Обскури

Не успел Криденс зайти в квартиру, как Персиваль быстро перехватил его за шею и с грохотом впечатал в стену, рукой закрывая дверь и не давая парню опомниться. В душе колотила самая настоящая ненависть вкупе с яркой злостью. Было ли это последствие пребывания в нем Обскури, или же сама душа мага взбунтовалась от подобного неожиданного соседства, мужчина не знал. Но склонялся к двум этим вариантам, как единственно верным. Ощущения были в бешенстве, ярость колотила все чувства, и мужчина скалился, казалось, что после того, как Обскури попробовало его магию, рана в этом месте начала кровоточить. Вряд ли в этот момент Грейвз понимал, что с ним происходило, но всё в нем требовало отомстить. И было не важно кому — Обскури или Криденсу. Или же им обоим. Он должен был что-то сделать. — Мистер Грейвз? — парнишка попытался повернуться к нему, но мужчина не позволил, он не допустит того, чтобы мальчик видел его настоящие светлые глаза и блестящее в них безумие. А быть Персивалем Грейвзом сейчас довольно трудно. Сдернув с себя пальто, маг успел сменить руки, по-прежнему не отпуская парня и вжимая его в стену. Мальчик дрожал от неизвестности, боялся, что с ним сделают, пытался обернуться и взглянуть на Грейвза, но сильная ладонь не давала это сделать. Был шанс выпустить Обскури, но, наевшись магии Грейвза, оно преспокойно спало где-то внутри подсознания, а будить монстра не хотелось. Вот и оставалось чувствовать щекой шершавые обои и вдыхать запах сухого клея и старой бумаги. Неприятный запах, аромат кожи мужчины был в сто раз вкуснее. Но, кажется, выбора у него сейчас особо не было. Позади раздался тихий шорох, и парень прислушался, кажется, это был пиджак мужчины, который вскоре упал на пол, и Криденс заметил знакомый белый рукав. Сердце предательски забилось быстрее положенного, инстинкты дрожали перед неизвестностью и, вопреки всему, эти чувства, которые мистер Грейвз вызывал в нем, нравились парню. Только этот мужчина мог заставить его трепетать так, как не сделал бы никто другой. Успокаивали две вещи — Грейвз не причинит ему боли, и он не бросит его. Остальное парня не волновало. Если мужчине так хочется видеть его покорным, значит, он таким будет. Посопротивляется и уступит. Когда одежда перестала мешать, Грейвз завел руку на глотку парня и, сжав, дернул его на себя, прижимая к себе и громко выдыхая в шею, протаскивая пару метров до следующей стены между кухней и ванной комнатой. Здесь уже действия мужчины перешли на другой уровень, теперь его руки странствовали по одежде парня, поспешно расстегивая ее и стараясь снять. — Мистер Грейвз, — Криденс сглотнул, под ребрами засосало чувство страха, теперь сопротивляться хотелось больше. — Что вы хотите? Поймав руки мужчины, он перехватил чужие запястья и сжал, но это не больно помешало магу, который залез под свитер и накрыл его живот раскрытыми пальцами, обнимая и прижимая к себе. Теперь страх переменился и, вопреки всему, последовал за пальцами мужчины на живот, повышая чувствительность к грубым ласкам. А сильные руки тем временем ползли выше, до груди, отчего Грейвз ясно почувствовал быстрое сердце парня под своими пальцами и то, как резко и чувственно выдохнул Криденс в стену. Пальцы мальчика, до этого цепляющиеся за его запястья, разжались, и он отпустил его — сопротивление было подавлено. Подняв руки выше, Грейвз обхватил шею парня и практически нежно погладил, проводя пальцем по кадыку и подбородку, заставляя поднять голову, чтобы успеть прижаться губами к ушку, целуя. Криденс отрывисто выдохнул, не замечая, как Грейвз перехватил ворот его свитера и футболки и потянул вниз, быстро снимая одежду через голову и с удовольствием оглядывая спину склоненного парня. Тело для Грейвза всегда было отдельным видом искусства, эти выпирающие кости и сильные мышцы. Он знал, что с телом можно было играться точно так же, как и с разумом человека — долго и упорно, выискивая все чувствительные места и нажимая на них, заставляя мага либо стонать от удовольствия, либо вопить от боли. С Криденсом все обстояло иначе, Грейвз не мог выбрать, что делать с телом парня, единственное, что он хотел — это чтобы парень изнывал, от боли или от удовольствия разницы особой не было, но довести мальчика до этого состояния хотелось очень сильно. Ущемленная гордость просила крики боли, внутренняя привязанность к мальчику желала обратного. Криденсу не повезло, если бы он сдержал Обскури, привязанность победила бы, но сейчас, когда в мужчине неистово билась ярость, тому нужно было стать больше, чем покорным. Выпутав руку из одежды, мужчина коснулся пальцами спины парня, надавливая на позвонки и протягивая руку выше, чувствуя каждый холмик костей, до боли впивая в них пальцы, ощущая, как парень дернулся и выгнулся, стараясь