Принятие

Когда на следующее утро они сталкиваются на кухне, Старк встает за ее спиной, отводит волосы в сторону и, едва касаясь, целует в шею, желая доброго утра. Пеппер разворачивается, кладет руки на его ладони, и, улыбаясь, смотрит в грудь мужчине. Она счастлива и немного смущена вчерашним, и не знает, как вести себя дальше. Нежность, с которой Тони сейчас касается ее, так странно сочетается с обычным поведением гения-миллиардера-плейбоя, что девушка едва заставляет себя поднять на него глаза, и закусывает губу, видя в его зрачках незамутненное желание. Ей кажется, что он сейчас поцелует её, и Пеппер непроизвольно облизывает губы кончиком языка, но Старк только пристально наблюдает за этим. - Давай сама. – Раздается в тишине, и Пеппер впадает в ступор. Тони…просит? Просит её поцеловать его? Её просит? И пока девушка пытается осознать фразу Старка, тот со вздохом отрывается от неё, наливает себе кофе, и исчезает в недрах дома, бросив на неё нечитаемый взгляд. Следующую неделю Пеппер проводит как на вулкане. Тони не делает никаких намеков, ни словом не давая понять, что чего-то от неё ждёт. Он просто постоянно касается её. Легкие , ни к чему не обязывающие прикосновения – подать руку при выходе из машины, придержать за локоть на лестнице, когда она на каблуках, мазнуть по пальцам принимая документы – все знакомо, все также было все десять лет их совместной работы, но сейчас Старк просто задерживает эти касания на доли секунды больше необходимого. На доли секунды, но постоянно, и за день набегает немалое количество минут тактильного контакта – как назло, идет неделя сплошных переговоров, и они постоянно вместе. В субботу утром они вылетают в Нью-Йорк на подписание очередного контракта Старк Индастриз. Пеппер поднимается по трапу и ей кажется, что жар его руки на её талии гораздо сильнее, чем солнце в Малибу. Но когда Старк, сославшись на усталость, легко проводит пальцами по её плечу и уходит в спальный отсек, до Пеппер доходит: он действительно ждёт её решения. Он выходит из душа в одном полотенце на бедрах, вытирая маленьким голову, взъерошивая волосы, поднимает глаза и замирает. Пеппер сидит на его постели, неотрывно смотря на него. И это не привычная обоим ситуация, когда их разделяют её деловой костюм и гора бумаг. Девушка медленно поднимается на ноги, теребя пояс шелкового полупрозрачного халатика, под которым угадываются контуры кружевного белья. Она наблюдает за тем, как взгляд Старка задерживается на её груди, бедрах, босых ногах, как дергается его кадык при судорожном сглатывании, и мужчина поднимает взгляд. Глаза в глаза, и оба понимают: это даже не разрешение. Это её капитуляция. Полная и бесповоротная. Тони молчит, и это необычно. Молча он откидывает на спинку кресла полотенце для рук, и Пеппер невольно провожает взглядом полёт белой тряпочки. В ту же секунду властные руки поднимают её подбородок, заставляя смотреть прямо в тёмные глаза, наблюдать, как с каждой секундой расширяется зрачок, делая их почти черными. Аккуратная подсечка под колени и она летит спиной на простыни, контролируемая его руками. Тони садится рядом, поджимая под себя ногу, вытаскивает ладонь из-под её спины и легко тянет за пояс халата. Секунда, и он отводит в стороны полы ткани, оголяя её тело, касаясь горячей ладонью живота, и Пеппер вздрагивает от этого ощущения, прикрывая глаза сразу после того, как мужчина отводит взгляд. На секунду ей снова становится страшно, и девушка сомневается в правильности принятого решения: её тело точно не сможет конкурировать с идеальными фигурами манекенщиц. Но в следующее мгновение её выгибает над кроватью, и Пеппер в голос стонет, не в силах удержаться. Наслаждение, слишком острое, на грани с болью, захватывает разум, когда мужчина прикусывает сквозь ткань бюстгальтера давно возбужденный сосок. Старк поднимает голову, кидает на неё лукавый взгляд, кривит губы в хорошо знакомой ей самодовольной ухмылке, и девушка даже немного успокаивается – это все тот же Тони, которого она знает много лет. Знает как начальника, как друга, а теперь узнает как мужчину. И она хочет этого- знать, каков в постели знаменитый Тони Старк. Каково чувствовать на себе вес разгоряченного тела, каково,когда тебя ласкают его руки, губы, язык… и она тянется за мужчиной, взъерошивает его волосы, проводит ладонью