Shelter. Blood will out.

-Ты вообще спал? Выглядишь ужасно, — Аннабэт скорчила гримасу, наблюдая за суетливым старшим братом, который, держа зубами бутерброд, засовывал учебники в свою сумку, в то время как она спокойно сидела за барной стойкой на высоком стуле, держа перед собой телефон, но не смотря на него вообще. Тут зрелище было поинтереснее. Ноэль, по ее мнению, вообще был не ахти на внешность, но иногда он умудрялся выглядеть е.щ.е. хуже, чем всегда. И сейчас был как раз-таки этот случай. Старший из трех детей Дьюртонов явно опаздывал на первый урок, которого у Аннабэт не было, но даже она, поспав меньше, чем могла, выглядела намного лучше, чем ее брат, бегающий по дому, собирающий какие-то вещи, учебники и умудряющийся есть и пить на ходу. Он еле разлеплял свои сонные и отчего-то красные глаза и выглядел еще бледнее, чем обычно, а еле заметные круги под глазами придавали ему очень болезненный вид. Полурастегнутый кардиган с небрежно засученными рукавами наталкивал Аннабэт на мысль, что сначала Ноэль надел его шиворот- навыворот, а потом раздраженно переодел, не захотев полностью его застегивать. Расческу, которая была у него в руках пять минут назад, он брал будто бы для вида, потому что высохшие после душа волосы без укладки совершенно не лежали, как надо, и выглядели какими-то потрепанными, будто он только что проснулся. Хотя была в этом доля правды, он действительно проснулся часа пол назад, не услышав три будильника. Вообще, это утро было достаточно спокойным, если не считать метающегося из угла в угол Ноэль, за которым наблюдать было очень забавно, но не без скепсиса на лице. -Прошу, не заставляй меня разговаривать с тобой с самого утра, — буркнул в ответ сестре Ноэль спустя несколько минут, она даже успела забыть, что именно ему говорила и на что он ответил. -Ты че-то тормозишь, — монотонно проговорила она, поднеся кружку с кофе во рту и отпив немного, сразу же поморщившись, потому что забыла положить в него сахар. Несколько квадратных кусочков быстро отправились в большую чашку, — реально, что ли, всю ночь не спал? Не понимаю, что можно делать всю ночь напролет, чтобы утром выглядеть вот так. Хотя нет, я догадываюсь. Дрочил всю ночь на порнушку, представляя себя на месте порнозвезд? Аннабэт посмеялась со своей шутки и снова попробовала свой кофе, одобрительно дернув подведенными карандашом бровями. Ноэль вынул изо рта бутерброд, закатив глаза так сильно, что ему показалось, будто он только что видел свой мозг. -Конечно, Энн, — с фальшью кивнул он, нагибаясь и завязывая шнурки на своих ботинках, — я же не сплю со всеми, кто предложит, мне же надо как-то удовлетворять себя. -А тебе предлагают? — во вселенским скепсисом спросила она, уставившись в телефон и быстро что-то печатая. Наверное, снова рассказывала подружкам, каким ее брат был идиотом. Она часто так делала. Ноэль ничего на это не ответил, только раздраженно вздохнул, решив игнорировать сестру, чтобы не портить себе настроение с утра. На самом деле, оно и так было немного испорчено, потому что он просидел на полу своей комнаты, слушая музыку, до пяти утра, а оставшиеся три часа просто пролежал в кровати, ворочаясь из стороны в сторону и просто умоляя себя уже заснуть. Ему все мешало. Сначала в комнате было слишком жарко, и ему пришлось открыть окно. Через полчаса он замерз, и окно опять пришлось закрыть. Подушка именно в эту ночь была жутко не удобной, и в конце концов он кинул ее на пол, подложив под голову одну из тех, которые обычно он клал на кровать, когда полностью ее заправлял, для красоты. Не то чтобы он чувствовал себя очень бодро этой ночью, скорее наоборот. Он был очень уставшим, но организм отказывался засыпать, посылая разные мысли ему в голову, которые становились какими-то навязчивыми и даже громкими, от них было буквально не отделаться. Спустя некоторое время Ноэль понял, что ему жутко мешает свет на последнем этаже Довентри, который заглядывает к нему в комнату и который было видно с его кровати. И ему снова пришлось вставать и задергивать шторы, отчего комната погрузилась в полный мрак. Он попытался просто лежать и не думать ни о чем, ровно дыша и расслабляясь, но и это у него не выходило, потому что именно в эту ночь ему нужно было подумать о всех тех вещах, о которых он не смог подумать в любой другой момент. В итоге он так и не заснул. Ну, может быть, на полчаса, потому что будильники он каким-то образом вообще не услышал и чуть не проспал. После таких ночей настроение всегда паршивое, и очень хочется ударить первого, кто попадется на пути, но меланхоличный в большинстве случаев Ноэль предпочитал игнорировать или иронизировать, как только что со своей сестрой. Аннабэт еще несколько минут сидела