И даже лёд может растаять...

Pov Улла

— Ты меня ува-Ик-жаешь? — как вы думаете, что подразумевает эта фраза, особенно когда её говорит ПОЧТИ трезвая личность? В основном, как все уже догадались, это первый признак того, что сейчас что-то произойдет такое, от чего волосы становятся дыбом. Так вот, о чем это я? А, точно, вспомнила! Я о том, что если вам задали этот провокационный вопрос, то ни за что не ведитесь на него, а не то будет полная и жирная ЖОПА всем и всему, как в случае с моей знакомой, почти подругой, имя которой Лили Джастин. Именно после вопроса тети Каны эта милая, на первый взгляд, девушка напилась в зюзю, начала вести себя как халк (бить и крушить всё или всех, кто под руку или ногу попадется). В конечном итоге, это милое создание пришло (ну или скорее приползло) к нашему с Гвен столику и начало терроризировать меня этим тупым вопросом. — Лили, успокойся! Я тебя уважаю, но пить с тобой не буду! — у меня уже начался нервный тик. — Нет, ну ты же меня ува-Ик-жаешь? — её, что, заело? — Лили, или ты успокаиваешься, или я тебя отправлю в страну пони и единорогов. — рыкнула я. Блин, да у меня так никакого спокойствия не останется. Ещё и Гвен ржет, уткнувшись в свою книгу. Но, видимо кто-то наверху услышал мои молитвы и возле нашего столика на рисовалась новая персона. Как думаете, кто же это может быть? И это *барабанная дробь* Макс. — Привет, — спокойно поприветствовал нас парень, — что вы делаете? — О, Максик! — чё, мне послышалось, или Лили сказала Максик? Да-а, вот это поворот событий! Похоже наша милая красавица с душой дьяволицы влюблена в сына тети Эрзы. Хах, первый раз понравился парень, а он уже занят. Ну и хрен с ним, я не привыкла уводить у кого-то парней, точнее меня так мама воспитала. — Лили, да ты же пьяная в…в... вдрызг! — воскликнул Макс, подхватывая девушку на руки. — Ага, я бы сказала вдрабадан! — еле слышно усмехнулась я, правда Гвен меня услышала и иронично приподняла правую бровь, но ничего говорить не стала. Тем временем Макс тихо покрывая все матом тащил Лили на второй этаж. При виде этой картины мне стало как-то не по себе: сердце, почему-то забилось быстрее, а душа начала болеть и почему-то было такое хреновое ощущение, как будто бы меня облили, сами знаете чем (очень не приятно пахнущим). — Ну и что это было? — ехидно спросила Гвен. — Цирк! — с сарказмом откликнулась я стараясь унять внезапно возникнувшее чувство ревности, а это было именно оно. Я, честно говоря, не привыкла к таким ощущениям и не хочу привыкать. Паршивое это чувство, скажу я вам, и именно поэтому мне легче строить из себя ледышку. — Да? Надо же, а мне показалось, что кто-то ревнует! — усмехнулась сестра. — Ты бы видела, каким взглядом провожала «парочку» на второй этаж. — Ничего я не ревную! — беззлобно буркнула я. — Он тебе нравиться? — Тихо шифером шурша, едет крыша не спеша! — весело отозвалась я. Реакция на мои слова была изумительной! Гвен не просто обалдела, я вам больше скажу — она охренела! Её лицо надо было видеть: глаза размером напоминали блюдца, а челюсть пробила пол! Гвен явно не ожидала такого нестандартного ответа на, казалось бы, простой вопрос про чувства, но как я могу ответить на него нормально, если я никогда такого не испытывала? Я привыкла быть ледышкой, так ведь было проще, а теперь, я не знаю как мне быть! Влюблена ли я в Макса или же это просто симпатия? Я не знаю…       Для меня тема чувств была всегда очень сложной! Даже с мамой я не всегда показываю всё, что я ощущаю. Мне часто признавались в любви, но я видела, что ими движет не это чистое и светлое чувство, а желание подчинить, выиграть спор или же обрести славу и признание. Ведь, какой парень не мечтает доказать всем что он может заполучить любую девушку, это же так круто и почетно! Только они не думают, что при всём этом ощущает девушка, которая просто-напросто становиться жертвой их интриг и развлечений. Парням, которые мнят себя великими и могучими казановами, наплевать на всё, для них важнее победа, а не то, скольким девушкам они испортили или же испортят жизнь.       