И даже лёд может растаять...

Pov Кацу

Здание Гильдии Хвост Феи       Как только девчонки улетучились переодеваться, я перенес нас с Максом в Гильдию и уже пол часа мы сидим на втором этаже, куда могут подниматься только волшебники S-класса, коими мы и являемся. Так что сейчас нас почти никто не может потревожить, так как всё остальные волшебники нашего уровня бухают на первом этаже в честь того, что дядя Грей и тётя Джувия вместе. Они только сегодня заявились в Гильдию и дядя выглядел безумно счастливым. Кстати, дядя Грей — мой крестный. Не знаю как так получилось, что меня крестил он и тётя Ева, а Мику — дядя Фрид и тётя Люси. Тогда всё думали, что моим крестным будет именно дядя Фрид, но когда узнали что нет, то всё были в шоке, а дядя закатил истерику. Жаль, что я был слишком мелким и не помню этого, ведь говорят что это было то ещё зрелище. Дядя ради отца готов на всё.       Ладно, пора заканчивать думать о всякой фигни и наконец перейти к серьезным вопросам. Как мне добиться расположения Гвен? Судя по сегодняшнему дню, да и по всем предыдущим, то она меня и знать не хочет. Блин и если бы я знал из-за чего. Мы же вроде в детстве нормально дружили, правда я был её единственным другом, ведь всё остальные просто делали вид, что её нет. Даже Мет, который должен был её защищать, почему-то ненавидел её. Как я понял, то начало всему положило то, что у Гвен сильнее магия Убийцы Драконов, чем у него. Когда Мету нужно было прилаживать усилия, чтобы выучить новый приём, то мелкая делала всё как будто бы играючи — без всяких усилий. Правда, это было лишь до десяти лет. До этого времени Гвен была милым, ласковым, добрым и весёлым ребенком, которому всё завидовали и восхищались, но потом случилось это… Я до сих пор помню тот день и даже кажется догадываюсь, что же послужило причиной того, что улыбка Гвен стала как будто бы не искренняя, а натянутая.       С самого детства мелкую любили почти всё, кроме Мета и Лили. Мет и Лили ненавидели Гвен, а я чувствовал за неё ответственность и старался её оберегать. Я знал, что Лили, завидуя Гвен, всё время унижала её, когда никто не видел и я не раз пытался прекратить это, но у меня ничего не получалось. Несмотря на всё помои, что выливала Лили на Гвен, она всё была всё такая же спокойная и смотрела на мир с пониманием и мудростью. Правда, кажется, я только сейчас понял, что ей было больно от того, что благодаря мелкой Дьяволице всё дети отвернулись от неё, а Мет стал делать вид, что его сестра не существует. Так было вплоть до того дня… Дня, который изменил всё… Это было на кануне тринадцатилетия Макса, а мне было на тот момент двенадцать. Тот день я хотел провести с Гвен в библиотеке, но Лили позвала меня погулять в парк и я не смог отказать ей. Мы гуляли, а потом эта мелкая дура призналась мне в симпатии и поцеловала. Когда Лили как раз собиралась меня поцеловать, то я почувствовал запах Гвен, но из-за шока я не смог оттолкнуть девочку от себя (я до сих пор удивляюсь своей тупости). После окончания поцелуя Лили убежала, ну, а я (идиот, не иначе!) спокойно пошел в Гильдию.       Если бы я мог вернуться в прошлое, то я бы обязательно оттолкнул Лили или же пошел объяснять всё Гвен, но к несчастью я не владею такими способностями. Когда я в следующий раз увидел свою, как оказалось потом, бывшую подругу, то от неё прежней ничего не осталось. Да, улыбка была всё та же, но это была как будто бы оболочка. Она улыбалась, вела себя застенчиво, но глаза её перестали светиться и стали на тон темнее. С тех пор в них больше не было никаких чувств. Потом я узнал, что Гвен забросила тренировки с отцом и теперь дядя Гажил тренировал только Мета, чему тот по началу был очень рад, ведь всё внимание сосредоточилось на нем, а не на маленькой принцессе, как любили называть девочку всё взрослые в Гильдии. Сначала я думал, что через какое-то время Гвен отойдет, но этого не случилось… Прошел год, второй, третий, но её эмоции не менялись: неизменная улыбка на лице, но холодные глаза. Как кукла, которую запрограммировали улыбаться и говорить что всё в порядке, несмотря ни на что.       