Стать бы ветром на мгновение

***

      Уютные плетеные кресла, круглый дубовый стол, чашка горячего шоколада, а за окном льет дождь и потихоньку темнеет — все это отражение осени, так создает атмосферу, Рери поворачивает голову от окна, перед ней сидит уже переодетый молодой мужчина и с кем-то разговаривает по телефону, решая свои дела. Это, конечно, не свидание, но можно было отложить на пару часов свой телефон. От безделья Пак взяла в руки свой, но во время вспомнила, что ей некому написать и никто ей тоже не напишет. Внутри стало отвратительно, Ре поморщила носик и отложила телефон обратно на стол, облокотилась на спинку и сделала глоток теплого напитка, снова отвернувшись к окну.       — Извини, — прячет телефон Сынри.       — Ничего, — тихо говорит девушка. Тишина давит, когда наступает между людьми, но Рери наоборот успокаивает, ей комфортно в тишине, пусть наступает. Сынри тоже не напрягает тишина, он медленно опускается на спинку кресла и так же медленно потягивает горький кофе, уставившись на светловолосую. Чувствуя прожигающий взгляд, Ре ничуть не смущается, пусть смотрит, ржать просто хочется. Девушка улыбается во все тридцать два и поворачивается к наблюдавшему.       — Ну и чего ты уставился? — не перестает улыбаться Рери.       — Ты красивая, приятно смотреть на красивый людей, — ничуть не краснеет от своих слов Сынри.       — А разве люди только внешне красивы?       — Внутреннею твою красоту, увы, глазами мне не увидеть, — ухмыляется Ли и отпивает кофе.       Девушка улыбается уголком губ и тоже подносит свой напиток к губам.       — А хотел бы? — опускает взгляд Рери.       — Я ее вижу прям сейчас, — русоволосая поднимает непонимающий взгляд.       — В смысле?       — Трусы свисли. Здание наполняется заразительным хохотом Рери, а Сынри еле сдерживается. Пак не собирается прекращать поток смеха, потому что это первое, что так сильно рассмешило ее. Пресс уже болит от напора, Сынри с удовольствием наблюдает, как русоволосая мечется по креслу. Окружающие недовольно косятся на них и фыркают. Но сейчас мнение остальных не волнует девушку.       — Все-все, — успокаивает ее Сынри, — прекрати.       — Не могу-у-у, — продолжает смеяться Рери. Действительно, такие глупости очень смешат ее. Мужчина довольно улыбается, а после выдает:       — Ну вот и твоя внутренняя красота.       Смех по чуть-чуть прекращается.       — То, что я смеюсь, ты называешь внутренней красотой? — недоумевает Рери.       — Искренность, — отпивает кофе Сынри. Рери изгибает бровь.       — Я встречался в дорогих ресторанах с сотней женщин, все они слыша эту фразу сначала не понимали к чему это, некоторые изгибали брови, кто-то сначала был в шоке, а после наигранно смеялся и только ты сразу же засмеялась, действительно искренне, заразительно и не притворно. Девушка слушает внимательно, погружаясь в слова. Слушать такое приятно.       -Это странно. Это правда смешно, — усмехается Рери и делает глоток горячего кофе, — мы разговаривали на серьезную тему об искренности, а ты взял и сказал такое, — тихо смеясь говорит Пак, — удивительно, что они не посмеялись, — улыбается и смотрит в глаза.       — Это было ожидаемо. Рери задумалась, скорее в ее паре с Чонгуком, она бы так пошутила, чем он. Скорее, он бы просто посмеялся. Сынри ближе ей по духу, они оба любят глупо пошутить и посмеяться. Может ли этот человек убить ее?       — Так ты правда не убить меня приехал? — щурится Рери.       — Да ты издеваешься? — возмущается Сынри, а Пак снова смеется. Посидев еще в тишине и понаблюдав, как за окном день сменяется вечером, как город загорается огнями, Рери и Сынри покинули ресторан.       — Тебя подвезти до дома? Уже поздно и холодно, — предлагает Сынри на выходе.       — Если тебе не сложно, — улыбается Пак.       — Что ты, — открывает дверцу перед девушкой Ли.       — Спасибо, — еле слышно благодарит, но Сынри слышит и кивает. Всю дорогу Рери прожигала взглядом магнитолу, сложно было сдерживаться, но машина Сынри не машина Чонгука, в той было. Настрой определенный, настроение, сейчас осень, хотя и тогда была. Но сейчас у Рери депрессия, хочется слушать грустную музыку.       — Дай мне свой номер телефона, — неожиданно просит Сынри.       — М? — отвлекается от вечернего города Ре, — да, сейчас, — достает из заднего кармана джинс телефон. Сынри ловко набирает цифры, уверенно кликая и попадая по нужным.       — Звони, когда будет грустно или одиноко, — и подмигивает.       — Знаешь же, что я не буду этого делать, — ухмыляется Рери, — сам звони.       — Вот что за женщина, а? Рери на это лишь усмехается и прикрывает глаза. Осенняя погода усыпляет и дарит покой, девушка не любит, когда такую погоду называют плохой, такая погода, как раз для раздумий, у них есть целые три месяца на раздумья, а они называют ее плохой. Лучше думать, когда за окном дождь или снег, когда спокойная погода и умиротворение приходят мысли и можно обдумать все детально.       За собственными мыслями, Рери не заметила, как они подъехали к ее дому.       — Ну вот, теперь ты знаешь, где я живу. Возможно, ты решил убить моих родителей? — снова присматривается Рери, — чтоб я потом возненавидела Чонгука?       — Ты все еще мне не веришь? — спокойно уже относиться ко всему этому мужчина.       — Неа, — выходит из машины, оставляя дверь открытой и наклоняется, — езжай аккуратнее, до встречи, — машет рукой, закрывает дверь и идет к подъезду.       Мужчина молча переваривает весь сегодняшний день. Можно ли назвать это везением? Он встретил по истине красивую и искреннюю девушку, такую еще поискать нужно, та он нашел. То, что она связанная с Чон Чонгуком настораживает. Но это усиливает интерес, он искал ее по всей России, но не нашел, а Сынри смог, что ж в ней он разглядел такого и почему Рери сбежала от него? Захочет ли Чонгук бороться дальше, как только узнает, что его пропавшая принцесса нашлась?

