Джеймсу Бонду и не снилось

Имс решился испытать свою удачу, когда они с Артуром оказались одни в его кабинете. Артур говорил о... о всяком разном. Вроде бы даже о прогрессе, который Имс показывал на тренировках, и Имсу стоило бы слушать: это касалось его будущего, в конце концов. Но он был целиком занят размышлениями о том, как лучше привлечь Артура: остаться там, где он сейчас, ну, только немного съехать вниз и развести колени, или бесцеремонно примоститься на краю стола. После тщательных раздумий он выбрал стол. Откровенная поза наверняка бы вызвала только мягкий, но непоколебимый укор, что сидеть так джентльмену не подобает. — Результаты твоего теста даже лучше, чем я ожидал, и на полевых испытаниях ты тоже не подкачал, — Артур сидел, откинувшись на спинку своего стула, и загибал пальцы, ведя подсчёт. Имс представил, как эти длинные пальцы сомкнутся вокруг его члена, как их ласки доведут его до оргазма, и этой мимолётной, но яркой фантазии оказалось достаточно для того, чтобы подтолкнуть его к действиям. Без лишних слов он просто встал и обошёл стол Артура, скользнув ладонью по глянцевому дереву. Артур замолчал и поднял брови в немом вопросе. Имс коротко и намеренно неформально улыбнулся ему и послал куда более долгий, но такой же неформальный оценивающий взгляд. Ему не пришлось притворяться. Артур, возможно, и был вдвое старше, но находился в невероятной физической форме, под сшитыми на заказ костюмами скрывались изящные очертания плотных мышц, и пальцы Имса зудели от одной мысли о том, чтобы вытряхнуть Артура из всех этих слоёв одежды. Он сел на край стола, развязно изогнувшись в сторону Артура. Артур пробежался быстрым взглядом по всему телу Имса, задержавшись на миг или два на всех выпяченных изгибах. Не то чтобы совсем открыто — где-нибудь в кодексе поведения «Кингсмэн» наверняка было правило о том, что джентльмену не пристало откровенно пялиться, — но Имс и так был наблюдателен, а за время, проведённое в «Кингсмэн», ещё больше развил этот навык. Спустя один удар сердца Артур поднял взгляд и очень ровно произнёс: — Что вы делаете, мистер Имс? Имс не стал изображать невинность. Он сильно сомневался, что Артур поведётся именно на невинность. Вместо этого он спросил: — А что, так непонятно? — и откинулся назад, опираясь руками о стол. Артур снова скользнул взглядом вниз, в этот раз задержавшись на бёдрах, и Имс ухмыльнулся. Простого поцелуя пока будет достаточно, решил он. Всё-таки ни он, ни Артур никуда в ближайшем времени не денутся. Имса ждёт ещё три месяца тренировок, если только его не вышвырнут, а Артура никуда не пошлют, пока его плечо полностью не заживёт. Так что в полной уверенности, что в их распоряжении всё время мира, Имс наклонился, за галстук притянул к себе Артура и поцеловал. Губы Артура были мягкими и тёплыми, и поцелуй остался бы совсем лёгким, если бы Артур не приоткрыл удивлённо рот. Улыбнувшись, Имс воспользовался ситуацией, углубляя поцелуй и забегая в мечтах далеко вперёд, и прошло несколько секунд, прежде чем его мозг заметил, что Артур внезапно перестал отвечать. Совсем. Имс озадачился: он же понял всё правильно, так ведь? Он был просто уверен в этом... Имс ослабил натиск, и Артур тут же мягко оттолкнул его, надавив рукой на грудь и заставив сесть ровно. Имс наморщил лоб: — Что?.. — Хорошая попытка, — похвалил Артур, убирая руку. Он остановил взгляд на какой-то точке за плечом Имса, его рот дёрнулся, что, наверное, должно было бы быть усмешкой, но больше походило на оскорблённую гримасу. — Хоть и не слишком изящная. И если хочешь добиться большего правдоподобия… «Что?» — …то стоит готовить почву получше, не ограничиваясь одним-единственным взглядом. Хотя сам по себе взгляд был хорош, отдаю должное. Имсу понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы всё осознать. — Ты… — он моргнул. — Ты серьёзно сейчас выставляешь оценку моей попытке подцепить тебя? Артур сухо улыбнулся: — Я не первый десяток лет на этой работе, — ответил он. — А ты не первый новобранец, у которого возникли… гениальные идеи, скажем так, после тренировок по нейролингвистическому программированию. Поверь мне, если ты сейчас вернёшься в казарму, то обнаружишь, что остальные новобранцы оттачивают технику друг на друге. Наверное, это должно было прозвучать доброжелательно, но на вкус Имса вышло ужасно снисходительно. Его охватил внезапный порыв сделать что-то по-детски глупое, например, сбросить Артура со стула. И чтобы обуздать этот порыв, пришлось обеими руками схватиться за край стола. — Артур, — медленно выговорил он, — ты думаешь, что я типа просто дурачился? Попробовал только потому, что ты подвернулся под руку? Повисла короткая пауза. — Да? — уточнил Артур. По крайней мере, он милосердно изобразил смущение, но это было слабым утешением, учитывая... — Потому что для попытки обольщения ты приложил маловато усилий. Если бы тебя официально оценивали, то баллы были бы довольно средние. — Средние?! — поражённо повторил Имс. — Как это средние? Ты отреагировал. Ты обратил внимание на… — он широким жестом обвёл всего себя. — Ну, я же не слепой, — в голосе Артура послышались оборонительные нотки. — Я просто... — он прервался, поморщившись. — Вообще, неважно, — Артур сжал переносицу. — Послушай... могу я дать тебе совет? Имс уставился на него: — Ты серьёзно? Господи, ты действительно серьёзно, — заключил он: Артур ничем не показал, что шутит. — Ты предлагаешь конструктивную критику всем, кого отшиваешь? — Нет, Имс, это только ты такой особенный, — бесстрастно ответил Артур. Несмотря на упавшее настроение, Имс ухмыльнулся: — Хорошо, и какой же совет ты хочешь мне дать? — Дело в том, — начал Артур, и тон его был близок к лекторскому, — что люди, которые являются нашими объектами… — Ты имеешь в виду, суперзлодеи, — поправил Имс, только чтобы увидеть, как при этом скривится Артур. — Люди, которые являются нашими объектами, — подчеркнул тот, — не мелкие сошки. У них есть деньги, у них есть власть, некоторые из них даже выиграли в генетической лотерее, а не только в денежной. Это практически на сто процентов гарантирует, что им не в новинку, чтобы молодые и привлекательные люди западали на них. — Артур, да ты льстец. Артур закатил глаза и продолжил: — На миссии с соблазнением это значит, что ты не можешь полагаться только на свой внешний вид. В таком случае ты рискуешь потерпеть поражение. Ты должен суметь предложить им что-то большее, что-то, чего никто другой не даст. Или, по крайней мере, предложить иллюзию этого. — К чему именно ты ведешь? — Имс искоса посмотрел на него. — К тому, — продолжил Артур, встав и махнув Имсу, чтобы тот слез с его стола, — что тебе нужно больше стараться. — Он проводил Имса к двери и открыл её — недвусмысленное предложение уйти. — К тому, что ты можешь чертовски лучше, чем показала эта бестолковая попытка, и мы оба это знаем. — Подожди, — Имс остановился в дверном проёме, — ты хочешь сказать, что мне нужно больше стараться, чтобы залезть к тебе в штаны? Что-то близкое к панике промелькнуло на лице Артура. — Чёрт, это был просто общий совет, — рявкнул он, практически выталкивая Имса в коридор. Но Имс отметил, что Артур не сказал ни да, ни нет. — Господи, иди и опробуй свои техники на других новобранцах как нормальный человек. Работайте друг с другом хоть до полного изнеможения, можете даже оргию устроить. — Последнее тоже было советом или так получилось с твоей группой? — Имс приподнял брови. Артур захлопнул дверь прямо перед его носом. — Ха! — сказал Имс.