Когда Гвен исполнилось четырнадцать, Мет наконец-то начал прозревать и видеть то состояние, в котором его сестра находилась ни один год. Он как будто бы повзрослел, хотя я думаю, что мой кулак был его лекарством. Тогда мы с Максом, который всегда замечал малейшие изменения в каждом, хорошенько прочистили мозги этому придурку. Только после этой терапии Метью осознал, каким же дерьмом он был. Он готов был рвать на себе волосы, когда увидел что от его маленькой сестрёнки, которую он просто обожал (до того момента, как проснулась её магия), больше нет. Нет больше милой и ласковой улыбки, которая освещала и дарила теплоту всем, нет больше мудрого и понимающего взгляда, ничего нет. Мет не мог себе простить то, что когда он был так нужен сестре — он просто отвернулся от неё. С того дня Мет старался незаметно заботится о Гвен. Он до сих пор винит во всем себя и теперь у него очень резко проявляется комплекс старшего брата, который незаметно дает всем втык за то, что кто-то обидел его дорогую младшую сестрёнку…       Хотя Гвен и стала меня избегать, я на удивление не мог прекратить о ней заботиться, меня как будто на подсознательном уровне тянуло её оберегать. Только во время моего совершеннолетия я, корчась от боли, понял — она моя пара — моё сокровище. Я понял, что всё это время я любил её, а с другими развлекался только чтобы забыться. Но было уже слишком поздно… Моя маленькая девочка, моя принцесса как будто бы окончательно погрузилась в то состояние, когда на всё плевать и одиночество — лучший спутник. Когда я это осознал, то готов был сам себя убить за то, что позволили этому случиться, но я не мог ничего исправить. Первую неделю я беспросветно пил, но потом понял, что алкоголь не выход. С тех пор в моей постели не побывала ни одна девушка, ведь я считаю предательством изменять любимой, пусть она даже и не знает об этом. Да и к тому же Дракон никогда не сможет обидеть свою пару. У Драконов одна пара — на всю жизнь. — О чём думаешь? — из мыслей меня вырвал голос Макса. Обычно он о чем-то задумывается, а сегодня прям наоборот. — О тупости. — мой лучший друг внимательно на меня посмотрел и слегка фыркнул. — О своей тупости. — Ну и как успехи? — я вопросительно на него посмотрел. — Удалось придумать, как же тебе исправить всё то дерьмо, которое ты сделал? Ты смотри, ведь Гвен не всегда будет одна! К тому же тебе не надоело втихаря разгонять всех её потенциальных парней? — Откуда? — я был в шоке. Как он узнал, я же старался делать всё это незаметно. — Ты бы видел себя в те моменты, когда кто-то мужского пола смотрит на Гвен. Да ты же убить их всех готов. — да-а, а я ведь говорил, что Макс всегда замечает то, что не замечают другие. — Я так полагаю, о моих чувствах ты тоже знаешь! — фраза получилась скорее утвердительная чем вопросительная. — О том что ты любишь Гвен с самого детства? — иронично спросил друг. — Конечно! — А чё ж ты мне раньше-то глаза не открыл на мои чувства? — я был зол, ведь если бы он сказал мне об этом раньше, то всё было бы по другому. — У тебя своя голова на плечах и к тому же ты представь, подхожу я такой к тебе и говорю: «Кацу, брат, ты любишь Гвен!». Что бы ты мне тогда ответил? — Что ты либо чокнулся, либо полный придурок. — с тяжелым вздохом признался я. Макс правду сказал, что если бы мне кто-то раньше сказал о моих чувствах то я бы реально решил что этот человек либо шутник, либо