Думаете мои слова слишком пафосные? Как так может говорить человек, которому на всех наплевать? Та, кто носит маску ледышки? А разве маска это показатель? Разве мы должны судить человека по первому взгляду? Почему мы, увидев человека вешаем на него ярлыки, так и не узнав его? Да потому что это нам и не нужно, ведь мы, в первую очередь, заботимся о своем благополучии и о том, чтобы не выделяться из толпы. Как там говорят на тех, кто не такой как все? Белая ворона? Так вот, мы просто боимся быть изгоями своих однолетков и это большая проблема. Но, вернемся к теме моих чувств к Максу. Честно говоря, мне нравится этот парень, но я боюсь обжечься, как обжигается множество девушек. Вот и всё… Странное ощущение… Сердце говорит одно, а разум твердит другое!       К кому мне прислушаться? К сердцу, которое до сих пор ноет от вины перед подругой и мамой, но несмотря на это хочет ощутить тепло? Или же к разуму, которому я привыкла доверять на протяжении многих лет? Это сложно… Делать выбор всегда сложно, особенно если это выбор между разумом и сердцем… Очень часто мы делаем ложный выбор и потом мучаемся всю жизнь, ведь всё могло бы быть иначе… Но как узнать правильный это выбор или нет? Или же вообще не стоит ничего делать, а просто плыть по течению? — О чём думаешь? — я перевела взгляд на Гвен. — Ты уже пять минут смотришь в одну точку! — О жизни. — мой голос был задумчив и тих. — Это сложно. — теперь её голос стал безжизненным и таким же задумчивым. — О жизни всегда трудно думать, но выбирать еще труднее. — Собственный опыт? — я усмехнулась. — А разве бывает по другому? Мы должны делать выводы из своих собственных ошибок. Знаешь, Улл, а это больно. — Что больно? — я была растеряна, но Гвен не обратила на это никакого внимания и выглядела всё также безжизненно. Сейчас передо мною сидела кукла, которую сломали и выбросили. Этот вид меня пугал, я всегда боялась стать такой же безжизненной, обреченной и потерянной куклой, которую в этом мире держит только ответственность перед семьёй. — Думать о жизни, когда хочется сдохнуть. — К чему такие печальные мысли? Жизнь стоит того, чтобы прожить её так, как нам хочется. — я всеми силами должна не дать Гвен погрузиться в пучины отчаяния и боли, ведь мы теперь сестры и должны заботиться друг о друге. — Может быть ты и права, но за жизнь нужно бороться, даже когда нет сил это делать. — наконец-то Гвен перевела свой взгляд на меня и я ещё больше убедилась в нашей похожести. Мы как будто бы отражение друг друга: мыслей, чувств, взглядов на жизнь. — Да. — мой голос так и сочился иронией. — Знаешь, Гвен, давай что ли выпьем? Хоть на вечер забудем о всём этом де… просто о всём. — Хм, интересное предложение. Тем более, есть еще один повод. — я посмотрела на сестру с интересом. — Неразделенная любовь, называется. — Так ты до сих пор его любишь? — я малость обалдела, но Гвен на мой вопрос отреагировала легкой усмешкой, которая ответила на все мои вопросы. — Виски? — легкий кивок-ответ от подруги и я уже иду к барной стойке. Там как всегда стоит тётя Мира и протирает до дыр свой любимый стакан. — Бутылку виски и два стакана. — спокойно заказала я. Тётя Мира перевела на меня удивленный взгляд, но внимательно посмотрев в мои глаза выполнила мой заказ без слов. Что она там увидела? Боль, отчаяние, грусть, одиночество или же банальное желание забыться? Я не знаю и знать не хочу. Поэтому я спокойно взяла бутылку в одну руку, стаканы в другую и отправилась к нашему с Гвен столику. Подойдя, я поставила стаканы, села, открыла бутылку и разлила алкоголь по стаканам. — Ну что ж, будем юными алкоголиками? — глаза Гвен перестали быть стеклянными, теперь они выражали смех. — Алкоголь наше всё! — мой голос звучал с напускным весельем. — Тем более, что с нашей Гильдией невозможно оставаться трезвым. Они же споят и не заметят! А для тётя Каны это вообще как два пальца об асфальт! — Согласна. Тогда выпьем, колега? — Безусловно, мой юный друг. Давайте сегодня развлечёмся как следует! — с этими словами мы чокнулись стаканами и с этого момента началась ночь наших с Гвен приключений.