***

Это был не первый раз, когда Артур сказал Имсу, что он может лучше. Фактически, впервые это произошло примерно через полчаса после того, как он вытащил Имса из обезьянника, а все обвинения в краже машин оказались мистическим образом сняты. — Скажите мне кое-что, мистер Имс, — начал Артур, когда они были уже достаточно далеко от полицейского участка, — куда именно, по-вашему, ведёт карьера угонщика? — Не знаю, — пожал плечами Имс и добавил, намеренно кося под дурачка: — В автомастерскую, возможно? — А в перспективе? Имс сделал вид, что обдумывает этот вопрос: — Всё равно в автомастерскую? — предположил он наконец. Он одарил Артура своим лучшим легкомысленным и простодушным взглядом. — У меня-то пока нет ресурсов, чтобы разбирать машины самостоятельно, так что… — А мне кажется, — съязвил Артур, — что если вы продолжите идти тем путём, которым идёте, то ещё до тридцати схлопочете долгий-долгий тюремный срок. Имс, привыкший к таким душеспасительным беседам с учителями, исполненными благих намерений молодыми рабочими в автомастерских и, позже, копами, которые пытались откровенно запугать его, снова дёрнул плечом. Артур ухватил его за локоть, заставляя остановиться и посмотреть на него. — Вы способны на гораздо большее, — заявил Артур, серьёзно и настойчиво глядя на него с необъяснимой убеждённостью. — Вы проницательны, вы легко приспосабливаетесь, вы сообразительны — я думаю, достаточно сообразительны, чтобы сознавать, что впустую растрачиваете свои таланты. Под его изучающим взглядом Имс чувствовал себя как под микроскопом. Ошарашенный, он вырвал руку из хватки Артура и сунул ладони в карманы. — Когда ты видел меня в последний раз, мне было сколько? Одиннадцать? Двенадцать? — Двенадцать, — подтвердил Артур. — Как раз перед тем, как вас отправили в школу-интернат. Вроде бы самую первую. — Ну да, — кивнул Имс. — Другими словами, сто лет назад. Откуда тебе знать, на что я способен сейчас? — он пожалел об этих словах, как только они сорвались с его языка. Они прозвучали жалко, как будто он напрашивался на комплименты. Тем не менее все сожаления были забыты, как только Артур сказал: — Я знаю, на что вы способны, потому что я читал ваше дело. — Вау! — воскликнул Имс, отпрянув. — И это, конечно, ни капельки меня не пугает. — И так как я читал ваше дело, — не обращая внимания на его слова, продолжил Артур, — я знаю, как вы преуспевали в школе. И как преуспевали в университете и на факультете военной подготовки, — фраза «пока не бросили всё» повисла в воздухе. Артур сделал паузу, видимо, ожидая, что Имс добавит что-то, а потом добил: — Ваш отец очень гордился вашими успехами. Имс моргнул. Ну-у, он вообще впервые слышал об этом. Хотя это было в духе старого засранца — держать такие сантименты в себе до самого гроба. Имс сжал челюсти, больше разозлившись, чем смутившись: — Какой смысл ворошить прошлое? Как я уже говорил, это было сто лет назад, — он покосился на Артура. — Почему ты вообще здесь? Мама подбила тебя на это? Мама Имса никогда не любила читать нотации, но она бы ни за что не упустила возможность перекинуть эту задачку на кого-нибудь другого. — Нет, она ни на что меня не подбивала, — покачал головой Артур. — Единственное, чего она хотела, чтобы я вытащил вас из-за решётки, — он повесил зонт на руку и сделал вид, что поправляет запонки. — Я здесь, потому что хочу предоставить вам шанс. — Типа предложить работу? — Да, — сказал Артур, изогнув губы в странной полуулыбке. — Вот именно, типа предложить работу. Он рассказал Имсу о «Кингсмэн». Рассказал, что его отец — который недавно умер и по которому некому было сильно скучать (по крайней мере, точно не Имсу), — был секретным агентом. И пригласил Имса попытаться занять место отца. — Вы достойны лучшего и большего, чем угонять машины и шариться по карманам туристов, мистер Имс, — так Артур завершил свои разглагольствования. — И если бы вы всё время с дьявольским упорством не занимались саморазрушением, то могли бы уже и сами давно это понять. — Лучшего и большего? — повторил Имс. Он сомневался: часть его была в восторге от идеи стать секретным агентом (шпионом!) — но не так уж сильно, чтобы пропустить предыдущий унизительный комментарий. — Это очень мило с твоей стороны. Тебе когда-нибудь приходило в голову, что мне, может, нравится угонять машины и шариться по карманам туристов? — Уверен, что вам нравится, — согласился Артур. — Но я также уверен, что в конце концов вам этого станет недостаточно. Выбор за вами, мистер Имс. Вы можете провести остаток жизни, пополняя коллекцию уголовных обвинений и двигаясь в сторону тюремного заключения, если хотите. Или можете воспользоваться шансом, который я предлагаю, и применить свои таланты, чтобы послужить чему-то действительно стоящему. Имс наклонил голову, внимательно изучая Артура. Откровенно говоря, часть его склонялась к тому, чтобы отказать Артуру. Снисходительность Артура — такая самонадеянная — неимоверно злила. Если бы не… Если бы не убеждённость в голосе Артура, в его глазах. Эта непостижимая уверенность, что Имс мог бы — сможет, казалось, говорил Артур — достичь большего. Давно уже никто так не верил в Имса. — Возможно, я заинтересован, — сообщил Имс с наигранным безразличием. В конце концов, всё не должно выглядеть так, будто он слишком сильно этого хочет. — Это зависит… — От? — Артур приподнял бровь. — Ну, — протянул Имс, скользнув по Артуру вульгарным, граничащим с оскорбительным, взглядом, — от того, что говорят правила относительно неформальных отношений между агентами. Артур не посмотрел сердито, и не напрягся, и не перевёл тему. Он только легко улыбнулся и вернул Имсу такой же беглый оценивающий взгляд, который едва скрывал интерес. — Это действительно единственное, что может повлиять на ваше решение? — Тебя действительно волнует, является ли это единственным, что может повлиять на моё решение? — Имс подошёл ближе, вторгаясь в личное пространство Артура. Артур не возразил и вряд ли только в воображении Имса подался навстречу. — Думаю, что нет, — Артур моргнул и тряхнул головой. Улыбка угасла, её заменило более официальное и вежливое выражение лица. — Правил относительно неформальных отношений между агентами не существует, — сказал он, выпрямляясь. — Но я бы не советовал вам основывать главные в жизни решения на капризах своего либидо. Имс пожал плечами: — А у Джеймса Бонда это всегда прокатывало, — заявил он и ухмыльнулся, когда Артур фыркнул.

