Страшные истории выживших: Маньяки.

Кроны деревьев зашумели под дуновением ветра. Лес. Ближе к древесным корням стлался туман. Его густота поражала. Иногда в тумане возникали пятна чернильного цвета. Кое – где эти пятна образовывали настоящие скопления, словно саму здешнюю землю поразила некая болезнь. Иногда сквозь более крупные скопления тёмных пятен проступали странные контуры, словно нечто пыталось проникнуть в этот мир. Одно из таких пятен исторгло высокую фигуру. На фигуре было белое платье. Не такое, которое носят модели. Ну и само–собой не свадебное. Это было нечто вроде рабочей одежды. Кое – кто без проблем опознал бы в нём медицинскую одежду. Вот только такие халаты как правило содержатся в чистоте. Эта же одежда была изгваздана пятнами самого разного типа. В основном это были следы крови, засохшей неровными подтёками. Руки фигуры скрывали плотные перчатки. На голову был надет холщёвый мешок, сквозь который угадывались смазанные черты лица. В общем, фигура производила жуткое впечатление. Тем более жуткое – для медсестры, которой пациенты должны были доверять. «Медсестра», колыхнулась жуткой простынёй на ветру и двинулась вперёд, прямо сквозь бурно растущую траву. Рассмотреть её ноги, обутые в тёмные сапоги со шнуровкой было сложно. Казалось, что она плывёт подобно привидению прямо сквозь лес к неведомой никому цели. - Мххха-а-а… - простонала «медсестра» из – под надвинутого на голову мешка. Она испытывала неясную боль. Словно болело не тело, а нечто внутри её сознания. Эта боль находила выход в бессвязных стонах, временами доносившихся из–под мешка, приглушенных тканью. Тёмный лес с каждым десятком метров, «пройденных» плывущей сквозь травы, кустарники и буреломы фигурой редел. Вскоре стали видны развалины некоего старинного строения, а ноги «медсестры» коснулись разрушенной плитки тротуара. То здесь, то там из густого кустарника проглядывали остатки стены. Около настежь открытых ворот виднелась изъеденная ржавчиной табличка. Надпись с трудом можно было разобрать: «психиатрический госпиталь Кротус Пренн»… Хотя может быть там было написано «лечебница», слова сильно стёрлись. «Медсестра» постояла у ограды и медленно «вплыла» за ворота, створки которых чуть качнулись, беззвучно притворяясь за вошедшей в просторный двор фигурой. На много часов заброшенный остов больницы погрузился в молчание. Только к вечерним сумеркам на дороге, ведущей к больнице показалось трое человек. Это были ещё довольно молодые люди. Одна девушка, которую сопровождали двое парней. Что эта троица забыла в лесу у заброшенной больницы? Впрочем, двойственно трактовать странное трио было сложно. При себе у них были припасы, значит шли с конкретной целью. А серьёзные выражения лиц говорили, что здесь они не ради праздного интереса… Или не только ради него. - Я не знаю, зачем мы пришли сюда именно к сумеркам, - голос принадлежал девушке. Он не был громким, но в предвечерней тишине слышно было достаточно далеко. Во всяком случае до мрачных развалин больницы, казавшихся остатками павшей твердыни, звук долетал без помех. Медсестра явно слышала эти голоса. Она как раз замерла на втором этаже старинного строения, превратившись в подобие изваяния. В её сознании это место всё ещё не было обветшалыми развалинами. Буквально секунду назад она «видела», как обшарпанный, покрытый паутиной и трещинами коридор вернул сносный вид. Тогда ещё в стене были на месте все кирпичи, а штукатурка держалась куда прочнее и было даже заметно старание уборщиков. Что там говорить, она сама не мало времени потратила, приводя это место в порядок. А потом, одной мрачной ночью здесь случилось непоправимое… То, что