Волшебник

      Загадочная, завораживающая магия врывается в жизнь добропорядочного работника консервного завода Якоба Ковальски вместе со странноватым вихрастым пареньком. Зелёные, с горящим блеском, глаза так выделяются на бледном лице с крохотными светлыми веснушками. И весь какой-то он несуразный, движения спешные, неловкие.       Но как меняется Ньют Скамандер, когда спускается в свою обитель, увлечённый, забывший обо всём другом — плавно и деловито наколдовывает что-то, с отеческой лаской проверяет своих любимцев.       Странные существа, диковинные, Якобу и страшно, и потрогать, осмотреть поближе хочется их. Ребристая кожа или поразительно переливающиеся перья, самые невообразимые цвета; столько блестящих любопытных глаз, взирающих на него, невиданного гостя.       Бескрайняя прерия с рыжими песчаными глыбами, влажные тропические заросли, высокая трава дикой Африки… Свет мягко обнимает, будто светит яркое, тёплое солнце. И всё это внутри чемоданчика с потёртыми углами.       Якоба немного трясёт, дышать тяжело, хоть и укус не беспокоит больше. В треморе своём он задевает Ньюта плечом, сделав неосторожный шаг назад.       — Эй, не волнуйся, — тёплая ладонь с такими же маленькими веснушками касается предплечья Якоба. — Ты им понравился. Они, как люди, чувствуют, хороший человек или плохой.       Улыбается тонкими губами, обветренными самую малость в холодном Нью-Йорке. Поразительный парень. Якоб неловко усмехается в ответ. В воздухе что-то терпко-сладкое, дурманящее. Ньют идёт по траве. Слышатся мерное шуршание и приветствующий визг какого-то существа.       Волшебник. Якоб вспоминает сказочные истории бабушки, как представлял неведомые миры, закрывая глаза и вдыхая едва уловимый аромат корицы. И вот, после кровавого, могильного холода войны, изнурительного труда у конвейера, после химер о новой, счастливой жизни он, Якоб Ковальски, оказывается в настоящей сказке.       — Разве не прелестно? — шепчет Ньют, протягивая ему на ладонях розовый пушистый комочек с бусинами-глазами.       — О… Да… — голос дрожит, пальцы пробегаются по шерстинкам. — Просто, как игрушечный.       — Карликовый пушистик, — Ньют с трепетом роняет забавное название.       — Ни один ещё человек не сделал меня настолько счастливым за один день, — внезапное признание вместе с новым касанием веснушчатой руки, когда передаёт зверька Ньюту. В зелёных глазах согревающие огоньки. И смеётся славно — негромко, по-доброму.       — Знаю, для тебя это, как глоток свежего воздуха после однообразных дней. Но, к сожалению, обычные люди чаще пугаются, когда встречаются с магией.       — Ну, меня ты тоже знатно напугал тогда, — Якоб чешет затылок. — А сейчас… Я не знаю, что и сказать.       И обводит руками всё великолепие чемоданного мира.       Ньют даже коротко жмурится от приятных слов, а потом… Недолгий, но заставляющий щёки потеплеть зрительный контакт. И Якоб очарован окончательно. Так улыбаться глазами может только этот странный паренёк из Британии. Волшебник. Настоящий волшебник.