Уход за магическим... оборотнем?

Первый учебный день начался относительно неплохо: Стилински даже не проспал, потому что Дэнни, широко улыбаясь, спихнул его с кровати за час до начала занятий. Махилани, спасибо Мерлину, был просто замечательным старостой, но... но если дело касалось Стайлза, он превращался в беспощадного монстра. Конечно, Стайлз был благодарен, но ради приличия порассуждал о несправедливости в этом мире. На что Дэнни кинул в него носок и удалился, смешно вздернув нос. Правда, в гостиной тут же рассмеялся. Рейвенкловец собрался быстро, благо, Стилински никогда не заморачивался по поводу внешнего вида - школьная форма была если не бронёй, то, как минимум, щитом. Волосы как обычно остались в беспорядке, а кеды смотрелись на фоне мантии довольно смешно. Возле входа в Большой зал уже стояла Лидия, поправляя роскошные кудри и разговаривая о чем-то с Эрикой. Блондинка хмурилась какое-то время, но потом к ней подошел Бойд и с каменным лицом увел на завтрак. Куда с улыбкой отправился и сам Стайлз, затягивая потуже галстук. Скотт обнаружился за гриффиндорским столом, Эллисон сидела между однокурсниками за столом Хаффлпаффа, а Стилински, помахав друзьям, с комфортом устроился за столом своего факультета и сразу же наложил себе омлета. Пару раз за завтрак он кидал взгляды на Мартин или Райес, но ничего подозрительного (увы!) не находил. Расписание в первый учебный день оказалось донельзя простым: история магии, где Стилински планировал доспать свой законный час, два урока заклинаний с Хаффлпаффом и Гриффиндором по очереди и урок Ухода, который так сильно ждал Стайлз. Это было вишенкой на торте отличного дня, и молодой человек был полон ожидания и нетерпения. Как и планировал рейвенкловец, профессор Бинс начал свою заунывную лекцию по истории магии, и юный волшебник позволил себе задремать. Растормошил его все тот же Дэнни за пять минут до окончания занятия, и Стилински был ему искренне благодарен (второй раз за день, между прочим), ибо сам мог проспать еще несколько часов под бормотание приведения, которое мало обращало внимание на своих учеников. Как только некоторые умудрялись записывать что-то да еще и вопросы задавать - было для всех большой загадкой. Заклинания Стайлз любил: его палочка всегда слушалась хозяина, и выполнение заданий не приносило больших хлопот. На первом курсе, конечно, парень на пару со Скоттом каким-то образом могли взорвать перо, изучая элементарные заклинания левитации, но это было лишь из-за того, что оба волновались и хотели произвести впечатление знающих людей. Профессор Флитвик широко улыбнулся, приветствуя ребят со своего факультета и факультета Хаффлпафф. Этот выпуск он любил больше прежних - его ученики были настоящим золотом в плане учебы и не позволяли себе скатываться ниже "Выше ожидаемого". А так как стереотип о любви учеников с факультета Рейвенкло к учебе был давно развеян, Стилински был уверен, что многие хорошо учатся исключительно из-за Дэнни, который располагал к себе любого человека и с легкостью и улыбкой мог заставить его бросить играть в "Плюй-камни" и пойти выучить домашнее задание. Урок начался с бытовых порчевых заклинаний, о которых Стайлз успел прочитать на каникулах, так что Конкутио* далось ему чрезвычайно просто, и большую часть занятия парень провел в попытках помочь своим однокурсникам и ребятам с Хаффлпаффа, где Эллисон пыталась справиться с этими чарами, но у нее ничего не получилось. К концу первой лекции заклинание удавалось практически у всех, но профессор Флитвик отметил нескольких ребят с обоих факультетов и наградил их честно заработанными баллами. Эллисон с улыбкой помахала Скотту, который подходил к кабинету, где его ждал Стайлз, а потом скрылась в направлении то ли Большого зала, то ли Северной башни, где проходили уроки