спокойно и тихо, общаясь с кем-то по телефону, а потом вдруг нахмурилась и с хлопком опустила телефон на стол, уставившись на Ноэль, который снова схватил расческу, в другой руке держа большой стакан апельсинового сока. -И вообще-то я не сплю со всеми, кто предложит, — с неким возмущением выдала она, а Ноэль чуть не подавился соком от смеха. -Уже не актуально. Ты сама тормозишь, как не знаю, что. Но у тебя это по жизни. Печальная история, — с долей притворного сожаления проговорил Ноэль, успев сказать то, что хотел, как раз до того, как его мать вошла в кухню, встав у кофемашины и взяв чашку. -Ноэль, поешь, пожалуйста, спокойно, у тебя есть еще десять минут, — сказала она, оглянувшись на сына, который пытался выполнить 15 дел сразу в очень сонном состоянии. Ноэль пробормотал ей что-то очень непонятное в ответ из-за того, что пережевывал в это время еду, и миссис Дьюртон, не уловив, вопросительно выгнула бровь, одними губами переспросив: «что?». -Он не хочет сломя голову нестись в школу, — пояснила Аннабэт, и Ноэль щелкнул пальцами, обозначая, что сестра правильно поняла, что он имел в виду, — в таком состоянии он сможет только ползти, — ехидно добавила она, не почувствовав, как ее убили взглядом. Ноэль подошел к зеркалу, что висело у кухни в коридоре, по пути столкнувшись с Мэдиссоном, который ничего ему не сказал, медленно зайдя в кухню. -Можно я не пойду сегодня в школу? — спросил он у матери, которая обернулась, окинув оценивающим на предмет болезни взглядом своего младшего сына. Ноэль, который услышал это, приподнял брови, услышав подобное от Мэдисса впервые, но потом он только покачал головой, решив, что это точно не его дело. -С какой стати? — миссис Дьюртон поправила на носу очки, полностью отвернувшись от своей кофемашины и переключив все внимание на Мэдиссона, который стоял у входа в кухню и выглядел примерно так же, как не выспавшийся Ноэль. -Я не хочу. Очень не хочу, — Аннабэт, которая только делала вид, что уткнулась в свой телефон, сама смотрела на Мэдиссона все с тем же великим скепсисом, выгнув одну бровь так, что на лбу нарисовались морщинки. -Если бы каждый из нас делал то, что ему хочется, представь, что было бы, Мэдиссон, — строго сказала миссис Дьюртон, устало пожав плечами. Пускай раньше, когда все трое детей были младше, собрать их в школу было сложнее, но тогда они хотя бы не выдавали подобного за десять минут до выхода. -Всего лишь один день, мне ничего от этого не будет… -Не глупи, — перебила она Мэдиссона, покачав головой, — ты должен ходить в школу, как и все остальные. -Но ты позволяла остаться дома Ноэль, когда он хотел, — снова попытался аргументировать все многими вещами, которые позволялись Ноэль, Мэдиссон, но на матери это не работало совершенно. -Ноэль никогда не оставался без причины. -У меня тоже есть причина, я просто не хочу никуда идти сегодня. -Ты плохо себя чувствуешь? У тебя жар, невыносимая боль в животе, высокое давление? — быстро спросила мать, внимательно глядя на сына, который даже растерялся, покачав головой, — с тобой все в порядке, и это очень хорошо. Ты можешь идти в школу, значит, ты в нее пойдешь. А сейчас не задерживайся до поздна и иди возьми все свои учебники. -Я ненавижу тебя в такие моменты, — тихо проговорил Мэдиссон, прежде чем развернуться и с раздражением выйти из кухни. Ноэль проводил брата непонимающим взглядом и снял с вешалки свое пальто, вспомнив, что оставил сумку в кухне и вернувшись за ней. Миссис Дьюртон громко вздохнула и дотронулась рукой до лба, когда Мэдиссон сказал ей свою последнюю фразу, но ничего не ответила ему, чтобы не усугублять конфликт, потому что на любые ссоры или повышение голоса Мэдиссон просто молчал и запирался в себе на несколько дней, бойкотируя весь дом, и это было просто невыносимо. Ее поражало такое поведение младшего сына, который из всех трех детей, был наиболее близок с ней с самого детства. Мэдиссон был таким же спокойным, как Ноэль, но иногда казался миссис Дьюртон даже разумнее его в некоторых вещах, она все думала, что он был развит не по годам и имел взрослый разум для своих 13 лет. Но иногда он выкидывал подобные вещи, и она совершенно не понимала, как с этим справляться и почему он так себя ведет. -Ноэль, — остановила его миссис Дьюртон, когда тот закинул сумку на плечо и принялся застегивать пальто. Ноэль поднял на мать сонный и уставший от всего взгляд, — проследи, чтобы он дошел до школы, он может не послушаться. -Я что ему нянька? — дернув губой, спросил Ноэль, который не был в восторге от такой перспективы, — с чего вдруг мне это делать? -Потому что я так сказала, — отрезала она, устало покачав головой и снова отвернувшись к окну, поднимая чашку в кофе, — вам все равно в одну школу идти, я