Цирк уродов

      Голова… голова дико раскалывается… внутри будто всё сжимается, а тело…, а тело я вообще не чувствую. Придти в себя меня заставили громкие мужские голоса, обсуждающие сегодняшнюю прибыль с представления. Я почувствовала, что лежу на чём-то мягком и даже немного горячем, свет в глаза не бил, значит в помещении было темно, но довольно холодно. Открыв глаза, я попыталась встать на ноги, но боли в теле доли о себе знать. Я посмотрела на себя: порванные джинсы, майка, толстовка, синяки по всему телу и даже мелкие порезы; засохшая чужая кровь никак не отлипала от моего тела, поломанные ногти, сбитые костяшки пальцев, колени. Мне было страшно на себя смотреть, всё это напоминало какой-то старый фильм ужасов, вот только это реальность, здесь никто не придёт мне на помощь, вот только что это было? Откуда эти синяки? Порванная одежда? А руки трясутся, трясутся словно в лихорадке! Я дотронулась до головы — на голове кровь. Но чужая ли? Не знаю… — Глянь, а эта ещё живая! — из раздумий меня вывел один из грубых мужских голосов. Я дернулась от неожиданности, но нашла в себе силы обернуться назад: позади меня стояли ведущий шоу с усами, всё так же крутящий между пальцев свою цирковую трость, и один из охранников входа, окинувший меня недовольным взглядом. Жива? Что он имеет ввиду? Я внизу так мягко… Что это? Я опустила глаза в пол и… ужаснулась! Трупы… много трупов, их сотня! Кровь, плоть… так вот откуда у меня синяки и порванная одежда. Я задрожала, в глазах вновь потемнело, но я Усатый ведущий хитро ухмыльнулся и направился прямиком в мою сторону. — Хм, а она ничего такая. — рыкнул он, грубо схватив меня за подбородок. Перепуганная до истерики, я машинально вцепилась ему в руку, а зря… Мужчина будто в миг озверел! Ведущий замахнулся своей тростью и ударил меня по лицу. Я упала. — Сучка… — прошипел он, элегантно вытирая мою кровь с кончика трости шёлковой тряпочкой. — Господин… — вдруг заговорил охранник, невзрачно вытягивая цирковую трость из рук хозяина. — Заткнись! — крикнул тот, вырывая свою трость у охранника, — брось её в восьмой отдел, уверен, она станет прекрасным ужином для этих тварей. — Да, господин. — кивнул тот покорно, подходя ко мне всё ближе. — Нет, пожалуйста… — пролепетала я заикаясь, отползая в другой конец комнаты, но здоровый бугай меня будто не слышал. Он кинул меня себе на плечё и потащил в неизвестном направлении, брезгливо стряхивая мою кровь с белого рукава рубашки.       Шли мы долго, минут пятнадцать, а может десять, может больше… честно говоря, я уже на первой минуте потерялась во времени. Секунды, словно серые иллюстрации, сжигались в моей памяти одна за другой, голова не переставала гудеть; я чувствовала каждую ямку, каждую щёлочку, в которую вступал этот громила, своим покалеченным телом! Будто восставший зомби я воспринимала окружающую суету как должное, не пытаясь вырваться с мёртвых оков охранника. С каждым его шагом в неизвестность я мысленно прощалась с каждым: с родителями, Карнелом, школой, Лаурой… Лаура! Где она сейчас…? Что с ней? В последний раз я видела её ещё в зале, сходящей с ума от каждого вздоха боли. Я до сих пор плохо понимала что происходит, куда меня несут, но бороться не было сил. Хотелось уснуть и не просыпаться до тех пор, пока весь этот кошмар не закончится, вот только мне даже сложно делать последние вздохи… найду ли я силы уснуть?       Постепенно мы вышли из этого ужасного помещения на улицу, и я уже зарядилась глотком надежды, что смогу вырваться из этого кошмара, но это было бы слишком ванильно, не правда ли? На улице было темно, ночь. Но в глаза сразу бросилась железная толстая сетка, заменяющая забор, ограждая уличную территорию цирка; поверх ей была намотана высокая колючая проволока, так же проведённая, видимо, по всей территории. Забор? Проволока? Как на зоне… Кого они хотят здесь удержать? Чего добиваются? Куда несут меня.? Явно не на свободу… Вдруг мы повернули за угол цирка, после чего все мои вопросы мигом испарились: по двум сторонам дороги стояло бесчисленное количество вольеров для диких животных, так же окутанных колючей проволокой. Я почувствовала себя в зоопарке, да, всё точь в точь как в классическом зоопарке для детей: огромные вольеры, длинная дорога, которой не видно конца, воздух, под открытым небом навеивает запахом детства, вот только меня явно сюда привели не в качестве посетителя. Из глубины чёрных вольеров на меня зыркали большие светящиеся глаза монстров, подобны тем, что выступали на представлении… Злобные глаза, жаждущие свежей плоти, хищно пожирали меня диким взглядом уже из своих клеток, в предвкушении вкусного ужина, но охранник нёс меня всё глубже и глубже навстречу моему собственному ужасу. Хищные рыки, звук царапающих