уйти от неприятных ощущений. Вряд ли это было больнее, чем то, что оставило на гладкой коже шрамы. Длинные и белые, со сверкающей тонкой кожей, они были явно чувствительней других мест, а потому мужчина погладил их, понимая, что они могли остаться только от Мэри-Лу. Если бы она была жива, он бы устроил ей ад, и она просила бы о смерти. Жаль, что Обскури убило ее так быстро. Криденс задрожал, пытаясь обернуться, отчего Грейвз поднял руку и перехватил шею парня, выгибая его тело и обнимая другой рукой за выступающий животик. Мальчик был хорош, невинен и привлекал Грейвза тем, что умел выгибаться и просил ласки даже своей дрожью. — Мистер Грейвз, — на этот раз голос парня был тихий, едва возбужденный, с легким придыханием, в котором ясно читалось осознание того, что несмотря на грубые действия мужчины, парню это вполне нравилось и приносило удовольствие. — Вы… — Да, — Персиваль глубоко вдохнул аромат кожи парня и прижался губами к плечу, настойчиво гладя его живот и скользя ниже, проходясь по змейке темных волос, одновременно с этим прикусывая кожу, которая дернулась в его руках так, будто ударили током. С голых плеч ветром сдуло черный пепел, и Грейвз, действуя инстинктивно, прошелся зубами по коже и укусил в том месте, откуда Обскури имело наглость сочиться. — Контролируй Обскури, или я не буду контролировать себя. Мальчик задрожал сильнее, с испугом оборачиваясь на Грейвза, который тут же поцеловал его в скулы, и тот успокоился. Один поцелуй доверия, а сколько он сделал для него. Тем не менее, Обскури это не больно помешало, и на спине парня появились черные линии, будто оно было под кожей парня и показывало себя мужчине. — Пошло прочь! — мужчина с ненавистью наотмашь ударил парня по спине, прогоняя черных змей, слыша, как Криденс вскрикнул, явно не ожидая такого. Но змеи появились вновь, и еще пара шлепков заставили Криденса облокотиться о стену и сжать пальцы на обоях, оцарапывая их ногтями. — Это Обскури… клянусь, если оно не научится подчинятся тебе, я сам выдеру его из тебя. Мужчина зарычал в шею парня. Его слова должны были напугать парня, но тот слышал лишь то, как был нужен Грейвзу. Не его Обскури или сила, а именно он сам, как обычный человек, и это приносило странное счастье в груди, которое искрилось магией. Губы мужчины коснулись шеи и заставили окончательно забыться, ощущая лишь горячее дыхание мага в его кожу и руки, сильно сжимавшие его бедра, явно оставляя отпечатки пальцев. Криденс был не против, это доказывало, что он принадлежал мистеру Грейвзу, а тот умел не только заботиться о своих вещах, но и прекрасно защищал их. Учитывая недавний разговор, защита ему вскоре понадобится от одного мага, который захотел изучить его. Сдернув с себя душащий галстук, мужчина протянул руки и собрал запястья парня, перевязывая их своим галстуком и едва замечая удивленный взгляд мальчика на его действия. Практически нежно бинтуя руки, Грейвз почувствовал, как Криденс повернул голову и неуверенно врезался губами в его скулы, не закрывая глаз, стараясь заметить любое изменение. — Мистер Грейвз, — мальчик прильнул к его груди спиной, оказываясь в сильных руках и вытягивая шею, откидывая голову на сильное плечо, прекрасно зная, что мужчина не устоит и поцелует туда, куда он так явно просит. Жалящий поцелуй был собственнический, Грейвз явно ставил на нем метку, с яростью прикусывая кожу и через пару мгновений отпуская, успевая услышать, как из горла парня вырвался судорожный стон. Такая реакция ему нравилась, а потому, спустив руки на бедра парня, он быстро расстегнул его брюки и стянул их вниз. — Грейвз… — парень задышал глубже, холодный сквозняк задел ноги, и по коже прошлись мурашки, но мужчина этого даже не заметил, быстро оглаживая ягодицы и скользя руками к паху, сжимая его в руке и чувствуя, как мальчик дернулся ему в ладонь. Он помнил, как Грейвз доставил ему удовольствие, и в этот раз рассчитывал на него, только вот рука мужчины, пробиравшаяся между ягодиц, не давала покоя, хотя и приносила какое-то удовольствие. — Мистер Грейвз... — Замолчи, — мужчина зарычал ему в ухо, потирая член рукой, в это же время расстегивая пуговицы своей рубашки и ремень брюк. Мальчик, услышав скрежет металла, дернулся, отчего маг усмехнулся и вытянул ремень, соблазнительно проходя им по телу парня, оглаживая ребра и талию, несильно замахиваясь и шлепая им по бедрам парня, который вскрикнул от яркого чувства. — Я не разрешал тебе говорить. Криденс прикусил губу, оборачиваясь назад и всем своим естеством желая дотронуться до мужчины или хотя бы увидеть его, но последующий удар, пришедшийся по ягодицам, заставил его подпрыгнуть. Ногти на обоях прочертили десяток светлых линий. Разбуженное Обскури потекло с локтей парня, заструилось по шее и