не понимаю, в чем проблема. Ноэль хотелось выхватить у матери эту чашку с горячим кофе и запустить ее куда-нибудь или в кого-нибудь, это бы отразило его настроение сейчас и все его большое желание тащиться в школу с младшим братом. Но, вместо этого, он только закатил глаза и, сжав губы так, что они впились в скобки на зубах, вышел в кухни, решив подождать Мэдисса снаружи. Конечно, ему было не сложно. Просто конкретно сейчас ему казалось, что лучше бы ему было остаться одному на некоторое время. Но так практически и вышло. Потому что шли они в школу очень странно. Шел, казалось, только Ноэль, а Мэдиссон скорее тащился, глядя в худую спину брата своим спокойным взглядом и то и дело поправляя руками свои светлые волосы, которые приподнимал промозглый осенний ветер. Дорога в школу лежала через городской парк, состоящий в общем-то из одной большой аллеи, по бокам которой выстроились деревья, которые сейчас были практически голыми, потеряв все свои желтые листья, взлетающие сейчас в воздух от шаркающей и какой-то ленивой походки Мэдиссона. Ноэль еще давно заметил, что брат отстал от него на несколько внушительных шагов, но он все думал, что тот догонит его как-нибудь, вот только Мэдисс, похоже, не собирался этого делать. Он слышал позади себя шаркающую походку брата, которая не давала ему забыть о том, что он шел по этой аллее не один и не может в гордом одиночестве погрузиться в собственные мысли. Вскоре Ноэль стало совсем не по себе, и он остановился, обернувшись и посмотрев прямо на Мэдисса, который, не ожидав, очень резко затормозил, пошатнувшись. -Почему ты всегда создаешь проблемы? — спросил Ноэль, разведя руки в стороны, и из-за этого движения лямка сумки спала с его плеча до сгиба локтя, и ему пришлось с неким раздражением ее поправить. Мэдисс сдвинул брови на переносице, посмотрев на брата как-то исподлобья, но не обиженно, скорее непонимающе.- Если ты не хотел никуда идти, почему ты просто не притворился больным? Почему не сказал матери, что у тебя до обморока болит живот, когда она спрашивала? -Я не умею врать, она и так бы поняла, что это просто ложь. Она всегда знает, когда я пытаюсь врать, — повысив голос, чтобы Ноэль услышал, сказал Мэдисс, сложив руки на груди и закрыв ими расстегнутую длинную куртку. -Вместо этого тебе нужно создать ссору на пустом месте, — сказал Ноэль в сторону, придержав рукой волосы с одной стороны, которые из-за ветра пытались закрыть его лицо. -Я не умею по-другому, пора было бы заметить уже, — назло брату кинул Мэдисс, сузив глаза и вдруг подняв руку, указав ею за спину Ноэль, на дорогу, — если ты так не хотел идти со мной… -Да в чем твоя проблема? — перебил Ноэль, но вовсе не зло и не выходя из себя, его просто удивляло, что заводился как раз-таки обычно тихий Мэдиссон. Он редко вел себя так. — …мог бы просто ускорить шаг и уйти, — проигнорировав его слова, еще громче сказал Мэдисс, глядя Ноэль в глаза. У него, в отличие от брата, было очень хорошее зрение, и он прекрасно видел его выражение лица и даже глаза, пускай между ними и было шагов 10 или все 15. -Я сейчас так и сделаю, — пообещал Ноэль, не сдвинувшись с места. -Ну так сделай! Нет, Ноэль вовсе не думал, что Мэдиссон его остановит, но он все равно не понимал такой резкой реакции с его стороны, ведь Ноэль не пытался с ним поссориться, но и плевать, судя по всему, ему тоже не было. Дьюртон даже задумался, к чему он вообще начал этот разговор с братом, когда мог спокойно в тишине дойти до школы, разделившись с ним уже на площадке. Какую цель он преследовал? Возможно, его просто раздражало, что Мэдисс тащится сзади, как обиженный ребенок, которому вообще-то не на что было обижаться. А потом он подумал, что он слишком привык к тому, что до этого все ссоры с Мэдиссом спихивал на его переходный возраст, который в этой семье (особенно по линии отчима) был каким-то ненормальным у всех. Эти перепады настроения тоже могли быть как-то с этим связаны, но Ноэль был не уверен, решив выяснить это раз и навсегда. Ноэль помедлил еще немного и действительно развернулся, небрежно и устало махнув рукой в сторону Мэдиссона, который так и продолжил стоять, пристально глядя ему в спину, будто пытаясь силой мысли остановить брата, которого только что сам прогнал. И либо это подействовало, либо Ноэль сам не смог сдержаться, отойдя всего на три внушительных шага, прежде чем снова остановиться и обернуться, поправив сумку на плече. -Меня раздражает, когда ты себя так ведешь, — поставил перед фактом младшего брата Ноэль. Тот только закатил глаза, пускай и убрал это обиженное на мир выражение лица, когда Ноэль снова остановился. -Слава Богу, а уже думал, что ничего из того, что происходит в жизни, не вызывает у тебя никаких