Какая тебе разница?

       — В смысле «25 баллов из 40»?.. — нервно сглотнул юноша, когда аудитория наполнилась облегченными вздохами.        — Да, черт возьми! Да! — послышалось откуда-то с задних рядов. — Двадцать пять баллов!        Сехун волнительно забегал глазами по листу с тестом, где был написан минимальный балл для положительной отметки — тридцать пять.        — Бля-я-я, а то я так боялся, что придется пересдавать… — продолжал радоваться один из студентов.        А вот О вовсе не был счастлив от такого результата. В его планы входило получить стипендию и на накопленные деньги отправиться с друзьями куда-нибудь за пределы Сеула, увидеть что-то новенькое и просто не просрать свои каникулы.        Юноша схватился за лицо руками и стал напряженно потирать глаза, думая о том, как он мог не справиться со своей задачей. Но голос препода, точнее, стажера, перебил его мысли.        — Все посмотрели? — обратился к залу «временный» преподаватель Пак Чанёль. Нельзя пропустить тот факт, что он очень даже симпатизировал Сехуну. Пак был высоким и стройным, а главное — очень красивым. Он старше блондина примерно года на 3-4, хотя выглядел намного моложе своего возраста. Наверняка ему продают спиртное только по паспорту.        Набравшие хороший балл или хотя-бы удовлетворительный готовы были поклоняться Чанёлю, хоть тот, в свою очередь, ничего такого им не сделал. Он справедливо оценивал работы, ни в коем месте не завышая отметки. Все-таки, это первый тест, который он провел самостоятельно. Но нашлись те люди, которые портят таких честных преподавателей.        — Извините! — один парень решил привлечь внимание Пака на себя. Тот же вопросительно посмотрел на него. — А пересдать можно?        Глаза Сехуна на секунду наполнились надеждой, отчего он затаил дыхание в ожидании ответа.        — Результаты будут выставлены уже сегодня. Поэтому нет, нельзя.        — А можно немного завысить балл? — осмелилась спросить девушка и тоже получила отрицательный ответ.

«Ну и где теперь взять недостающую сумму денег?»