Прорицаний. МакКолл удобно устроился за партой рядом с другом и приготовился к занятию, ожидая чего-то необычного, по всей видимости. Что ж, Стайлзу не хотелось рушить надежды гриффиндорца словами о простых заклинаниях, но профессор решил продолжить тему, и теперь они поочередно отрабатывали Силенцио** друг на друге. Рейвенкловцу это заклинание понравилось больше всего, потому что оно и в самом деле должно было пригодиться. Скотт порой не затыкаясь болтал об Арджент и красоте ее волос, глаз, фигуры, новой юбки и так далее, так что Стайлз порадовался, что теперь может заткнуть влюбленного по уши (до сих пор, хотя два года прошло!) друга, пусть и с помощью магии. На последнее занятие за сегодняшний день Стайлз шел с придыханием. Он слышал (читать: подслушивал) от нескольких пятикурсниц, что новый преподаватель по Уходу за Магическими Существами не просто шикарен, а невероятно горяч. Но воображение Стилински еще не научилось рисовать кого-либо привлекательнее Лидии Мартин, так что парень просто верил, что учитель окажется... хорошим, именно так. Лекция проходила недалеко от хижины Хагрида, на большой поляне с рядом небольших плоских камней по краю, на которых сейчас виднелись несколько небольших клеток. Практика на уроках УзМС была любимой частью Стайлза, но он был слишком взволнован, чтобы обратить внимание на сидящих в этих клетках животных. Они со Скоттом медленно подошли к месту проведения урока и скинули сумки с учебниками на землю. До занятия было еще десять минут, а преподаватель все еще не наблюдался. Стилински это немного огорчило: ему до ужаса хотелось увидеть его. Только когда колокол ознаменовал начало лекции, а все остальные ученики группы пришли к поляне, из леса вышел мужчина. Он был одет в простые черные брюки и белую рубашку, поверх которой была накинута мантия. Стайлз сначала прикрыл глаза, но потом все же решился взглянуть на учителя, смотря сначала на ноги, а потом переключая свое внимание на лицо. И вот тогда парень удивился настолько, что отошел к Скотту на два шага назад от своего предыдущего места. Потому что новый преподаватель Ухода за Магическими Существами был чертовым божеством. Волевой подбородок, узкий нос, светлые глаза и щетина делали его просто воплощением идеала мужчины последнего столетия. Или тысячелетия, рейвенкловец еще не определился. — Добрый день, ребята. Я Дерек Хейл и я буду вести у вас Уход за Магическими Существами, — проговорил преподаватель, оглядывая студентов и задерживая взгляд на каждом буквально на несколько секунд. — А Вы сами оборотень? — с интересом спросила вдруг Кира Юкимура, которую Стилински знал по потрясающим успехам в команде по квиддичу факультета Хаффлпафф. — Да, а что? — откликнулось божество, явно не ожидая подобного вопроса. Как будто они не уточняли с директором МакГонагалл, что никому не стоит говорить о ликантропии. Но Дерек знал Хогвартс слишком хорошо, чтобы сомневаться — слухи (как правдивые, так и не очень) расползались по школе со скоростью света, и Хейл не был удивлен. По крайней мере, не был сильно шокирован, что уже было неплохим началом. — Это значит, что по полнолуниям у нас не будет Ваших занятий? — продолжила Кира, все еще внимательно рассматривая нового учителя. Стилински был готов поклясться, что она только что в своей невинной головушке раздела профессора Хейла и облизала с ног до головы. Ладно, может быть это он так сделал, а не Кира, но никто не смеет винить его в этом. — Нет, — мужчина вздохнул. — Они будут. В конце концов, мы живем не в средних веках, когда вервольфы не умели контролировать себя. Тем более, господа, я уверен, что Волчье противоядие*** знакомо вам всем. А сейчас вернемся к нашему уроку. Вас немного, а это значит, что мы сможем заниматься значительно плодотворнее, нежели остальные курсы. И раз