эмоций. -Ты меня даже не знаешь, — высоким голосом громко попытался объяснить ему Ноэль, возмущенно выставив руку в сторону в непонимающем жесте. -Как и ты меня. -Ты — моя головная боль, Мэдисс. Та самая головная боль, о которой я не просил, это все, что мне нужно о тебе знать, — спокойно проговорил Ноэль, взглянув на часы, хотя и без них он понял, что они опаздывали и им лучше поторопиться. Но такими темпами они точно не дойдут до школы до обеда, хотя она была прямо за парком через главную дорогу. Ноэль хотел было уже спросить, будет ли Мэдисс и дальше так тормозить или окажет им обоим услугу и перестанет вести себя, как ребенок, как вдруг вспомнил про то, на что все это время упорно забивал, и подумал, что, возможно, дело было именно в этом, — что происходит, Мэдисс? — Мэдисс, будто не ожидав этого вопроса, немного приподнял брови в удивлении, а затем опустил глаза вниз, глядя на свою ногу, которая медленно отодвигала от себя листья.- Мэдисс, я не стану больше спрашивать. Он пожал плечами, выражая этим жестом сухое «ну и не надо», пускай это было не совсем правдой. Возможно, ему хотелось, чтобы Ноэль спросил это у него еще раз. Как будто ему не плевать. Мэдиссону не хотелось ничего объяснять сейчас и, тем более, говорить с кем-то по душам. У них с братом и сестрой были странные отношения, при которых никто и ничем не делился, потому что знал, что никого ничего не волнует. А еще все трое думали, что ни у кого нет проблем. И все отлично. -Прикрой меня, — попросил Мэдиссон, подняв взгляд на Ноэль, который уже собрался окончательно махнуть на все рукой и уйти, как и собирался. -Она же в любом случае спросит у тебя. Прикроешь? -Странно получается, — театрально выдал Ноэль, поднеся указательный палец к подбородку, — ты меня, значит, Хантеру выдаешь, а меня просишь тебя прикрыть. -Я же говорил, что это вышло не специально! -Она не узнает, — практически перебил его Ноэль, качнув головой, — иди уже. Мэдиссон, кажется, сначала не поверил, оттого и замер, глядя на Ноэль очень недоверчивым взглядом. Ноэль же перемнулся с ноги на ногу, коротко вздохнув, и резко указал рукой туда, откуда они пришли, намекая, чтобы Мэдисс поскорее уматывал отсюда, пока старший брат не передумал. На самом деле, он в любом случае бы не передумал, он ведь не был доносчиком, пускай и не любил обманывать. Мэдиссон действительно хотел прогулять сегодня школу, не важно, по какой причине, но он бы не отстал от Ноэль, пока бы не получил желаемого. А у Дьюртона явно было не то настроение, чтобы спорить. Ему очень хотелось в идеале вообще побыть одному, а брат мешал своим присутствием, которое было очень ощутимо. Он был как раз из тех людей, которых заметно даже тогда, когда они просто молчат и ничего никогда не говорят. Такие люди просто присутствуют в комнате или же идут позади кого-то, но этот кто-то все равно четко ощущает их присутствие, их взгляд, и кажется, будто они даже могут слышать их мысли или то, как работает их мозг. Непонятно, что выдавало таких людей и почему их все и всегда замечали, оборачиваясь, когда их не видно в поле зрения, и находя их за своими спинами, не особо придавая значения тому, что почувствовали человека на расстоянии без его особого участия в этом. Ноэль всегда думал, что это была атмосфера вокруг в них. И непонятно было, что именно вызывало и создавало эту самую атмосферу: их особое частое настроение, их тяжелые мысли о каких-то невероятных вещах, их взгляды или эмоции, которые лились через край. Эта атмосфера всегда обволакивала их и распространялась на тех, кто находился рядом, перебивая всякие мысли и дела. Ноэль был уверен, что стоит один раз заметить такого человека, и ты всегда будешь находить его среди толпы и чувствовать его присутствие рядом, даже когда не можешь на него посмотреть и убедиться, что это действительно он. Ноэль мысленно причислил Джила к таким людям, потому что он всегда замечал, когда Джил стоял рядом с ним или просто находился в комнате, даже когда его шагов и дыхания совершенно не было слышно. Он утверждал, что был самим домом, но что-то выделяло его из дома. Делало его заметным на фоне него. Отличие Мэдиссона от Джила было в том, что ощутимое присутствие Мэдисса мешало Ноэль в такие моменты, как этот, когда он хотел остаться один и перестать слышать чужие мысли, а в присутствии Джила же хотелось раствориться. И так бы Ноэль смог остаться наедине с собой. Даже рядом с кем-то. Ноэль не понимал, как смог высидеть целый треннинг по психологии, который был вместо первого урока. Он абсолютно не слушал, о чем говорил психолог, что он просил сделать и о чем задуматься. Ноэль смотрел в окно, на какое-то темное с утра небо, с которого совсем скоро сорвался мелкий и очень мерзкий