когтей по бетонному полу вольеров, рёвы, вопли: все это лишний раз убеждало меня в том, что в клетках сидят монстры, жаждущие лишь мяса, живого человеческого мяса. Именно для этого меня сюда и привели… И я не ошиблась. Здоровый бугай резко остановился и, свернув к левому ряду, подошёл к одному из вольеров: — Сегодня тебе повезло, хозяин был благосклонен к тебе, тварь. Я принёс ужин. — прошипел охранник, слегка дотронувшись до железной сетке вольера, отделяющей нас от чудовища. В глубине клетки что-то шелохнулось, послышалось тихое рычание. Меня всю затрясло, ноги отказывали. Я с ужасом представляла, что за монстр мне был уготовлен… долго ли мне придётся мучаться.? Но долго гадать мне не пришлось, не прошло и минуты, как зверь дико вцепился в сетку клетки, жаждя добраться до лакомства приготовленное ему. Белоснежная кожа, бешенные кроваво-бордовые глаза, светящиеся в ночной тени, длинные чёрные волосы чуть ниже плеч, прочные острые как лезвие когти, спортивный торс, длинные белоснежные клыки, острые зубы, по форме напоминающие треугольники, изрезанное в кровь тело, плоть показывали всю сущность их обладателя. «Дьявол!» — промелькало у меня в сознании.       Взошла луна. Сегодня было на редкость светло ночью, было полнолуние. Лунный свет осветил существо белым оттенком ночной грусти, будто открывая сезон охоты монстрам, жаждущих пищи, а пища сама пришла к нему… Не думала, что закончу вот так, раскрошившись на клыках чудовища, растворяясь во тьме, но всё же лучше, чем быть просто убитым без какой на то причины. Охранник отворил дверь и швырнул меня в конец вольера, не давая мне и глотнуть последней капли кислорода. Я отпиралась, кричала, выла как могла, но бугай оказался сильнее, у меня не было шанцев! Он запер вольер и, хитро усмехнувшись, направился обратно, оставив меня с чудовищем один на один.       Монстр оторвался от сетки и уверенным шагом направился к моему безжизненному телу, которое всё ещё пыталось глотать остатки воздуха. Существо стало на колени и принялось тщательно обнюхивать меня. Уставившись на лицо, оно открыло свою пасть; капающие слюни с его клыков на моё лицо лишь показывали его ненасытность и жажду уже поскорее перегрызть мне глотку, я была готова. Хотелось поскорее покончить с этими мучениями, пусть и таким кровавым образом. Почувствовав капли слюны у меня на лице, я приоткрыла глаза и увидела его… существо жадно смотрело на меня хищными бордовыми глазами, пытаясь напугать меня, но я была не в том состоянии. Я боялась, возможно я бы уже билась в истерике, но все мои силы ушли, во мне не осталось ни капли надежды, и я уже была готова гордо встретить смерть, продолжая глотать кислород до последнего вздоха… Но существо вдруг отстранилось, его жаждущий рык утих, он потерял равновесие и… упал на пол замертво. Я была шокирована. Как? Что с ним? Он… умер? Я попыталась пересилить себя и принять хотя бы сидячее положение, возможно у меня бы получилось выбраться отсюда до возвращения охранника. Это мой шанс! И я смогла! Постаравшись встать на ноги, которых я уже не чувствовала, я подползла к решётке и стала ковыряться в замке в надежде открыть его, но у меня не получалось. Я пыталась отворить замок, разрезать сетку, но в результате лишь сама по перерезала себе пальцы до крови. Вдруг что-то шелохнулось. Я настороженно обернулась, но не увидела ничего угрожающего. Существо все по прежнему продолжало лежать на бетонном полу, но поддавало признаки жизни. Я бросила ковыряться с замком и невольно подползла к чудовищу. Только зачем.? Оно тяжело дышало… Что с ним? Видимо кто-то вколол ему что-то, чтобы не бушевал, вроде успокоительного, но теперь он на грани. Я осторожно дотронулась до его лба своими трясущимися пальцами — температура! Он просто горел! Будто в лихорадке, монстр дико дрожал, стараясь справиться, но его попытки были четны. Я испугалась. Он умирал.? Ему холодно… температура явно зашкаливала, и если ничего не сделать, он в любой момент мог перестать дышать. Наблюдая за мучениями существа, у меня постепенно стала ехать крыша: руки не переставали трястись, а тело, будто деревянное, отказывалось выполнять какие-либо команды. Сняв с себя толстовку, я накрыла ею умирающие животное, попытавшись хоть немного облегчить его участь, но не была уверенна в том, что это могло бы действительно помочь. Но даже так я не могла оставить умирать живое существо, не попытавшись помочь, пусть и это могло бы быть моим приговором. Спустя немного времени, дрожь прекратилась, а душераздирающие стоны утихли, и я, тяжело вздохнув, решила всё же лечь спать, ведь если чудовищу и вправду стало лучше, то утром я могла уже и не проснуться, так пусть уж лучше я не увижу этого кошмара, не почувствую той боли и уйду в иной мир с чистой душой…