Игра воспоминаний

- Увидел? - Да. Я увидел тебя. Ты просто пришел и стал проводить со мной время. Сидел рядом, занимался чем-нибудь, говорил со мной или просто рассказывал. Ты любил рассказывать мне что-нибудь. О себе, о мире, о людях, о политике, о книгах, о фильмах, о судьбе, о вере, о небе, о ветре и солнце, о жабах… Ты вообще любил поговорить и высказывал свое мнение абсолютно на любую тему, даже если в ней совершенно не разбирался. А я любил слушать тебя. Сначала фыркал, возмущался, оскорблял, даже открыто выгонял тебя, и ты уходил, но возвращался. А я ждал. Хотя и злился. Я думал, что ты такой же… нет, что ты хуже, другие хотя бы не обманывали, показывая, что я для них лишь очередной пациент, ты же… привязывал к себе, заставлял доверять, и я ненавидел тебя за это. И я нуждался в тебе. Как оказалось, даже больше чем мог представить. Потому что тебя не было, – в комнате висела странная атмосфера, затишье перед бурей? – Знаешь, спустя где-то месяц лечения я отправился на прием к психиатру. Но… эта встреча… как оказалось, я был совершенно к ней не готов. Я должен был догадаться, что-то было не так. Половина вопросов была не обо мне, а о тебе. Еще и Какаши ждал под дверью, он почему-то был там, когда я пришел, хотя это не был день, разрешающий посещения. Но не сомневаюсь, он знал, о чем велась беседа в кабинете. В самом конце, – Саске нервно сглотнул, словно снова был там, снова слышал… он впился глазами в парня, сидящего напротив, – Мне сказали, что ты не настоящий. Что ты лишь плод моего воображения. Конечно как-то не так, если честно, я не помню, что мне говорили, просто в определенный момент понял, к чему ведет врач. После глюков с Итачи, это даже не особо странным мне показалось, скорее обидным, ведь ты добился своего, ты привязал меня к себе, – темные глаза наполнились грустью, улыбка стала горькой, - Ну а далее, были месяцы, когда меня убеждали, что ты мне не нужен, что так бывает, когда человек воображает себе друга, товарища, того, кто понимает, что так мозг старается защититься от проблем и одиночества, а тут еще и сложный период лечения, вот я и придумал тебя. Но я должен был отпустить, – в это предложение было вложено столько сожаления, будто брюнет, своим решением, обрек кого-то на верную смерть, впрочем, он ведь заставил верного нежного мальчика умереть тогда. Это чувство вины душило, но надо продолжать, – А потом я возвращался в палату и слушал твои рассказы. Чаще всего светлые и яркие, смешные. Как ты бедокурил, а потом тебя отчитывали, как путешествовал со «старым извращенцем», о девушке, которая тебе нравилась… Мне было хорошо рядом с тобой, но я хотел выздороветь, я хотел жить дальше. Я начал просить тебя уходить, как мне советовали, и ты не спорил. Меня старались занять чем-нибудь, чтением, музыкой… поняв, что задержусь на лечении дольше, чем рассчитывал, я стал сам осваивать учебный курс, под этими предлогами и просил тебя не мешать. Ты стал приходить реже, а потом вовсе исчез. Я старался не скучать, все время чем-то занимал себя, переступив через свой характер, завел новые знакомства, старался быть более общительным, определил свое влечение к музыке, сперва как хобби, потом серьезнее. Поступил в колледж, я вообще старался жить на полную катушку, чтобы не жалеть. Разве что не посещал эти ужасные студенческие вечеринки. Наверное, просто не хотел проверять себя, ведь там я мог вновь столкнуться с наркотиками, я решил не искушать судьбу. Собственно так я и жил, пока осенью нового учебного года, на лестнице главного корпуса, не столкнулся с голубоглазым блондином, по имени Узумаки Наруто. Где-то тут Наруто начал краснеть, он помнил их встречу, помнил тот день и того жутко симпатичного брюнета, с которым столкнулся в первый же день. Он словно снова видел, как они лежат на нагретом бетоне, блондин думает, что никогда в жизни не встречал человека красивее, чем парень, лежащий под ним, это так странно и так манит, Наруто помнил, как почувствовал острую необходимость коснуться этих бледных чуть приоткрытых губ. Он склонился чуть ниже, чтобы ощутить жаркое дыхание, и немного испугался, когда его не ощутил. Быстро отстранившись, чтобы удобнее увидеть-оценить состояние брюнета, определить сильно ли тот пострадал от падения, Узумаки столкнулся с двумя черными омутами, переполненными паникой. Не шок, не страх, отвращение, призрение или что-то еще в этот духе, а самая настоящая паника. «Словно привидение увидел» - мелькнула тогда мысль в светловолосой голове. Откуда ему тогда было знать… что так и было. - Так значит… кто-то похожий на меня был твоим воображаемым другом, когда ты в подростковом возрасте лечился от наркозависимости? – чисто чтобы быть уверенным, уточнил Наруто. - Ну, если грубо говоря, то да. Хотя не похожий, это и был… - Ты поэтому начал со мной встречаться? – быстро и надрывно произнес парень. Похоже, это относилось к тому случаю, когда язык озвучивает первую же мысль, а потом мозг задумывается над тем, что уже сказано. А Учиха был озадачен. И ошеломлен. Пожалуй, на этот вопрос он не знал ответа. Он не задавался им раньше, пустив все на самотек, приняв как должное… а ведь