Волчонок

Она ревёт и ревёт, а Дерек ходит вокруг и не может понять: почему? Он задаёт множество вопросов, но Стайлз только шмыгает носом и закрывает мокрое лицо ладонями. Её грудь словно сдавило тысячами тисков - Дерек чувствует это, и его собственное сердце сжимается от этой картины. Стайлз ведь никогда не плачет, она сдерживает боль, улыбается сквозь стиснутые зубы, но не ревёт. А сейчас словно что-то открыло доступ к слезам, и теперь она не может остановить их поток. Сжимает тонкими пальцами простынь, вздрагивает, кусает губы. Дерек присаживается на край кровати и мягко обнимает её за дрожащие плечи. - Что случилось? - спрашивает он тихо. Стайлз всхлипывает и ревёт уже в голос, не контролируя истерику. А волк внутри не может вынести подобного, воет громко и надрывно, и Дерек не в состоянии сдержать тихий скулёж. Он ненавидит себя за беспомощность. А Стайлз всё плачет, уткнувшись оборотню в шею, и ворот его рубашки тут же становится мокрым. - Тише, - шепчет Дерек, этот шёпот утопает во всхлипах Стилински и её комнате с разбросанными вещами и включённым ноутбуком. - Что случилось? - спрашивает Дерек в ещё одной попытке. Стайлз вдруг резко замолкает, особенно громко всхлипывает и почти неслышно произносит: - Я так боюсь... - Она запинается, икнув, но тут же продолжает: - Боюсь вспоминать о маме... Боюсь представить, что случится что-то плохое с папой... А тут... - И её снова накрывает истерика, ещё сильнее, чем предыдущая. И взгляд красных глаз направлен на ноутбук, что сиротливо мигает монитором на столе. Там, развёрнутое на весь экран, поставлено на паузу видео. Видимо, Стайлз смотрела сериал Доктор Кто. - Что там? - интересуется Дерек осторожно, боясь спросить что-то не то. - Она спасает отца в прошлом, но он всё равно умирает через пару часов на её глазах, спасая всех... - объясняет Стайлз, и голос её доносится словно сквозь толстый слой ваты. И Дерек понимает абсолютно всё. К его горлу тоже подступает ком слёз, а волк в груди воет словно бы громче. Он понимает эту боль, он испытал то же. Дерек обнимает Стайлз сильнее, хаотично целуя то в висок, то в макушку в попытке успокоить и успокоиться, отвлечь внутреннего зверя. Потому что сейчас всё хорошо. Иначе не может быть! А воспоминания о семье... Просто не сейчас...