Напополам

      После прохладного душа стало заметно легче. Последствия выпитого алкоголя были смыты. Да и навязчивые мысли, что преследовали Дина, словно растворились. Временно, конечно, но хоть что-то. А вот осознание того, что он ушел на всю ночь, хотя должен был провести время с братом, немного удручало. Во всем были виноваты эти проклятые мысли и странные, дикие образы, всплывающие в сознании против воли. Они мешали спокойно находиться рядом с братом, ведь с каждым разом сдерживаться всё тяжелее.       Дин боялся однажды сорваться.       — Черт. Вещи забыл, — заметил Винчестер, когда через четверть часа встал на пол и стал сушить себя мотельным полотенцем. Повязав полотенце вокруг бедер, Дин вышел из ванной, направляясь к сумке с вещами.       Тут он и заметил, что Сэма в номере нет. Паника, начавшая стремительно расти, стала постепенно угасать, когда дверь открылась и младший из Винчестеров вошел в номер. Увидев пакет из ближайшей закусочной, Дин понял, что брат всего лишь отходил за завтраком, а не собирался сбегать.       — Насчет вчерашнего, Сэм, — он хотел извиниться за свой уход, но вдруг понял, что это случалось достаточно часто. Он никогда не просил прощения за свои похождения. Да и почему он, собственно, должен был извиняться? Но раньше вина никогда так не сжимала сердце, вонзаясь острыми когтями.       Начав испытывать чувства к брату, Дин стал более внимательным и теперь понимал, что подобное поведение вызывает обиду. Черт, а ведь стоило гораздо раньше заметить, что Сэм не желает оставаться один, что он чувствует себя одиноким и потерянным, в то время как старший брат веселится с очередной девчонкой.       — Дин, я знаю, в чем дело, — не дождавшись объяснений, Сэм первый начал говорить. Только вот когда Дин услышал это «я знаю», его сердце сделало сальто и забилось быстрее, распространяя по венам яд страха.       — Тебе тяжело. До сих пор не доверяешь мне. Из-за чертового Апокалипсиса. — Сэм положил пакет с их еще горячим завтраком на стол и уставился на полуголого брата, задерживая взгляд на крепком влажном теле. Но он тут же отвернулся, чтобы не соблазнять себя, и стал разбирать еду.       Дин смог вздохнуть спокойно, понимая, что ни черта Сэм не знает. Да и вряд ли узнает, ведь Дин собирался держать свои чувства в секрете, стыдясь их, считая грязными, отталкивающими, недостойными и весьма неправильными. Он метался как птица с подрезанными крыльями, неспособный вырваться из тягучих и вязких мыслей, путался в них, и его затягивало все сильнее. Вина накрывала с головой, действуя как сильнейшая отрава, мешая дышать и медленно приближая час смерти.       — Да, Сэм. Я не могу тебе доверять после того, что случилось. — Винчестер был рад, что на этот раз братишка оказался недостаточно догадливым, чтобы понять источник всех проблем.       Он натянул штаны поверх белья и накинул рубашку на еще влажное тело.       — Мне тяжело, но Апокалипсис — лишь одна из причин. — Он подошел к столу и окинул взглядом все, что выложил Сэм, затем посмотрел на него самого. — Давай поторопимся и закончим нашу работу здесь.       Сэм нахмурился, опуская взгляд. Видимо, никто не собирался его понимать. Ну как тут объяснить, что он пытался добиться обратного результата? Что наоборот желал навсегда запечатать клетку, ведь без Лилит ее было открыть невозможно. Во всем виноваты ангелы: они играли охотниками, заставляя Винчестеров думать, что поступают правильно, а на деле натравливали друг на друга, словно собак. И пернатые добились своего — одурачили, вынудили работать на себя. Сколько Сэму теперь придётся возвращать доверие? Он потерял его из-за одной ошибки — пусть мирового масштаба, но всего лишь одной.       — Одна из? А какая другая? Или другие?       — Сэм, дело даже не в том, что благодаря тебе начался Апокалипсис, — покачал головой Дин, присаживаясь на свободный стул. — Ты обманывал меня все это время. Врал насчет Руби и остального! Я хотел бы тебе верить, Сэм. Хотел бы, да не могу. Как я теперь могу быть уверенным, что ты не делаешь ничего противоестественного за моей спиной? — Охотник посмотрел на брата тяжелым взглядом. Взглядом человека, который уже потерял надежду и веру во что-либо. Сэм был самым близким и родным для него человеком, и он предпочел уйти с демоном.       