселившись в поместье. Совпадение? Смешно. -Хантер, у тебя крыша едет, — Ноэль покачал головой и опустил глаза, дотронувшись пальцами до виска, — ты просто помешался, сам-то слышишь, что несешь? Призраки, черт возьми, конечно. Гномы с единорогами тоже существуют. -Дьюртон, да все факты указывают на то, что в этом доме что-то есть, и ты слишком тщательно закрываешь на это глаза, — Хантер посмотрел на ироничное лицо друга, на его поджатые и немного искривленные губы, отчего на щеках появились ямочки, на его раскосые глаза, чуть прищуренные, полузакрытые, и в который раз чуть не убил сам себя за то, что взялся с ним спорить. Одно это выражение лица отбивало всякое желание и разрушало все даже самые сильные аргументы. Ноэль становился похож на девушку в такие моменты. Особенно с его женоподобным лицом перевоплощение вообще давалось отлично.- Хорошо, блин, как ты объяснишь то, что каждую ночь в поместье загорается свет, м? Ноэль поднял на друга глаза, посмотрев на него так, будто спрашивал: «Ты это серьезно сейчас?», и когда друг, не ответив, продолжил на него пялиться, до Дьюртона дошло, что, да, серьезно. -Ну… -Ну? -Ну, я не знаю, может это сторож какой-нибудь каждую ночь включает свет, — предположил трезво Ноэль, глядя в светло-карие и какие-то насмехающиеся глаза друга. -В доме, где нет электричества? Он же старый, черт возьми. -Да откуда ты-то знаешь, есть оно там или нет? -Там никто не живет, Дьюртон, вот уже пятьдесят лет. А построено это поместье было, черт знает, когда, тогда еще не было намеков на электричество, понимаешь? — громко усмехнулся Хантер, облизнув губы, — сторож, как же. Весь город по-твоему сторожа боится? -Почему весь город? Я вообще не боюсь и не верю в эти бредни, — возмутился Ноэль, выпрямляясь и садясь боком к спинке стула, лицом к другу. -Да это ты. Ты всегда был странным и не хотел принимать очевидные вещи. -Это ты существование призраков назвал очевидной вещью? — Ноэль не смог сдержать улыбки, чуть приподняв брови и заглянув Хантеру в глаза, а тот посмотрел на его родинку рядом с ямочкой на щеке с левой стороны, ненадолго задумавшись. Затем он медленно присел на корточки, рядом с Ноэль, так, чтобы их лица оказались на одном уровне. -Слушай, Ноэль, ты как хочешь, но они существуют. Может, не все призраки, о которых ходят легенды, но призраки Довентри реальны. И это они зажигают красный свет каждую ночь, и они способствуют этой жуткой атмосфере, объявшей весь дом, и это из-за них люди потом сходят с ума, однажды осмелившись зайти внутрь дома и подразнить их. И в пример тому та экскурсия, ты что, не сечешь? Детей чуть с ума не свели, и я понятия не имею, что там было, но тогда случилось что-то действительно ужасное, раз это превратилось в легенду и до сих пор держит в страхе всех, кто проходит мимо Тисовых холмов. -Это могло быть что угодно, при чем тут призраки?..- неуверенно выдал Ноэль, бегая глазами от одного глаза Хантера к другому. -Двери сами по себе не хлопают, и умершие дети просто так не плачут. Это все взаимосвязано, и все реально, — Хантер медленно выпрямился, продолжая смотреть на одноклассника, — и это ждет каждого, кто зайдет в поместье Довентри. -Это правда, — неожиданный и непонятно откуда взявшийся и кому принадлежавший голос заткнул сразу обоих, заставив подавиться словами. Хантер резко обернулся на выход из гаража, а Ноэль даже встал, подскочив и тоже уставившись на девушку, ту самую, что заинтересованное и болезненнее всех слушала рассказ Хантера. Чего она осталась и не ушла, Ноэль пока не понимал. -Испугался? — усмехнулся Хантер, скривив губы и покосившись на Ноэль. -Заткнись, — Дьюртон не сильно пихнул его в бок, шикнув и снова посмотрев на