***

Это задало тон их отношениям. «Старайся больше, — говорил Артур. — Делай лучше, я знаю, что ты можешь». И Имс слушался. Показательно ворчал и жаловался, называл Артура слишком требовательным, покровительственным придурком, подкалывал его всё время — но тем не менее делал лучше. Вероятно, раздумывал Имс, он заработал себе комплекс. Он уточнил: «весьма вероятно», — когда спрятался в компьютерной лаборатории следующим же вечером, чтобы найти и изучить отснятые плёнки — некоторым было больше десятка лет — с миссиями Артура, включавшими соблазнение. И он поступил так не по зову тела, а исключительно из научного интереса. «Делай лучше», — сказал Артур. Имс сделает, как только определит, что, по мнению Артура, является «лучшим». К сожалению, плёнки, предоставленные новобранцам для обучения, в обязательном порядке обрезались до того момента, когда могло произойти что-то действительно неподобающее. А так как они записывались с помощью специальных очков, то по большей части демонстрировали объекты соблазнения, а не самого Артура. Имс видел, как он порой мелькал то тут, то там, проходя мимо отражающей поверхности, но хронометраж таких записей составлял всего какую-то жалкую горстку минут. На своих самых ранних миссиях Артур выглядел удивительно, раздражающе молодым — ни седины на висках, ни морщин на лице. Имс приостановил показ только один раз, чтобы внимательно рассмотреть отражение Артура в подносе, и двинулся дальше. Это был не тот Артур, которого он знал. Изображение не слишком его заинтересовало, ну, кроме как с эстетической точки зрения. Что его действительно заинтересовало, так это техника Артура. Или, скорее, её отсутствие. Имс пересмотрел примерно с полдюжины миссий по два раза, просто чтобы убедиться. В конце концов, он видел всё с точки зрения Артура, возможно, мог и упустить что-то неуловимое, — но нет. Нет, он ничего не упустил, потому что вот он, молодой и свеженький Артур, который на миссии в Будапеште в 1991 году не использовал ровным счётом ничего, кроме своей внешности, чтобы привлечь объект. — Артур, ты чёртов лицемер, — Имс возликовал. Он пробежался по всем остальным видеофайлам с этой миссии на удвоенной скорости, убеждаясь в своих выводах. На поставленное самому себе задание ему резко стало наплевать — ведь надо было ещё подобрать лучший способ подшутить над Артуром — вот почему только спустя полминуты он заметил, что образ действий Артура изменился. Его внимание снова вернулось к плёнке, Имс замедлил её до нормальной скорости. В приложенном отчёте сообщалось, что в 2009 году Артур находился в Сиднее. Объект — Роберт Фишер, наследник «Фишер Морроу» — компании, которая якобы являлась энергетической корпорацией, а на самом деле служила прикрытием для террористического синдиката Фишера-старшего (у синдиката, как раздражённо указал Артур, не было известного официального названия). Фишер на фотографиях из отчёта был незаслуженно красив, обладал острыми скулами и холодными голубыми глазами и казался неприступной скалой. Имс сразу представил себе раскинувшегося в кресле мужчину, который поглаживал бы белого кота, наблюдая, как его врагов скармливают акулам. Чего он никак не мог себе представить — во всяком случае, не на ровном месте — так это как Фишер будет стоять на коленях с завязанными за спиной руками, пристально глядя снизу вверх на... ну, на Артура, конечно, но благодаря тому, что снималось всё очками, выглядело это так, как будто Фишер с расширившимся зрачками и приоткрытым ртом посмотрел прямо на Имса, прежде чем опустить голову… И облизать ботинок Артура, медленно скользнув языком по полированной коже. — Господи, — Имс нервно усмехнулся. Честно, некоторые вещи, которые заводили людей… Его смех прекратился мгновением позже, когда Артур заговорил: — Только посмотри на себя, — грубым и низким голосом потребовал Артур. — Ты мог бы кончить только от этого, правда? Это... заметно отличалось от предыдущих его миссий. Там Артур был как будто окружён аурой отчуждения — как будто для него соблазнение объектов было всего лишь презираемым развлечением. А здесь, с Фишером, казалось, что Артур действительно проникся, наблюдая, как лижут его ботинок, что было просто… ну… — Ну твою ж мать, — Имс заморгал.

***

Если бы Имса когда-нибудь попросили описать его впечатление от «Кингсмэн» примерно пятью словами, он бы сказал: «Постоянно выдёргивают почву из-под ног». Всё в «Кингсмэн» было не тем, чем казалось (впрочем, возможно, это не должно было так уж удивлять, учитывая, что организация представляла собой тайное шпионское агентство), каждое безобидное происшествие скрывало за собой испытание, а все реальные испытания на самом деле втайне включали в себя проверки на что-то совершенно иное. И даже чёртов зонт Артура был замаскированным многофункциональным наступательным орудием. Имс рассматривал возможность, что сложившаяся ситуация была очередным таким испытанием, но потом отмёл её. Он рассматривал и возможность, что такое испытание придумал сам Артур, но отмёл и её. Это было слишком витиевато для резкого, прямолинейного Артура, который имел поразительную склонность прокладывать короткую дорогу, невзирая на петли и спиралевидные манёвры мира шпионажа. У Имса осталось немного вариантов: или на записи он увидел фальшивую личность, разработанную специально для того, чтобы привлечь Фишера, или Артура это действительно привлекало, или… Или вариант два с половиной, который совмещал оба предыдущих. Если верен был первый, то положение Имса было ничем не хуже положения, в котором он находился до того, как решился на это граничащее с вуайеризмом рискованное мероприятие. Если второй — что ж, Имс был не таким пессимистом, чтобы решить, что его просто-напросто поимели (метафорически), пусть даже не совсем этого он ожидал. Имс нахмурился, задумавшись. Он никогда не требовал многого от своих постельных партнеров: только возможность наслаждаться их телами и давать наслаждаться своим взамен. Также он никогда не задумывался о том, чтобы увлечься какими-нибудь извращениями, — ему казалось, что они требуют дополнительных усилий для достижения того же результата, а Имс никогда не стремился прикладывать больше усилий, чем было необходимо. Но теперь… Теперь, когда он вроде бы получил подсказку, каковы пристрастия Артура, возможно, пришло время задуматься. Чего Имс на самом деле хотел — всегда хотел, ещё с самого начала, — так это увидеть Артура взволнованным, утратившим равновесие. И если для этого нужно встать перед ним на колени, вместо того чтобы толкнуть его самого в это положение, — хорошо. Имс с этим справится. В конце концов, он едва ли станет хорошим агентом «Кингсмэн», если не научится менять тактику на лету.