освободило её и заставило забыть дорогу назад. С тех самых пор минули годы. Это место успело обветшать, а до того не раз было проверено полицией… Но они ничего не нашли. Ничего, что явно бы указало на неё. Впрочем, других подозреваемых у них не было. Только ночная медсестра с непростой судьбой. Та самая медсестра, которая долго работала в этом заведении и предположительно, устроила бойню… - О-х-х-х-х… - бодрые голоса оторвали её от раздумий. Зрение Медсестры отвлеклось от созерцания давно минувших дней и повернулось к окну, за которым были отчётливо различимы три фигуры на фоне зелёных трав, кустарников и серого, ещё угадывающегося полотна дороги. - Потому, Клодетт, что мы ставим эксперимент, - отозвался один из парней, - В этом месте точно должны водиться привидения, или нечто подобное. А времени у нас не так много, чтобы искать другое здание «с историей»… - И разрешения у нас на то, чтоб лазить по руинам нет, - чуть рассудительнее заметил второй парень, - Так как это место считается проклятым и просто опасным. В общем весь «эксперимент» чистой воды авантюра, а Майкл тебя сюда приволок в своих меркантильных целях. - Нет – нет! – чуть быстрее, чем нужно запротестовал Майкл, - Эксперимент важен! Не зря же мы тащим с собой всю эту электронику… Но, что верно, то верно, на работу у разрешение у нас отсутствует. Поэтому делать всё будем тихо. И как ты понимаешь, лучше делать это в сумерках. Медсестра беззвучной тенью двинулась вдоль стены, в которой то там – то здесь зияли бреши. Белый халат был скорее серым от пыли и грязи. Потому она почти неразличимой тенью скользила в полутьме коридора. Длинные пальцы ловко извлекли из потайных глубин формы длинную и тонкую анатомическую пилу. Медсестра погладила инструмент, даже сквозь перчатки ощущая его холод. Она провела пилой по пальцу чуть сильнее, чем следует, отстранённо наблюдая за тёмным дымом, поднявшимся на месте пореза. Нужно ждать. Сейчас ещё не наступило ТО время, её время. У этих ребят неплохие шансы, но так хочется поиграться с ними чуть дольше… - Мне не нравится это место, - та, кого звали Клодетт мотнула головой. Тёмное лицо девушки источало подозрительность, - И эксперименты тут сомнительны. Одни ненужные риски. Чем они в принципе могут помочь науке, если речь в этом скорбном месте скорее идёт о мистике? - Не то, чтобы о мистике, - возразил тот, кого звали Майклом, - Скорее это триллер. Подумать, только: медсестра, работавшая здесь много лет в один из дней свихнулась и убила множество пациентов? Сколько их там было, Фил? Тридцать, пятьдесят жертв? - В новостях тех лет говорили о пятидесяти, - чуть промедлив отозвался Фил, - Но вина медсестры была не доказана. Считается, что у полиции просто не было других подозреваемых. С другой стороны, улик тоже не хватало, чтобы безоговорочно обвинить единственного свидетеля. - Не верь сплетням… - отмахнулась Клодетт, - В новостях актуальная, но часто не достоверная информация. Один человек не может хладнокровно расправиться с пятью десятками других людей. К тому же людей явно больных и требующих помощи, сочувствия, но не смерти. Пришельцы решительно пересекли отделявшее их от руин расстояние. Однако, у старых и проржавевших ворот трое замерли. Заброшенное место пребывания пациентов, многие из которых так и не нашли исцеления навевало тоску. Казалось, что бесчисленные тёмные провалы, испещрившие здание прорыты ордой термитов, гигантским червём, или проедены кислотой. Кирпич виднелся из – под облезшей штукатурки. Остов строения нависал словно скала. Чувствуя застывшую в воздухе угрозу даже звери не рискнули обустроить в развалинах своё логово. Близ строения