Сэм готов был взорваться, объясняясь на повышенных тонах, чтобы Дин его смог услышать. Было не жалко сорвать голос, крича до боли в горле, если бы в итоге брат неожиданно прислушался и все понял. Слишком долго Сэм копил это в себе. Устал жить с постоянной виной на душе — это травило его похуже, чем никотин заядлого курильщика.       Но пришлось взять себя в руки, ведь он не хотел снова ссориться. Да и привык объяснять все сдержанно и спокойно.       — Ты не понимал, ты был против. А я хотел сделать что-то хорошее и полезное. Как оказалось, все вышло как обычно. Но, в конце концов, я хотел убить Лилит! Она забрала тебя у меня… — Сэм помолчал с пару секунд, понимая, что уже начал говорить совсем не то, что стоило бы. — Я понимаю тебя. Прости. Я бы тоже не доверял себе.       — Естественно, что я был против. Это же вампиризм, это ненормально! Лилит забрала… Сэм, ты же знаешь, что я сам подписался на это, — последнее Дин произнес тихо, отводя взгляд в сторону — сам еще ощущал вину за то, что взвалил на плечи младшего все проблемы и горечь утраты. Пусть он и спас Сэмми от смерти, но догадывался, насколько тяжело было ему оставаться в живых, зная, что брат из-за него сгорает в Аду. — И ты обещал не искать способ вытащить меня оттуда. А Лилит ты должен был убивать не за меня, а за то, что она пыталась взломать чертовы печати! — Винчестер замолчал и выдохнул, поняв, что этот спор, эти крики не приведут ни к чему.       А Сэму, честно, плевать на все данные обещания. Разве он мог смириться со смертью брата, самого родного и близкого человека? Боль засела в грудной клетке, грозясь однажды вырваться наружу, сломав ребра; дни ползли тягуче и медленно, под конец завершаясь в виде ночных кошмаров — в них Сэма заставляли наблюдать, как пытают брата при помощи раскаленного металла. И чтобы справиться с этой болью, Сэм жаждал перебить всех черноглазых тварей, насладиться хоть каплей их боли, доставить себе немного облегчения. Дина бы это не вернуло, но разве он не был сыном своего отца? Джон Винчестер проклятых двадцать два года гонялся за одним демоном, чтобы отомстить за Мэри. Сэм был готов потратить вечность, чтобы отомстить за Дина.       — Будь ты на моем месте, ты бы оставил это просто так? Я знаю, Дин, что это ненормально, и сейчас я пытаюсь с этим справляться. Я жалею о том, что не говорил тебе, я жалею, что поддался и доверился демону. Но в тот момент мне все казалось таким правильным, — охотник грустно улыбнулся. Знал бы Дин, что выше всех остальных Сэм ставит своего брата, а не все человечество. Поэтому да, Лилит он убил в первую очередь именно из-за мести, наслаждаясь ее предсмертными криками, запоминая, как во время смерти светилось тело сосуда, кроша и растворяя сущность демона.       «Я бы не позволил тебе продать душу за меня. Никогда», — мысленно ответил Дин.       — Ты должен был оставить меня, — качнул головой он. — Пожалуйста, Сэм, не давай мне больше повода усомниться в тебе. Я не хочу думать, что мой брат — кусок лживого дерьма.       Легко сказать «должен оставить», а Сэм тогда чуть не свихнулся. Единственное, что помогло ему тогда справиться и собраться — желание прикончить Лилит. О да, обжигающая жажда отомстить поддерживала в нем огонь жизни, помогая по утрам подниматься с постели.       — Я постараюсь. Постараюсь говорить правду. Если и ты будешь, — поставил условие Сэм. Он достал бургер и протянул его Дину, выложил на стол картошку, а себе взял упаковку со свежим салатом.       — Хорошо, Сэм, — Дин устало потер веки и принялся снимать бумажную обертку с бургера. Нужно отвлечься от этого разговора. — Что у нас по делу? Посетим морг, а потом?       — Решим по ходу дела, — Сэм принялся завтракать, решив, что эта тема закрыта. Но, раз пообещал говорить правду, он решил поделиться еще одной своей проблемой. Ведь чтобы добиться доверия брата, стоило чаще рассказывать о происходящем в своей жизни. — Ко мне снова приходил Люцифер.       Последние слова набатом прозвучали в голове, заставляя вздрогнуть. Охотник отвлекся от уплетания вкуснейшего бургера, взгляд метнулся к Сэму.       — И ты молчал об этом? — немного шокировано спросил он. «Вот тебе и сюрприз. Но то, что он все-таки рассказал об этом, уже что-то значит». — Как давно это произошло?       Сэм спокойно продолжил доедать салат, иногда отхлебывая кофе из картонного стаканчика. И вел себя так, словно не к нему приходил сам дьявол, мечтающий получить его тело.       — Сегодня ночью. Во сне.       — Вот значит что. О чем вы говорили? — Дин серьезно смотрел на брата, но тот выглядел слишком спокойным, и это совсем не понравилось ему. У охотника внутри все холодело и покрывалось корочкой льда, стоило лишь представить, что однажды Сэм станет сосудом Люцифера. Дин уже не раз слышал это, и всеми силами готов был оттягивать страшный момент, не берясь за слишком странные дела. Он хотел, чтобы Сэм держался подальше от чарующего влияния дьявола, но теперь понял, что Люциферу не обязательно быть рядом, чтобы говорить со своим сосудом, подбивая дать согласие.       Сэм отложил столовый прибор и ответил Дину внимательным взглядом.       — Он хотел меня. Мое тело, — Сэм действительно не особо беспокоился. На него не давили, не пытали. Люцифер казался не опасным, в отличие от последователей Михаила, что решали все грубой силой. Винчестер знал, что падший не отступится, исхитрится, но Сэму было немного спокойнее от того, что Люцифер ничем не угрожал, даже намека не сделал. Все же странная штука: ангелы не скупятся на пытки, добиваясь своего, а дьявол желает решить все спокойными разговорами.       — Сэм, тебе не кажется, что ты слишком спокоен? — не выдержал Дин. — Врата Ада открыты, Люцифер пытается начать Апокалипсис, а ты ведешь себя так, будто ничего не произошло. Еще скажи, что ты ответил «да» Люциферу, давай, добей меня, — Дин снова начинал злиться. Ему самому уже порядком надоели эти разборки между Адом и Небесами. Ангелы хитрили, угрожали, принуждая его стать сосудом для Михаила, но он держался. А вот Сэм… Как долго он сможет противиться дьяволу с его сладкими речами?       — Нет. Никогда, — твердо отозвался Сэм, отметая глупые переживания брата. Пусть Люцифер не выглядел устрашающим, но Винчестер придерживался своих принципов, не собираясь становиться вместилищем. — Что прикажешь мне делать? Биться в истерике? Плакаться у тебя на плече, что нехороший сатана задал мне вопрос?       Сэм знал, что все непросто. Дьявол еще хитрее всех и окажется. Найдет, как надавить на младшего Винчестера, чтобы получить свое. Охотник всего лишь был рад небольшому затишью. А еще чувствовал, что от Люцифера никакой угрозы в его адрес никогда не будет. С ним было на удивление хорошо, как с родным человеком. Сэм чувствовал, будто находится… дома? И по пробуждении это безумно напугало охотника.       — Да, пожалуй, ты прав, — Дин хотел еще что-то сказать, но передумал. В конце концов, он и сам внешне не показывал, как обеспокоен ухищрениями ангелов, которые, видимо, очень торопились предоставить Михаилу сосуд. — Ладно, черт с ним. Просто будь осторожен, Сэм. Он не оставит тебя.       Сэм кивнул, выглядя теперь серьезнее, чтобы не пугать брата своим абсолютным спокойствием. Все же Дину он не мог рассказать обо всех своих чувствах, иначе брат запер бы его в местечке похуже, чем бункер Бобби.       Когда доел, Сэм выкинул весь мусор со стола в ведро. Теперь оставалось только переодеться в костюмы, и можно ехать в морг.       — Едем? — старший охотник дожевал остатки бургера и выкинул упаковку. Вытерев руки, он принялся за одежду. Брюки, белая рубашка, галстук — все, как и положено агентам ФБР. Дин одевался, украдкой поглядывая на брата. «А он неслабо подкачался», — мелькнула мысль от вида обнаженного тела Сэма. Но мысль была не одна, да и все далеко не такие невинные. Стоило увидеть брата без рубашки, как воображение само активно дорисовывало все образы.       Нет, все, нужно сосредоточиться на работе! Дин тряхнул головой, прогоняя весь бред из сознания.       — Сэм, ты готов? — закончив, Винчестер встал на пороге.       Сэм тоже быстро сменил привычные повседневные джинсы и клетчатую рубашку на костюм. Когда Дин окликнул его, Винчестер-младший стоял перед зеркалом, подправляя умело завязанный галстук.       — Почти. Я дожил до того момента, когда мне сам дьявол сделал комплимент, — весело хохотнул Сэм, заканчивая подправлять дурацкий галстук. Ну, если «я не буду тебя пытать, зачем портить такое красивое тело» можно назвать настоящим комплиментом. Но все равно это льстило, и хотелось услышать подобные слова от родного брата, и потому Сэм невинно поинтересовался: — У меня красивое тело?       — Давай скорее, — неодобрительно фыркнул старший. — Хватит прихорашиваться как… — он умолк на полуслове, пытаясь сообразить, к чему Сэм задал этот вопрос. Мысли в голове заметались с бешеной скоростью, Дин пытался понять суть подобного вопроса и одновременно старался подобрать нейтральный ответ.       «Он же не мог заметить, что я смотрел на него? О чем он думает? Что мне сказать? Черт, Дин! Это только ты здесь не о том думаешь!» — охотник почти запаниковал.       — Эм… Это как бы… — Дин понимал, что выглядит полным идиотом, издавая подобные звуки вместо содержательного, внятного ответа. Сглотнув, он все же ответил более-менее внятно, приняв тактику «лучшая защита — это нападение». — Почему ты спрашиваешь? Уж точно не мне судить об этом! Я же не пялюсь, разглядывая тебя!       — Я уже готов, — пока брат не начал возникать, Сэм поторопился: прихватил свой пистолет, спрятал его за поясом брюк и вышел за дверь. Ключ он припрятал во внутренний карман пиджака.       Яростный, как показалось Сэму, взгляд Дина выбил из легких весь воздух. Чуть подрагивающими пальцами охотник провел по волосам, скрывая взволнованность. Но он долго пробыл рядом со старшим братом, так что научился в нужный момент надевать маски.       — Я и не говорю, что пялишься, — улыбнулся Сэм и похлопал Дина по плечу, мол, пошли уже, и двинулся к стоянке, где была Импала. — Но ты же видел меня. И мне интересно.       — Тело как тело. Я же не спрашиваю, красивое ли у меня тело, — буркнул Дин, направляясь следом. Подойдя к машине, он ласково похлопал ее по крыше. Он сел за руль, завел автомобиль и включил музыку, которую Сэм тут же сделал тише.       Сидя на своем законном месте, Сэм раскрыл на коленях одну из папок и стал пересматривать оставленные со вчерашнего дня документы. И, хоть Дин не задавал вопроса конкретно, Сэм решил ответить, тихо пробормотав:       — Красивое.       — Ты… — Винчестер-старший оглянулся на брата, отвлекаясь от дороги. — Эм, спасибо за комплимент, — немного смутившись, ответил он. «И что это сейчас было?».       — Нашел что-нибудь новенькое по делу? — спросил Дин, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. — Скажи, что ты нашел хоть одну зацепку.       — Прости, Дин, пока ничего не могу сказать, не взглянув на тела. Вот сейчас все и узнаем. — Сэм открыл бардачок, когда машина припарковалась у здания городского морга. Поддельные документы врачей, сантехников, полицейских — у охотников был целый набор. Сэм прихватил удостоверения агентов ФБР и вылез из автомобиля.       Показав документы, мужчины без труда прошли в морг. Сэм задал пару вопросов врачу, после чего отпустил его, потому что не желал, чтобы посторонние путались под ногами. Он хотел спокойно рассмотреть тела, выискивая что-нибудь необычное, а когда за спиной маячат чужие люди, совершенно невозможно выполнять свою работу. У ФБР не принято так досконально проверять тела, и у врачей бы появилось много вопросов относительно Винчестеров.       Дин сосредоточенно прочел документы на одного из трупов и, бросив папку на стол, подошел к телу.        — Томас Рассел, тридцать пять лет. Вредных привычек не имел. Серьезных болезней не переносил, — продиктовал всю информацию Дин. Он надел перчатки, чтобы осмотреть покойника. — Здоров как бык. Был. Только вот не похоже это на работу оборотня. Призрак?       — Может быть… — пробормотал Сэм, изучая документы другой жертвы и после так же осматривая тело. Тщательно все изучив, он все равно ничего не нашел, никаких следов в виде царапин или отметин. — Все жертвы разные, но причина смерти одна и та же. Пока мы знаем, что их всех связывает одно — они все мужчины. Нужно узнать у близких о них побольше.       — Четверо мужчин. К кому сначала? — Дин стянул перчатки и бросил их в ведро, а после у раковины старательно стал вымывать руки. К трупам ему всегда неприятно прикасаться, но это неотъемлемая часть работы. Дин повернул голову, наблюдая за братом, с серьезным видом склонившимся над трупом. Он сразу замечтался, представляя, как выглядит Сэм, когда…       «Стоп! Дин, не начинай!» — строго велел он себе. Винчестер прогнал яркие образы, словно назойливых мушек, и до боли ущипнул руку, желая вернуться в реальность.       — Может, разделимся? Так быстрее справимся. — Сэм, задвинув тело, так же провел процедуру очистки рук, чтобы не подхватить какой неприятной заразы. Высушив руки, он еще раз быстро пробежался взглядом по строчкам в отчете, запоминая детали.       — Да, давай так и поступим, — согласился Дин. «Хотя бы смогу на работе сосредоточиться». — Я беру этого, — он кивнул на тело, которое только что осматривал. — И вчерашнего.       У Сэма претензий не возникло, так что, условно поделив между собой жертв, охотники разделились. Дин подбросил брата по ближайшему адресу и укатил проверять родственников Рассела, а после и парня, что умер вчера утром.