***

— Ты полный говнюк, — жизнерадостно заявил Имс, входя без спроса в кабинет Артура. Артур поднял на него хмурый взгляд из-за ноутбука. — Знаю-знаю, — Имс закрыл за собой дверь. — Входить, не постучав и не дождавшись, когда тебя пригласят, грубо, и джентльмену не подобает. Артур перестал хмуриться и криво улыбнулся. — По крайней мере, ты дошёл до стадии самоисправлений, — он откинулся назад на стуле и сложил руки на груди. — Но почему же я, по-твоему, полный говнюк? Имс хмыкнул и понизил голос, подражая Артуру: — «Ты должен суметь предложить им что-то большее — или, по крайней мере, иллюзию этого». Пфф. Я пересмотрел записи всех твоих миссий с заданиями на соблазнение. Ты что-то не слишком следовал собственному совету. Воцарилось короткое молчание, а потом, к изумлению Имса, Артур смущённо ухмыльнулся и пожал плечами. — Да, — Артур так и не прекратил ухмыляться. — Ты прав. Не следовал. Это одно из тех самых «делай, как я говорю, а не делай, как я делаю». Я не сразу понял, что нельзя выехать на одних только взглядах. И я не хочу, чтобы ты совершил ту же ошибку. — Или, — медленно начал Имс, подходя ближе, — ты просто ляпнул первое, что в голову пришло, лишь бы избавиться от меня поскорее. Артур откинулся назад ещё сильнее, чтобы не выпускать Имса из поля зрения, когда тот обошёл стол. — И зачем бы мне так поступать? — Не знаю, — Имс примостился на краю стола, в деталях повторяя сценку, разыгравшуюся на днях. — Это ты мне скажи. Улыбка Артура стала недоверчивой: — Ты же не собираешься попробовать то же самое второй раз? — В прошлый раз это отлично сработало, — Имс поёрзал и, естественно, Артур не удержался, снова украдкой кинув взгляд на его задницу. Не так уж хорошо он умел притворяться, как думал. — Но если ты хочешь чего-то другого... Имс соскользнул со стола и встал на колени, оказавшись вплотную к бёдрам Артура. Тот застыл. Он остался неподвижным и тогда, когда Имс обхватил ладонью его лодыжку и после тщательного осмотра — нога как нога, нормальная такая нога, заключил Имс, — и мимолетного колебания приподнял её, чтобы поцеловать ботинок, совсем как Фишер. — Это больше соответствует вашим предпочтениям, сэр? Его тон был слишком небрежным, чтобы сойти за искреннее желание подчиниться, но, опять же, возможно Артуру было больше по душе непослушание. Он никогда не пытался по-настоящему осадить Имса, как бы невыносимо он себя ни вёл. Артур пробормотал что-то непонятное, и Имс поднял взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как замешательство на его лице сменяется сперва беззастенчивым интересом, а потом — досадой. — Я бы не назвал это, — Артур дёрнул ногой, высвобождаясь из хватки Имса, — хорошей идеей. — Точно, — Имса ничто не могло остановить. — Её можно назвать исключительно замечательной. Возможно, даже великолепной. — Это невероятно неуместная идея, вот что. — Неуместная? — повторил Имс и, фыркнув, уставился на Артура. — А теперь послушай-ка: когда я спросил у тебя, есть ли какие-либо правила, запрещающие неформальные отношения между агентами, ты сказал, что нет, — он мелодраматично вздохнул. — Только не говори мне, что солгал. Моё бедное сердце не вынесет такого разочарования. — Я не лгал, — подтвердил Артур. — Нет никаких правил насчёт неформальных отношений между агентами. Но главное слово тут — между агентами, а ты пока не агент. «Пока», — довольно отметил Имс. Какая вера, Артур. — Значит, единственная проблема в том, что я не агент? Артур снова дёрнулся, на этот раз сильнее: — Нет, это не единственная проблема. Ещё... Боже, Имс, может, ты наконец встанешь с этого чёртова пола? Имс вскинул бровь, но послушался. — Ты же не собираешься задвинуть мне какой-нибудь шлак на тему того, как ты стар для меня? — он вперился в Артура взглядом, заметив его поджатые губы и нахмуренный лоб. — Постой... ты действительно собирался это сказать? Господи, Артур, это даже для тебя уже слишком. — Я почти вдвое старше тебя, — Артур скривился так, как будто ему было больно о таком говорить. — Это не так-то легко принять. — И всё же вот он я — принял это легче лёгкого, — Имс отмахнулся. — Ты что, не слышал? Возраст — это всего лишь число. Тебе столько, на сколько ты себя чувствуешь. — Попытка воспользоваться банальным афоризмом засчитана, спасибо, — Артур обратился к своему привычному суховатому юмору. Впрочем, ненадолго — вздохнув, Артур потёр лицо, поддёрнув очки на самый лоб. — Имс... послушай. Дело ведь не только в том, что я старше тебя. Дело ещё и в том, что именно я завербовал тебя, и это всё, — Артур помахал рукой между ними, предпочтя не давать название «этому всему», — может быть неверно истолковано как неподобающая предвзятость. — Ты завербовал меня, ты продвигаешь мою кандидатуру... ты уже предвзят по отношению ко мне, — парировал Имс. — Вот почему за тестирование и тренировки отвечает Мерлин, а не ты. Если я и прохожу испытания, то прохожу честно. Никто не сможет обвинить тебя в фаворитизме, Артур, здесь нечего бояться, — он откинулся назад, опершись о стол. — Какие ещё возражения мне нужно отклонить? Артур посмотрел на потолок, как будто надеялся на божественное вмешательство. — Если ты дорастёшь до агента, то я стану для тебя вроде как старшим по званию, — он снова перевёл взгляд на Имса. — Мы окажемся на разных ступеньках... — Ты так говоришь, как будто это плохо, — вздохнул Имс, и Артур непонятно почему вздрогнул. — Но ведь это совсем необязательно. Знаешь, у античных греков была такая система: опытный мужчина брал... — Так, значит, теперь ты решил призвать на помощь свои школьные знания? — проворчал Артур, и Имс усмехнулся. — В школе мне не рассказывали о педерастии в Древней Греции, — заверил он. — И я не знаю, заметил ли ты это, Артур, но ты только что привел мне три оправдания... — Причины. — ...и среди них не было «я не заинтересован». Артур поджал губы. — Боже правый, Имс, — его голос прозвучал до крайности устало, — может, я просто не готов перейти к той стадии своей жизни, на которой буду заниматься сексом с ма... с мужчинами вдвое меня младше. Имс не удержался от смеха. — Прости, — он старательно убрал с лица ухмылку, когда Артур сузил глаза, — просто... — «Просто это нелепо», — технически ты уже признал это, согласись. Ты переспал с Фишером, а он тогда был всего на несколько лет старше, чем я сейчас. — Я сделал это в рамках миссии, и тогда он был на целых восемь лет старше, чем ты сейчас, — огрызнулся Артур. — К тому же, если ты не заметил, я больше никогда не брался за миссии, где объектами были... такие как Фишер. — Потому что из-за него ты почувствовал себя стариком? — Кхм, — Артур закатил глаза, и уголки губ Имса снова угрожающе поползли вверх. Сейчас Артур как никогда выглядел самым обычным человеком. — Почему ты не можешь просто последовать моему совету и поприставать к другим кандидатам? Уверяю, они такие же озабоченные, как и ты. — Я пристаю к тебе не потому, что озабочен, — ответил Имс. Артур скептически поднял бровь. — Ну ладно, может, немного. Впрочем, это не главная причина, — Имс глубоко вдохнул, собрался с силами и изобразил максимально серьёзный взгляд. — Дело в том, что... меня привлекают мужчины постарше. Всегда привлекали. Наверное, потому что в подростковом возрасте мне не хватало перед глазами образца для подражания, и... — О Боже, — Артур посмотрел в сторону окна так, как будто только и мечтал выпрыгнуть из него. Хотя они были всего-то на втором этаже. Самое худшее, что могло бы случиться, — к раненому плечу добавились бы сломанные лодыжки. С Имса слетела маска серьёзности: — Что, совсем не катит? — Не... Что? — Артур заморгал. — Имс, какого хрена? Имс снова расхохотался. — Перестань меня так смешить, когда я с тобой заигрываю, — Имс притворно нахмурился и похлопал Артура по руке. — Это только раззадоривает. — Очень рад быть причиной твоего веселья, — скривился Артур. Нет, так дальше не пойдёт. Смеяться над Артуром было... ну, смешно, но только до тех пор, пока он не выходил из себя. Имс задумался над своим положением. Он сомневался, что Артур купится на такую хренотень, как возможность выглядеть помоложе рядом с ним (а если бы купился, то Имс бы тут же потерял всякое уважение к нему). Скорее всего, его вряд ли поколебала бы и чистая правда — что Имс считает его привлекательным, что Имсу он искренне нравится и что, по мнению Имса, они хорошо провели бы время в постели. При желании Артур мог заполучить себе любого парня младше двадцати пяти — если бы не считал это первым шагом к падению в пропасть, где живут стрёмные старикашки, которые пялятся на шестиклассников на автобусных остановках. Значит... — Слушай, хочешь узнать правду? — Имс подался вперёд, излучая ауру пылкой искренности. Артур встретил новый выпад с неприкрытым подозрением: — А ты вообще способен на правду? — Патологическая лживость была бы настоящей бедой для шпиона. Видишь ли, Артур, суть в том, что... я успел перепихнуться с кучей своих ровесников. И всегда, ну вот всегда с ними приходится много трахаться. Как в прямом, так и в переносном смысле, — он криво улыбнулся, когда Артур коротко, словно бы нехотя хмыкнул. — И я не хочу сказать, что это плохо, но рано или поздно от старенького устаёшь, — пожалуй, это был не самый лучший выбор слов, поэтому Имс поспешил добавить: — И хочется чего-то другого. — Чего другого? — настороженно спросил Артур. — Может, я хочу переспать с тем, кто уже точно знает, что ему нравится. Может, я хочу переспать с тем, кто покажет мне парочку вещей, которых я никогда не пробовал. Он придвинулся ближе, и Артур не возразил — только откинул голову назад, чтобы по-прежнему смотреть глаза в глаза. Вот так возвышаться над Артуром Имсу было неуютно, и он наклонился, опершись на подлокотники его кресла. Благодаря этому их лица оказались совсем близко, так что Имс заметил, как Артур вздрогнул, как его решимость поколебалась, как он дал волю подспудному желанию. Артур подался вперёд, практически соприкоснувшись губами с Имсом, и... — Да! — рявкнул Артур. Имс заморгал. — Да? — с сомнением переспросил он, потому что это было как-то не похоже на ту страстную капитуляцию, которой он так жаждал. Артур ещё несколько секунд смотрел в какую-то точку за Имсом, но потом всё-таки перевёл на него виноватый взгляд. — Да, он здесь, — сказал Артур... уж точно не Имсу. Постучав пальцем по очкам, он одними губами произнёс «Мерлин». — Он... конечно. Да, точно, — как-то хитро поправив очки, Артур снова посмотрел на Имса. — Мерлин ждёт тебя в казарме с отчётом. — Да ты гонишь! — Имс поморщился. — Ты просто снова хочешь выставить меня вон. — Это не так, и ты сейчас зря тратишь время, — Артур отстранился. Имс явственно представил, как он снова возводит вокруг себя оборонительные укрепления — как средневековая крепость, попавшая в осаду. — Иди, Имс. Артур указал ему на дверь.

