Feeling of love

Чимин просыпается утром с улыбкой, понимая, что сегодня — один из самых лучших дней в его жизни. И что может ему помешать так думать? Да, по сути, ничего. Но, после осмотра по сторонам, Пак не обнаруживает рядом с собой своего альфу. Его нет ни на кухне, ни в гостиной, ни в прихожей. В институт сегодня не нужно, поэтому Юнги не мог никуда уйти, ведь стрелки на часах показывают чуть больше десяти. Чимин смотрит, нет ли Мина в прихожей, но не обнаруживает там ни обуви, ни рюкзака парня. Сразу же приходит на ум вопрос: «сбежал?». Такого, конечно же, не может быть. Действительно, зачем ему это? Они же были вместе несколько месяцев, но он решил сбежать только сейчас? В этом нет никакой логики. В рыжей голове куча вопросов, на которые нет ответов. Чимин нашел письмо, которое лежало на тумбочке в спальне. Оно дало часть ответов, но вопросов, возникших после его прочтения, стало больше. «Чимин-а, доброе утро. Я знаю, что ты очень хорошо спал, поэтому даже не стану об этом спрашивать. Тем более все равно не смогу узнать ответа. Не буду писать много, ведь ты и так знаешь, что именно я чувствую по отношению к тебе. И я ни о чем не жалею. Разве что кроме того, что мы так мало времени провели вместе… Если ты еще не понял, то я ухожу. Знай, что в этом нет твоей вины. Была бы моя воля, то я никогда, слышишь, никогда не ушел бы от тебя! Я так рад, что встретил тебя, Чимин. Ты был лучшим, что происходило в моей жизни. Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя.

Навеки твой Юнги»

Чимин застыл на месте, перечитывая вновь и вновь последние строки. Уходит? Навсегда? У Пака еще больше мыслей в голове, которые можно выразить лишь одним предложением: «что за нахрен сейчас происходит?» Рыжий прекрасно помнил вчерашний день. Все было отлично, никаких проблем. Кроме того, разве что, Юнги разбил кулак, подравшись с кем-то. Чимин вспоминает всех друзей и знакомых парня. На ум сразу же приходит Намджун — лучший друг Мина. Но что они могли не поделить? Пак знал, что у них всегда были прекрасные отношения, поэтому драться им было не за чем. Чимин решает не принимать поспешных выводов и сходить к самым дорогим людям своего парня. Для любого человека это, конечно же, родители. Но отец с папой Юнги жили в другом городе, и Мин с ними общался очень редко. Поэтому следующий человек — это Джун. Чимин всегда знал, что Юнги очень доверяет ему. Быстро позавтракав, Пак одевается, отправляясь к дому Намджуна. Он как-то раз был у него вместе с Юнги, поэтому вспомнить его адрес не составило труда. Темная дверь квартиры кажется какой-то зловещей, поэтому Чимин немного мешкает перед тем, как позвонить в звонок. За ним раздаются какие-то шорохи, а затем дверь открывает Ким с радостной улыбкой, которая тут же погасает, стоит ему увидеть, кто именно стоит перед ним. Видимо, он ожидал увидеть кого-то другого. — Чимин? — удивленно шепчет Намджун, поднимая брови. — Привет, а Юнги случайно не с тобой? — Пак кусает губы в ожидании ответа. Сердце бешено бьется, будто боясь, что ответ будет таким, которого Чимин не хочет слышать. — Он тебе не сказал? — слова, произнесенные Кимом, будто режут по живому, распарывая кожу, оголяя все внутренности. Чимин задыхается, наконец, понимая, что написанное в письме он истолковал верно. — Записку написал, но я не понимаю почему… какая причина? — рыжий хочет знать, он хочет понять, чего Юнги не хватило в их отношениях. Получается, он ему врал? — Ему нужно уехать, — поджимает губы Намджун, расстраиваясь окончательно. Все-таки он до последнего надеялся, что все еще можно наладить. — Зачем? Куда? Почему я не могу поехать с ним? — Чимин тут же засыпал вопросами альфу, дожидаясь ответов. Может быть, хотя бы он их даст? — Ох, Чимин… — Джун вздыхает, проводя пятерней в волосах, убирая их назад. — За границу уехал он, — отвечает на один единственный вопрос парень, смотря, как Чимин медленно моргает, пытаясь воспринять эту информацию. — Для чего? А я? — Пак еле сдерживается, чтобы не зареветь, понимая, что, возможно, он может больше никогда не увидеть Юнги. — Аэропорт в десяти минутах езды, до самолета двадцать минут, рейс в Лондон, я думаю, ты можешь успеть, если захочешь, — Намджуну точно влетит за это, но он не может позволить Чимину так страдать. — Возможно, он ответит на твои вопросы. Рыжий, осознав, что именно сказал ему альфа, сразу же срывается с места, бросая на последок «спасибо». Возможно, есть еще шанс. Или все же нет?

