Пустое внимание

Если вспомнить, как все начиналось, бросало в дрожь. Первый матч Хинаты Шоё со своей «командой». Матч, на котором он встретился со злобным взглядом Кагеямы впервые. Хоть они и потерпели поражение, что было неудивительно с такой разношерстной командой, Тобио был удивлен его прыжкам. Его рост тогда не значил абсолютно ничего, потому что он мог, как он говорил, летать! Такое стремление к победе и до последнего очка. Даже после проигрыша Шоё продолжал заниматься волейболом, и, конечно, счастливая удача и судьба свели его с Королем площадки снова. Тогда над ними веяла лишь ненависть, но они стали товарищами по команде, все равно соревнуясь между собой. Ты все еще относишься ко мне так? Кагеяма чуть раскрыл глаза и почувствовал, как волосы щекочат нос. Перед ним все тот же затылок и все та же рыжая шевелюра, от которой веял такой приятный запах. Как он ко мне относится? Как к другу, товарищу, сопернику? Товарищу-сопернику? Тобио выдохнул, от чего рыжие пряди затряслись. Все как-то странно и сложно в последнее время. Его накрывает волнение с ног до головы и он не может выкинуть Хинату из головы, а точнее, мысль о том, в каком он сейчас состоянии. Вдруг он снова ушибся, упал? Из-за такой мысли Кагеяме становилось не по себе. Вроде что-то такое незначительное, но он волновался. А ведь сейчас он простужен из-за того, что не слушал меня. Неужели мои слова пусты для него? Впервые происходило что-то настолько непонятное. При виде Хинаты повышалась температура, дыхание учащалось, сердце стучало сильнее, а пальцы еле останавливались, чтобы не коснуться его. Это и есть любовь? Я люблю его. Люблю?! Н-нет, я не… Или люблю? Это и есть то чувство, когда тебе кто-то нравится? Такого никогда не было. Было неловко и неудобно, ведь эти глупые чувства сто процентов не были взаимны. Но Хината улыбается. Он улыбается при встрече с Кагеямой, когда они идут до дома вместе, или когда вместе обедают. Да и вообще, этот парень улыбается постоянно! Как он это, черт возьми, делает? — К-Кагеяма? Шоё наполовину поворачивается к Тобио, пока тот пытался притвориться спящим, а не пялился в его волосы все это время, сидя в раздумьях. Глаза, скрывшиеся за закрытыми веками, бегают по темноте. — Т-ты спишь? Не отвечать. Не двигаться. Я сплю. — Ты уснул… Интересно, он улыбается сейчас? — А-агх! Хината раскинул руки и развалился на кровати. Его лицо снова красное, но не настолько, как несколько часов назад. Сон пошел ему на пользу, и температура немного спала. — Завтра я пойду в школу, — Шоё повернул голову и посмотрел на притворяющегося Кагеяму. — а потом мы пойдем на тренировку! Тобио открыл один глаз и сразу же закрыл его. — О какой школе может идти речь, — пробубнил в подушку тот. — а уж тем более, о тренировках, когда ты так простужен? Шоё вскочил на месте и удивленно посмотрел на Кагеяму. — Ты не спал? — Нет. — А зачем притворялся? — Потому что хотел. — Ясно. Одеяло зашуршало, Тобио встал с кровати и, не сказав и слова, вышел из комнаты. — Ты куда? — слышится за спиной, но тот игнорирует. Взгляд устремлен на дверь, за которой лежит Хината. Там лежит тот, кто его бесит, но в это же время он нравится ему. Черт, нет! Заваривая чай, Кагеяма думал об этом. Травы и лепесточки раскрывались в кипятке, а из кружки веял приятный аромат. Такой же приятный, как от волос Шоё. Это ошибка. Он ведь парень, и… И он раздражает меня. Всем раздражает. Но если посмотреть другой стороны, то мне нравится в нем так же абсолютно все. Его чертовски яркая улыбка, смех, поведение, и даже то, что он постоянно ушибается и поступает необдуманно. Это меня бесит, но заставляет волноваться за него, и… Боже. Мне нельзя думать о нем каждую минуту. — Я принес чай. — Ча-а-ай! Определенно, Хината любит чай. Особенно, когда болеет, наверное. Мне снова поить его? В ложке было так мало чая. Совсем мало. Кагеяма легко подул на него, и отправил Шоё. — Подожди! Там капает! Высунув кончик языка, Хината повернулся и слизнул капельку чая, готовую упасть на белое одеяло, после чего выпивая содержимое ложки. — А? Кагеяма уставился на улыбающегося Шоё. Щеки загорелись, а вот это точно впервые. Он прикрыл лицо ладонью и уставился куда-то вниз. Это было каким-то боком… Сексуально. Черт, черт, нет. Нет. Нет. — Уже поздно, — поставив чай на стол Кагяема встал с кровати и подошел к двери. — я домой. Допьешь сам? — Д-да… — И только попробуй завтра появиться в школе. П-поправляйся.

***

Бросив сумку в угол комнаты, Кагеяма кинулся на кровать, скинув с себя кофту. — Такая холодная ночь… Ему тепло? — прошептал Тобио, укутавшись в одеяло и уткнувшись в подушку. Если с ним что-то случится… А ведь с таким идиотом, как он, может случиться что угодно! Он может уснуть в ванной и тупо захлебнуться! Я не должен так волноваться за него, но я волнуюсь. Как идиот. Если бы он знал, точно назвал бы меня идиотом. Перевернувшись на другой бок, Кагеяма вздохнул и закрыл глаза. А каким бы был мир без Хинаты? Темным. И пустым. Возможно, если бы не он, меня бы не было в этой команде, у меня так и не было бы настоящих товарищей по команде, у меня не было бы его самого. Это было бы большим разочарованием для меня. Он, конечно, не принадлежит мне, но… Пока что не принадлежит. Тобио ворочался на кровати, путаясь в мыслях и попытках заснуть. Я хочу видеть его лицо. И его улыбку. И прикасаться к его мягким волосам, прикасаться к его покрасневшим щекам, касаться его рук. Ч-черт! Я реально хочу спать и избавиться от этих мыслей.

***

— Кагеяма, — шепот раздается у самого уха. Горячий воздух обдает нос и щеки, а взгляд пронзает насквозь. Кисть руки тянется к его волосам, пальцы зарываются в рыжую шевелюру, притягивая лицо ближе. Дыхание обдает губы, они слегка касаются, и Шоё проводит языком по нижней губе Кагеямы. Глаза широко распахнуты и рот приоткрыт. Используя момент, Хината проникает в его рот и блуждает там, решительно и ловко. Отдаляясь от него, пальцем он собрал слюни, капающие с кончика языка. Черт… Руки тянутся обнять его, прижать к себе и, желательно, не отпускать. Никогда. Он обвивает его талию, прижимаясь лбом к груди. Шоё усмехнулся. — Кагеяма, — Хината взял того за подбородок и притянул к себе. — еще!

***

Это был сон. Всего. Лишь. Сон. Вскочив на кровати, Кагеяма взглянул под одеяло. Мокро и некомфортно, но приятно. Ты снишься мне.