***

Оказалось, Имса действительно ждали в казарме. Так же, как Мол и Юсуфа, — а значит, настало время для очередной проверки на прочность. На этот раз их задание — если они на него согласятся — будет состоять в том, чтобы попасть на лондонскую вечеринку, найти там определённый объект, соблазнить его и уложить в постель. После нескольких месяцев вынужденного целибата это казалось скорее подарком, чем испытанием. Хотя... «Должен быть какой-то подвох», — подумал Имс. Это же «Кингсмэн». У этих долбоклюев всегда есть какой-то подвох. Подвох обнаружился спустя несколько секунд, когда Мол — а за ней и Юсуф — показали фотографии своих объектов. — Ну, это будет интересно, — Имс продемонстрировал фотографию своего объекта — точно такого же, как и у остальных.

***

Имс добрался до Лондона и прошёл на вечеринку. Обнаружил там свой — точнее, общий, — объект. Пофлиртовал с ней, попутно заливая в себя, пожалуй, чуть больше шампанского, чем было бы желательно, — а всё потому, что уже больше полугода он не брал в рот ни капли, спасибо тренировочной базе «Кингсмэн», где алкоголя не было в принципе, и... «Фантастика», — подумал Имс: перед глазами всё пошло волнами, тело начало обмякать. Он станет первым новобранцем в истории «Кингсмэн», который провалит задание из-за того, что слишком увлёкся бесплатным шампанским. Последней внятной мыслью перед тем, как сознание заволокло туманом, было: «Артур разочаруется».