***

Чимин доезжает до аэропорта за рекордные семь минут и, выскакивая из такси, кидает купюры водителю, даже не смотря на них. Пак вбегает в здание, глазами ища парня с мятными волосами, который изменил в корне всю его жизнь. И прошлое, и настоящее, и даже будущее. Высокий рост и мятные волосы, ярко отсвечиваемые на солнце, позволяют сразу же найти его. Пак бежит со скоростью света, врезаясь во всех подряд и пытаясь пробежать быстрее. Их разделяют какие-то метры, которых уже не остается спустя несколько мгновений. Чимин врезается в Юнги со всего размаху, обнимая того руками и ногами. Сказать, что Мин был удивлен — ничего не сказать. С одной стороны он безумно рад видеть своего мальчика, но с другой — «сцена прощания» будет настолько тяжелой, а что хуже всего — он не знал, сможет ли ее вытерпеть. — Чимин? Я же написал, что ухожу, что ты тут делаешь? — спрашивает шепотом старший, смотря в большие глаза напротив.  — Почему ты это делаешь? — Чимин действительно не понимает, что происходит. Он стоит посередине аэропорта, когда до рейса осталось всего десять минут, и нихрена не понимает, почему все так происходит. — Потому что я не смогу остаться, — Юнги не может врать любимому, но правду он тоже не скажет. Иначе случится то, чего он так боится: из-за его неосторожности может пострадать Чимин. — Ты разлюбил меня? — тихий голос прорезал тишину, сразу же давая невидимую пощечину парню, стоящему впереди. — Я не смог бы, Чимин, — слабая улыбка коснулась губ Юна, когда тот признался, что все еще любит его. Он бы просто не смог сказать, что разлюбил. — Тогда в чем дело? Почему ты не можешь сказать мне, что с тобой случилось? — Пак еле сдерживал слезы, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. — Мне просто нужно уехать, — Юнги виновато опускает глаза, не желая смотреть в наивные глаза парня, в которых до сих пор таится большая любовь и доверие к происходящему здесь и сейчас. — Надолго? — брови Пака поднимаются, а сердце стучит в бешеном ритме, потому что он боится услышать ответ. — Навсегда. Это единственное слово так больно режет по сердцу, что слезы льются сами по себе и у того, и у другого. Чимин чуть ли не кричит от той боли, которая пронзила грудную клетку настолько сильно, будто его сердце взяли в руку и сжали со всей силы, разрывая его на мелкие кусочки. — Почему ты плачешь? Где же твои доспехи, Юнги? — младший старается выдавить из себя улыбку, но он не понимает, что случилось, почему все сложилось именно так? В голове Чимина миллион «почему?», но ни одного ответа на эти вопросы. Мозг разрывается от неспрошенных вопросов, которые так и норовят вырваться наружу нескончаемым потоком. — Нет доспехов. Они исчезли. И я исчез. А все то, что осталось от меня — все целиком твое, навсегда твое, — Юнги говорит тихо, едва слышно, но Чимин слышит, позволяя словам пройти сквозь себя, разрушая все надежды и мечты на лучшее. — Тогда почему? Почему я не могу поехать с тобой? — соленые слезы свободно стекают по щекам Пака, образуя на щеках мокрые дорожки. Это слишком. Рыжему кажется, что он вот-вот упадет, потому что ноги не держут его от волнения. — Я этого не хочу, — Юну было больно говорить такое, но ему пришлось соврать. По-другому никак. — Ты же врёшь, я знаю, что врёшь, — Пак опускает голову, совсем отчаявшись. — Я могу потерять все, но не тебя, господи, только не тебя, — шепотом добавляет он, добивая своими словами Юнги. Старший не может это больше терпеть. Это слишком сложно. Слишком больно. Поэтому парень целует влажную щеку Чимина и уходит. Уходит навсегда. А Пак так и остается стоять один в слезах, смотря на уходящую фигуру парня. Почему все так? Чем он это заслужил? Все же было так безумно хорошо, но стоило только Чимину поверить в то, что это реальность, а не сон, все в миг разрушилось. Сколько прошло времени, Чимин не знает. Но когда он выходит из аэропорта, уже темнеет. Пак совсем теряется и не понимает, где он находится и что только что произошло. Последняя мысль, пришедшая в голову Чимина, совсем добила его. И последнее, что он увидел, был Намджун, кричащий что-то и подбегающий к нему, пытаясь спасти от падения на мокрый асфальт. Он больше не вернется?