девушку, — ты кто такая? И чего не ушла? Все давно разошлись. -Я не ушла, потому что услышала ваш разговор, — пояснила она, сделав два шага и обходя стулья, стоявшие в центре, — вы тут спорили насчет призраков, и я просто поняла, что у тебя, Хантер, просто не получится его переубедить. Он не поверит, пока сам не почувствует все это на своей коже. -Ты меня напрягаешь, -честно признался Ноэль, глядя на эту бледную девушку с длинными черными волосами, не уложенными совершенно, просто висящими по плечам к груди. Серьезно, она будто из могилы вышла. -Дьюртон, где твои манеры, — прошептал Хантер, посмеявшись, — о да, я так и понял. Он слишком скептик, но я привык, всегда пытаюсь его переубедить в чем-либо и ничего не получается, — Хантер пожал плечами и приятно улыбнулся девушке. У той даже мускул на лице не дрогнул. -Я — одна из тех детей, что присутствовали на той экскурсии, — спокойно сказала она, и у Хантера с этими словами аж глаза заблестели, Ноэль бы ужаснулся, если бы увидел это. Но он был слишком занят, пытаясь понять, что ей было нужно, — ты описал все приблизительно так, как оно и было, но поверьте, тогда, в тот день происходило гораздо больше, и на словах это просто не передать. На словах это просто страшилка, рассказать все так, как было, у тебя никогда не получиться. -Прости, как тебя зовут? — произнес Хантер, сделав шаг к девушке. Та облизнула губы и тоже сделала шаг к нему, перебирая пальцами одной руки ворот своего пальто. -Меня зовут Джия. -Джия, окей. Слушай, меня ведь там не было, и я всего лишь рассказчик. Собираю факты и рассказываю их так, как нужно, чтобы привлечь народ к себе и отпугнуть от поместья, — Хантер пожал плечами, — и, знаешь, за все это время ты не первая, кто говорит о том, что он был участником той экскурсии. Только все то было враньем. -Решать тебе, вот только я никого не пытаюсь обмануть, — спокойно сказала Джия, вдруг посмотрев на Ноэль, — я вообще никому об этом так-то и не говорила. Ну, кроме психотерапевта. Просто решила сходить на это твое представление и решила, что у всех сложилось вовсе не то впечатление, которое должно. Потому что они все сошли бы с ума от страха, а не просто были бы шокированы и заинтригованы. -Что ты там видела? — утробным голосом спросил Хантер, переглянувшись с Ноэль, который сложил руки на груди, даже вздохнув, всем видом показывая, что он не поверит ни в одно произнесенное слово. И Джия смотрела сейчас только на Ноэль, будто гипнотизируя этого скептичного парня. -Двери тогда не стучали. Они с грохотом открывались и закрывались, и так громко, что мы даже не слышали криков друг друга. Дом, казалось, настигло землетрясение, что-то где-то падало, звенело, стучало, грохотало. Все так быстро разделились, что никто даже не понял, куда забрел и как оттуда выбраться. Можете себе представить? Вот вы стоите у выхода, секунда и вы в глубине комнаты, у вас кружится голова, стены идут ходом, вы бежите, спотыкаетесь, но почему-то не падаете, только бежите, потому что ужасно боитесь. А воздуха будто мало. Даже дышать трудно. Бежите по коридору, а он будто удлиняется и удлиняется, ему вообще нет конца. И тут слышите…- Джия подняла вверх указательным палец, замолкнув, — смех… и не такой, чтобы подумать, что это смеется тот, кто бежит рядом. Смех раскатистый, злой и с эхом, будто смеются стены или сам дом. И он будто бежит за вами, потому что становится все громче и громче. А потом он обрывается и вы слышите вопли, не женские и не мужские, вообще непонятные вопли, душераздирающие и громкие, рвущие перепонки. И плач, потом был плач, да. Но его я вспоминать вообще не хочу…- она покачала головой, как-то подавленно глядя на Хантера, а тот не отрывал от находки взгляда, сверкая глазами. -Вы не могли найти выход? Джия покачала головой, сглотнув. -Когда мы нашли лестницу, я ломанулась к ней, хотя прекрасно помнила, что вообще не поднималась ни разу с тех пор, как оказалась в доме. А мы были на втором этаже. Попробовали спуститься, но все ступеньки будто исчезли. Понимаете? Их не было! Это как… как… как галлюцинация, — громко выдала она, сама же испугавшись своего голоса. Ноэль поморщился от непонимания, ведь любому тупому было бы ясно, какой же это бред.