***

Отключился Имс на лондонской вечеринке, а очнулся уже в туннеле, привязанный к рельсам. Совсем не фонтан. Ещё меньше вдохновляла подозрительная фигура, которая подобралась откуда-то сбоку, неприятно ухмыляясь, и начала водить ножом вдоль предплечий Имса. Только когда она замерла в тусклом тошнотном свете дежурной лампы, Имс опознал официанта с вечеринки, который носился туда-сюда с подносом (треклятого) бесплатного шампанского. На языке так и крутились вопросы «кто ты?» и «в какой я жопе мира?», но Имс предпочёл спросить: — Чего ты хочешь? Ну, потому что вряд ли можно связать человека и начать угрожать ему ножом совсем уж без причины. Вместо ответа психопат в обличье официанта поднял нож повыше и помахал им: — Он может спасти тебе жизнь. Имс не сразу врубился, и только когда над ним пронёсся порыв тёплого вонючего ветра в сопровождении нарастающего гула приближающегося поезда, до него дошло. По рельсам пошла вибрация, и Имс — буквально на собственной шкуре ощутив весь ужас ситуации — заёрзал, мгновенно вспотев, задёргался в своих путах, как будто его ткнули электрошокером. В ушах отдавался грохот сердца, шум становился всё сильнее, и, оглушённый, Имс еле расслышал, как шизанутый псих, по ошибке принятый в общество добропорядочных официантов, сказал: — У моих заказчиков к тебе всего два вопроса. Первый: кто или что такое «Кингсмэн»? Второй: кто такой Артур Коэн? «У него не такая фамилия», — чуть не ляпнул Имс — он-то видел водительские права Артура (когда стащил у него кошелёк) — но вовремя прикусил язык. Услышав в ответ только молчание, похититель поморщился, отступил на шаг назад и отвёл руку с ножом в сторону — как бы показывая, что ещё немного, и этот нож улетит далеко-далеко. — Ещё один шанс, — он повысил голос, перекрикивая усиливающийся рокот. — Что такое «Кингсмэн», и что за хрен этот Артур? Поезд был уже так близко, что Имс чувствовал вибрацию всей спиной, она ощущалась даже в груди. Он понял — только что по-настоящему понял — что если ничего не сделает, то так и умрёт здесь. Ответы уже готовы были сорваться с языка. Только они могли выдернуть его из этого долбаного кошмара: Имс не слышал визга тормозов, а значит, либо машинист его до сих пор не увидел, либо, что ещё хуже — был в доле с будущим убийцей, а значит, единственным шансом на спасение был нож, а значит... Как любил повторять директор одной из школ каждый раз, когда к нему приводили Имса, — скажи правду и можешь быть свободен. А ещё правда обречёт Артура и остальных агентов «Кингсмэн» на допросы, пытки или даже смерть. Живот Имса скрутил приступ тошноты. — У меня... — прохрипел он. Это вышло так тихо, что ему показалось — ни в жизнь официант его не услышит, но тот всё-таки настороженно придвинулся ближе, готовый внимать. — Да-да? — настойчиво подбодрил он. — У меня есть для тебя два ответа, — сказал Имс так громко, как только мог, и отсалютовал двумя пальцами*. Ослепительно яркий свет фар заполнил туннель, и Имс крепко зажмурился. Звук всё нарастал и нарастал, пока не превратился в оглушительный рёв, который вымел из головы все мысли, — и поезд пронёсся по телу так быстро, что Имс даже не почувствовал боли. По крайней мере, так ему сперва показалось. Он понял, что приподнимается, — точнее, его как будто приподнимает. Блядский боже, он что, правда возносится на небеса? Имс-то считал, что ему уготовано место в мире огня, серы и заострённых вил, но... Раздалось отчётливо земное клацание — как будто что-то металлическое сперва разомкнули, а потом снова защёлкнули. Имс открыл глаза. Он по-прежнему лежал в туннеле, привязанный к рельсам, и по-прежнему представлял собой единое целое. — Что... — пискнул Имс. Сбоку послышался шорох гравия, Имс повернул голову — и понял, что смотрит на Артура, необъяснимым образом одетого в костюм официанта и держащего тот самый огромный нож. — Поздравляю, — Артур тепло улыбнулся. — Ты прошёл. Имс уставился на него. Сердце всё ещё бухало огромным колоколом — может, он что-то не так расслышал... — Что? — Ты прошёл, — повторил Артур, отчётливо проговорив каждую букву, и махнул рукой в один из концов туннеля. В отсутствие слепящих фар Имс легко разглядел огромную, настойчиво пялившуюся прямо на него камеру наблюдения, которая была вмонтирована в потолок. У Имса вырвался тихий прерывистый смешок. — Бля, да ты, наверное, шутишь! Испытание. Ну конечно. «Кингсмэн» с их идиотскими мозговыносящими испытаниями. — Ты хорошо справился, — Артур произнёс это хоть и торжественно, но искренне. — Я горжусь тобой. Имс почувствовал, как у него к ушам кровь прилила. «О да, — с лёгким отчаянием подумал он, — у меня определённо комплекс». Артур сел на рельсы рядом с Имсом, наплевав на то, что запачкает свой костюм: — Хотя не буду врать: ты заставил меня немного поволноваться. Имс выгнул шею, чтобы посмотреть Артуру в лицо. — Да? — Показалось, что ты собирался всех сдать, — Артур виновато пожал плечами. — Ааа, — протянул Имс и снова рассмеялся — на этот раз не так рвано, хотя в ушах ещё звенело от гула пронёсшегося мимо поезда. — Ну, раз уж мы тут по-честному — я об этом задумывался, — настолько, насколько в принципе можно думать, когда к тебе приближается блядский поезд. — Вообще-то, я очень не хотел умирать. Артур наклонил голову: — Но? — Но... — Имс облизнул губы. — Иначе мне пришлось бы заложить тебя и всех остальных из «Кингсмэн». Я, конечно, много дерьма в жизни натворил, но, Артур, мне нравится думать, что до такого пиздеца я ещё не дошёл. Артур насмешливо фыркнул: — Да уж. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Имс с лёгким скептицизмом вскинул бровь: — Правда? — Ага, — Артур наклонился к нему и доверительным тоном продолжил: — У меня были те же самые мысли. Я не хотел умирать, но, чёрт, и жизнь предателя точно была не для меня. Кроме того, кто мог гарантировать, что меня не убьют, как только я всё расскажу? — Точно, нельзя доверять преступникам, — Имс с издевательской серьёзностью кивнул — и был вознаграждён «улыбчивыми» ямочками на щеках Артура. Артур разделался с верёвками, потом встал и протянул Имсу руку, помогая подняться: — Пойдём. Думаю, после сегодняшнего испытания ты заслужил возможность выпить. — Только не шампанское, — быстро вставил Имс. — Не шампанское, — Артур согласно кивнул.