дождь. Посреди урока Хантер написал Ноэль смс, где говорил о том, что проспал и, раз уж проспал, то решил не спешить особо, и что он будет только через час или чуть больше. «Чуть больше». Ноэль мог поклясться, что Хантер мог вообще не придти или же придти, но только уже к нему домой вечером, сказав, что он предупреждал, что будет «чуть позже». Хантер был именно таким. Беспардонным, бесшабашным, всегда делающим то, что он хочет. Ноэль часто осуждал друга за такое поведение, признавая некоторые его идеи совсем ненормальными и не стоящими того, чтобы всерьез о них думать. Но в мыслях ему все-таки хотелось бы быть на него похожим. Хоть немного. Ковальц был прямолинейным и полностью доверяющим своей интуиции и желаниям, веря, что если ему чего-то хочется, то нужно непременно это сделать, ведь себе отказывать было в принципе вредно. Ноэль же сам себе не позволял делать вот так вот все подряд, что только ему вздумается. Иногда он решал, что сегодня был именно тот день, когда пора было меняться и пересматривать взгляды на жизнь и на самого себя. Но потом все эти порывы и желания испарялись, и здравый смысл, скромность и наивность снова брали над ним вверх. Дьюртон думал, что, возможно, он просто не был рожден для такого поведения, вот и все. Ведь однажды он попробовал так себя вести и в итоге переспал с Джексоном, о чем сейчас жалеет. Хотя он до конца так и не понимал, было ли это проявлением свободы тех самых желаний или же глупости, про которую ему говорил Джил. Почему-то его словам он доверял больше, чем своим мыслям. Если это было неправильно, то, пожалуйста, Ноэль будет вести себя неправильно, сейчас это его мало волновало. Если бы только все эти треннинги по психологии могли объяснить Ноэль все эти вещи, он, возможно, был бы на процент счастлив и менее запутан в себе. Ему иногда хотелось поговорить с собой так, как люди говорят с этими самыми психологами. Ведь когда все проговариваешь вслух, вещи становятся понятнее. Просто сесть напротив зеркала и начать говорить. Выплеснуть все свои мысли насчет людей и того, что происходило в Довентри, ведь то, что там происходило, было понятно только в его стенах. Как только Ноэль выходил из этого поместья, вещи начинали казаться ему странными, и он начинал много думать о них, загоняясь и подолгу пытаясь уснуть ночами. Он бы задал себе вопрос, насколько нормальным было думать так много об одном человеке. И сам бы на него ответил, что «все зависит оттого, в какой реальности нормального ты живешь и что именно считаешь „нормальным“». Может, это подействовало бы. Единственной причиной, почему Ноэль до сих пор так не сделал, это боязнь все понять. Некоторые вещи иногда стоило оставлять в мыслях и давать им жить там. Кое-что лучше никогда не понимать, иначе это может превратиться в проблему. Дождь прекратился через урок, но что-то подсказывало Ноэль, что это было временно и скоро он опять обрушиться на город, только в этот раз уже продолжительным ливнем. Физкультура в пятницу немного утомляла, пусть даже Ноэль никогда на нее не ходил. Из-за этого у него случались постоянные проблемы с преподавателями и годовой аттестацией, но он все равно не мог сдать ни один норматив, кроме бега, нормально, поэтому, поиграв в трагедию некоторое время, преподаватели все же давали возможность Ноэль сдать годовую аттестацию каким-нибудь рефератом или присутствием на каких-нибудь соревнованиях, на которые никто никогда не ходил. Занятие всегда проходило в соседнем корпусе рядом с основным зданием школы, в которое можно было попасть, только выйдя их школы и прошлепав по лужам приличные метров 100. Ноэль явно не спешил, пускай прекрасно знал, что звонок прозвенел еще пять минут назад. Из школы-то он вышел, закутавшись в пальто и не застегивая его, свесив сумку с одного плеча и стоя за школой, где в хорошую погоду все обычно обедали и проводили большой перерыв. Сейчас же на всех столах был тонкий слой воды, а еще к ним прилипли желтые и местами уже почерневшие листья от деревьев, которые стояли по всему двору и сейчас голые и будто замерзшие не внушали никакого доверия. Только на первый взгляд казалось, будто Ноэль смотрел на них, на самом же деле он смотрел на слабые очертания Тисовых холмов прямо за ними. Сейчас холмы были будто окружены туманом и скорее казались миражом, как и дом Довентри, выделяющийся каким-то черным пятном. Прислонившись спиной к холодной стене школы и сложив руки на груди, Дьюртон меланхолично наблюдал за тем, как от ветра ветки деревьев шевелятся и размывают перед ним кратинку Тисовых холмов, намеренно игнорируя довольно внушительные звуки раскатистого грома. Он не мог выкинуть из головы вчерашний разговор, который произошел между ним и Джилом, и самого