Часть 1
20 ноября 2016 г., 22:33
Сириус совершенно не любил родительский дом — старое, мрачное здание, насквозь пропитанное ворчанием матери и подхалимством младшего брата, — и не имел ни малейшего желания торчать там все летние каникулы. Он вообще старался избегать семейных посиделок: шатался где попало и вёл неподобающий для их семьи образ жизни — в современном мире не было места для снобизма матушки Блэк.
Сириус не стеснялся — он говорил об этом вслух, матери в лицо. И однажды, когда она издевательски поинтересовалась, чем же её возлюбленный старший сын собирается заниматься летом, ляпнул: работать. Разумеется, своё слово пришлось сдержать.
Сириус Орион Блэк III — продавец-консультант.
— Это даже звучит стрёмно, — проворчал он, примеряя отвратительного вида униформу. Красно-жёлтая, с плохо пропечатанным логотипом на груди. — Почему лев?
— Потому что лев — царь зверей и господин, — меланхолично отозвался Люциус. Этот высокомерный блондин, имевший привычку растягивать слова, уже сейчас вызывал в Сириусе неприязнь. Как ему вообще удалось дослужиться до начальника смены с его-то медлительностью и очевидным безразличием ко всему окружающему миру?
— А при чём тут ваш магазин? — не унимался Сириус. Он попытался надеть форменную кепку, но та никак не хотела налезать на пучок густых волос, собранный на макушке. Сириус чертыхнулся себе под нос и повесил ту на пояс.
— При том, мистер Блэк, что вам пора идти работать, — Люциус скривился от отвращения, будто кто-то разбил перед его носом упаковку тухлых яиц. Сириус хмыкнул, шутливо отдал честь и тут же выскочил в зал, подальше от этого зануды.
Работа — скучная. Переклеить ценники, расставить товар, помочь потерявшемуся покупателю найти нужную полку, пробить покупки на кассе и упаковать их. Так и свихнуться можно, рассуждал Сириус. Он намеревался поскорее отсюда сбежать, желательно прямо сейчас. Будет дальше бесцельно болтаться с Джеймсом и спать у Поттеров в гостиной, пока за ними не придёт школьный поезд.
Магазин был небольшим, заглядывали сюда в основном за пивом и полуфабрикатами, и Сириус мог выбегать курить почти каждые пять минут. Он быстро нашёл себе компанию — странного высокого парня, который тоже не носил кепки, а форменную футболку надевал прямо поверх растянутого свитера. Взъерошенные волосы, шрам на носу, торчащий из кармана этикет-пистолет и…
— Пиздец. Этот мудак плюнул мне прямо в руку, когда я протягивал ему сдачу!
Ремус Люпин работал в ту же смену и часто стоял на кассе, потому что лучше всех складывал — цифры и покупки — и в целом производил неплохое впечатление. Пока не открывал рот.
— Он, блядь, даже не извинился.
По-другому Ремус разговаривать не умел. Он мог громко выругаться прямо в торговом зале, при маленьких детях и стариках — последние тут же хмурились и уходили из магазина, порицая нравственный упадок молодёжи. Он мог ляпнуть что-то на кассе, упаковывая продукты или отсчитывая сдачу.
— Вы издеваетесь надо мной? Пакуйте своё дерьмо сами.
Услышав это впервые, Сириус едва не расхохотался на весь магазин и после, когда Ремус захлопнул кассу, взглядом предложил сбегать на перерыв. С тех пор они всегда курили вместе.
В итоге Сириус передумал уходить, ему здесь даже стало нравиться — благодаря язвительным комментариям Ремуса клеить ценники и общаться с вечно недовольными покупателями стало гораздо веселее.
Они оставались на ночные смены, иногда меняли расписание, чтобы смены совпадали днём — и перспектива летней работы перестала казаться Сириусу наказанием за его длинный язык. Друзьям он говорил, что нехитрая работёнка в магазине помогла ему обрести долгожданную независимость, но ему почему-то никто не верил.
— Ты влюбился, — гоготал Джеймс всякий раз, когда Сириус открывал рот, чтобы вновь рассказать о том, как Ремус потрясающе находчив.
— Чушь, он просто смешной, — отмахивался Сириус и всё начиналось с самого начала.
Ремус вряд ли согласился бы с ним. Он закатывал глаза, стоило дверям магазина распахнуться и впустить внутрь первого за день покупателя, он бил по барахлящей кофемашине кулаком и материл её, на чём свет стоит, явно не понимая, почему Сириус, болтающийся рядом, краснеет и нелепо надувает щёки — тот постоянно давился смехом.
— Ты конченный придурок, Блэк, — шипел на него Ремус и пихал локтем в бок, стоило им выйти на улицу, где Сириус уже не сдерживал себя и ржал до слёз.
Так продолжалось неделю, пока какие-то малолетние хулиганы — Ремус назвал их маленькими безмозглыми пиздюками — не опрокинули сразу десяток полок перед самым закрытием магазина.
— Останетесь на ночь, оба, и чтоб к утру здесь всё блестело.
К счастью, Люциус Малфой не слышал, что они говорили ему вслед.