стоило. - Наруто… я не знаю, – он решил честно признаться, – Ты взывал во мне бурю эмоций, что тогда, что потом… я… - он внезапно стал очень серьезен, теперь надо не только ответить любимому, но и разобраться самому. Саске поднялся на ноги и начал мерить комнату шагами. Со стороны это смотрелось интересно, не каждый день можно поставить расчетливого Учиху в тупик. Наруто даже обижаться не стал. Во-первых, его парень относился к тем людям, которые просто принципиально не станут лгать, это ниже их достоинства, так что, если сейчас он скажет, что любит, значит, так оно и есть, значит, брюнет в этом действительно уверен. Это куда лучше, чем громкие слова, сказанные в воздух, в пустоту. Ведь мы так часто говорим что-то не собеседнику, а просто так, куда-то, может быть услышат, но ведь это мои слова, захочу, заберу их обратно, или вовсе откажусь. Ну, а во-вторых, сейчас Саске выглядел по истине завораживающе. Прямая осанка, твердые шаги, уверенное лицо, взгляд решительный и решающий. Наконец-то, после столь долгого не приятного и весьма щекотливого разговора, этот высокомерный гордец вернулся. Но вот он остановился и быстро вернулся на свое место в мягком кресле, сел в уже привычную позу: ноги расставлены, острые локти упираются в них, ладони в замок и нос, уткнувшийся в сжавшиеся пальцы. - Я пытался не замечать тебя, потому что думал – ты снова не настоящий, – взгляд стал более ясным цепким, на этот раз он не отпустит “жертву”, пока не закончит, – Пойми меня правильно, ты не был на Него похож, вы были абсолютной копией. Внешность, голос, характер, поведение, все одно. Я тогда даже подумать не мог, что передо мной реальный человек, и я не хотел… не мог позволить, чтобы меня начали считать сумасшедшим. На второй день, я признался Какаши, что снова вижу тебя, он созвонился со своей знакомой, мы решили, что я попробую справиться сам, не первый раз, в конце концов, но я должен был рассказывать об успехах. Если бы что-то пошло не так, я бы снова лег на лечение, – блондин погрустнел, а Саске напротив улыбнулся, – Но как ты знаешь, мне не удалось отделаться от этого “глюка”. Он практически стал моим преследователем. Где-то за пару дней до той роковой вечеринки, посреди лекции о классической немецкой философии, я услышал, как девушки, сидящие впереди меня, заговорили о веселом, гиперактивном блондине, так походящем на летнее солнышко. Я тогда подумал, что, для меня, скорее на зимнее… когда так хочется, а его просто нет на самом деле. А потом вдруг понял, они говорили о тебе Наруто. Они видели, слышали, знали о тебе. Сначала я испугался, что где-то выдал себя, и все знают о моей болезни, а потом почувствовал себя редкостным идиотом. Вот так, где-то между «Критикой чистого разума» Канта и принципов свободы Фихте я понял, что ты не плод моего воображения, а настоящий человек – Узумаки Наруто, который, к тому времени, уже больше месяца пытается привлечь мое внимание. - Вернувшись домой, я сразу же направился к компьютеру и залез во все социальные сети, что только знал. Нашел тебя в списке друзей у половины нашего потока. Открыл фотографии, тебя многие отмечали, и я этим воспользовался. Не помню, что я еще делал, вообще много всего, вроде изучал твой профиль, потом залез на сайт школы, в которой ты учился, смотрел, чем ты занимался и чего добился за этот месяц, много всего. А на следующий день, попросил Какаши подвести меня, и не выходил из машины пока мимо, по тротуару, опаздывая на пару, не пробежал ты. Flashback Темно-синяя Таета (это не реклама, просто так) уже полчаса стояла недалеко от ворот Токийского университета. На месте водителя сидел седовласый мужчина средних лет, изредка постукивая ладонью по рулю и лениво оглядывая улицу. На соседнем – пассажирском сидении находился красивый молодой человек, вероятно студент, с черными волосами. За все время, проведенное здесь, ни один из них не нарушил тишину, просто сидели на своих местах, как будто это было для них нормально, тратить минуты на тупое сидение на месте. Но каждый из них понимал, что это, как раз не нормально, а значит, имеет причины. Часы на магнитоле перевалили за 9 часов, что ознаменовало начало первой пары. И если брюнету некуда было спешить, его занятия, на сегодня, начинались позже, то Хатаке уже безбожно опаздывал на работу. Не то чтобы это было для него в новинку, просто все это выглядело действительно подозрительно. Спустя еще несколько минут, мимо их машины, кажется, пронесся вихрь. Весь такой золотистый и порывистый, его благополучно проводили две пары глаз. - Его зовут Узумаки Наруто, учится на первом курсе. Что скажешь Какаши? - Хм, весьма яркий молодой человек. Думаю его было бы сложно не заметить, – чуть с сарказмом ответил мужчина. - А главное настоящий, да? – с дерзинкой улыбнулся отозвался пассажир, после чего покинул автомобиль. Какаши еще некоторое время смотрел на витые ворота, в которых сначала скрылся блондин, а после и его подопечный, поразмышлял не долго, а потом, приняв только ему ведомое решение, спокойно отправился по своим делам. End Flashback - Ну, а дальше, ты знаешь. Просто после проверки, я был уверен, и в тебе, и в себе.