Я скучал

      Алек ненавидел, когда Магнус уезжал в Идрис без него. Очередная просьба Маризы или Роберта, и его любимый маг уже бежит на помощь, словно какая-то собачонка, всегда аргументируя это тем, что "портить отношения с Маризой ещё больше нам не стоит". Александр был ужасно зол в такие моменты. Он злился на мать за её характер, злился на себя за свою бесхребетность и ненавидел Магнуса, который заставлял себя ждать. Ожидание, определённо, не было любимым занятием Алека. Ждать Магнуса в его лофте, находясь в одиночестве и не зная, всё ли с ним в порядке - это бесило и одновременно убивало нефилима. В сотый раз пройтись по комнатам, осмотреть каждую мелочь и вновь заметить что-то новое, а затем сесть на ближайшее кресло и рассматривать новую находку. Ритуал, проверенный многими "отлучками по делам" его любимого мага. На этот раз в руках оказался какой-то старинный браслет - тяжёлый, бронзовый, со множеством переплетений. Лайтвуд даже успел примерить его и подумать, что, возможно, его носил кто-то из давних знакомых Магнуса. Или кто-то из его давних любовников. Или из недавних, ведь раньше Алек этой вещи тут не наблюдал. Мысли становились всё мрачнее и мрачнее. Алек понимал, что глупо так думать, что глупо подозревать Магнуса в изменах, когда он с таким обожанием смотрел на него, но выбросить это из головы нефилим не мог. Не сейчас, когда его маг неизвестно чем занимается. Алек не заметил, как в комнату зашёл Главнейший Мяо и принялся точить когти об одну из множества цветных подушек, лежащих на небольшом диванчике. Кот закончил приводить в порядок свои коготки и подошёл к Лайтвуду, чтобы потереться о ноги. Мяо редко кого рад был видеть в своей квартире помимо Магнуса, но Алек и его сестра Изабель были исключениями из правил. На коленях Александра он обожал спать, а Иззи лучше всех, по его мнению, гладила за ушами. Кот улёгся к нефилиму на колени и тихо заурчал. Алек рассеянно гладил его, отложив браслет на маленький столик рядом. Вот же, хитрюга, знает, когда надо прийти. Лайтвуд успокаивался, кошачье мурлыканье выгоняло из головы лишние, тяжёлые мысли. Нефилим откинул голову на спинку кресла и задремал, не замечая знакомого запаха жжёного сахара, который доносился из комнаты, откуда пришёл кот.       Магнус бесшумно подошёл к креслу, в котором спал нефилим. Кот проснулся и посмотрел на него, собираясь мяукнуть в знак приветствия, но маг приложил палец к губам. Кот снова закрыл глаза и принялся досыпать. Бейн осторожно коснулся чёрных волос, а после склонился и оставил на них лёгкий поцелуй. Алек зашевелился, но не проснулся. "Как же ты мил, когда спишь", - подумал Магнус и ушёл в гостинную, чтобы разобрать некоторые вещи из Идриса. На диване в гостинной обнаружились знакомые стрелы - Алек порой оставлял вещи не на своих местах, но это случалось только, когда он нервничал. Магнус улыбнулся и убрал колчан поближе к выходу, на полку, где он обычно и лежал, соседствуя с верхней одеждой. Разложив мелкие вещички привезённые с собой, маг решил сделать пару чашек кофе. Алек обожал мокко, хотя шоколад в обычном виде был ему чужд, а Магнуса прельщал айриш. Когда кофе уже был на столе дымился в белых чашках, на кухню неспешно вошёл Мяо. - Ты что же, оставил Александра в кресле одного? - Магнус прошёлся пальцами по мягкой кошачьей шерсти и погладил за ушами, в ответ на что кот довольно замурлыкал. - Нет же, он повёл меня к тебе, - вслед за котом вошёл Алек и тепло улыбнулся Магнусу. - Я не слышал как ты вернулся, почему не разбудил меня? - Он крепко обнимает мага и зарывается носом куда-то в шею, вдыхая родной запах сандалового дерева. - Я вернулся не так давно, а ты