Да, теперь ты готов

      Сфинкс сидел на серых обломках и кирпичах Дома, точнее того, что от него осталось. На душе было пусто, будто все что когда-либо там было, Дом забрал с собой, высосал и унес в свои потайные уголки. Одиночество пожирало его и длилось это уже не первый год, с каждым днем это становилось все тяжелее и тяжелее. Дом не отпустил его, как и не отпускал любого, кого он уже успел принять. Ведь если Дом принял тебя, посвятил в свои тайны, показал скрытые от живших людей в Наружности места, просто так он уже не отпустит. Ты становишься частью дома, с каждым днем все больше и больше прирастая к нему всеми частями своего тела. Ты учишься у дома, слушаешь его уроки и противоречишь ему. Ты бунтуешь и повинуешься. Идешь к нему на встречу и убегаешь от него как можно дальше, заранее зная, что уже не убежать. Иногда Сфинксу кажется будто все это нелепый сон, который должен скоро закончится, но он не кончается. Как бы он не щипал себя, не орал и не убегал в неизвестном ему направлении, сон не может закончиться, потому что это не сон.       Он сидит на обломках Дома и вспоминает. Нет, он не вспоминает о том, как ему было там хорошо, или как он чувствовал себя его частью, не то как он жил им, а он вспоминает то, что когда-то делал с Лордом. « — Не надо, прошу тебя. Отпусти меня, -молил Лорд, а по избитому Сфинксом лицу стекали слезы, на искусанные в кровь губы, в глазах была пустота и отчаяние, просьба и мольба, ярость и ненависть, которые рвались наружу. — Ты еще недостаточно силен. Он подошел к Лорду почти вплотную и прошептал: — Ты еще не научился. Я буду учить тебя, мучить и избивать. Подвешивать на эту кровать вновь и вновь, пока не увижу, что ты готов, к тому чтобы жить здесь. Слезы перестали течь по лицу Лорда, он отпустил руки и рухнул на пол. Сфинкс посмотрел на него и поволок в коридор. — Может не надо? — сказал Табаки, в темных глазах которого было видно беспокойство и непонимание. — А может тебе, Табаки, не надо лезть не в свое дело. Тебе не кажется, что я в силах сам с этим разобраться. Табаки лишь посмотрел на него странным взглядом и обратно уполз на свою кровать. »       Слезы потекли по лицу Сфинкса, от той боли, что он причинял Лорду, день за днем, избивая его все сильнее, заставляя висеть дольше и ползать дальше. С утра до ночи он мучил его, думая, что этим он поможет Лорду выжить в Доме и понять его правила. Не признавая того, что в душе ему просто это нравилось. Что он испытывал эйфорию от того, что терроризовал его, ему нравилось то как он плакал и просил прекратить все это. То как он мстил за свое детство и детство Слепого, за издевки, которым они подвергались в детстве, за ежедневные избиения, за сломанные протезы… « –Теперь ползи, — с ухмылкой сказал Сфинкс. Лорд сидел на полу в коридоре и смотрел прожигающим взглядом на Сфинкса, под левым глазом красовался совсем недавний фингал, темно-фиолетового цвета, а рассеченная губа опять стала кровоточить. После двухминутного молчания Лорд наконец-то ответил: — Нет. — Что значит нет? — Нет значит, что я никуда не поползу. В несколько секунд Лорд пересек расстояние между ними и схватив за ногу Сфинкса уронил его на бетонный пол, когда он упал, Лорд залез на него и стал колотить руками со всей силы, по всему что попадалось под руки, пока лицо не превратилось в кровавое месиво. — Ну что, теперь я готов? — шепнул на ухо Сфинксу Лорд. Лорд слез со Сфинкса и отполз к противоположной стене коридора. Спустя несколько минут Сфинкс встал и вытирая лицо о плечо подсел к золотоволосому. Он полез в карман, но протез там застрял. — Вот же блять! — он с ухмылкой посмотрел на Лорда. — Не поможешь? Несколько секунд золотоволосый непонимающе смотрел на Сфинкса, но потом ожил и наклонившись стал возиться с граблей, проделывая разные махинации по ее освобождению. Когда он выполнил возложенную на него миссию, то достал из его кармана пачку сигарет и отдал Сфинксу. — Будешь? — сказал Сфинкс с сигаретой в зубах, протягивая Лорду пачку. Тот взял сигарету и закурил, от чего-то ему резко захотелось смеяться, истерично смеяться, как и Сфинксу. Они вместе зашлись громким, заразительным и необычайно истеричным смехом, который немного пугал даже их самих. — Готов значит? — сквозь смех спросил Сфинкс. — Именно, — ответил ему тот и упал на ноги к Сфинксу.»       Слезы уже текли маленькими струйками по лицу Сфинкса, он достал из кармана платок, на котором был изображен герб семьи Лорда. Как-то раз он спер его из шкафчика золотоволосого, заведомо зная, что он точно будет не против, потому что тот усердно пихал их куда и кому попало, лишь бы избавиться от них, но у него это никогда не выходило. Выкидывая две пары носков с изображением герба, на утро он находил три новых.       Сфинкс встал с большой груды кирпичей и подошел к стене дома, которая была исписана сверху до низу, достал и кармана черный маркер, и корявыми буквами написал на серой стене: «Да, теперь ты готов»