Жить или умереть

Концерт в Сеуле был завершен громовыми аплодисментами. Стоя на сцене в лучах софитов рядом с Томми, я чувствовал себя морально измотанным, хотя физически был полон сил. Передозировка энергии и эмоций дала о себе знать и у меня даже на простую улыбку с трудом хватало сил, несмотря на переполнявшее меня счастье. -Едем праздновать прямо сейчас, такси заказано, столик тоже. Живее, - заявил Джей, едва мы ушли со сцены за кулисы. -Даже переодеться не дашь? Прямо так и поедем? - спросил Крис, окидывая группу взглядом. И если Марк с Крисом еще выглядели прилично для похода по ресторанам, то девушки в коротких платьях с кружевными корсетами, Монти в серебристой рубашке с жирно подведенными глазами и мы с Томом, как обычно, одевшиеся так откровенно, чтобы дразнить друг друга на сцене, явно не могли появиться среди нормальных людей. Джей, поразмыслив, видимо, тоже пришел к такому выводу, потому что недовольно посмотрел на меня, будто это я виноват в том, что он поест на полчаса позже, чем было запланировано. -Ладно, - нехотя произнес он. - Живо переодевайтесь, я жду. Едва группа направилась к гримерке, как вслед нам Джей вдруг крикнул: -Приглядите кто-нибудь за Адамом и Томом. Я не планирую задерживать празднование еще на час! От столкновения моего ботинка с головой Джея меня удержал Том, весело посмеявшийся над этим предупреждением и предусмотрительно взявший меня за руку. -Что мне понравилось, - рассказывал Джей, крутя в руках стакан виски так, что грозил вылить полнапитка либо на Кэт, сидевшую слева от него, либо на Марка, сидевшего справа; либо же, на худой конец, разбавить свой грибной суп, - так это Never Close Our Eyes. Ты стал подозрительно хорошо исполнять ее, Адам... Неужели долгие тренировки и репетиции дали плоды? -Вот уж не знаю, - закатил я глаза, переглянувшись с Томом. -И Trespassing... Отличное исполнение. -О, мастер, я сохраню Ваши слова в сердце! - горячо воскликнул я, прижимая руку к сердцу. Сидящий рядом со мной Том спрятал смех за кашлем и поспешно прижал салфетку к лицу, чтобы скрыть улыбку. -Не язви. Я - твой самый преданный поклонник и критик. Других таких у тебя больше не будет. -И слава богу, - тихо ответил я, принимаясь за горячее, принесенное официанткой. -Извините, - вдруг поднялся Том. - Я на минуточку. -СИДЕТЬ! - вдруг заорал Джей так, что музыканты вздрогнули, а Крис уронил вилку и махнул официантке, чтобы она подошла. Замерший Том удивленно посмотрел на него, но Джей не отрывал от меня взгляда. -Сиди на месте, Адам! - угрожающе воскликнул он. - А то я не догадываюсь, зачем... -Да нет, - спокойно перебил его Том. - Я пролил вино. И я действительно на минуточку. Он быстрым шагом направился к туалету и у меня вдруг возникло дежа вю. Не исчезло оно и после того, как я встал, бросая салфетку на стол и игнорируя направленный на меня прожигающий взгляд. -Я сейчас. -Ада-ам, - взвыл Джей. -Вот в туалет мне еще запрети ходить! - рявкнул я. -Я ведь знаю, что ты не в туалет, а... -Джей, заткнись и ешь, - бросил Монти, не поднимая взгляда от тарелки. Когда я уходил, Джей смотрел на меня взглядом побитой собаки. Ощущение повтора словно бы накладывалось на реальность, в каких-то моментах проступая отчетливо, будто и не было тех дней и ночей в Токио и Киото, а иногда отходя на задний план, создавая ощущение, по аналогии напоминающее швейную машинку, где прошлое и настоящее становились тканями, которые неизвестный портной сшивает на свое усмотрение, оставляя нас, их узор, нелепо пытаться освоиться в