слишком мило спишь, Александр, - Бейн целует его висок в знак приветствия. - Я очень скучал. - Алек прижимает его к себе так крепко, как будто Магнус может вдруг исчезнуть, раствориться в воздухе и не вернуться больше к нему. Никогда. - Я тоже, сладкий, я тоже. Я думал о тебе каждый день, пока был там, - важные слова, которые Лайтвуд так хотел услышать. Он смотрит в родные зелёно-золотистые глаза и понимает, что дороже них у него нет ничего на свете. Он оставляет поцелуй на желанных губах и чувствует отдачу, словно маленький заряд тока проходит через тела. Алек понимает, что поцелуи становятся более чувственными и горячими, когда Магнус задирает его футболку выше и цепляется пальцами за кожаный ремень джинсов. У Лайтвуда едет крыша от близости любимого человека. Он прижимает его к кухонному столу и заставляет прогнуться назад, опускаясь поцелуями на шею. Магнус немного теряется от такого напора, но подчиняется беспрекословно, прижимая Алека ближе к себе. Алек подхватывает его под бёдра и усаживает на холодную поверхность стола. Расстояние между ними сокращено до минимума, Магнус немного разводит ноги и обвивает ими чужую поясницу. Алек стонет от ощущения тепла рядом, а растрепавшийся, желающий его Магнус казался самым прекрасным зрелищем, которое он когда-либо видел. Он заставляет мага почти лечь на столешницу, а тот лишь сдирает с нефилима такую ненужную сейчас футболку и откидывает в сторону, скользя взором по крепкому, любимому телу. - Ты докажешь мне, что скучал, прямо здесь? - Спрашивает маг со смешком, а у самого в глазах пелена возбуждения и он проводит ладонями по горячей коже, ловя сбитые вздохи любимого. - Просто помолчи, Магнус. - Голос хриплый, руки, срывающие чужую рубашку, не слушаются. Хочется разложить мага под собой и заставить стонать как можно громче, а не тратить время на разговоры. - Как скажешь, ми-и-лый, - маг срывается на стон посреди фразы, потому что Александр, который собирается трахнуть его на кухонном столе - это слишком. Даже для него слишком. Слишком горячо, слишком возбуждающе, слишком пошло. И очень желанно. Алек расправляется с брюками мага и отправляет их в полёт, случайно попадая в кота. Тот недовольно шипит и убегает в гостинную. Слышится звук падения с полки какой-то безделушки, но им всё равно. Они увлечены друг другом, они соскучились за ту неделю, пока не виделись. Обоим эти семь дней казались вечностью. Маг кусает шею нефилима и спускается поцелуями ниже - к ключицам, оставляет за собой багровые пятна. Александр видит перед глазами голубые искры, которые срываются с кожи мага и парят вокруг них. Маленькие огоньки не причиняют боли, касаясь, но завораживают и дают понять, что Магнус плохо себя контролирует. Он быстро расстёгивает чужой ремень и шипит что-то о дурацкой одежде. Тонкие пальцы стаскивают с Алека брюки, он снимает их и вцепляется руками в мага, стискивает рёбра до боли, но не позволяет отстраниться. Их разделяет только тонкое бельё, они чувствуют возбуждение друг друга через ткань и стонут в унисон. Магнус обвивает шею Алека руками и жадно кусает пухлые губы почти до крови, тянет на себя, будто взывает к дальнейшим действиям. Алек знает - если его маг начинает кусаться, значит он уже слишком хочет этого, чтобы попросить. В такие моменты Магнус словно теряет дар речи. Но Алеку и не нужны его слова. Лайтвуд сбивчиво просит мага освободить их от белья, потому что оторваться от желанного тела снова только ради этого у Алека нет сил. Бейн исполняет просьбу и стонет, когда их члены касаются друг друга. Сумеречный охотник подносит ко рту мага два пальца и приоткрывает чужие губы. У Магнуса давно сбилось дыхание, он облизывает