вы выбрали мой предмет, он вам пригодится в будущем. Я собираюсь требовать с вас очень многое, будьте готовы. А теперь, пожалуйста, представьтесь по очереди. Пока двенадцать человек называли свои имена и факультеты, Стайлз не мог оторвать взгляд от преподавателя. Он был готов поставить минимум десятку галлеонов на то, что под мантией и рубашкой скрываются такие мускулы, что даже Бойд позавидовал бы, а он, на минуточку, был одним из самых сильных и крупных учеников Хогвартса. Когда очередь говорить дошла до Стилински, он испугался, что не сможет связать и двух слов, но мозги не подвели его ("На этот раз", — со смешком подумалось молодому человеку). — Стайлз Стилински, Рейвенкло, — юный волшебник попытался улыбнуться, а потом до него дошло, что он знает человека, у которого глаза точь-в-точь, как у профессора Хейла, и парень позволил себе поднять руку и, дождавшись кивка, вновь заговорил. — А Кора это Ваша сестра, да? — Разве это важно? Это никак не повлияет на процесс обучения, мистер Стилински, — Дерек немного нахмурился, но после вновь вернулся к своему прежнему состоянию. Вопрос Стайлза так и остался без ответа, но парень ничуть не унывал. Профессор Хейл понравился молодому человеку, ведь, во-первых, он не мог отрицать, что буквально чувствовал, что Дерек на самом деле совсем не такой грозный, каким себя показывает, а во-вторых, у Стайлза были глаза, и этого было вполне достаточно. Преподаватель отложил лист пергамента на один из больших булыжников, достал из мантии волшебную палочку и легко взмахнул ею, разворачивая клетки, которые привлекали слишком много внимания, к ученикам. В них оказались волшебные создания: соплохвост уныло посматривал на окружающих, флоббер-червь просто шевелился, приводя девушек в ужас, лукотрус прыгал по клетке, стараясь привлечь к себе внимание, нарл просто не обращал ни на кого ни доли внимания, а нюхлер пытался запрятать какую-то монетку в глубине клетки. Никто не мог понять, зачем на первом уроке профессору понадобилось так много животных, но возражать этому не стали. Стайлз был готов кинуться к нюхлеру не дожидаясь задания, потому что с этим красавцем его связывала смешная история с четвертого курса. Смешной, на самом деле, она была для окружающих, никак не для четырнадцатилетнего рейвенкловца. Он всего-навсего попытался покормить животное, пока Хагрид не видел этого, но сам забыл снять блестящую цепочку с руки, которой потянулся к Джорджи — именно так звали нюхлера. Короче говоря, рука Стайлза застряла в прутьях решетки на клетке, а Джорджи, прихватив ту самую цепочку, едва не успела удрать. Благо, вовремя заметила не менее блестящее зеркало Лидии, которое выглядывало из сумочки девушки. От счастливых воспоминаний Стайлза отвлек голос профессора Хейла. — Что ж, перед вами находятся магические создания. Разделитесь на пары и выберете себе по одному. Гениальная идея подкралась к Стилински незаметно — тихонько пнула по нервам в голове и напомнила, что это его последний год, который просто обязан быть запоминающимся. Скотт удивленно проводил друга глазами, когда тот уверенной походкой подошел к новому профессору и обнял его. Все разговоры и обсуждения моментально прекратились, и одиннадцать удивленных взглядов уставились прямиком на Дерека и Стайлза. — Что Вы делаете, мистер Стилински? — едва сдерживаясь от ругани, выдавил из себя Хейл. — Оборотни тоже относятся к магическим созданиям, к Вашему сведению. Так что я выбираю Вас, профессор, — Стайлз широко улыбнулся. Оборотень сглотнул, тяжело вздохнул и с силой отпихнул Стилински от себя. Выглядел он донельзя разозленным: ноздри раздувались, руки были сжаты в кулаки, а дыхание было тяжелым. Но спустя буквально минуту, мужчина успокоился, прикрыв глаза, и спокойно сообщил Стайлзу: — Минус двадцать баллов с Рейвенкло. И