Конец Pov Улла

            На следующее утро. Где-то в здании Гильдии Хвост Феи

Pov Гвен

      Я проснулась от какого-то грохота, что больно ударил по вискам. Блииин, как же голова болит. Что вчера было? Помню, на нас с Ул накатили воспоминания, которые хотелось бы забыть, но не судьба. Далее сестра предложила выпить и мы это сделали. И…что? Что дальше? Последнее, что я помню то, что мы с Ул вихлебтали бутылку виски без закуски. Далее идет провал. Так что нужно найти Ул и узнать вчерашние события, а то мало ли что мы натворили. Для начала нужно открыть глаза и осмотреться. Есть, mission complated! Где это я? Я находилась среди каких-то развалин. Когда я наконец из них выбралась, то смогла рассмотреть помещение повнимательнее. Лучше бы я этого не делала. Знаете где я оказалась? В кабинете Мастера Гильдии и знаете, что самое страшное? То, что он был не просто развален, а раздолбан на щепки: вся мебель не подлежала восстановлению, дверей и окон не было и подсказывает мне моя пятая точка, что здесь не обошлось без нас с Ул. — О-о, моя голова! — внезапно в углу комнаты раздался стон и из кучки дров (мебелью это никак не назвать) вывалилась ни кто иная, как моя любимая сестрёнка. Она осмотрелась и с каждой секундой она всё больше и больше охреневала от новой обстановки кабинета Мастера. Через некоторое время взгляд Ул остановился на мне. — Только не говори, что это наших рук дело? — Не уверена, что мое чутьё говорит, что это всё-таки были мы. — я осторожно подошла к подруге и помогла ей встать. Видок у неё был еще тот: прическа в стиле я упала с сеновала — тормозила чем попало, одежда мятая, местами драная и в каких-то пятнах. Кстати, чуть не забыла, на шее у Ул болтались любимые наушники Макса, за которые он убьет любого. — Откуда у тебя наушники Макса? — А? Какие наушники? — Ул недоуменно посмотрела на себя и увидев наушники обалдела. — Это чьё, у меня таких не было? — Говорю же — Макса. Последний раз, когда я видела его наушники у кого-то другого, стал пиком популярности целителей. — видя недоуменное лицо Ул я продолжила: — Все, кто имел неосторожность прикоснуться к любимой вещи Фернандеса лежали неделю в лазарете. Поверь, после этого вещи Макса обходят стороной, а когда он приходит и уходит с Гильдии, то ему всегда уступают дорогу. Никто не хочет связываться с сильнейшим магом S-класса из второго поколения. После Макса второй по силе Кацу. — Мне пипец. — сестрёнка выглядела как-то обреченно, но вдруг она оживилась и уставилась на меня со смешинками в глазах. — А чьи на тебе наушники? — моя улыбка резко спала и я медленно опустила глаза вниз и тут же резко их зажмурила. — Только не это! Пожалуйста, только не это! — я вновь посмотрела на такие же как и у Ул на шее наушники-капельки, только с одним отличием: на каждом наушнике были изображены молнии. Догадайтесь, чьи они? — Мне хана! — Ну хоть умрем вместе! — Улл прокомментировала мою реакцию с сарказмом. — Ты хоть что-то помнишь с вчерашнего вечера после того как мы выпили бутылку виски? — Ничего! — сестра мрачно посмотрела на меня и я поняла, что она также ни черта не помнит. — Давай тогда я перенесу нас ко мне домой, думаю там всё-равно никого нет и мы приведем себя в порядок. — я кивнула и в следующее мгновение мы оказались в комнате сестры. Ул подошла к огромному шкафу и открыв его стала там что-то искать. Через две минуты поиска она протянула мне какие-то вещи. — Держи, переоденешься. Итак, ты сейчас идешь в мою ванную и делаешь всё утренние процедуры. Пользуешься всем, что тебе нужно. — с этими словами она затолкала меня в ванную комнату. Из-за того, что я находилась в прострации выполнить задание я смогла только через час.       Стоя перед большим зеркалом в ванной я внимательно рассматривала одежду, которую мне дала сестрёнка. Сейчас на мне была одета белая, обтягивающая всё что можно, футболка с короткими рукавами и овальным вырезом на груди. Далее мне выделили короткий джинсовый комбинезон. Он, кстати, также обтягивал мои нижние девяносто, а короткие шортики с подчеркивали стройные ноги. Обута я была в белые высокие кроссовки, а свои волосы я заплела в сложную и немного объемную косу на бок начиная от правого веска. Да-а, вкусом Ул не обделена. Сейчас я вижу перед собой довольно симпатичную девушку, только всю картину портят грустные глаза. Я не люблю одевать такую одежду и подолгу смотреть в зеркало. Прошлое оставило отличный отпечаток на мне, от которого не так просто избавиться. Мне почти каждую ночь снились кошмары, но сейчас, хоть они появляются все реже и реже, я не могу забыть прошлое. Стоит только вспомнить и я слышу и ощущаю всё как на яву. — Гвен, ты в порядке? — голос Ул был взволнован. — Одежда подошла? — Да, я уже выхожу. — я последний раз посмотрев в зеркало и решив, что нельзя вечно жить прошлым, а пора двигаться вперед, я вышла из ванной. — Вау, ты красавица. — Ул светилась как начищенный самовар. Но, что-то с ней было не так. Она выглядела сильно уставшей и была немножко бледной.       