***

У Артура был мьюз-хаус** в Южном Кенсингтоне, купленный, по его словам, «Кингсмэн». — Боже правый, — Имс оглядел домашний кабинет Артура. — Ты должен был сказать, что меня на всю жизнь обеспечат бесплатным жильём. Я тогда согласился бы, не раздумывая. — Прости, но ты был слишком занят, выясняя, есть ли какие-нибудь запреты на неформальные отношения между агентами, — невозмутимо парировал Артур, протягивая Имсу напиток — сухой мартини. Имс расплылся в ухмылке. И он действительно не собирался говорить этого — на самом деле, он планировал показать Артуру, что умеет принимать отказы, так что, если Артур не заинтересован, ему достаточно произнести всего одно «нет», — но подсознание Имса просто не смогло проигнорировать отсылку к Джеймсу Бонду, особенно с учётом того, что она исходила от самого Артура. — Знаешь, после какого-нибудь особенно смелого поступка Бонда в фильмах обычно следует постельная сцена. По-моему, я тоже её заслужил, когда чуть не умер. Он ждал, что Артур закатит глаза или скажет что-нибудь типа: «Что-что, а смерть тебе не грозила», — ну или хотя бы испустит многострадальный вздох, когда в его голове снова всплывут мысли о приближающемся кризисе среднего возраста. Вместе этого Артур задумчиво кивнул, как будто Имс только что закончил излагать выверенный, надёжный план по выведению на чистую воду какого-нибудь суперзлодея: — Хм, возможно, ты и прав. — Погоди... что?! — Имс подозрительно глянул на свой бокал, хоть и не успел отпить ни глотка, потом с такой же подозрительностью присмотрелся к Артуру. Артур с чертовски смертельной серьёзностью смотрел на него. Имс отставил нетронутый мартини в сторону и пошёл к Артуру, как дрессировщик змей идёт к кобре. — Это что, получается... твой фетиш — люди, чудом избежавшие смерти? Опасность? Фыркнув, Артур прислонился бедром к своему столу, наблюдая, как Имс приближается: — Что? Нет, — он помолчал. — Хотя, полагаю, мне нравится опасность. Только не тогда, когда в ней оказываются другие люди. Имс замер; носки его ботинок почти касались ботинок Артура. — Что же случилось с... — как там Артур выразился? — Что случилось с твоей неготовностью переходить на эту стадию своей жизни и тэ дэ и тэ пэ? Артур пожал плечами, его тонкие выразительные губы изогнулись в улыбке: — Ну что я могу сказать? Ты привёл очень убедительный аргумент, почему это может быть не так уж плохо, — он снова сделал паузу, прежде чем продолжить — на этот раз с отчётливо заметной нерешительностью: — Если только... ты был в этом честен. Имс не сразу понял намёк — он-то думал, что всегда с неподдельной искренностью говорил о своём желании переспать с Артуром, — но тот не это имел в виду. «Может, я хочу переспать с тем, кто покажет мне парочку вещей, которых я никогда не пробовал», — сказал тогда Имс. — Я был честен, — подтвердил Имс. — Разве что... — настала его очередь засомневаться, — ...ты хочешь, чтобы я снова поцеловал твои ботинки? Артур нахмурился. — Почему тебя так на этом заклинило? — недоумевающе спросил он. — Ты сам-то хочешь их поцеловать? — Не очень, — признался Имс. — Значит, и я не хочу, чтобы ты это делал, — Артур подцепил пальцем застёжку на куртке Имса, но не стал ни раскрывать молнию, ни притягивать Имса ближе. И всё же его жест был таким решительным, что тело Имса (которое до сих пор пребывало в некоем изумлённом оцепенении) начало проявлять заметный интерес к происходящему. — Ты же не будешь меня связывать, правда? — уточнил Имс. Хотя его тело и было уже согласно на всё, у мозга и рта оказалось другое мнение. Его ещё никогда раньше не связывали, и... — Просто я думаю, что меня это сейчас немного напряжёт — так же, как и шампанское. — Ничего такого, чего ты не захочешь, — тихо и убедительно заверил Артур. — Меня не возбуждает насилие, — он долго не мог оторвать взгляд от губ Имса, но потом всё-таки посмотрел ему в глаза. — Только скажи, Имс... чего же ты хочешь? Имс подумал: интересно, Артур ждёт от него детального перечня глубоко спрятанных, неизведанных ранее кинков? Если так, то ему придётся побороть своё разочарование, потому что Имс обратился к одной из своих самых ранних фантазий: — Пожалуй, мне хочется, чтобы ты мне отсосал. Артур удивлённо моргнул. Впрочем, миг спустя он улыбнулся, в уголках его глаз собрались морщинки. — Хорошо, — легко согласился он, не показав ни следа разочарования. — Это я могу.