***

Голова безумно болела, будто по ней били молотком несколько часов подряд. Глаза все никак не хотели открываться, вновь затягивая в сон. Что происходит? Веки тяжело поднялись, открывая вид на тусклый потолок с шикарной люстрой. Сине-голубые стены, которые должны успокоить, совсем не вызывают чувства спокойствия. Чимин попытался подняться, но попытка не удалась, и он вновь упал на подушки, тихо заскулив от резкой боли в голове. Пак не мог вспомнить, чтобы ударялся обо что-нибудь. Последняя картинка, которая хранилась в памяти у рыжего — Намджун, бегущий к нему навстречу, а потом — темнота. Белая дверь приоткрылась, впуская внутрь Чонгука и Тэхена. Это было весьма неожиданно для Чимина, но думать об этом было некогда. — Чон? — хриплый голос Пака разрезал тишину, заставляя задуматься, где он успел охрипнуть. — Чимин, лежи, лежи, все хорошо, — Чонгук смотрит на Пака и, увидев, как тот пытается привстать, сразу же срывается с места, укладывая парня обратно. — Я ударился? — интересуется рыжий, осознавая, что болит не только голова, но и все тело. И не просто болит, а так ноет, что хочется отрезать все, лишь бы не мучиться. — Обморок, потом пинался в бессознательном состоянии, мышцы не болят? — омега слабо улыбается, поглаживая руку рыжего. — Прости, — шепчет парень, опуская глаза. Он чувствует себя виноватым, даже несмотря на то, что он был в бессознательном состоянии и не мог контролировать свои эмоции и движения. — Все хорошо, Чимин, — Чон едва кивает, вставая с кровати. — Я принесу тебе поесть. Омега уходит, оставляя Пака и Тэхена наедине. Чимин не смотрит на него, комкая в руках простыни. Отчего-то Паку стыдно перед ними. Может быть, за слабость? Слабость это всегда плохо. — Чимин, не смей себя гробить, — низкий бас раздается неожиданно, отчего Чимин, вздрогнув, посмотрел на Кима. — Ты к чему? — Пак шепчет, не желая повышать голос. Горло саднило, а желудок требовал пищи и воды, чтобы его заполнить. Глаза сильно опухли и едва открывались. Отличное состояние, ничего не скажешь. — Это не конец, слышишь? Ты найдешь еще своего альфу и нарожаешь кучу детей. У тебя все наладится, — Тэ говорил строго, но когда речь зашла о детях, блаженно улыбнулся. — Спасибо, Тэхен. Я буду стараться, — Чимин нашел в себе силы улыбнуться, посмотрев на Кима. — Чимин, я понимаю, что тебе сейчас очень плохо, но я должен сказать, — Тэ тихо вздохнул, садясь на кровать рядом с Чимом. Пак уже даже не волновался. Все то, чего он так боялся, уже случилось. Чего теперь-то переживать? — Что случилось? — омега спрашивает без капли интереса. Сердце едва ли бьется. Жизнь окончена. Ради чего жить? — У нас с Чонгуком будет ребенок, поэтому мы будем вынуждены переехать в более комфортные условия, — улыбка Тэ, возникшая при упоминании о их с Чоном ребенке, тут же погасла, стоило только продолжить говорить. Эмоции Пака сейчас очень трудно понять. Он так рад, что у его лучшего друга будет ребенок. Рыжий правда безумно рад. И это не его дело, переезжать им или нет, это их решение. — Я очень счастлив за вас, Тэхен, — Чимин улыбается искренне, заставляя Кима поверить ему. Ребята провели последние недели вместе. Чимину было безумно хорошо последние дни с друзьями, ведь он прекрасно знал, что это последние дни, когда он счастлив. Другого шанса не будет, поэтому нужно наслаждаться сейчас тем, что есть. Друзья уехали, попрощавшись так искренне и от души, что Пак даже заплакал и, пытаясь успокоится, пересказывал последние счастливые моменты их совместных дней. Через несколько недель Чимин узнал, что начальник Юнги и его омега разбились на самолете, улетая заграницу. Пак знал все подробности, кроме одной, конечно же. Он не знал, куда уехал Юнги и почему Чимину нельзя поехать к нему. Намджун все-таки хороший друг.

***

Чимин действительно не понимал, какого хрена все так сложилось. Несколько лет назад все было так хорошо, а сейчас он плачет, сидя на холодном бетоне высокой многоэтажки. Нет, он не собирается прыгать, хотя это отличный вариант развития событий. Юнги бы этого не хотел, поэтому Чимин не станет этого делать. Просто это единственное любимое место Чимина, где они с Юнги не были вдвоем — не успели. И Чим до сих пор не понимает, что случилось тогда много лет назад. Тэхен говорил, что Пак сможет жить дальше, забудет Юна, найдёт себе нового альфу, влюбится, нарожает много детей, но как-то не сложилось. Чимин не знает почему. У него так и осталось много вопросов, но ни одного ответа. Уже несколько лет Чимин приходит на одну и ту же крышу один, сидя на бетонном полу по несколько часов. Он плачет, вспоминая те счастливые моменты, которые хранит его память. За такое количество времени слезы должны были исчезнуть, высохнуть, испариться. Но этого не произошло, и Пак не знает, сколько еще будет приходить на пустую крышу огромной многоэтажки. Ему, возможно, должно было это все надоесть, но этого тоже не произошло. И он до сих пор приходит туда, где всегда надеется, что когда-нибудь вновь найдет свое счастье. Вновь найдет Юнги.