       Шатен взглянул на наручные часы и в ту же минуту прозвенел звонок, оповещающий об окончании пары.        — Что ж, можете оставить листы себе. Не расстраивайтесь из-за теста, в следующий раз подготовьтесь получше, — Чанёль улыбнулся группе и сел за свой стол, ожидая, пока студенты выйдут и позволят Паку сконцентрироваться на документах, нужных для сегодняшнего совещания. Ребята покидали кабинет один за другим, тихонечко обсуждая стажера. Конечно, не всем он угождал, особенно сегодня, отказом на «чуть-чуть улучшить оценку». Но Сехун не из тех, кто быстро сдается. Он решил рискнуть и попытаться уговорить Пака.        Подойдя к столу шатена, Сех вдруг потерял всю свою решительность и стал нервно тереть лямку рюкзака, смотря на свои ноги. Пускай Чан не сразу заметил чье-то присутствие, он не испугался, когда увидел перед собой парня.        — Сехун? Ты что-то хотел узнать?        — Э…да. — неуверенно откликнулся парень. Пак отставил бумаги в сторону и слегка нахмурившись, посмотрел на блондина.        — Для меня был очень важен этот тест и… — парень поднял голову и посмотрел на Чанёля. — Сделаете исключение?        — Я же сказал: Я ничем не могу помочь.        — Ну пожалуйста! Ты же не такой жестокий!        — Имей совесть! С чего бы я должен нарушать правила? — шатен был более чем просто возмущен поведением Сехуна. Довольно непривычно видеть его таким раздраженным, ведь пару минут назад он улыбался, да и вообще обычно не повышает голос. Не мог же один О вывести его из себя?        — Прости. Я понимаю твое положение, но помочь не могу, — выдохнул Чан и поднялся с места, с желанием скорее удалиться из аудитории и немного остыть.        Хун невольно обратил внимание на то, как покраснели эльфийские уши. Неужто от злости? Вскоре, он также заметил, что Чанёль волнуется и судорожно вздыхает. Младший остановил Пака прежде, чем тот успел сделать и пару шагов к выходу.        — Ну чего тебе? — спрашивал шатен, не поворачиваясь к упрямому второкурснику.        — Ты что-то скрываешь?        — Твою мать! Какая тебе разница?! Чан резко развернулся к Сеху, одернув его руку со своего предплечья. Щеки юноши окрасились алым цветом, когда он опустил взгляд и увидел причину психов Пака. Конечно, было бы куда хуже, если бы стояк был не у молоденького стажера, а у старого мужлана. Тем не менее, ситуация не становилась лучше.        — Извини, я не… — смог выдавить из себя О, как старший притянул его к себе за воротник клетчатой рубашки и впился в пухлые губы. Все произошло так резко и неожиданно, что блондин никак не успел среагировать на такую дерзость и остался просто смирно стоять, широко распахнув глаза. Чанёль приобнял его за талию, от чего по спине пробежала волна мурашек. Это разбудило застывшее сознание Сеха, и он сразу отстранился от старшего.        — Что ты творишь?        — Я помогу тебе, если ты поможешь мне, — твердо произнес Ёль, не ослабляя хватку. Похоже, он не намерен получить отказ.        — Повтори?..        Но Пак решил обойтись без повторений и посадил младшего на свое рабочее место. Отвлекая поцелуем, Ёль незаметно расстегивал пуговицы на чужой рубашке и постепенно укладывал юношу на стол. Любой, оказавшись в такой ситуации — начал бы рыпаться и звать на помощь, но Сехун напротив подчинялся каждому действию шатена и специально устраивался поудобнее, хоть все-равно больно упирался лопатками в каркасный дуб.        Открыв себе вид на торс второкурсника, Чан посчитал пальцами выпирающие ребра и прошелся кончиками по впалому животику, заставив юношу рефлекторно дернуться от щекотливых ощущений.        — Тише… — вырвалось из уст старшего вместе с громким щелчком «отворившейся» серебряной бляхи.        Ёль спустил джинсы младшего до колен и устроился между тощих ног, а потянувшись к своему ремню — столкнулся с его рукой, что было правда неожиданно. Блондин же расплылся в ухмылке, аля: «А ты че думал, я бревно?», и проделал те же манипуляции, что и Чанёль с его поясом.        Когда боксеры Сехуна оказались на том же уровне, что и его брюки, Пак уже собрался «подготавливать» Хуна, смочив и подставив пальцы к заднему проходу, но его моментально перебили.        — Не трать время.        — Ты не перестаешь меня удивлять, — усмехнулся Чан и последовал совету, введя сразу два, от чего младший выронил стон и сразу закрыл рот руками. Оказывается то, блондину это уже не впервой. Теперь стало ясно, почему он поспешил.        Под рукой, увы, ни у кого из парней не оказалось презервативов. Но Чанёль не растерялся и обратился к традиционному методу. Плюнув на ладонь, парень растер слюну о свой «агрегат» и без всяких согласований проник в Хуна.        — Блять… — сквозь зубы простонал О, прижав к себе Чана ногами.        — Расслабься, а то хуже будет.        Ощутив, что тот послушался и доверился — Ёль начал с «низкого старта». Толчки были плавными и спокойными, что Сехун успевал вдыхать и выдыхать в такт каждого. Обвив шею старшего, он потребовал внимания поцелуем и незамедлительно получил желаемого. Но наряду с этим, Пак составлял свои собственные правила и желания: Раз уж он угодил младшему — теперь тот должен оплатить тем же, потому он, вновь без «стука», решил набрать темп.        Зажмурившись, Сех прикусил его губу и раздраженно прошипел. От нынешнего ритма стол чуть покачивался, из-за чего юноша ерзал по доске спиной и его рубашка задралась до уровня лопаток.        — Так…кто-нибудь услышит… — на ухо проговорил младший и едва не вскрикнул от грубого толчка.        Чанёль выпрямился и вжался руками в его бедра, любуясь тем, как покраснел О и как он не справляется со своим дыханием, периодически скуля от собственного запрета на шум. Сложно определить, от чего шатен заводился больше: от риска, что их в любую минуту застукают, или от любопытства, насколько громко сможет простонать Хун?        Приближаясь к оргазму, Ёль не позабыл о нуждах своего партнера. Он стал усердно водить рукой по члену младшего, с жадной улыбкой смотря на его смущенную мордашку. Как долго он сможет терпеть?        — Сука! — вырвалось из бедного Хуна, перед тем как он кончил. А вслед за ним закончил и Пак, глубоко всадив в завершение.        Восстанавливая дыхание, старший оперся руками о стол и низко склонил голову, из-за чего капли пота падали со лба куда-то в ноги. «Выйдя» из Сехуна, Ёль застегнул ширинку на брюках и обратно завязал ремень, зачесав рукой влажные волосы. Тело блондина словно онемело и он продолжал лежать на месте со спущенными штанами. Но Чан же джентльмен. Он вынул из ящика салфетки и отозвался на помощь, вытерев белую теплую жидкость со всех мест, на которые она попала.        — Сам встанешь или тебе помочь? — словно издевался Пак.        — Че?..        Другого ответа он и не ждал, потому уже заранее начал натягивать трусы и джинсы на жопку младшего. Когда шатен стал застегивать рубашку, Хун неуверенно приподнялся на локтях и стукнулся своим лбом о лоб старшего, что вызвало у того смешок.        — Чего смеешься? — досадно спросил блондин.        — Ничего, — поправив воротник, Ёль разгладил помятые плечи. — Ты всегда кричишь «сука» при оргазме?        — Какая тебе разница?!

***

       Последний учебный день, Сехун получил свою стипендию и радостно выходит из кабинета.        — Сех! — кричат сзади. — Пак Чанёль попросил тебя зайти к нему!

***

       — О, ты пришел, — Чан улыбнулся второкурснику и закинул сумку на плечо.        — Ты меня позвал — я пришел.        Окинув Ёля взглядом, блондин заметил, как поменялась его одежда: от занудного черного джемпера с рубашкой на нем теперь красовался трендовый, тинейджерский свитшот, а на брюках появились вырезы в районе коленок.        — Скажешь, зачем тебе так требовалась стипендия? — привлек на себя внимание старший.        — Я собирался куда-нибудь поехать. — безо всякого удивления ответил Хун, ведь в тот день было четко видно его разочарование из-за дурацкого теста. — А что?        — Что насчет Тэгу? Составишь мне компанию?        — Повтори?        — Считай, что я хочу отблагодарить тебя и…заинтересован тобой. Ты ведь мною тоже, верно?        — Нет, блять! Я ради степухи позволил тебе засадить мне в очко! Когда выезжаем?