Джила, настроение которого вчера за несколько часов сменилось неизвестное количество раз. Ноэль вспомнил, как Тайлер говорил ему еще в одну из самых первых встреч, что к таким перепадам настроения Джила можно было быстро привыкнуть, но он сейчас понимал, что это было трудно. Вчера он не придал этому значения, а вспомнил только сегодня, когда думал о том, как Джил произносил ту или иную фразу. «Ты слишком редко смотришь мне в глаза» Это можно было считать замечанием? Джил сказал это так, будто это действительно было замечанием, чем-то не очень хорошим, что Ноэль нужно было исправить. Было странно услышать подобное, потому что сам Ноэль никогда не замечал за собой того, чтобы он не смотрел кому-то в глаза при разговоре, обделяя кого-то зрительным контактом. Слишком пристальные взгляды Ноэль не любил, но у Джила был вовсе не пристальный взгляд. Он скорее смотрел как-то заинтересованно, даже склоняя в бок голову и странно улыбаясь. Любой человек от этого почувствует себя странно, думая, что он сказал что-то глупое или нелепое, но Ноэль в ответ на это лишь улыбался, когда ловил глазами этот взгляд. Ему стало неловко, когда Джил попросил посмотреть на него. Ему стало б.е.з.у.м.н.о. неловко, и сейчас казалось, что он выставил себя полным идиотом. «Зачем было сжимать мою руку?» — спрашивал у себя Ноэль, выставляя руку, которую вчера сжимал Джил, перед собой и вытягивая ее чуть вверх, растопырив пальцы и внимательно глядя на свое запястье. Этот вопрос мучил его с самой ночи, не давая заснуть. Если быть точнее, Джил держал его за запястье, а не за ладонь или пальцы, это Ноэль вспомнил тоже ночью, почувствовав, как запястье даже обожгло от этого воспоминания. Ему все казалось, что Джил зачем-то мерил его пульс, пускай это было каким-то абсурдным предположением. Зачем, если так? -Мне кажется, или ты меня избегаешь? — взгляд Ноэль сфокусировался на его собственных пальцах, сквозь которые он до этого смотрел на темное и будто опустившееся к земле небо, и он моргнул, отчего окончательно упустил нужную ему мысль, только сейчас снова поймав время и вспомнив, что сейчас вообще-то шел урок, а еще собирался дождь, а еще рядом, прислонившись плечом к той же стене в шаге от Дьюртона, стоял Джексон, по-видимому, куря, раз Ноэль чувствовал запах. -Нет, не избегаю, — Ноэль как-то беспомощно опустил свою руку, еще несколько секунд смотря вверх, на небо, будто не решаясь повернуть голову и посмотреть на Джексона. Он и так видел его боковым зрением и прекрасно замечал, что он на него смотрел. Пристально, совсем не отводя взгляд. Джексон поначалу даже не понял, что Дьюртон тут делал, стоя за школой и пялясь на свою руку, которую он вытянул вверх. Потом он, конечно же, вспомнил, что Ноэль был немножко с приветом иногда, поэтому даже не придал значения, просто подойдя к нему, решив не упускать возможность, пока он его сам не заметил и не смылся куда-нибудь, что он мастерски делал последние несколько недель. Уэю надоело за ним бегать, точнее, аккуратно пытаться поймать его взглядом и не дать никуда уйти, что всегда оборачивалось крахом, поэтому он забил на время, и как только он это сделал, жизнь начинала над ним ржать, предоставляя ему Дьюртона просто на блюдечке. Во время урока на заднем дворе школы. Одного. Без своего смазливого и противного дружка Ковальца. Джексон действительно стоял очень близко, глядя на профиль Ноэль и медленно выкуривая сигарету, замечая, что его губы были немного приоткрыты, будто он до этого о чем-то глубоко думал. -Значит, не убежишь сейчас? — с какой-то издевкой в голосе уточнил Джексон, заметив, как Ноэль немного сузил глаза. Он провел языком по верхним скобкам, что Уэй прекрасно уловил взглядом, а затем быстро повернулся к Джексону, правда, не особо смотря на него. -А вот теперь избегаю, — быстро произнес Ноэль, засунув руки в карманы своего пальто и решив не испытывать удачу, а просто попытаться быстро смыться, «вспомнив» про очень важный урок физкультуры. -Подожди, — Джексон перехватил его под локоть, не медля, будто заранее зная, что он пытается уйти, и Ноэль пришлось остановиться, потому что хватка Уэя не выглядела так, будто он собирался его отпускать. Хотя он и ослабил руку, когда Ноэль с какой-то претензией посмотрел ему в глаза, это Дьюртона даже удивило. -Сейчас будет дождь. Мы оба промокнем, — не открывая глаз от глаз Уэя, «между прочим» сказал Ноэль, на что Джексон только покачал головой, вынув изо рта сигарету и выбросив ее себе под ноги. -Я думаю, пара минут у нас есть. -Я не хочу заболеть. -Мы стоим под козырьком, — отбивал все попытки Ноэль уйти Джексон, кивнув на козырек крыши, под которым они стояли. Дьюртон как-то нелепо поднял на него глаза, поверженно поджав губы и расслабив руку, за которую его держал Уэй. Он убедил себя, что в этом не было ничего смертельного. Ведь Джексон не собирается его бить. Или пытаться сделать то, что он делал в последний раз, когда они находились так близко друг к другу. Ноэль просто чувствовал себя странно рядом с ним. Ему даже казалось, что он готов, если не ударить его, то зарыдать в любую минуту. Он не знал, что с этим делать.