- Там весь дом усыпан картинами каких-то людей и пейзажей. И все это ожило, такое ощущение, что картины смеялись тоже. И эти цепи… они звенели в каждой комнате, и ветер, и звук шагов и какие-то слова, кто-то заставлял нас уйти, но не давал этого сделать, все время сбивая с пути. Мне казалось, мы пробыли там около пяти часов, но на самом деле не прошло и получасу, — Джия большими черными глазами посмотрела на парней и громко вздохнула, прикрыв глаза и успокаиваясь. Хантер это заметил, и его даже передернуло от услышанного. Он многозначительно посмотрел на Ноэль. Но его встретил все тот же скептичный взгляд. -Это бред, — прошептал одними губами Дьюртон, зачесывая одной рукой свою челку назад. При этом выглядел он так, будто просто пытался убедить сам себя, Хантер это уловил. -Джия, ты- находка. Твои слова на вес — золото, — произнес Хантер, улыбнувшись девушке, -ты могла бы зарабатывать деньги, рассказывая все это вместе со мной. Джия внезапно усмехнулась, скривив губы и склонив голову к плечу. -В том-то и дело, Хантер, что это всего лишь рассказы. И я сейчас всего лишь рассказала. Это все слова. Это не понять, если не увидеть. Это перепугало меня до смерти, а ты на этом деньги зарабатываешь. Даже не втягивай меня в это, — проговорила девушка, которая сама походила на привидение всем своим видом, накидывая пальто на плечи и медленно отходя к выходу из гаража, дверь которого была открыта, — я просто рассказала все это вам, потому что он не верит. Значит для него ничего не значат мои слова. Да и мне не надо, чтобы меня понимали. Я просто сказала, что видела, вот и все. Может быть, теперь, Хантер, твои рассказы станут намного ярче, хотя…- Джия подняла глаза на Хантера, покачав головой, — сомневаюсь. Хантер только улыбнулся ей вслед, никак не реагируя на это не прямое оскорбление, все-таки она была права. Он просто поверил ей. А если он поверил в то, что она действительно была в тот день в доме, значит, она по осведомленности была выше него. И, значит, ей реально было виднее. Тем более у нее был такой вид, будто бы она реально пережила нечто такое, что заставило ее нехило испугаться. Хантер даже вдохновился. Он обязательно включит то упоминание про лестницу, про которую ему рассказала Джия. -И теперь не веришь? — хмыкнул Хантер, посмотрев на Ноэль ироничным взглядом. Дьюртон только облизал губы и взял со стула свое совсем не грубое мужское пальто, и, расправив его, накинул себе на плечи, просовывая руки в рукава. -И теперь. Призраков не существует, это выдумки, — сказал меланхолично он, застегивая пуговицы. -Господи, мне иногда тебя придушить хочется, — простонал Хантер, закатывая глаза. Это было правдой. Иногда реально хотелось сомкнуть пальцы на этой тонкой шее. -Знаешь, что? — вдруг спросил Ноэль, застегнув серое пальто и повернувшись к Хантеру, тряхнув при этом небрежно волосами.