Подобрав с пола помятую банку пива, Сириус с ухмылкой посмотрел на Ремуса и подмигнул ему.
— Кажется, я знаю, чем скрасить сегодняшнюю ночь.
Без каких-либо угрызений совести они сменили табличку на «закрыто по техническим причинам» и потушили свет. Сириус подключил свой плеер к колонкам и под ругань Ремуса облил его с ног до головы пивной пеной. Они с дикими воплями катались на тележке вокруг магазина, бросались бракованными пачками с едой, уничтожали чипсы, шоколадки и даже сухие завтраки — всё, что попадалось под руку. Наевшись и напившись до отвала, оба уснули прямо в кабинете начальства, на единственном во всём магазине диване.
— Я такого лица у Малфоя в жизни не видел. Готов отдать всё своё годовое жалованье, чтобы вернуться в прошлое и заснять этого мудилу на камеру. Он стал бы звездой интернета, — хмыкнул Ремус, сонно потирая глаза.
— Думал, меня разорвёт прямо там, — со смехом жаловался Сириус по дороге к метро.
Люциус действительно не ожидал застать этих двоих в своём кабинете, спавших практически в обнимку в окружении пустых пивных банок, объедков пиццы и обёрток от шоколада. Мягко говоря, Малфой был немного рассержен.
Так Сириус получил свою первую «галочку», послужной список Ремуса и вовсе был бесконечен. Никто из них не замечал, что один стал ругаться ещё громче и разнообразнее, а второй — всё чаще устраивать погромы и воровать с прилавка шоколадки, которые с невинным видом распихивал по карманам. Ремус это замечал и со вздохом возвращал плитки и батончики обратно.
Вскоре терпение Люциуса окончательно лопнуло.
— Нет, мэм, вам стоит уточнить это у мистера Малфоя, он лучше меня знает, как вам помочь. Спасибо, что обратились к нам! — Ремус с широкой улыбкой помахал женщине рукой.
Сириус недоуменно посмотрел на Ремуса, который как ни в чём не бывало вернулся к прилавку, начав поправлять неровные ряды консервных банок.
— Что это было, мать твою? — тихо спросил он, подкравшись сзади.
— Не понимаю, о чём ты. И, кстати, я посоветовал бы тебе заглянуть под кассу, если не хочешь, чтобы тебя уволили.
Сириус фыркнул. После того случая с ночным погромом случилось ещё несколько подобных, и теперь Люциус ходил за ними по пятам, дышал в спину и злобно шипел, что ещё один промах и он вышвырнет горе-работников вон. Неужели Ремус испугался?
— Простите, сэр, я не думаю, что это возможно.
Сириус выглянул из-под прилавка. Повсюду он обнаружил памятки, намертво приклеенные скотчем к кассам, столешницам, стенкам и перегородкам, где их могли обнаружить лишь продавцы.
— «Конечно, мэм, я с радостью упакую ваши покупки», — прочитал Сириус и хмыкнул, — вместо «у вас тоже руки есть, а я занят» и «пакуйте сами и выметайтесь».
Ремус в этот момент как раз общался с какой-то девицей, потерявшей нужный стеллаж. Указав ей дорогу, он пропел сладким голосом:
— С вашего позволения, мисс, мне пора вернуться к своим обязанностям.
Сириусу пришлось зажать рот рукой — его распирало. Это определённо не было похоже на повиновение. Ремус не только дословно запомнил каждое предложение, но и всеми способами демонстрировал это Люциусу, покрасневшему от злости. Он явно не ожидал такого результата.
— Да, мистер Малфой. Я тоже крайне обеспокоен, что данная полка находится в подобном состоянии, — Ремус кивнул. — Разрешите мне это поправить?
Люциус скрипнул зубами и, не проронив ни слова, зашагал прочь.
— Сэр? — крикнул Ремус ему в спину. — Но что мне делать, сэр?
— Я уж было решил, что ты струсил, — открыто заявил Сириус позднее, когда они оба стояли на улице в сгущающихся сумерках и курили.
Ремус усмехнулся и швырнул сигарету в лужу.
— Что, соскучился?
— Может и соскучился, — Сириус пожал плечами. — Ты смешно ругался. Бьюсь об заклад, Люциус отменит все свои предписания, если ты продолжишь быть таким тошнотворно послушным.
Он повернул голову и широко улыбнулся, разглядывая лицо Ремуса, выбеленное искусственным светом мигающей вывески.
— По-твоему я послушный? — переспросил Ремус.
— Я же только что это сказа…
Сириус не договорил. Ремус подался вперёд и накрыл его смеющиеся губы поцелуем, влажным и почти грубым. Сириус толком не успел понять, что происходит, как Ремус отстранился и сказал:
— Нам пора возвращаться, не то этот белобрысый кретин отправит на наши поиски полицейских с ищейками.
— У меня предложение получше, — отозвался Сириус, ловя Ремуса за руку и разворачивая к себе. — Может, свалим? Не хочу больше работать в «Спермаркете».
Он кивнул на вывеску с перегоревшей буквой «У» и опять рассмеялся.
— Ты придурок, Блэк, но я согласен.