смолкали крики птиц и стрёкот насекомых. Заброшенная больница была мрачна, угрюма и крайне неприветлива. Но кто – то должен был сделать первый шаг. - Ну, что, натуралисты, неужели же вы испугались? – Клодетт надоело стоять перед молчаливым и заброшенным зданием. Она первой ухватилась за ржавую решётку. - И верно, - Майкл тоже вцепился в шероховатый и холодящий руки сыростью росы металл. - А, иди оно всё, - Фил просунул подобранную с земли палку, между створкой ворот и косяком, помогая своим друзьям. Медсестра наблюдала за их потугами из полутьмы больничного комплекса. Даже без натужного скрипа старых ворот она уже ощущала их неуверенность. Это присуще людям. Бравируя они часто попадают в такие ситуации, выход из которых не очевиден. Не известно имеется ли он вообще. Для неё это блестящий шанс удовлетворить собственные потребности, не тратя времени на поиск жертв. Заброшенная больница и теперь привлекает «страждущие» души. - Какой огромный двор, - заметила Клодетт, ступив на изъязвлённую временем тротуарную плитку. - Да, на месте не экономили, - отозвался Майкл, - Раньше строили с размахом. - Не в размахе дело, - задумчиво произнёс Фил, - Двор спланирован с расчётом на габаритные старые машины. Тут даже грузовик развернётся без проблем. Не редко больных доставляли спецтранспортом, особенно, если их состояние было нестабильно, и они не скрывали агрессии. Нужно было достаточно места, чтобы поставить машину, открыть дверцы крытого кузова и вытащить буйного пациента. Даже зафиксированный он мог доставить хлопот. Медсестра слышала разговор, даже не слишком напрягая слух. Она отчётливо «видела» Бартоламью Барнса, крепкого мужика, с серьёзным помешательством. Говорили, что он избивал собственную жену и детей. Когда ситуация стала угрожать жизни домочадцев, в конец раздосадованные соседи вызвали полицию. На полицейских Барнс набросился с ножкой от стула. Даже три пули из «смит-вессона» не остановили такую тушу… Но дали полицейским фору, что позволило скрутить брызжущего кровью и слюной психопата. Затем его доставили в местную больницу, подлатали и… Отправили в психушку. За время своего пребывания в больнице, а потом в доме для душевнобольных Барнс успел покалечить не менее пяти сотрудников… - Сурово, - Клодетт похлопала по осыпающейся штукатурке стены, - Нужно радоваться тому, что в наше время обращение с пациентами куда более гуманное. Даже с теми, чей разум помутился… Трудно представить себя с «протекающей крышей» в подобном месте на излечении. Долго любоваться фасадом ребята не стали. По одному они миновали центральные двери корпуса. Хотя от дверей осталась лишь одна створка. Вторая грудой трухлявой щепы покрывала пол. Под ногами высохшие щепки мерзко хрустели. От мягкой структуры и характерного хрупанья казалось, что идёшь по тараканам. Клодетт зябко передёрнула плечами. Для неё такая навязчивая ассоциация была крайне противной, а развитое воображение норовило «дорисовать» детали. - Темно, словно в подвале, - произнёс Майкл, - Эй, Фил, как у нас с освещением? - Без проблем, - Фил протянул пару небольших фонариков Майклу и Клодетт. Третий фонарик достал из кармана и включил сам. Решено было обходиться одним источником света. Во всяком случае, пока не наступила ночь. - Но, с фонариками всю ночь сидеть не будешь, - рационально заметила Клодетт, - На сколько там хватит заряда батарей? Часа на три? - Может и на пять часов хватить, - заметил Фил, - Фонарики небольшие, но батареи у них довольно мощные… Хотя, ты права, всю ночь с ними ходить будет проблемно. Именно поэтому мы взяли с собой аккумуляторы и простенькую динамо машину. Жаль провизии немного. Можно было