чужие пальцы и посасывает их, нагло смотря при этом в голубые глаза. У Алека сводит кожу на кончиках пальцев от такого вида. Он легко толкает мага в грудь и заставляет полностью лечь. Пальцы кружат вокруг узкого колечка мышц, а затем входят внутрь - один, почти сразу второй и третий. Не хочется сделать больно, но и не терпится соединиться с любимым воедино. Магнус протяжно стонет и закусывает губу, нетерпеливо насаживаясь на пальцы. Алек выцеловывает замысловатые узоры на шее и груди мага одновременно растягивая его, подготавливая под себя. Магнус кусает его снова, на этот раз за нежную кожу ключицы. Для охотника это - знак, "зелёный свет". Он убирает руку, опирается ею о стол, а затем аккуратно входит в Магнуса почти полностью. Александр даёт любимому пару секунд на то, чтобы привыкнуть, и начинает размашисто двигаться. В нём горячо и узко, а видеть, как Магнус откидывает голову назад в громком стоне и открывает усыпанную засосами шею - одно удовольствие. Кожа к коже, сердце к сердцу - они двигаются сейчас в едином ритме. Маг запускает ногти любимому в спину и оставляет красные полосы, которые потом сам же будет зализывать, будто бы извиняясь. Алеку жарко, воздух вокруг них до ужаса накалённый. Ещё немного и они сгорят, растворившись друг в друге. По виску мага стекает капелька пота и теряется на взмокшей шее. Магнус очень любит, когда Алек такой - немного грубый, несдержанный и горячий, прямо как лава в жерле вулкана. Он с удовольствием подыгрывает увлёкшемуся нефилиму и позволяет сделать себя ведомым. Их не хватает на "длинную дистанцию": слишком долго они не виделись и слишком соскучились. Магнус тянет угольные волосы куда только можно и кончает им на животы. Алек изливается внутрь и наваливается на мага, кусая солёную кожу под челюстью. Он не выходит ещё некоторое время и позволяет магу оттолкнуть себя только после нежного и длинного поцелуя. Нефилим подхватывает Магнуса на руки, и тот обвивает его ногами вновь. Алек быстро идёт в спальню, стараясь не споткнуться об раскиданную ими одежду. В лофте к тому времени становится темно, но маг не спешит зажигать свет. Они валятся на большую кровать в полутьме, холодные шелковые простыни остужают жар их тел. Магнус ложится Алеку на грудь и прикрывает глаза, краем глаза замечая, как прекрасно светятся глаза Александра в преломляющемся свете уличных фонарей. Нефилим обнимает его и накрывает их одеялом. Маг почти засыпает под мирное биение сердца под собой, как вдруг, будто сквозь вату, слышит голос охотника: - Магс, спишь? - он говорит тихо, чтобы не разрушить хрупкую атмосферу доверия и спокойствия, которая образуется вокруг них в такие "постельные" моменты. - Почти, сладулик. Что-то хотел? - Магнус зевает и обводит пальцами кубики пресса на чужом животе. - Да, но это так глупо. Ты будешь смеяться надо мной, - маг чувствует, что Алек улыбается. - Не буду, скажи мне. Иначе такого великолепного меня не станет - съест любопытство. - Алек тихо смеётся в ответ, но задаёт таки свой вопрос: - На полке в твоём я нашёл бронзовый браслет, который никогда раньше не видел. Откуда он? - Магнус удивляется вопросу и отвечает: - От Катарины. Принесла старую безделицу, которая напоминает нам об одном общем приключении. - Расскажешь? - в голосе охотника сквозит интерес, и маг не может ему отказать. - Ну, раз ты предпочитаешь старую историю сну в объятиях великолепного меня - пожалуйста, я поведаю тебе её. - Магнус улыбается и блаженно потягивается, откидываясь на мягкие подушки. Алек ложится ему под бок и весь обращается в слух. - Дело было очень давно, лет двести назад... А вот что рассказал Алеку Магнус - это совсем другая история.