по плечам, к синему кругу реактора на груди, хочет опустится ещё ниже, но вновь ее выгибает ему навстречу, когда опытная рука оттягивает чашечку лифчика, пробирается внутрь и охватывает набухшую грудь, легко сжимая, надавливая большим пальцем на середину. Она всхлипывает, ощущая горячий влажный рот, вбирающий в себя сосок, жёсткий язык, теребящий вершину, зарывается руками в его волосы, притягивая ближе, чтобы он только не мыслил – не смел даже думать! – прекратить. Сильные руки поднимают её над постелью, пробираются под халат, расстегивая лиф, стягивая с её плеч и рукава и лямки одновременно. Кожа к коже – так остро, что кружится голова, и, кажется, она готова кончить от одного ощущения холодного металла между ними, когда её со смешком отстраняют: - Не так быстро, радость моя, - с лёгкой ухмылкой шепчет Тони, - не так быстро. Она до дрожи хочет ощутить его губы на своих, и, кажется, даже молит его об этом вслух, но он только смеется, опрокидывая её обратно на постель, зажимая руки над головой, наспех закручивая на них смятый халат. - Вот так и лежи, - тихий шепот на ушко, и тут же быстрый язык проходится по шее вниз, безошибочно находя самые чувствительные точки. – Ты ответишь за десять лет моего ожидания. И за последнюю неделю в особенности. Тони только смеётся в ответ на её мольбы отпустить её руки, на слова, что она хочет касаться его. – Прибереги активность для минета, - ухмыляется Старк, вызывая очередное за годы знакомства желание дать ему по физиономии, которое тут же сменяется желанием другим – обжигающе горячим, острым, на границе с чем-то ей неизвестным. Чертов Старк и его чёртова контрастность! Эти прикосновения ни капли не напоминают нежные и аккуратные касания недельной давности. Он творит с её телом что-то невозможное, раз за разом подводя к грани оргазма, но не давая ей возможности кончить. Пеппер пытается стиснуть бедра, хоть как то унять горящий внутри огонь, но Тони и этого не позволяет ей. Вклиниваясь между ее ногами, опускаясь так, что она бедром чувствует край давно сползшего полотенца и влажную головку твердого члена. Его чертовы руки не знают границ и рамок, но по-настоящему она сходит с ума когда он поцелуями опускается от её живота вниз, раздвигая мокрые складки, специально обходя клитор, целует перегородку ниже входа, кружа рядом с самыми чувствительными местами ее тела. Ей кажется, что уже весь отель в курсе, как именно она умоляет взять её, но Тони лишь смеётся, и горячий воздух от его смеха доводит её до грани. Пеппер выгибается, вскидываясь, бессвязно шепча его имя, и буквально взвывает от ощущения погружающегося в пульсирующую плоть члена. Одна её нога взлетает вверх, на плечо Старка, руки внезапно получают свободу, и она хватается за его плечи, захлебываясь воздухом, когда он входит до конца. Пеппер вскидывает бедра вверх, и пальцы мужчины на её ноге сжимаются до боли, прижимая её к кровати, а над ухом звучит низкий горловой стон. И каким-то краем ещё не отошедшего от оргазма сознания Пеппер понимает, что Старк сам на грани. Распаляя и мучая её, он не оставался равнодушным, издеваясь также и над собой. И девушка тянется к нему, поглаживая руки, разминая мышцы на спине, беззастенчиво прильнув, целует плечи, опускает руки на напряжённые ягодицы, и не торопит мужчину, хотя сейчас ей кажется, что она вновь взорвется от первого же его движения. И Старк берет себя в руки, целует в шею, прикусывает кожу на ключице, вновь опускается губами на грудь, в тот же момент плавно выходя из неё почти до конца. И также медленно и плавно подаётся вперед, вырывая стон у обоих. А дальше Пеппер уже не может отследить, что именно он с ней делает, остаётся только невозможный, алогичный ритм, когда посреди плавных движений Тони срывался на несколько жёстких, резких толчков, заставляя обоих захлебываться воздухом, и снова возвращаясь к медленному темпу. И в какой-то момент Пеппер, не сдерживаясь, подаётся ему навстречу, срывая очередной стон с его губ, и мужчина не выдерживает, сбиваясь на жёсткие, сильные, немного болезненные движения. Девушке хватает нескольких секунд, чтобы мышцы напряглись до невозможного, сжимая Старка внутри себя, заставляя и его, коротко рыкнув, отпустить себя, по инерции делая ещё несколько толчков. И в момент почти одновременного оргазма Тони целует её второй раз в жизни.