***

      Разные цветовые стробоскопы еле освещают помещение, музыка снова бьет в перепонки, толпа танцующих людей, много алкоголя и девушки танцующие у шеста. Чонгук сидит на все тех же кожаных диванах в окружении молодых девушек, пьет дорогой коньяк, а танцовщицы лелеют его. Как ни как, это не единственный, но таких мало, действительно красивый и желанный мужчина молодых лет, поэтому шлюхи клуба гурьбой нападают на молодого парня. Все это конечно хорошо, у него есть все, но ни девушки, ни алкоголь, ни шумная музыка не может поднять настроение главарю мафии. Все мысли забиты одним человеком и это хочется прекратить, ведь он, своим уходом дал ясно понять, что между ними быть ничего не может и что Чон должен забыть его. Тогда зачем были сделаны эти фотографии на его телефон в день ее ухода? Зачем? Якобы, помни меня и мучайся, я продолжу жить своей беззаботной жизнью? Браво, Пак Рери, у тебя получилось. Это нужно прекращать. Чонгук набирает номер, который раньше знал наизусть. Спустя два гудка женский голос прозвучал в динамике.       — ЮнСоль? — говорит Чон, — ты хотела начать все заново, мне жаль, что в прошлый раз я тебя не послушал. Не хочешь встретится? Девушка на том конце провода суетилась и говорила как-то запыханно. Чон знает, что она делала, особенно, когда услышал знакомый бас, усмехнувшись, Чон услышал:       — Да, конечно.