- А я пойду и проверю, и дело с концом. -Куда пойдешь? — не понял Хантер, посмотрев со смешком на его волосы, которые легли совсем не так, как нужно, а одна прядь лежала уж совсем забавно не на той стороне. У Дьюртона были шикарные светло-пшеничные волосы, пока он их не обрезал под каре, которое его вообще не слушалось. -На Тисовы холмы. Мне туда от моего дома минут пять. Зайду в Довентри и испытываю весь гнев призраков на себе. И если ничего со мной не случится, ты прекратишь пугать народ своими выдумками. Идет? — быстро предложил Ноэль, дернув бровями и выставив руку вперед ребром. Хантер покосился на нее, как ошалелый. -Ты спятил. -Нет, я просто докажу тебе, какой это все бред. -Да тебе смелости не хватит, всю жизнь трусом был. -Может, я и боюсь лезть в драки, но бояться зайти в просто старый и пустой дом слишком абсурдно, — сказал Ноэль, все еще протягивая Хантеру руку. И тот ее неохотно, неуверенно, но пожал. Дьюртону вечно что-то ударяло в голову. Вот только он это что-то почти всегда не доводил до конца. Ноэль выразительно улыбнулся, обнажив зубы и скобки, которые ему поставили уже давно. Хантер вечно засматривался на них, когда Дьюртон открывал рот или улыбался, они блестели и вообще шли ему. Редкий случай. -Окей, идет, — Хантер пожал плечами, улыбнувшись.- Вот только не зарекайся раньше времени, трусишка, призраки не любят, когда их принижают, — каким-то детским тоном проговорил он, подняв руки и тронув пальцами волосы Ноэль, укладывая их так, как нужно. Ноэль подождал немного, а потом ударил руками по рукам друга, который заржал, закрыв глаза. *** -Ты веришь в призраков? — спросил Ноэль, понимая, у кого он это спрашивал. Понимал и все равно спрашивал. Возможно, ему просто хотелось знать, что не весь город помешался на несуществующих призраках Довентри. -У тебя температура? -Нет, мам, — вздохнул Ноэль, прислонившись плечом к косяку небольшой, но уютной кухни. Здесь опять пахло чем-то вкусным, но явно еще не приготовленным до конца. На самом деле, его мама очень медленно готовила. Потому что в перерывах находила еще несколько работ и делала все одновременно, как робот. Из-за этого они как-то редко общались с Ноэль, но все равно он находил свободные минуты, чтобы поговорить с матерью или отчимом хоть о чем-нибудь, лишь бы не терять с ними и так тонкую связь. Но это было только тогда, когда они были дома. Чаще чета Дьюртон ночевала прямо на работе, в центральной больнице на другом конце города. Как-то Ноэль рассказывали, что вся его семья, все предки работали в этой больнице, а его прапрапрадед даже был первым ее врачом-хирургом. Это же и было будущим Ноэль, которое ему приготовили еще до его рождения. Так было, похоже, только с ним. Младшим же детям Дьюртон предоставляли выбор. Ему —нет. -Тогда почему ты спрашиваешь такие глупые вещи, Ноэль? — миссис Дьюртон приподняла брови, которых не было видно за ее пышной светлой челкой, и посмотрела на сына довольно подозрительным взглядом, потому что всегда, когда ее старший сын говорил о подобных вещах, она начинала задумываться об алкоголизме, наркотиках и о его друге Хантере, который без сомнений в этом всем виноват. -Да нет, мам, я тоже не верю во весь этот бред, просто мне интересно было твое мнение…- проговорил Ноэль, перемнувшись с ноги на ногу и опустив взгляд в пол, не выдержав слишком пристального взгляда матери. К счастью, она его довольно быстро отвела, повернувшись к плите. -Нет в Довентри никаких призраков. И быть не может. Это просто не подчиняется законам природы, а, значит, и реальностью быть тоже не может, — миссис Дьюртон смахнула с лица волосы, потянувшись к полке, а Ноэль покусал нижнюю губу, посмотрев в окно. Рядом крутился надоедливый младший брат, который внимательно слушал их разговор, переводя взгляд от мамы на брата и обратно. Внешне, в отличие от сестры, он очень походил на свою мать. А значит, и на Ноэль, который просто был ее копией в молодости. У старшего сына Дьюртонов было миловидное лицо, и хрупкое, худое, но длинное тело, что уже