этих переменах. Я перешагнул порог туалета и прикрыл за собой дверь. Том стоял передо мной и пока он не повернулся, я видел его профиль, светлую челку, аккуратный носик; он задумчиво смотрел в зеркало, упершись руками в раковину. На какую-то секунду меня захлестнула небывалая нежность, и он повернулся ко мне, улыбнувшись. -Я знал, что ты пойдешь за мной, - сказал он. Я подошел к нему поближе, не отрывая взгляда от любимых темных глаз. -Ты выглядишь взволнованным. Что с кофтой? Я посмотрел на его серую кофту; пятно от вина расползлось по ткани, напоминая кровь. Неприятные ассоциации заставили меня передернуться, но Том, благо, этого не заметил. -Черт с кофтой, - вздохнул он, нахмурившись. - Скажи мне... насчет Never Close Our Eyes... Я догадывался, что он хочет спросить, но ждал. -Джей сказал, что ты стал иначе ее исполнять... и ты посмотрел на меня... Он замолчал, закусив губу и глядя в зеркало; я был уверен, что если он, не отвлеченный мыслями, сейчас вообще может видеть наши отражения, то ничего, кроме тепла и любви в моих глазах он не увидит. -Джей прав, - улыбнулся я и краем глаза заметил, что мое отражение машинально протянуло к Тому руку, чтобы заправить за ухо прядь его челки. - Я действительно стал исполнять ее иначе, сам замечаю. И ты прав, если думаешь, что это из-за тебя. -Почему? -Разве ты не понимаешь? - нежно спросил я. - Все, что я вкладываю в свои песни - я вижу в тебе. Never Close Our Eyes - и ты отражение того, что я испытываю; Outlaws Of Love - и я чувствую себя так, будто воюю против всего мира за тебя и с тобой. Ты - живое олицетворение всего, что я вложил в этот альбом; всего, что захватило меня. Конечно, я стал исполнять ее иначе, и вообще все песни. Это потому, что я встретил тебя. Он смотрел на меня, закусив губу, словно не знал, стоит ли мне верить. Прямо как в самый первый день, в тюремной камере, когда он подвергал сомнению мою теорию о том, что его дело можно замять... -Иди сюда, - я протянул к нему руки и заключил в объятия, с дрожью в теле почувствовав, как он обвил руками мою талию и уткнулся лицом в грудь, тяжело выдохнув. Наплевать на людей, наплевать на случайных свидетелей, которые откроют дверь и увидят нас, наплевать на весь мир. Я стою рядом с ним, окутанный дежа вю, и ни о чем не хочу думать, ничего не хочу делать. Только бы и дальше стоять так, не отпуская его... Но Том отстранился, вновь глядя на свое отражение. Повернувшись к зеркалу, я успел заметить, как он скользнул взглядом по своей кофте и снова нахмурился. Пятно, напоминавшее кровь, терзало меня. -Я не могу это видеть, переоденься, - не выдержав, сказал я. -Успокойся, Адам, я вполне могу доехать до отеля и так. -Нет. Не слушая его попытки образумить меня, я стянул с себя через голову свитер и протянул ему, оставшись в футболке. Том скользнул по моему телу недобрым взглядом, означавшим, что конец моей (а заодно и его) выдержке может наступить в любой момент. -И зачем ты сделал это? - спросил он, стараясь смотреть на мое лицо, хотя его глаза то и дело опускались на мое тело, обтянутое футболкой. Это заставляло меня испытывать некоторое самодовольство. -Чтобы ты не замерз. Сними кофту. -У меня под ней ничего нет. -Не надо стеснятся, Томми, снимай. -Я не стесняюсь, - на его лице мелькнула улыбка, а в глазах блеснул лукавый огонек. - Я намекаю тебе. Секунда, две, три - и я понимаю, о чем он говорит. Против воли я начинаю улыбаться. -Все равно. Я могу отвернуться, если тебе будет проще. -Не мне, а тебе, - вздохнул Том, расстегивая