- Ты странно себя ведешь, — выдал Джексон, осматривая его лицо так, будто пытался найти в нем ответы на свои вопросы. -Это неправда. -Значит, я все выдумал? И ты вовсе не бегаешь от меня по углам школы и не прикрываешься Ковальцем, чтобы я тебя не увидел? «Неужели это так заметно?» — на секунду подумал Ноэль, отведя от Джексона взгляд и пытаясь будто вспомнить, когда и чем он мог себя выдать. Уэй уловил эту напряженность в глазах Дьюртону и как-то нетерпеливо вздохнул, подумав, что некоторые парни совершенно не отличаются от девушек. -Дьюртон, ты и раньше не особо стремился попадаться мне на глаза, но не бегал от меня. -Ты так хочешь меня видеть, что ли? -Я не свои желания сейчас обсуждаю с тобой, так что лучше ответь на вопрос, какого черта с тобой происходит? Ноэль в какой-то степени даже не понимал этой раздраженности Уэя, а он явно сейчас старался держать себя в руках, потому что Дьюртон замечал, как иногда он крепче сжимал пальцами его локоть, через мгновение будто снова вспоминая, что он старается казаться спокойным, и ослабляя хватку. Дьюртон подумал, что раз у него не получается от него уйти, то он хотя бы узнает то, что ему хотелось узнать сразу после того, как все это произошло. Но ему не хватило духу тогда спросить об этом. -Зачем ты сделал это? -Сделал что? -Переспал со мной, -похоже, этот вопрос немного удивил Джексона, что было видно по его лицу, которое немного скривилось, а брови поползли вверх, будто он совершенно не ожидал услышать чего-то подобного от Ноэль. Вообще, по его выражению лица казалось, будто они вообще никогда не спали и вопрос Ноэль был каким-то совсем уж ненормальным. Уэй пялился еще несколько секунд в его голубые и какие-то подавленные глаза, а затем как-то быстро пожал плечами, хмыкнув. -Мне захотелось. -Я думал, ты не спишь с парнями. -А ты и не особо-то на парня похож. -Не обманывай себя, — дернув головой, «попросил» Ноэль, даже на мгновение попытавшись вырвать свою руку из руки Уэя, но тот еще сильнее сжал ее, отчего он почувствовал себя совсем подавленным и беспомощным, что ему не очень понравилось, и он попытался вырвать руку снова, — да отпусти, я не убегу. -Дьюртон, да какого черта? — громко спросил Джексон, удивляясь тому, что Ноэль дергал рукой с какой-то заметной истерией, а еще у него недовольно скривилось лицо и даже сбилось дыхание, которое стало тяжелым и быстрым.- Я не отказываюсь от того, что переспал с тобой, окей? Я сейчас просто пошутил. -Меня бесят твои шутки, Джексон. Они все совершенно не смешные, — сказал ему Ноэль, снова подняв на него взляд. Уэй хотел было снова рассказать ему, какой он зануда, не понимающий юмора, как вдруг уловил в его глазах какую-то обиженную претензию и поначалу даже не понял, какого черта она там появилась. Потом, правда, до него начало доходить. -В чем проблема? Ты был против, что ли? -А я разве говорил, что хочу этого? -Ты не особо отпирался, как я помню. -Супер. Теперь буду жить, зная, что ты переспал со мной только потому, что я был недостаточно убедителен, — Ноэль оставил попытки вывернуть свою руку из хватки Джексона, чувствуя, что начинает раздражать его. -Я сделал это, потому что хотел, Дьюртон. И я не понимаю, с чего вдруг ты ведешь себя сейчас, как обиженная баба, я думал ты этого и хотел, ты же был по уши в меня. -Джексон, когда кто-то в кого-то влюблен, это не значит, что он хочет, чтобы его брали и трахали в любое время. -Серьезно? А что это значит? — с обидным сарказмом спросил Джексон, и пусть Ноэль прекрасно слышал по его голосу, что он спрашивал это не всерьез, а просто с издевкой, он все равно не мог заставить себя реагировать на это спокойно. Уэй быстро оглянулся, чтобы убедиться, что никто не видит их сейчас и не собирается доносить директору, что он опять над кем-то издевался, потому что со стороны это явно выглядело именно так, пускай Джексон хотел просто выяснить, что происходило с Ноэль, с первым самым странным опытом Уэя, который не был таким уж и плохим. Он сделал к Ноэль разделяющий их шаг и развернул его спиной к стене, чуть прижав его к ней и не отпуская его руки. Дьюртон нервно вздохнул, но все же поднял на Уэя глаза, немного сузив их. -Разве не об этом ты писал в своем дневнике? Я дал тебе то, чего ты хотел, Дьюртон, — Ноэль внимательно смотрел ему в глаза, пытаясь убедить себя, что ему не обидно, что