зарекомендовало его в глазах знакомых, как не самого лучшего бойца и человека, которого просто жалко тронуть, вдруг сломается. Хантер был прав в одном. Ноэль действительно был трусом. Он боялся драк и боялся на кого-то нарываться, потому что знал, что сдачи дать не сможет, а боль ему не слишком нравилась. Он и с Хантером-то познакомился почти в первый день, как тот перевелся в его класс и защитил его от хулиганов, приставших на улице. С тех пор прошло два года, и их дружба еще ни разу не пошатнулась. Одно время он носил длинные волосы, и бабушка всегда говорила ему, как сильно он похож на ее дочь, только вот она была единственной, кому это нравилось, потому что остальные считали Ноэль человеком не очень традиционной ориентации, и в местном быдле он вызывал только презрение. Ноэль не волновало вообще-то мнение других, но волосы он все равно отрезал, сославшись на то, что они ему мешали. -О чем речь? — спросил зашедший на кухню старший Дьюртон, снимая очки и протирая пальцами уставшие и как всегда красные глаза. Ноэль покосился на него, пропустив его мимо себя. -О призраках Довентри. Ноэль решил узнать у мамы, верит ли она в них или нет, — сказал младший брат Ноэль, усевшись на кухонный диван возле окна, — помнишь, помнишь ты рассказывал мне, па? Ну, про твоего друга, которого они напугали. -Что-что ты рассказывал нашему сыну? — меланхолично проговорила миссис Дьюртон, отбирая у мужа очки и надевая их на нос, читая что-то на упаковке с приправой. -Всего лишь безобидную историю, которая случилась с Андерсоном недавно, — так же меланхолично ответил ее муж, подходя к холодильнику и открыв его, нагнувшись вниз за соком. -Его напугали призраки? — иронично произнес Ноэль, чуть приподняв брови. -До смерти, — шепотом заверил его младший брат, противно осклабившись. У Ноэль даже губа дернулась не слишком приятно от этой улыбки младшего брата. -Ну, во-первых, не до смерти. А, во-вторых, не известно еще, кто там был, хотя сам Андерс уверен, что это были именно призраки Довентри, — сказал отец, повернувшись к сыну и пасынку, наливая в стакан сока.- Он сказал, что дом будто с ума сошел, и еще недавно тихий и пустой, наполнился грохочущими звуками и завываниями. Еще что-то упоминал про то, что двери во всех комнатах принялись будто по волшебству открываться и закрываться. -Что за… чушь, — проговорила отстраненно миссис Дьюртон, которая не верила ни в каких призраков и даже в Бога, как и ее муж. А вот Ноэль стало как-то… странно. Он даже нахмурился, пристально посмотрев на отчима, потому что то, что произошло якобы с его другом, слишком походило на то, что рассказывала им с Хантером сегодня днем Джия. -В любом случае, призраков не существует. Тем более в Довентри, безобидном особняке, который из-за всяких слухов теперь просто служит обузой городу, не приносящей никакой пользы, — фыркнул мистер Дьюртон, подходя к окну и закрывая жалюзи, потому что уже стемнело, а сидеть, как в аквариуме, этой семье не нравилось. -А Хантер свято верит в призраков Довентри. Серьезно, он даже опасается их и никогда не ходит слишком близко к Тисовым холмам, представляете? — сказал Ноэль, сделав паузу, но никакой реакции со стороны родителей не последовало. Все продолжили заниматься своими делами, — вот сегодня, например, он, как всегда, рассказывал школьникам эти легенды, которые собирал по всему городу. Так вот. Все тоже в это верят. Все помешались, весь город помешался, ну какие могут быть призраки? Такое ощущение, что людям просто необходимо во что-то верить, вот и все. Мы даже спорили с ним на эту тему, а потом к нам подошла девушка, Джия, и начала рассказывать про то, что она — одна из учеников, что были на той самой