***

Когда Имс впервые подумал о сексе с Артуром, то воображал всё именно так: что он будет трахать Артура. Когда Имс всеми силами пытался заставить Артура потерять контроль, а тот не менее отчаянно старался его сохранить, — представлялось, что в сексе придётся быть таким же настойчивым. Возможно, получится вырубить Артура во время импровизированного спарринга, упасть на него сверху и уже не отпускать. А может, он заставит Артура встать на колени, когда тот наконец расслабится и забудется (или хотя бы забудет о невообразимо нудных правилах «Кингсмэн» по поводу поведения и приличий), когда ответит на лёгкий флирт Имса вместо того, чтобы лениво возмутиться. Фантазии не во всём совпали с реальностью. Например, в таких мелочах, о каких обычно и не думаешь: когда Артур притянул Имса, чтобы поцеловать, они немного болезненно столкнулись зубами, и край очков неудобно впился в щёку Имса, пока тот просто-напросто не сорвал их. Да и в целом нашлись отличия: например, настойчивость проявил именно Артур, хотя должен был в итоге оказаться на коленях. Он провёл Имса спиной вперёд до самой спальни, и, когда тот упёрся ногами в матрас, — нежно, но уверенно подтолкнул, так что Имс распростёрся на кровати. Впрочем, Имс всегда воображал, что минет в исполнении Артура будет первоклассным, так что — когда Артур выудил его член из брюк и трусов, — был более чем удовлетворён, что уж в этом-то его фантазии с реальностью не разошлись. Артур не был ни чопорным, ни брезгливым, ни аккуратным. Он засасывал на всю длину, мокро, лихорадочно, грязно — как и должно быть при лучшем минете на свете — пока Имс не начал выгибаться и задыхаться с открытым ртом, вжимаясь головой в матрас. Он почувствовал, как подступает оргазм — медленной, горячей, неумолимой волной, — и сжал зубы. Его бёдра под ладонями Артура напряглись... И Артур с влажным чпоком отстранился. Имс приподнялся на локтях и вскинул голову, дико глядя на Артура, — какого, блядь, хрена?! — Как-то быстровато, — с ухмылкой произнёс Артур, а потом мечтательно добавил: — Я успел себе напредставлять всякого, поэтому хочу потянуть подольше, — и ещё с мнимой заботливостью добавил: — Ты же не против? Имс хлопнулся обратно на кровать и с таким же мнимым великодушием махнул рукой, надеясь, что получилось передразнить: — Делай, как хочешь. Артура не нужно было просить дважды: он буквально высасывал душу из Имса, подводя к самому краю, дожидался, пока его тело невольно напряжётся, — и отступал. А потом повторял это выматывающее, прекрасное-но-никак-не-кончающееся издевательство, да так пиздецки страстно, что у Имса шарики за ролики заходили. — Артур, Артур... — позвал он, еле-еле осознав, что всё-таки сумел произнести это вслух, — я хочу... блядь, я хочу, чтобы ты меня трахнул. Потому что даже Артур не сможет продолжать дразниться, когда по самые яйца окажется в заднице Имса. А у Имса сейчас все мысли были о том, как он хочет — нет, как ему нужно — кончить. Он вроде бы услышал, как Артур спросил: «Ты уверен?!» — и успел на несколько секунд глупо оскорбиться: что, его тут считают краснеющим девственником с широко распахнутыми глазками? Но потом его затуманенный сексом мозг сумел всё-таки переварить, что именно сказал Артур: — Ты уверен, что сможешь продержаться? — А если не смогу? — слегка нахмурившись, уточнил Имс. Артур тихо рассмеялся. — Я не буду вычитать баллы из твоей оценки, если тебя это беспокоит, — туше. — Не то чтобы я вообще ставил такие оценки, — он опёрся коленом о кровать, и его голос стал глуше и твёрже. — Мне просто любопытно, сможешь ли ты. Точно таким же тоном Артур убеждал Имса постараться получше, приложить ещё немного усилий — и, чёрт, Имс не имел никакого понятия, почему это так на него действует, — но ведь действовало же! — Не знаю, — умудрился выдавить Имс. Его член дёрнулся — ну потому что, Боже правый, этот голос! — и он торопливо сжал основание, отдаляя оргазм. — Давай попробуем. Артур начал раскрывать Имса в той же манере, в которой начинал делать минет: размеренно, не замедляясь и — слава богу — не останавливаясь. Сперва один скользкий палец, потом второй, третий — и вот он уже раздвинул ноги Имса пошире, натянул презерватив, потёрся головкой о дырку Имса и вошёл. Они только-только установили нужный ритм — Артур нависал над Имсом, Имс подавался бёдрами навстречу его движениям, и наслаждение пронизывало каждую клеточку тела, — как вдруг Артур издал отчётливо несексуальный стон, даже, скорее, что-то среднее между хрипом и рычанием, а потом почти свалился на кровать, неловко выдернув член из Имса. — Что за блядская хрень, — выдохнул Имс. Он перекатился на бок, чтобы вытрясти из Артура, во что он играет на этот раз, — и обнаружил, что тот, сгорбившись, сидит у изголовья с болезненной гримасой на лице, и… «Ой, — подумал Имс. — Плечо Артура». А потом чертыхнулся — опять же, в мыслях. Они могли бы просто помочь друг другу руками. Но после всего того, что было до этого, пара минут взаимной дрочки казались… не то чтобы разочаровывающими, но определённо не слишком привлекательными. «У Бонда такого точно никогда не было», — угрюмо подумал Имс. Но тут его осенила гениальная идея, и он, подтянувшись к Артуру, навис над ним, опираясь коленями на кровать по обе стороны от его бёдер. — Ты в порядке? — Имс внимательно присмотрелся к Артуру. Его лицо по-прежнему было искажено от боли, но уже не так сильно, и — очень важное наблюдение — эрекция у него так и не пропала. — Вроде да, — кивнул Артур и посмотрел на Имса (правда, не раньше, чем окинул уместно восхищённым взглядом его покрасневший член с влажной блестящей головкой). — Хотя и чувствую себя посмешищем. — Не надо — тебе не из-за чего, — уверил Имс. Сжав одной рукой член Артура, он придержал его, чтобы опуститься сверху. И было непонятно, кто после этого застонал — он или Артур. В этой позе Имс сразу получил преимущество в силе и весе и спокойно мог бы воспользоваться им, чтобы навязать свой ритм, наказывая за то издевательство, что творилось раньше, — но не стал. Он дождался, пока Артур не притянул его к себе за волосы и не сказал: — Отлично. Давай. Только после этого Имс задвигался: медленно опускался, пока Артур не толкался ему навстречу. Трахаться так было до нелепого возбуждающе — Артур до сих пор был одет, а Имс полностью обнажён, и дорогущая ткань брюк натирала чувствительную кожу внутренней стороны бёдер. Видимо, и Артуру новая поза пришлась по вкусу: он начал говорить. Ничего страшного: никаких строгих, пренебрежительных ноток, которые Имс помнил по миссии с Фишером, — только тихие подбадривания и похвалы, становившиеся всё бессвязнее и перемежавшиеся резкими выдохами. Имс разрывался между желанием потянуть подольше — чтобы увидеть, до чего он сможет довести Артура, точно так же, как это делал с ним сам Артур, — и желанием кончить, причём, блядь, прямо сейчас. В итоге решение приняли за него: толчки Артура потеряли всякий ритм и плавность, стали рваными, он сжал руку на бедре Имса и застонал. Именно этот негромкий звук и довёл Имса до края, до которого он, казалось, добирался целую вечность: он кончил, и его тело обмякло, ошеломлённое обрушившимся оргазмом. После всего, Артур наконец разделся, и вместе с расслабленным и удовлетворённым Имсом они растянулись на разворошённой кровати. Не сразу Имс понял, что Артур причёсывает пальцами его волосы. Именно что причёсывает — разделяет на прямой пробор и приглаживает, хотя до такого стиля Имсу оставалось ещё лет двадцать. Имс кинул на Артура подозрительный взгляд: — Ты же не пытаешься заставить меня выглядеть старше? Артур закатил глаза: — Я ещё не сошёл с ума. Ни при каких условиях тебе не дать больше двадцати, — он прочистил горло и оставил в покое волосы Имса. — Кстати говоря, я правда слишком стар для тебя. Имс похлопал Артура по неповреждённому плечу. — Все ОК. На самом деле, я тайный геронтофил — хотя теперь это, наверное, уже не тайна, учитывая… ой, — он отбил подушку, которую в него бросил Артур. — Боже, ты просто невыносимый паршивец, — проворчал Артур, но без настоящего раздражения, поднимая с пола упавшую подушку. — Ты никогда и ничего не воспринимаешь всерьёз, да? Имс ухмыльнулся, ни капли не раскаиваясь: — Тебя я воспринимаю всерьёз: Артур хмыкнул. — Нет, правда. Чёрт, я был готов остаться лежать под поездом ради тебя. Ну... точнее, ради «Кингсмэн», — исправился он, — организации, частью которой ты являешься, — он сел на кровати. — И то, что я не воспринимаю твой кри… — Заткнись. — То, что я не воспринимаю твой кризис среднего возраста всерьёз, — упрямо продолжил Имс, — не значит, что я не воспринимаю всерьёз тебя. — Кхм, — Артур покачал головой, но на его губах заиграла улыбка. Он откинулся на подушки и начал тыкать пальцами и попинывать Имса, пока тот не приподнялся, дав вытянуть из-под себя одеяло. Потом Артур ещё немного потыкал и попинал его, пока Имс не заполз под упомянутое одеяло вместе с ним. — А что, второго раунда не будет? — жизнерадостно уточнил Имс. — Не все из нас обладают счастливой способностью юности восстанавливаться в один миг, — Артур крепко закрыл глаза. — Засыпай, Имс. Завтра нам рано вставать. — Зачем? — Утром у тебя назначен визит к портному, — Артур махнул рукой в сторону своего шкафа, не открывая глаз. — Пора примерить костюм от «Кингсмэн». Имс приподнял брови: — Но я ведь ещё не закончил обучение. Артур немного приоткрыл глаза — только щёлочки — и улыбнулся. — Ты станешь агентом, — с такой безоговорочной уверенностью заявил он, что Имс мгновенно лишился дара речи. — В этом у меня сомнений нет. А теперь засыпай. Имс с ухмылкой послушался.