Зуб мудрости

Тишину разрывает внезапная трель телефона. Икер, матерясь, мечется по комнате в поисках раздражителя. - Кому приспичило звонить…. В 3 часа ночи? – Возмущается голкипер, всматриваться в экран телефона удается не сразу, сказывается то, что он еще до конца не проснулся. Присмотревшись, капитан «сливочных» понял, что звонит никто иной как Чехо. Глубоко вздохнув, Касильяс все же снял трубку. – Да? - Ты спишь? - Как видишь нет, сидел на краешке стула и ждал твоего звонка. – Съязвил Икер. - Отлично. - В смысле? - Ну, раз ждал, значит, я позвонил, а то бы так всю ночь не спал. – С напускным весельем сказал друг. - Ты чего? - Просто… просто… у меня болит зуб. – Пробурчал Рамос. – Я не знал кому звонить, потому что сестра бы меня убила, брату без толку, вот и я… - Ладно-ладно, сильно болит? – Касильяс устало потирал переносицу, вот вечно с Чехо приходится возиться. - Нет, все уже прошло. – Обиженно про сопел в трубку защитник. Ну, супер. Он еще и обижается. – Сладких снов. И не дождавшись ответа повесил трубку. «Господи, дай мне сил не убить этого паршивца» - Взмолился Икер, вставая с кровати и одеваясь. Рамос становится невыносимым когда у него что-то болит, и что самое примечательное, ему все равно, каково приходится другим. Не хватало еще, чтобы он обиделся, и промучился с болью всю ночь. Поэтому, наплевав на сон и на прочие факторы, Икер вышел на улицу, вдыхая прохладный воздух полной грудью и направляясь к машине. Если и кому-то нести бремя ответственности за несчастного защитника – то только Касильясу. Приехав к дому Серхио, Икер в очередной раз порадовался, что у него есть запасные ключи. Потому что он был уверен, что засранец не откроет ему дверь. Зайдя в квартиру, Касильяс даже не стал включать свет, все-таки он помнит эту квартиру как свои пять пальцев, что в темноте, что при свете дня. - Чехо? – Позвал его вратарь, ответа не последовало. «Уснул, что ли?» - Подумал Икер, направляясь в гостиную. Там он и обнаружил Серхио, сидящего на диване, напряженно всматриваясь в телевизор, по которому шла реклама. Вся поза Рамоса выдавала его напряжение, он подтянул колени к себе, утыкаясь в них подбородком. От одного взгляда на друга сердце разрывалось. - Милый. – Прошептал вратарь, дотрагиваясь до плеча Серхио, тот вздрогнул, будто бы выходя из транса и поднял глаза. - И не надо было так суетиться. – Пробормотал он, снова утыкаясь в колени. Икер коротко вздохнул, и сел рядом с Чехо обнимая. - Сильно болит? - Да. - Ты принимаешь лекарства? – Поинтересовался Касильяс, поглаживая Серхио. - Нет, нельзя же. - Дурак. – Покачал головой Икер. – Разве можно себя так мучать? – Поинтересовался вратарь. Чехо обиженно засопел, пытаясь высвободиться из объятий. - Тише-тише. – Капитан сильнее прижал к себе Рамоса. – Тебе же больно. - Больно. – Согласился Чехо. - Так что давай выпьешь таблетку? - Нет. Разве ты не понимаешь? - Хорошо, что мне для тебя сделать? – Спросил Икер, целуя висок защитника. - Я не знаю. – Пробормотал Чехо. Касильяс встал, и направился на кухню, делая чай. К тому моменту, когда он вернулся в гостиную, Серхио не поменял положения, слегка морщась от пульсирующей боли. Когда Икер протянул ему кружку, тот с тоской посмотрел на своего капитана. - Он горячий. – Пожаловался Рамос. - Не капризничай. – Касильяс закатил глаза, когда у Чехо что-то болело, он становился невыносимым. - Во-от, а если бы ты попросил, я бы по крайней мере разбавил. – Насупился Серхио. - Хорошо. – Вздохнул вратарь, направляясь на кухню, разбавляя жидкость. Когда же всеми правдами и неправдами Икер уговорил выпить чай, то настал черед попытки уложить спать Чехо, зубы которого все еще нещадно ныли. Лежа на кровати, защитник прижимался к вратарю, то и дело вздрагивая и жмурясь. Икер же разрывался, ему ужасно хотелось спать, ведь на часах было 5 утра, но с другой стороны, ему было очень жалко своего Чехо, которому до сих пор было больно. - А помнишь, как я впервые тебя увидел? – Вратарь решил отвлечь друга от боли. - Нет. – Пробормотал Серхио, ему меньше всего хотелось напрягать еще и память. - Ты тогда шабутной был, глаза выпучил, не столь как Озил, и смотрел по сторонам. Казалось, что когда тебя Дэвид поприветствовал, ты не выдержишь и попросишь у него автограф. - Ну, да. – Хохотнул Рамос, но тут же заскулил от неприятных ощущений. - А я подумал, что у тебя скипидар в одном месте, тебе же вообще на месте не сидится. – Икер улыбнулся. – А как ты ко мне приставал? Я думал, что к психологу скоро обращусь, потому что это походило на преследование. - Ну, а что ты не понимал. - А помнишь, как я заболел ангиной, и ты меня лечил? – Касильяс запустил руку в волосы Серхио. - Это тот случай, когда я тебе чуть грудь не сжег, делая компрессы? - Ага, ты тогда столько пюре накупил детских, и постоянно заставлял меня есть, кормя с ложечки. - А помнишь, как на твой день рождения, я пытался приготовить пирог, чуть не спалив кухню, а потом приехала Мириам, все исправляя? - Да, она тогда подумала, что ты для девушки так распинаешься. - Икер… - А? - Я люблю тебя. – Тихо сказал Чехо. - И я тебя люблю. - Даже не смотря на то, что я такой ужасный и вредный? - Ага. – Икер поцеловал Серхио в нос. – И завтра мы пойдем к стоматологу, нравится тебе это или нет. - Я так и знал. – Засопел Рамос. Они проболтали до самого утра, и только тогда Серхио смог заснуть. А позже, уже у стоматолога, Икеру стоило усилий, уговорить своего защитника, чтобы ему разрезали десну. Зуб мудрости – это вам не шутки. Но зато, они могут смело сказать, что у них появилось еще одно занятие. Воспоминания. И теперь, долгими вечерами, Икер и Серхио лежат под пледом, вспоминая, как все начиналось, и почему до сих пор не закончилось. И в эти моменты они чувствуют себя действительно счастливыми. Ведь это действительно счастье – когда есть что вспомнить. А зуб у Рамоса прорезался. Чему он был очень рад и как ребенок всем демонстрировал.