экскурсии. Помните, тогда весь город на ушах стоял? Начала рассказывать нереальные вещи, а Хантер ей, как наивный поверил. Мне кажется она даже пыталась меня запугать. Потому что я не верю в этот бред, а говорила она про слишком уж нереальные вещи…- Ноэль замолк, продолжая смотреть на родителей с какой-то то ли усталостью, то ли обреченностью, опустив плечи и прислонившись виском к косяку. Миссис Дьюртон продолжала возиться у плиты, только иногда кивая словам сына, а мистер Дьюртон вообще сел, достав свой ноутбук и положив рядом фрукты, вертя в руке яблоко. -Знаете, почему она пыталась меня запугать? — спросил как-то хитро Ноэль, не понимая, кому он это вообще говорит. Стенам? Быть может, собаке, что крутилась под ногами? — потому что я собираюсь пойти к Тисовым холмам прямо к дому Довентри. И зайти внутрь. Совершенно один. Ну так… посмотреть, может, там пристанище наркоманов какое-нибудь, а все призраков бояться…- в голосе Ноэль просочилась какая-то ирония, он специально сгущал краски, наблюдая за родителями и в который раз замечая, что те вообще не слышали ничего, что он говорил в такие моменты. Его будто не существовало. И он только лишний раз в этом сейчас убедился. -У меня завтра три операции, а бумаги до сих пор не подписаны, — вдруг пожаловался мистер Дьюртон, внимательно смотря в свой ноутбук. -Я займусь этим, не волнуйся, — заверила его меланхоличным голосом жена, быстро подходя к раковине. Ноэль ничего больше не сказал родителям. Только закатил глаза и выразительно развернулся, направившись быстрыми шагами к лестнице. Главного, все же, он от них добился. Они не верили во всю эту чепуху с призраками Довентри. Значит, он родился в адекватной семье. Или просто в семье врачей, которым в это верить в принципе было странно, на самом деле. И сам он как будущий врач, просто поражался тому, какие легенды ходят вокруг безобидного особняка. -Глупо не верить в призраков, — брат догнал его на лестнице, даже опередив и встав перед ним, противно ухмыляясь. Ноэль остановился, убийственным взглядом на брата посмотрев. -Поучи меня жизни, — хмыкнул он, заправив прядь волос за ухо и одернув свой свитер, в котором в доме вообще было жарко. Но уж слишком он любил этот синий и связанный уже умершей бабушкой свитер. -В Довентри есть призраки.- не унимался брат, — я слышал, именно они зажигают свет каждую ночь на последнем этаже. Кроваво-красный. У тебя даже одно окно выходит на особняк Довентри. Но ты никогда не видел то, как в нем загорается свет. Почему, если ты не веришь в это, у тебя шторы все время задернуты с этой стороны? -Мне не нравится вид из этого окна, — Ноэль повел плечом, сложив руки на груди. Он ненавидел младшего брата за это. За его надоедливость, а еще и за наблюдательность. Был в комнате Ноэль всего пару раз, а заметил, что шторы на окне, из которого открывается вид на особняк, всегда задернуты. -Ну да, вид не нравится, — усмехнулся брат, чуть приподняв брови, — ты сам подсознательно в это веришь. Потому что в них невозможно не верить, призраки семьи Довентри- часть города уже. -Надо же, тебе уже 13 лет, а ты до сих пор веришь в эти байки про призраков. А Бугимэна тоже до сих пор боишься? — усмехнулся Ноэль, обойдя брата и оставляя его позади, на лестнице, направившись к своей комнате. -Ничего я не боюсь, — громко заверил брат, раздраженно повторяя за братом движение, заправив светлые волосы, которые спускались до самых плеч, за уши, — а вот ты боишься. Ты всего боишься, только врешь все время. В ответ брату Ноэль только закрыл дверь с особой силой, громко, заставив младшего подавиться собственными словами. В стену тут же три раза постучала сестра, возмутившись грохоту. Эта мелкая стерва не