Ул была одела в черную футболку с короткими рукавами и V-образным вырезом, которая подчеркивала все достоинства сестры. На ногах у моей любимой сестрёнки красовались камуфляжные штаны в обтяжку. Также Ул была обута в высокие черные кроссовки. На руках красовались неизменные браслеты од укачивания, а в ушах были серебряные сережки в форме крестов. Волосы сестры были заплетены в какую-то сложную прическу так, что ни один волосок, не считая челки, не выбивался из прически. Выглядело круто и очень удобно, ведь волосы не мешали. — Ты не заболела? — я приложила руку ко лбу Ул. — У тебя лоб горячий. — Похоже что так и есть. Меня немножко знобит. Я редко болею, но если это происходит, то я стаю как ребенок. Но, сейчас я только начинаю заболевать, так что мы еще можем пойти в Гильдию и вспомнить вчерашнюю ночь. — Ладно. Только если тебе станет хуже, то сразу говори, а то еще бухнешся в обморок от температуры. Меня ж тогда твой новоявленный папочка в асфальт закатает! — Не дрейф, систер, всё будет окей. Кстати, наушники берем или оставляем у меня? — Ул слегка улыбалась. — Может оставим и никто ничего не узнает? — стоило мне это предположить как на меня тут же перевели взгляд который так и кричал: «Ты дура?» — Нюх Убийцы Драконов. — Блин, а я и забыла. Ладно, тогда давай пихаем наушники по карманам и валим в Гильдию. — Погнали. — с этой фразой Ул перенесла нас ко входу в Гильдию. Мы стояли перед дверьми и как-то не решались войти в подозрительно тихое помещение. — Чёт мне это напоминает! — систер скептически приподняла праву бровь. Да, это реально уже было. — Да ладно, не дрейф, сеструха, прорвемся! — мой веселый голос так и кричал о моей нервозности, но Ул послушалась и спокойно открыв двери зашла в помещение.  — Охренеть! — одновременно выдали мы. То что мы увидели это было НЕЧТО! Почти все члены Гильдии убирали (хотя тут лучше бы подошло ДРАЯЛИ) первый этаж. — О, а вот и главные участницы на рисовались! — внезапно перед нами появился Кацу. Я аж подпрыгнула от испуга, а Ул никак не отреагировала потому что из-за болезни она была слегка заторможенной. Сейчас на сестрёнку напала апатия ко всему происходящему и она равнодушно взирала на всё своими большими синими глазами. — Пойдемте, мелкие, поговорить надо! — после этих слов Кацу схватил нас за руки, перенес на второй этаж и, отпустив наши руки, присоединился к Максу который сидел за столиком и с каменным лицом смотрел на Ул. — Что вам от нас надо? — насторожено спросила я схватив сестру за руку и готовясь бежать в любую секунду. — Ну что же ты, милая, так нервничаешь? — сейчас Кацу был похож на хищника и поэтому я внимательно посмотрев на Ул и на Макса решила сделать единственный правильный выбор. Знаете какой? Вы никогда не догадаетесь! Кароче, это был гениальный ход, правда мне за него немного стыдно перед сестрой, но думаю она меня поймет и простит. В общем я просто-напросто развернулась на 180 градусов и как шуганула со второго этажа.       Вы бы видели как все охренели, но Кацу почти сразу пришел в себя и побежал за мной. Но я же хитрая и поэтому я не стала задерживаться в Гильдии, а рванула на улицу и мне прекрасно удавалось бежать по улицам Магнолии от злого парня. Вслед мне доносились какие-то ругательства, но я не слышала их до тех пор, пока какой-то придурок не поставил мне подножку и я кубарем покотилась вниз по лестнице, ведущей в центральный парк. Так что пока я собой пересчитала все ступеньки Кацу успел добежать до этой самой лестницы и застыть в шоковом состоянии от представшей перед ним картиной. Кстати, придурок, поставивший мне подножку начал громко ржать со своими друзьями и тыкать в меня пальцами и знаете что самое обидное? То, что ни одна живая душа не подбежала и не помогла мне, все просто проходили мимо и делали вид, что меня нет. Я себя ничтожеством почувствовала и начала злиться.       Я попыталась акуратно встать так как у меня все тело болело и явно будут синяки, колени и локти кровоточили и как-то подозрительно болела голова и по лбу потекло что-то теплое. Я не сразу поняла, что это кровь и минуты две тупо сидела на дорожке смотря на руку, которая после того как я попыталась вытереть лоб была вся в крови. Я как будто бы сидела в трансе. — Гвен! — до меня донесся глухой звук, как через воду. Кто-то подбежал ко мне и начал легонько трясти за плечи. — Гвен! Гвен, твою ж мать, очнись! — этот кто-то все также орал, а потом вдруг прижал меня к себе и крепко обнял.       Я не знаю сколько мы так просидели, но вдруг на меня обрушились звуки всего, что находилось вокруг. Это было как обухом по голове и у меня, похоже, началась истерика. — Тихо, малышка, не плачь! — ласково произнес Кацу. Я охренела и от шока перестала плакать.