сидеть тут хоть три, хоть четыре дня… - А я говорил, что нужно брать больше еды! – заметил Майкл, уже углубившийся в тёмный больничный коридор. - При учёте, что я несу аккумуляторы и пару светильников, вместе с энергетиками, а Клодетт несёт сам прибор, ты, Майкл, тащишь на себе меньше всех, и рассуждаешь о том, что мы могли бы взять ещё немного веще? – скептически заметил Фил. - Ну должен же в нашей группе быть лидер, - развёл руками Майкл, - А лидер и так решает глобальные задачи и его нельзя перегружать. - И что ты решил? – резонно спросила Клодетт. - Это… - Майкл замялся, - Поднимемся на второй этаж. Найдём подходящую комнату, где и расположимся. А затем будем отслеживать изменения фона, согласно прибору Клодетт. - Хмм… - Клодетт усмехнулась, - А ты быстро выкрутился. Медсестра осторожно ступала по заваленным щебнем коридорам, неслышной тенью сопровождая довольно шумную компанию. Её взгляд постоянно блуждал, видя картины прошлого. Вот под ногами ровный пол, покрытый паркетом. А вот истрескавшийся, прогнивший паркет и бетон, через который проступает арматура. Мимо неё только что прошёл санитар Брайан. Он всегда был улыбчивым. Даже когда получил шрам через всё лицо, не растерял оптимизма. Бедный парень… Брайан истаял через пару шагов, превратившись в тёмный дым и растворившись в пространстве. - Уфф! Не думал, что подъём на второй этаж будет так сложен! Голос Майкла заставил Медсестру замереть, не дойдя до поворота. Она вжалась в стену, нервно теребя в руках пилу. Рано. Ещё рано. Можно спугнуть жертв. Охотится до того, как придёт Оно не следует… Лучше вообще оставить в покое эту компанию и проверить крюки. С прошлого раза они всё ещё не обрели нужной прочности. Как легко жертвы при наличии опыта выводят из строя эти важные и полезные приспособления! Но что – то удержало её. Наверное, любопытство. Интересно узнать побольше о новых «гостях» Кротус Пренн. - Лестница завалена всяким хламом! – проворчала Клодетт, - Осторожно, Фил! Не сломай ноги! - Вижу, всё вижу, - флегматично отозвался Фил, - Не переживай. - Не известно за кого она больше волнуется, за тебя, или за оборудование… - отозвался Майкл, - Ау! Клодетт, за что подзатыльник? - Не смей мне приписывать бесчеловечность, - прокомментировала девушка своё действие, - Я, в отличие от вас понимала, что мы лезем в авантюру. Посему я стараюсь следить за своей командой внимательнее, чем наш «лидер». И да, оборудование моё не повредите! Обосноваться решили в просторном центральном помещении. Вероятно, здесь же располагалась дежурная смена санитаров. Сумерки сгустились настолько, что без фонариков сложно было распаковать вещи. Впрочем, когда на старом столе удалось расположить светильники и подключить их к генераторам, в помещении стало чуть уютнее. Правда, наличие нескольких входов не вселяло особой уверенности. - Удобно расположились, - усмехнулась Клодетт. Девушка распаковала увесистый прибор, который собирала более года. Для этого она переделала переносную радиостанцию, дополнив ту сканером частот и неведомым блоком из старых плат и микросхем. Спустя пять минут работы на столе образовался настоящий спрут из мешанины проводов и нескольких блоков. В оконный проём Клодетт вынесла антенну. - Госпожа учёный, - осведомился Майкл, - Не соблаговолите ли разделить с нами трапезу? - А? – Клодетт удивлённо уставилась на Майкла и Фила, только сейчас заметив, что те распечатали упаковку с гамбургерами и энергетики. Одну из алюминиевых банок Майкл протягивал Клодетт, - Без проблем… Полагаю, что прибор собран. Останется лишь настроить… Слова девушки прервал какой-то шум, донёсшийся с первого этажа, а потом и резкий крик…