молнию на своей кофте. Не глядя на меня, он снял кофту, оголив тело до пояса и позволив мне пожирать его жадным взглядом. Он протянул мне свою кофту и я машинально взял ее, хотя в ту минуту не мог скоординировать даже самое простое действие. О том, чтобы разжать пальцы, не могло быть и речи; Тому пришлось дернуть два раза, чтобы я очнулся и выпустил свой свитер. Подняв бровь, он хитро посмотрел на меня. -Я, конечно, польщен, что ты находишь меня привлекательным без одежды, но... Продолжать он не стал; хмыкнув, быстро надел свитер через голову и, поправляя, потянул его вниз, изучая свое отражение. -Ты восхитительно выглядишь, - тихо сказал я. -Это для тебя, - улыбнулся он, не глядя на меня. -Неужели? А все эти люди... фанатки... по-твоему, они ошибаются? Я подошел к нему вплотную; невооруженным взглядом было видно, что Тому стало трудно игнорировать меня и продолжать рассматривать себя в зеркале. Чтобы его отвлечь, я запустил руки ему под свитер и провел руками по его телу от груди к животу. Тогда он повернул голову и посмотрел на меня. -И ведь они сильнее меня хотели бы видеть тебя без одежды... - продолжил я как ни в чем не бывало. -Сильнее тебя - вряд ли... - ответил Том шепотом и скользнул взглядом по моим губам. Я понял его без слов; я чувствовал то же самое. Подняв его голову за подбородок одной рукой и притянув его к себе второй, все еще лежащей на его талии под свитером, я слегка коснулся его губ, наслаждаясь этим аттракционом, когда от легкого касания я переходил к яростному выражению страсти и от его слабого ответа - к тяжелым выдохам и заметному желанию. -Мой... - прошептал я, отстраняясь от него для маленькой передышки. -Твой... - тихо подтвердил Том, не поднимая взгляд выше моих губ. От одного-единственного слова у меня мурашки побежали по коже: это звучало как клятва вечной любви, как самое прекрасное и мелодичное признание по сравнению со всеми словами на всех языках планеты. -Пойдем, Адам. У тебя еще будет время, чтобы насладиться, - пробормотал Том, аккуратно упираясь рукой в мою грудь и останавливая меня. -Мне никогда его не хватит, - вздохнул я. Он улыбнулся. Подхватив свою кофту, он повесил ее на руку, второй обняв меня за талию. -Говоришь "стоп", а сам провоцируешь, - укорил я. -Не провоцирую. В очередной раз напоминаю тебе, что я твой. -Ты только что это сказал. Открывая дверь туалета, он повернулся и посмотрел на меня, вскинув брови. -И тебе хватило? Конечно, нет. Ответ, должно быть, отразился на моем лице, потому что Том быстро встал на цыпочки и поцеловал меня в губы. Когда мы подошли к столику, Джей, прищурившись, оглядел Тома, кофту в его руках и затем - мою футболку. Он промолчал, но чуть качнул головой, выражая свое неодобрение, на которое я, как обычно, наплевал. -Они вернулись, можем ехать, - спокойно сказал он, поднимаясь. -Десять сорок семь, да? - спросил Крис, взглянув на часы и повернувшись к Джею. -Что десять сорок семь? - переспросил я. -Он считал время, которое вы отсутствовали, - пояснил Монти, не отрывая взгляда от своего телефона, и поднялся. - Десять минут сорок семь секунд. Джей бросил на него мрачный взгляд, но промолчал, гневно сверкнув глазами в мою сторону. Одновременно отодвинулись стулья и музыканты встали из-за стола, забирая вещи. Перехватив мой взгляд, Том улыбнулся. Мой свитер был ему чуть великоват и рукава длинноваты; он натянул их до костяшек, спрятав лицо за широким воротником так, что остались видны лишь темные счастливые глаза. Почему-то мне вдруг стало так хорошо.