Тормоз.

-Шуга-хён, ты лучший! Поздравление от Хоупа немногословно и, по простому, добродушно."Отстрелялся" - думает про себя Юнги. Микстейп и съемки двух клипов позади, но ожидается камбэк их группы. Ещё работать и работать. Времени на отдых почти не хватает; только на "поспать" и "поесть". Уже в общежитии Хосок тихо стучит в дверь и ждет ответа. -Заходи! Шугу бесит то, что младшие постоянно вламываются в его пространство без предупреждения (хотя, он делит комнату с Сокджином, который вечно пропадает на кухне), а после распиздона - тихо выстукивают тайные пароли, чтобы хён понял, кто его хочет потревожить. Хоуп заходит в комнату и прикрывает дверь. -Хён, я хочу тебе кое-что сказать. Он опускает голову, под пристальным взглядом Юнги, который явно не хочет ничего, кроме, просто поваляться на кровати и отдохнуть, перед завтрашним днем, предвещающим загруженность графика и отсутствие свободного времени. Мин садится на кровати, скрещивая ноги, подпирает ладонью подбородок и прикрывает глаза, показывая всем своим видом, что жутко устал и "Давай, быстрее. Я слушаю. А потом вали и не мешай." Непонятно откуда у Хоупа берется столько смелости. Он подходит к Юнги, наклоняется и, пока тот медитирует, мысленно посылая его "На хуй", наклоняется и кротко целует в губы. Шуга распахивает глаза, спрыгивает с кровати и хватает Хосока за ворот футболки. -Ебанулся? Что это было? Жить надоело? Младший не смотрит ему в глаза, упирается в грудь ладонями и тихо говорит: -Ты мне нравишься, Юнги-хён. Шуга замирает. Пальцы, сами по себе, разжимаются и отпускают смятую ткань. -Ещё, когда мы были трейни... Хоуп краснеет от смущения и не находит выхода лучше, чем просто ретировать из хёновской комнаты, пока Юнги в ступоре. -И как это понимать? Суровый репер в шоке. Он не знает, как дальше действовать. Не осознает, пока, произошедшего. Хоуп его поцеловал? Запёрся в комнату и поцеловал? И что он там говорил? Трейни? Нет. Ты мне нравишься, Юнги-хён. Все мысли путаются, разум затуманен и голова начинает кружиться, от того, что сердце бешено выстукивает в грудной клетке, как при тахикардии. Может, оно так и есть? Он болен. Шуга болен. Температура исходит из самого сердца и растекается по всему организму, задевая бледные щёки, оставив на них румянец. Смущение? Нет. Скорее всего, это что-то другое. И, пока Юнги с этим не разберётся (хотя, он только этого и ждал), ему нельзя видеться с тем, кто зажигает огонь внутри, позволяя себе нагло съёбываться, в самых неподходящий момент. *** Вечером, Хосок выходит на прогулку. Надо развеяться. Он сказал ему, признался, а, значит сделал всё. Но на душе остался горький осадок от слов Юнги, хотя, тот, особо, ничего и не сказал. Хоуп вставляет в уши наушники и включает плеер. Даже музыка сегодня вводит его в состояние депрессии - песня о не разделенной любви, глупых чувствах и страхе о том, что это вселенская закономерность. В кафе он покупает какой-то безалкогольный, фруктовый коктейль и направляется в парк - там можно уединиться и подумать о чём-то. Только вот о чём? Если его мысли не покидает сегодняшний разговор с Шугой. Ну, как разговор. Перекинулись парочкой фраз. Хоупу кажется, что он всё запортачил, как нельзя лучше. Что теперь делать? Как, после всего, что он сказал, смотреть хёну в глаза? Хосок выключает плеер, садится на скамью, закидывает ногу на ногу и прикрывает глаза, приложив ладонь ко лбу. -Ну, и чего так быстро сдымил? Хоуп пугается. Он медленно поворачивает голову в бок. -Х... хён? Юнги стоит в метре от него, сунув руки в карманы брюк. -Ты придурок.-чётко подметил, даже возражать не хочется - Хосок с ним согласен.-И тормоз.-а вот этого младший понять не может и округляет глаза.-Хотя, я не лучше. Он садится рядом с Хоупом на скамью и вглядывается в глаза напротив. -Хобби, ты смельчак, а я трусливая псина, но... Шуга проводит пальцами по его щеке и тянется к губам, после, оставляя на них нежный, тёплый поцелуй. Хосок не тупой, ему по нескольку раз объяснять не надо. Он улыбается, принимая взаимные чувства Юнги-хёна.