Конец Pov Гвен

Pov Кацу

      Блядь, как же я испугался за эту мелкую дуру, когда она внезапно пропала из виду при входе в парк. Я успел только мельком заметить как она через что-то зачепилась и кубарем полетела вниз. Я в один миг подбежал к лестнице и застыл от шока. Гвен, моя маленькая девочка, сидела возле ступенек и тупо смотрела на свою руку, которая была в крови. Я присмотрелся: у неё были разбиты колени, локти и самое ужасное это то, что её лоб был полностью в крови, которая текла по левой стороне лица и не останавливалась. — Гвен! — я попытался крикнуть, но она не реагировала. Я подбежал к ней и начал легонько её трясти и причитать: — Гвен! Гвен, твою ж мать, очнись! — но она всё также не реагировала. Я так испугался, что крепко обнял мою девочку и начал её легонько укачивать. Внезапно до меня донесся чей-то смех, я резко вспомнил, что моё сокровище упала с лестницы явно не сама. Я хотел было пойти и навалять этим придуркам, но времени не было и поэтому я пустил в их сторону заряд, от которого они отрубились. Когда я вновь устремил свой взгляд на Гвен, то я опять чуть было не впал в ступор: я первый раз видел её слезы. До этого момента она никогда не плакала и особо не проявляла эмоций. Я не знаю, что послужило тому причиной, но она скрывала свои чувства ото всех и только после задания с новенькой Гвен впервые начала открываться. Я, да что там я, вся Гильдия была в шоке. Но окончательно меня добили вчерашние приключения этих двоих оторв. Мы с Максом готовы были прибить их на месте, но еле сдержали себя. — Тихо, малышка, не плачь! — я обнял её одной рукой, а второй полез в карман искать платок чтобы вытереть кровь. Хух, слава всем богам что он там оказался и я начал акуратно выпирать кровь с заплаканого, но тем не менее сейчас самого милого для меня лица. Как бы я не старался вытереть кровь, но она вновь появлялась из-за того, что малышка походу разбила лоб и он сейчас кровоточит. Поэтому я акуратно взял Гвен на руки и перенес к Полюшке (надеюсь старая карга меня не убьет). Буквально через пару секунд я стараясь не причинять моей драгоценной ноше боли стучал в двери целительницы. — Чего приперся? — рявкнула Полюшка после того как с грохотом открыла двери и начала размахивать своей неизменной метелкой. Я кивком головы указа на Гвен и полюшка тут же рявкнула: — Чё застыл? Быстро в дом!

***

— Ну как она? — тихо спросил я у Полюшки которая как раз укрывала Гвен одеялом. — У нее сбитые колени и локти, трещина в ребре, многочисленные гематомы от ударов о ступеньки, разбит лоб и легонький струс мозга. Сейчас ей нужен отдых и покой. Пусть полежит пока сегодня у меня, я её понаблюдаю, а завтра можешь забирать своё сокровище. — на этих словах старуха усмехнулась. — Ба. — Не бабкай. Старших надо слушать. — с этими словами моя любимая и вредная прабабушка потрепала меня по голове и вышла, оставив нас с Гвен наедине.

Конец Pov Кацу