нравилась Ноэль даже больше, чем брат. Потому что она была копией отчима. Маленькая, но уже до смерти просто напоминавшая его своими каштановыми волосами и темными-темными глазами, которые на солнце казались ярко-рыжими, словно у вампира из «Сумерек». Аннабэт — так звали эту капризную стерву. Что за тупое имя? Хуже только у Ноэль, который вообще не представляет, под чем была мама, назвавшая его так. Но он все равно был благодарен, что его хотя бы не звали Джон или Крис. Когда время приблизилось к ночи, Ноэль вышел из душа, накидывая на голову полотенце и взъерошивая волосы, чтобы они просохли. Он закрыл ногой дверь комнаты, как всегда, чтобы побесить сестру, и, как ожидалось, услышал почти сразу же раздраженный стук в стену. Ноэль даже улыбнулся и прошел дальше в комнату, включая лампу на столе и падая на стул, выводя компьютер из спящего режима. Потом он понял, что в комнате было слишком холодно, и снова встал, чтобы закрыть окно, что было прямо над его кроватью. Перед тем, как его закрыть, он посмотрел в него на темный двор своего дома и, не найдя там ничего занимательного и странного, все же отошел от него, поймав себя на мысли, что занимается совсем уже тупыми делами. Он встал посреди комнаты, задумавшись, а потом медленно перевел глаза на окно, что было рядом с его компьютерным столом. Оно всегда было задернуто лазурными шторами, Ноэль никогда не открывал его и сам не знал, почему. Вид на Тисовы холмы ему действительно не нравился. Там постоянно был туман, обволакивающий голые деревья и поместье Довентри, и смотрелось это не слишком дружелюбно и прекрасно. Ноэль сам не заметил, как вздрогнул, то ли от холода, то ли от того, что у него засосало под ложечкой. Он подошел к этому окну, решив не страдать паранойей, ведь он же не Хантер. Его байками о призраках семьи Довентри не напугать. Ноэль взялся рукой за шторы, сжав ее пальцами, и помедлил немного, покусав губу. А потом все-таки дернул штору в сторону, закрыв глаза и поняв, что он уже это сделал и ничего не произошло. Тогда он открыл глаза, уставившись в темноту, освещаемую только полумесяцем, свет которой падал на Тисовы холмы, которые было не пересчитать, и на поместье Довентри, утопавшее в тумане. Темное и мрачное здание в готическом стиле не пугало Ноэль. Оно было даже красивым в каком-то особом смысле. И он, пожалуй, больше не будет задергивать шторы, это действительно выглядело странно для его веры в то, что призраков не существует. Ноэль хотел кое-что проверить. Он взглянул на часы, обернувшись. Было 11:57, а таинственный свет на последнем этаже особняка загорался именно в полночь. Тогда Ноэль и уставился на самое верхнее окошко треугольной формы, которое было скорее на чердаке, чем на третьем этаже. Он сверлил взглядом это окно, слушая удары собственного сердца и тиканье часов, звуки которых совпадали по ритмичности. На первый взгляд казалось, что свет в особняке даже не собирался загораться. Холмы по-прежнему спали, Довентри утопал в тумане и темноте. Все было тихо. Но чем дольше Ноэль смотрел на этот особняк, тем четче ему казалось, что кто-то там, в одном из окон так же наблюдает за ним, не отрывая взгляда, стоя прямо у окна. Абсурдно, но слишком уж четким было это ощущение. Часы внизу пробили полночь, и Ноэль вздрогнул, оживившись и посмотрев и на своим часы — на них тоже была полночь, и Дьюртон был уже уверен в том, что легенды действительно были полным бредом. Даже та самая легенда про красный свет, горящий каждую ночь. Он действительно так думал, пока в поместье Довентри, на самом последнем этаже в треугольном и небольшом окне, не зажегся совсем тусклый кроваво-красный свет — единственное яркое пятно, светящее с Тисовых холмов.