смертник. — Вот тебе и ответ. — спокойно ответил друг. — Что думаешь теперь делать, ведь она давно уже старается избегать тебя и в этом, я уверен, полностью твоя вина. — Не знаю, попытаюсь её добиться. — в моем голосе так и слышалась неуверенность, что было мне несвойственно. — Может задействовать её единственную и как я понял лучшую подругу? — с намеком спросил Макс — Точно, брат, твоя жена! Они ж ведь подружились и к тому же стали кровными сестрами! — я уставился на друга, который выглядел как-то уж слишком гордым. Явно восхваляет себя за сообразительность. — Ты чё такой гордый и довольный? — Да просто ни за что бы не подумал, что женюсь почти в девятнадцать лет так и ещё на такой фурии! Сказал бы мне кто-то раньше — убил бы! — А-а, это ты я так полагаю вашу первую встречу вспомнил! — скорее утвердительно чем вопросительно изрек я также вспоминая тот день. Улла тогда реально удивила всех и заставила себя уважать. — Повезло тебе! Тебе хотя бы досталась спокойная фурия, а мне взрывоопасная ведьма! — Ха-ха-ха, сочувствую, друг! — Макс тупо заржал, придурок, блин. Но тут его смех резко прервался, я вопросительно перевел на него взгляд, но он даже не заметил этого во всю вытаращившись на первый этаж. И что он там увидел? Я также решил посмотреть на первый этаж, вернее на главный вход возле которого стояли Ул и Гвен. Они о чём-то весело переговаривались и смеялись, но тут, вдруг, Улла подняла взор на Макса и мило улыбнулась, на что мой лучший друг вошел в астрал. — Ты чё завис? — я стукнул Макса в бок и о чудо! оо конец-то оторвал теперь уже немного раздраженный взгляд от своей молодой жены. — Ты это видел? — сурово спросил Макс. — Девушек? — осторожно спросил я. — Да, видел. — Ну и как? — друг всё также пытался до чего-то допытаться и я, откровенно говоря, до сих пор ни черта не понял. — Что «как»? — А поскромнее она одеться не могла? — взревел Макс и я наконец-то понял, что друг просто ревнует из-за наряда Ул, который выглядел скорее мило, чем откровенно. — Да она же выставила всё на показ! Теперь всё мужики на неё пялятся! — Вообще-то, она нормально одета — вырез на груди небольшой, правда только юбка до средины бедра открывает и подчеркивает стройные ноги. — я оценивающе посмотрел на молодую жену лучшего друга и тут же перевел взгляд на её подругу, которая оделась менее скромно, и теперь, после тщательного просмотра, я начинал всё больше злиться, так как до этого девушка одевалась скромно, и всё её прелести были не заметны для других мужиков. — Ты на Гвен то посмотри! Во что она вырядилась? — Воу-воу, друг, по легче, а то возле тебя уже молнии летают! — Макс по-дружески слегка хлопнул меня по спине. — Подумаешь, она с приходом Ул начала одеваться как девушка, а не как серая мышка, так это скорее хорошо чем плохо! — я перевел недоуменный взгляд на друга. — Это значит, что она наконец-то начинает приходить в себя! — Так то оно так, но ты только посмотри как всё остальные пялятся на её глубокий вырез на груди и на открытый плоский животик! — с каждым словом я внимательно осматривал Гвен и восхищался ею, ведь я и не заметил, что маленькой солнечной принцессы уже нет, а есть довольно взрослая и безумно красивая принцесса, моя принцесса. — Она не могла вечно оставаться серым мышонком! — спокойно произнес Макс с любящей улыбкой смотря на свою жену, которая вместе с Гвен подошли к родителям Ул. — Моя льдинка помогла ей раскрыться и вернутся к жизни нормальной девушки, а не затворницы. — Ты прав, твоя жена — нечто! — я с благодарностью посмотрел на девушку, которая смогла вернуть моё сокровище к жизни и понял, что без её помощи и благословения мне не справиться. — Пошли к ним. — Макс коротко кивнул и мы вместе поднявшись с кресел начали спускаться на первый этаж.