начало стекать по его спине прямо на Грейвза, который не сразу заметил это, но когда его взор прошелся по густому черному песку, скользнувшему ему прямо в ширинку, было уже поздно. Чужая «рука» надежно уцепилась за его член и начала гладить, отчего мужчина на мгновение передумал бить парня, пару секунд наслаждаясь ощущениями, но потом подумал и достал до палочки. Пройдясь кончиком дерева по складке между ягодиц, Грейвз тут же выронил ее, стягивая свои брюки и видя, что его орган находился в черном тумане, доставляющем удовольствие. Чертов Криденс, приучил Обскури к подобному. — Прочь, — согнав Обскури с члена, Грейвз быстро прижался им к дырочке парня и толкнулся. Приятная наколдованная смазка помогала двигаться, только вот мальчик был совершенно не подготовлен, что, впрочем, не мешало Персивалю добиваться своего, прижимаясь головкой к мышцам и с силой вдавливая себя внутрь. Криденс завозился, дернулся и попытался отстраниться, что-то болезненно мыча. Почему-то сопротивление парня взбесило мужчину, и тот, недолго думая, закинул ремень тому на шею, закрутив один раз вокруг глотки и сжав в руке концы ремня, натягивая на себя. Парнишка захрипел и тут же выгнулся, отвлеченное внимание помогло ему расслабить одни мышцы и напрячь другие, поэтому в тот момент, когда Грейвз проник внутрь, Криденс вскрикнул, и с него потоком полилось Обскури. — Тшш, успокойся, — ослабив хватку, маг замер, едва выходя из тела и смазывая парня собой, чувствуя, как тот противится его действиям, сжимается, елозит и морщится. — Расслабься и не сопротивляйся. Грейвз тихо зарычал тому на ушко, еще раз входя в парня, но уже немного дальше, видя, как мальчик сморщился и открыл рот, выдыхая судорожный стон и расслабляясь, самостоятельно выгибаясь в пояснице. Входить в него стало в разы легче, и чем глубже проникал член мужчины, тем слабее было сопротивление мышц парня, который прикрыл глаза. Наконец, поняв, что дальше он не войдет, Грейвз перехватил ремень, вышел практически полностью и резко ворвался в нутро, прямо под громкий вскрик парня, начиная быстро брать его, придерживая рукой за бедро, впивая в кожу пальцы. Послушный. Криденс был послушный и его. Полностью. Персиваль жарко выдохнул в плечо и прикусил, толкаясь внутрь, иногда расслабляя ремень и начиная слушать прерывистые стоны, болезненные, но в общей сути вполне довольные. Криденс наслаждался этим так же, как и он, если не больше, просто заметить это было трудно в сжатых пальцах и напряженных ногах. Но внутри он был чертовски хорош — горячий, определенно сладкий, и с каждым толчком становился все мягче и мягче. При этом с сухих губ выбивалась его фамилия, куда реже имя. Если бы еще Криденс произносил его настоящее имя, цены бы ему не было, хотя этот мальчик и так стоил довольно дорого. — Криденс, — Грейвз с удовольствием потянул за ремень, слыша, как парень начал безостановочно стонать, переставая контролировать себя, отчего Обскури протянулось по его рукам и окутало его пальцы в черный песок, который с легкостью порвал обои и мягко, будто нож в масло, вошел в стену, позволив парню надежнее зацепиться. Пространство рвалось от искрящейся магии, а парню все было мало, впрочем, как и Грейвзу, который позволил парню кончить, протягивая руку ему на пах и едва поглаживая член, который тут же брызнул спермой, и воздух взорвался громким криком и черным Обскури. Хмуро оглядев частички пепла, Грейвз подождал, когда парень немного придет в себя, и вышел из него, легко отцепляя пальцы от стены и кладя руку ему на плечо. Криденс рухнул ему в ноги, как подкошенный, ремень болтался на шее вместе с черной ниткой амулета, который лежал на быстро вздымающейся груди. Совершенно пьяный взгляд, туман в глазах от удовольствия и приоткрытые губы, в которые Грейвз тут же толкнулся. Почувствовав налитый кровью орган, Криденс поднял перевязанные руки и начал помогать себе, беря член как можно глубже в рот, посматривая на мужчину и поднимая руки тому на живот, желая потрогать мужчину, мечтая о небольшой свободе, чтобы он смог осуществить свои желания. Но пока рука мага сжимала его волосы, он был вынужден доводить мистера Грейвза, посасывая его член и скалясь, готовый укусить. В этот раз, видя подобное, Персиваль решил сразу наказать парня, надежно подхватывая его за волосы и с силой прижимая к себе, врываясь в глотку и видя, как глаза парня широко открылись, и тот захрипел, дернувшись. Только на этот раз мужчина не отстранил парня, а пару раз толкнулся внутрь и кончил, лишь спустя секунду отпуская. Криденс закашлялся и упал на пол, тяжело дыша и вытирая галстуком мужчины свои губы, стирая скользящие по подбородку белесые капли и скалясь. Ему понравилось. Едва брошенный на мужчину взгляд был страстный, вполне трезвый и чересчур темный.