было полной неправдой. Пускай симпатия к Джексону и была в прошлом, ему до сих пор не было все равно на то, что он говорит. Это было клиникой, на самом деле. Наверное, ему просто было очень обидно чувствовать такую сильную влюбленность к человеку такое долгое время, чтобы потом за один день полностью разочароваться в этих чувствах. -Я не хотел, чтобы ты вот так трахал меня, Уэй. -Хочешь, чтобы я сделал это по-другому? -Нет. Мне уже ничего от тебя не нужно, — дернув головой, ответил Дьюртон, почувствовав, что ему даже стало легче, когда он сказал это вслух. Правда, Джексону, похоже, не очень-то и понравился его ответ. -Вау, как ты заговорил. Долго тренировался? -А ты ожидал, что я кинусь к тебе, прося снова трахнуть меня? Ты думал, что если ты нравишься мне, то я буду в полном восторге от секса с тобой, когда ты только этого захочешь? Ты у.н.и.з.и.л. меня, Джексон. Я найду кого-нибудь получше, потому что я не заслуживаю того, чтобы со мной так обходился кто-то, вроде тебя, — Ноэль замолчал так же резко, как начал говорить, будто подавившись последними словами. Его поразило, что он действительно сказал это вслух, и Джексон сейчас, похоже, разделял его эмоции. Он почувствовал просто дикое раздражение по отношению к Ноэль и взял уже двумя руками его за плечи, смотря на него так, будто готов был похоронить прямо здесь, на заднем дворе школы. Он был так раздражен, что даже не учел того, из-за чего именно он чувствовал себя так. Суть была в том, что ему было не плевать на то, что говорил Ноэль. Уэй, может, и понимал это где-то глубоко в душе, но явно пытался сейчас затолкать это понимание куда подальше. -Знаешь, я что-то не заметил, чтобы за тобой табунами кто-то бегал, Дьюртон, — произнес он прямо в лицо Ноэль, который быстро заморгал, сжав губы так, что они побледнели, — но, тем не менее, ты думаешь, что чего-то там заслуживаешь. Правда в том, что ты никому здесь не нужен. И никто не стремится быть с тобой. Почему, если ты такой потрясающий и классный? -А почему ты был так недоволен тем, что я от тебя бегаю, если я такой плохой и ничтожный? — тихо спросил Ноэль, чтобы Джексон не понял, что его голос готов был дрогнуть в любую минуту, потому что от этих слов глаза у него предательски заблестели. -Может быть, я первый и последний, кто вообще на тебя посмотрел, — проникновенно и так же тихо выдал Джексон, не отрывая взгляда от глаз Ноэль, которые были на мокром месте. -Это неправда… -Серьезно? Ты сам-то в это веришь? Ты стараешься казаться этаким ангелом, любезным с любым, кто просто заговорит с тобой без каких-либо намеков. Но ты всю жизнь был одиночкой, а хоть какая-то уверенность в себе у тебя проснулась только с появлением Ковальца в этой школе. Без него ты никому не интересен, и никто не собирается делать тебя «парнем своей мечты». И переспал я с тобой только… -Дай угадаю, из жалости? — Ноэль быстро поднял руку и провел пальцами по векам, стирая такие ненавистные им в этот момент слезы. Джексон на мгновение замолчал, не уверенный, продолжать ему или нет, но внутренний голос, который говорил ему, что он всегда был скотиной, перевешивал то, что ему не особо-то и хотелось это делать и задевать Ноэль еще больше, поэтому он хмыкнул, отпустив его плечи. -Из жалости. Видишь, ты и сам все понимаешь. Но зачем-то строишь из себя непонятно кого. Продолжай, раз хочешь построить себе прекрасную иллюзию, что ты кому-то нужен. Ноэль ненадолго прикрыл глаза, чтобы убедить себя, что ему не стоит отвечать Джексону и усугублять эту ссору, в ходе которой Уэй скажет ему еще больше таких вещей, которые против его воли засядут ему в голову надолго и которые будут очень обидными, ударяющими по больному месту, которое он старался никому не показывать. Поэтому он просто запахнул свое пальто, почувствовав, как поднялся ветер, предвещающий грозу, и прошел в каком-то трансе мимо Джексона, слегка толкнув его в плечо. Он убеждал себя не психовать, ведь это того не стоило. А потом он вспомнил слова Джила о том, что если его что-то расстраивает, значит, это имеет значение. И Ноэль бесило то, что это имело значение. Что эти слова вообще имели хоть какое-то значение, ведь Джексон на это и рассчитывал, когда говорил их ему. Уэй посмотрел ему в след, сжав кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Дьюртон выводил его из себя. Просто раздражал одним своим видом, но Уэй удержал себя от того, чтобы не выкрикнуть ему чего-то, он и так достаточно задел его за этот раз. И это его тоже раздражало. Он вынул еще одну сигарету из кармана и как-то нервно принялся щелкать пальцем по зажигалке, которая никак не хотела разгораться. В конце концов он выбросил ее вместе с сигаретой в ближайший мусорный бак, еще и ударив по нему ногой.