Конец Pov Кацу

Pov Ул

      Как только мы с Гвен зашли в Гильдию, то я сразу же увидела родителей и схватив подругу за руку направилась к ним. Как ни странно, но они сидели рядом и не пытались поубивать друг друга. Я посмотрела на подругу, которая также удивленно взирала на это «чудо». Видимо их последняя ссора была плодотворной и теперь они наконец-то во всём разобрались. Ну что же, я за них рада, ведь я маму очень люблю и желаю ей счастья. Она мой самый родной и любимый человек на свете.        Чем ближе мы с Гвен подходили к столу, тем более нервной и смущенной ставала мама, а папа (пора привыкать называть его именно так!) пытался сохранить хладнокровие, но я всё равно видела что он нервничает не меньше, чем мама. Видя всё это я решила немного поприкалываться и по этому, переглянувшись с сестрёнкой, которая поняла меня без слов, я надела на лицо хмурую холодную маску Снежной Королевы. Правда, дядя Лаксас, который сидел за одним столом вместе с родителями быстро просек мою игру и если сначала он нахмурился, то теперь был спокоен, как удав. В таком же состоянии были и тётя Эрза вместе с дядей Джером, дядя Нацу и тётя Люси искренне улыбались, ну, а тётя Кана спокойно квасила дальше вино. — Всем привет! — Гвен состроила милое и невинное лицо, но ещё больше всех добило её следующее действие — она потупила взгляд в пол и нерешительно шаркнула правой ногой по полу. После этого движения всё выпали в осадок, ведь её милая невинность и моя холодная хмурость составили незабываемый контраст, особенно если учитывать то, что Гвен до этого никогда себя так не вела. Особенно удивились только что подошедшие дядя Гажил и тётя Леви, ведь они давно не видели свою дочь такой. — Здравствуйте! — я как можно холоднее поприветствовала всех собравшихся. — Д-доченька, п-привет! — мамочка побледнела и судя по её лицу пыталась быстро найти выход из сложившийся ситуации. Но, исходя из того, что она буквально вцепилась в руку папы, то она так ничего и не придумала. — П-привет, девочки. — папа хоть и пытался быть серьезным, но всё равно он немного запнулся на приветствии. Я снова переглянулась с Гвен, которая всё также активно изображала из себя стесняшку, и я поняла, что ещё немного и мы не выдержим. Вы бы видели эти лица, нам теперь так хочется смеяться, что просто невозможно. Гвен чуть было не заржала, но конспирация превыше всего, так что она умело сделала вид, что кашляет. С этими манипуляциями мы и не заметили как возле нас появились новые действующие лица — Макс и Кацу. Мой муж подошел и обнял меня ссади, положив руки мне на живот, а лампочка стал возле Гвен и просто переплел их пальцы. Правда, после этих действий всё вошли тупо в ступор, особенно мои родители и родители Гвен. — Как вы тут? — тихо спросил Макс, положив голову мне на правое плече. — Не буянишь? — Пф, а нужно? — весело спросила я нормальным голосом, ведь я хотела чтобы это услышали все и наконец-то расслабились. — Ну тогда можно и побуянить! — Не нужно, малышка, ты же у меня умненькая и понимающая. — мило проворковал Кацу и от этих слов мне было приятно, ведь он сразу понял настоящую меня и принял. — Тогда хватит мучить родителей, а то их такими темпами кондратий хватит скорее, чем они осознают всё происходящее. — Ага, как бы сейчас групповой сердечный приступ не случился! — ехидно заметила Гвен, которая даже не пыталась вырвать руку с плена одного очень симпатичного блондина. — Не переживай, не случиться, но