start of time

клубничный сезон приходит, как и всегда, с ливнями. тэхен не появляется две ночи подряд, а чонгук чувствует себя жалко и опустошенно, когда ждет его, пряча крылья от мокрых капель и прикрывая больше спелые ягоды. на третий день тэхен приходит - ладони у него горячие, как и всегда, когда он треплет чонгука за щеки и обнимает, рвано и тяжело выдыхая, будто бы боялся, что младшему надоест его ждать. на клубнику он реагирует, как ребенок, счастливо хлопая в ладоши и смело набивая полный рот ягод. пробует ее он, конечно, впервые, поэтому чонгук испытующе смотрит в чужие глаза и спрашивает: - черешня или клубника? - голос у чонгука хриплый от долгого молчания, а горло саднит - видимо, дождь был слишком холодным. щеки его все еще ледяные, а нос красный, и тэхен знает, что он замерзает. чонгук шмыгает носом, и тэхен виновато греет его ладони в своих. - черешня, - вздыхает тэхен, немного подумав. - но и клубника мне нравится. мне нравится все, что приходит с дождем, - он сдается и подвигается ближе к чонгуку, снова касаясь его щек. тот дергается, чувствуя жар чужого тела, но не может отвести от тэхена глаз. солнце аккуратно тянется, чтобы коснуться своим носом холодного носа чонгука - получается щекотно и смешно, так что они оба улыбаются. тэхен нехотя отодвигается, когда щеки чонгука наконец румянятся. чонгуку не хочется отпускать тепло - и тэхена - и самая большая несправедливость мира в том, что ему все равно всегда придется это делать. - в следующий раз тогда жди черешню, - обещает чонгук. они решают переждать дождь в пещере; здесь совсем не было бы тепла, если бы не солнце в нескольких метрах от чонгука. чонгук высовывает ладонь, чтобы поймать несколько дождевых капель, и замечает взгляд тэхена - такой, будто бы он все еще не может поверить, что чонгук действительно сейчас с ним. что чонгук остался. *** чонгук обещание держит. они устраивают что-то вроде пикника у озера на следующий день. тэхен уплетает ягоды за обе щеки и все же умудряется толкнуть младшего в воду. - ненавижу мочить крылья, - жалуется потом чонгук, вызывая у тэхена улыбку. у него мокрая челка и крылья, прижатые к спине, и он так похож на котенка, которого заставили мыться против его воли, что тэхену его ни капельки не жалко. - но тебе нравится океан, да? а море? и много ты видел океанов и морей? - чонгук оттаивает, когда слышит интерес в чужом голосе, да и от тэхенового тепла он быстро высыхает, крылья трепещут, и вот он уже взлетает на несколько метров, становясь выше солнца, и довольно жмурится: - да! очень много, где я только ни был и что я только ни видел. а ты? - вопрос слетает с губ прежде, чем чонгук задумывается о его сути. он опускается на землю, чтобы ободряюще коснуться чужого плеча, однако улыбка тэхена не пропадает. - я видел весь мир, ты же знаешь. только очень уж он далеким был, пока я тебя не встретил. слетаем как-нибудь к океану? - чонгук смеется, обещая показать тэхену океан, - а тэхену никогда не было так легко говорить с кем-то об огромном далеком мире, - и снова взлетает. - конечно. куда я без тебя теперь? тэхен улыбается. дождь начинается к полуночи, сильный настолько, что им приходится быстро бежать до укрытия. чонгук держит тэхена за руку, паря над землей, и он не знает, откуда в нем столько счастья. ему становится хорошо - то ли от дождя, от свежести, но скорее от того, что тэхен рядом. солнце впервые бегает по лужам, солнце впервые тоже не грустит из-за того, что ливень не затихает. чонгук видит красоту, где тэхен ее не замечает, и наоборот. к рассвету тэхен сжимает чужую ладонь на прощание, чувствуя чужие мозоли и почти зажившие ожоги. - ты только подожди меня, ладно? когда дождь закончится, я приду. возможно, это будет сегодня, но, может, и завтра. но я всегда хочу вернутся. это было быстрое касание - чонгук чувствует, что его ладонь все еще горячая от жара чужого тела, - и быстрые слова, но он не может перестать улыбаться.