для Вашего же блага, мистер Стилински, я предлагаю Вам не посещать больше мои уроки, — от этих слов по спине юного волшебника пробежали мурашки. Нет-нет-нет, такой расклад его категорически не устраивал. Более того, это был самый худший вариант развития событий, который парень не успел рассчитать в своей голове до того момента, как совершил то, что совершил. — Я не могу не посещать их, профессор. Но я буду держать свои руки и ум под контролем. Наверное, — сообщил Стайлз, из-за чего Кира и Малия — ее лучшая подруга — прыснули в кулаки. Хейл снова вздохнул, оглядел ученика тяжелым взглядом и пожалел, что пообещал Питеру вести уроки спокойно и без драк. Этот мальчишка порядком выносил мозги и, похоже, делал это изысканно и талантливо. — Хорошо. Тогда флоббер-червь послужит вашим наказанием. Выбирайте себе партнера, и удачи. До конца занятия вам нужно расписать самые известные свойства этого животного. Приятной работы, мистер Стилински и мистер МакКолл, — Дерек улыбнулся и отошел помочь какой-то девушке со Слизерина, в ожерелье которой вцепился нюхлер. Стайлз едва слышно рассмеялся, но делом занялся, изредка бросая извиняющиеся взгляды на Скотта, которого, похоже, совсем не испугала перспектива общения с этой склизкой массой. Когда вновь прозвенел колокол, группа сдала работы, уместив их на одном из больших плоских камней и, попрощавшись с профессором, отправилась кто куда. Скотт смотрел на Стайлза молча, но с неким осуждением во взгляде. А когда они смогли добраться до Большого зала, чтобы поесть, МакКолл плюхнулся за стол Рейвенкло рядом с Корой и сказал: — Стайлз домогается твоего брата, — с расстановкой и так, чтобы услышала добрая половина стола. Дэнни рассмеялся, оборачиваясь к Итану и пряча свой смех в его свитере, а сама Кора внимательно посмотрела на однокурсника. — Что ж, удачи. Он ханжа еще большая, чем Гринберг с Хаффлпаффа, — пожав плечами, сказала вдруг она. Стилински подавился тыквенным соком и сделал попытку упасть с лавки. Благо, Айзек поймал его. Ну как поймал, просто мимо проходил и успел предотвратить падение. Рейвенкловец благодарно кивнул другу, пока тот устраивался по другую сторону от Коры, а потом повернул голову обратно к Хейл. — Чего? — Удачи, говорю. Если ты эту улитку из панциря вытащишь, я тебе собственными руками памятник наколдую. Вдруг между Корой и Стайлзом опустилась на лавочку Лидия. — Пари? — с холодным спокойствием поинтересовалась слизеринка. — А давай! — Кора хлопнула рукой по столу, привлекая еще больше внимания к их компании. — Если к концу учебного года ты проведешь в постели моего брата хотя бы одну ночь, я выполню любое твое желание. Ну и памятник наколдую, я же обещала. Стилински пораскинул мозгами, взвешивая все за и против. Вторая чаша весов значительно перевешивала, но кто такой Стайлз Стилински, чтобы отказаться от хорошего пари? — Согласен. Если я проиграю, то желание твое, — с азартным блеском в глазах закончил мысль молодой человек. Закрепив условия пари рукопожатием, все вернулись к еде, отвлекаясь лишь на разговоры о том, получится ли у Стайлза задуманное Корой, или нет. Вечер рейвенкловец предпочел провести в гостиной Гриффиндора, куда Скотт добродушно пропустил и его, и Эллисон с Лидией. Они просидели несколько часов, пытаясь сразу справиться с домашним заданием по истории магии (Бинс никогда не отличался добротой) и одновременно с этим в деталях обсудить сегодняшний день. К себе же в гостиную Стилински вернулся почти в десять вечера — до отбоя оставалось каких-то пять минут, и парень порадовался, что успел ответить на вопрос на входе в башню быстрее, чем туда явился Филч. Стайлз проворочался без сна до полуночи, все никак не мог решить, стоило ли пари того или нет, но сон все-таки сморил волшебника, заставляя упасть в объятия сновидений.