я всё ещё надеюсь на братика или сестричку! — фыркнула я. — Эй, а меня тебе мало что-ли? — обиженным голосом проворчала Гвен. — Ты вон уже какая детина, в коляску даже не поместится, так что извини, но ты определенно в пролете! — вмешался Кацу. — Придурок! — Гвен гневно сузила глаза и отвернула голову от парня в другую сторону. — Маленькая, если ты хочешь мелкого, могла бы и попросить, я бы тебе помог в этом деле. — интимным шепотом проворковал Макс. — Я братика хочу, придурок! — обиженно ответила я. — Так, я что-то не понял, — вдруг послышался рычащий голос дяди Гажила, который наконец-то пришел в себя. — Чего этот бабник держит мою доченьку за руку? — Дядя Гажил, успокойтесь, всё нормально. Это я так вашу дочь завоевываю! — весело проговорил Кацу. Ох, чует моя Ж, что это он зря сказал… Нельзя же такое говорить рассерженному отцу. — Дядя, спокойствие наше всё! Не нужно его убивать! — я попыталась было рвануть спасать единственную любовь сестры, но крепкие руки Макса, который прижал меня к себе ещё сильнее, не дали мне это сделать. — Не вмешивайся! — тихо прошептал муж и легонько поцеловал меня в шею. — Улла Фуллбастер, объяснись сейчас же! — грозно произнес новоявленный папочка. — Макс, ты хороший парень, но не вмешивайся! — резко осадил от моего мужа, на что теперь только я имею право как жена. — Дядя Грей, пожалуй я вмешаюсь, так как я имею на это полное право. — вау, похоже началась битва титанов. — Грей, а чего это ты моего сына затыкаешь? — грозно спросила тётя Эрза. — Не влезай, Эрза! — рявкнул папа. — Фуллбастер, ты чё охренел? — вокруг Титании сгустились черные тучи. — Ты что не видишь, как твой сын лапает мою единственную дочь? Да он же к ней пристал, как пиявка! — проорал папа. — То есть, мой сын по-твоему во всем виноват? Он что, не достоин твоей дочери? Это ты хочешь сказать? — также проорала тётя Эрза. — Мам, успокойся. — видя, что конфликт скоро перерастет в драку, Кацу решил вмешаться, так и не отпустив меня от себя. — Что? Успокойся? — тётя Эрза разозлилась ещё больше. — Как я могу быть спокойна, если тебя принижают прям при мне! И отпусти ты наконец Уллу! Чего пристал к ней, как пиявка? — Мам, я не собираюсь, как ты сказала «отставать» от Ул, потому что я имею на это законное право. — Макс остался таким же спокойным как и был, а я уже начала откровенно нервничать и у меня разболелась голова. Видимо, эффект от лекарств уже начал проходить и мой организм начал уставать. — Какое, на хрен, законное право? — взревел папа и от этого рева я немного пошатнулась и схватилась за голову, так как она начала раскаливаться. — Да потому что она моя жена! — рявкнул Макс и тут же наступила тишина во всей Гильдии. — Ты как? Всё нормально? — взволновано спросил у меня муж, помогая мне сесть на стул и тут же опустился возле меня на корточки. — Голова болит! — простонала я. Гвен также быстро подбежала ко мне и взволновано положила ладонь на мой лоб. — Да у неё опять жар! Ей нужно отдохнуть! — Н-нет, не хочу уходить! — я вяло сопротивлялась, так как хотелось сегодня решить вопрос с родителями. — Ясно, тогда давай на ручки. — уже спокойно проговорил Макс и поднял меня на руки. — Э-эй, куда? — я смотрела, как Макс сел на стул вместо меня и я теперь полулежала на его коленях, а моя голова покоилась на его плече. — Теперь только так, если ты хочешь остаться. — безоговорочно ответил Макс. — Ж-женнннннннннааааааааа? — проорали всё собравшиеся.

Конец Pov Ул